П. Винокуров. О некоторых методах вражеской работы в печати

Среди значительной части партийных руководителей и работников большевистской печати до последнего времени был распространен один грубо ошибочный тезис. Они полагали, что враги народа — троцкистско-бухаринские шпионы, вредители и диверсанты, агенты фашизма устремляются в различные предприятия и организации, но минуют печать. Вредительство в печати, рассуждали наивные люди, — дело почти немыслимое: в газете, журнале, книге ни одна враждебная вылазка не может остаться незамеченной, и проникший в печать враг неизбежно немедленно разоблачается. Такую версию в частности усиленно поддерживали работники транспортной печати во главе с центральной газетой «Ездок». Они открыто утверждали, что враг проникает лишь в хозяйственный организм транспорта, чтобы подрывать его мощь, а отнюдь не в транспортную печать. Там, мол, врагу делать нечего, и печать как объект шпионско-вредительской деятельности не представляет для него интереса.

Факты опрокидывают эту вреднейшую, гнилую теорию. Факты говорят о том, что враги народа — шпионы, вредители, троцкистско-зиновьевское и рыковско-бухаринское отребье, используя притупление бдительности работников печати и отрыв партийных комитетов от газет, журналов, издательств, проникали в печать и творили там свое гнусное дело.

За последнее время разоблачены враги народа, пробравшиеся не только в среду рядовых литературных работников газет, журналов и издательств, но и к руководству отдельными газетами и издательствами.

Эти люди пытались (иногда небезуспешно) использовать печать в своих контрреволюционных целях. Помимо врагов народа Бухарина и Радека, вредивших в «Известиях», можно отметить группу враждебных людей, изгнанных из украинской газеты «Коммунист» (покрывавшей врагов народа), бывшего редактора «Таганрогской правды», бывших редакторов краснодарской газеты «Красное знамя», «Уральского рабочего», группу скрытых врагов народа, проникших в аппарат ТАСС, Союзфото и в отдельные центральные газеты. Мы уже не говорим о том, что десятки районных и городских газет были сильно засорены чуждыми людьми.

Методы а формы вредительства в печати самые разнообразные: от выпуска книг и учебников, представляющих собой по сути дела пособие… для шпионов, до невинных, на первый взгляд, опечаток. В одних случаях здесь действует злая воля автора, в других — его головотяпство и политическая близорукость, в третьих — враги, пробравшиеся в редакцию или издательство. Обратимся к фактам.

Перед нами «Сборник упражнений по стилистике» проф. Бархина. Этот учебник, изданный Учпедгизом в 1936 г., содержит такие «упражнения»:

«26. Написать сочинение (описание) в деловом (подчеркнуто всюду нами. — П. В.) тине: „Завод, на котором работает мой отец (брат, мать…)“, ответив на вопросы:

Где находится? Величина (в сравнении, например, с другим заводом, лежащим в том же районе)? Кем был основан и когда? Какие пути ведут к заводу (есть ли железнодорожная ветка, проходит ли поблизости от завода трамвай)? Какой силы машины и какие двигатели (паровой, газовый, электрический и т. д.)? Каким пользуется топливом? Какое сырье перерабатывает? Что завод производит? Куда идет продукт (в город, в деревню)? Сколько рабочих на заводе?. К какому профессиональному союзу принадлежат рабочие? В каком цехе работает отец? Какие еще есть цехи? Когда начинается работа? Как велик рабочий день? Есть ли при заводе столовая, амбулатория, клуб?» Это, с позволения сказать, «упражнение» предоставляет любому шпиону, разведчику, троцкисту или иному двурушнику, пробравшемуся в школу, широкие возможности для собирания «полезных сведений» в пользу иностранной буржуазной разведки. Такое «пособие» может явиться орудием в руках любого диверсанта. Другой аналогичный факт.

Издательство иностранных рабочих в 1937 г. выпустило «Учебник японского языка». Составили учебник П. Гущо и Г. Горбштейн. На титульном листе учебника значится: «Одобрено в качестве учебного пособия кафедрой японского языка Института востоковедения им. Н. Н. Нариманова».

Во II части этого учебника 21—22-й уроки называются «Японская армия». В этом уроке, построенном на диалоге двух японцев Симада и Танака, речь идет и о японской и о Красной Армии вперемежку, причем так, что не всегда отличишь, какой вопрос относится к японской, а какой к Красной Армии.

«Симада: Я слышал, что механизированные части Красной Армии первые в мире?

Танака: Это правда. Не только механизированные части, но и воздушный флот и кавалерия первые в мире.

Симада: Разве, по словам недавнего докладчика, Красная Армия не устраивает на советско-манчжурской границе крепостей, траншей и проволочных заграждений?

Танака: Так как японские империалисты очень часто, нападают на границы Советского Союза, то укрепление его границ — обыкновенная вещь. Усиление Красной Армии вовсе не означает агрессии. Она существует для мира, для обороны государства и для защиты диктатуры пролетариата. В противоположность этому усиление японским правительством армии и флота производится только потому, что оно намерено напасть на другие государства.

Симада: Если бы Красная Армия была слаба, то (я) чувствовал бы себя неспокойно, но если считать, что она первая в мире, то тогда (я) действительно спокоен. Между прочим (кстати), говорят, в кавалерии имеются кавалерийские группы и дивизионная кавалерия. Каковы их задачи?

Танака: Кавалерийские группы используются (употребляются) главным образом стратегически, они ведут разведку на большом расстоянии и, как большие быстро действующие войсковые группы, ведут бой. В противоположность этому дивизионной кавалерией пользуются для разведки на близком расстоянии и небольшого конного боя, но* вместе с тем в зависимости от обстановки дивизионная кавалерия принимает участие и в пешем бою так же, как пехота. Артиллерия делится на полевую, осадную и крепостную. В полевой артиллерии и орудий много, и. ей предоставляется много случаев для боя. Тяжелая артиллерия как крепостная защищает морские крепости и главным образом ведет совместные боевые операции с флотом.

Симада: Теперь расскажи о воздушном флоте.

Танака: (рассказывает не о японском воздушном флоте, а вообще о воздушном флоте.—П. В.).

Симада: Между прочим, разве авиационная техника в СССР не делает очень больших успехов?

Танака: Это правда. Как я сказал раньше, воздушный флот советской Красной Армии самый сильный в мире.

Симада: Хотелось бы поехать в Москву!..

Танака: Нам обязательно необходимо знать организацию армии. Как-нибудь расскажу также и о флоте».

Итак, любознательный Симада, пользуясь любезностью и болтливостью своего собеседника Танака, может получить секретные сведения о Красной Армии, причем без особого труда и риска.

В самом деле, шпион, маскирующийся преподавателем, заручившись таким учебником, использует эту легальную возможность для шпионажа и уже наверняка попытается расширить диалог до крайних пределов, дополняя его «невзначай», «между прочим» специальными вопросами. Разумеется, вопросы будут задаваться каждому ученику, по-разному, с учетом степени болтливости собеседника, но во всех случаях враг будет пускать в ход все свои коварные ухищрения и провокационные приемы. Скажем, преподаватель — разведчик, шпион, поясняя какой-нибудь военный термин, к примеру блиндаж, рисует его на доске, причем рисует заведомо неправильно. Таким путем он умышленно вызывает дискуссию, провоцирует учеников, хорошо знающих военное дело, на возражения. Учащиеся начинают в порядке возражения доказывать и наглядно показывать, что, мол, у нас там-то блиндажи строят таким образом, а совсем не так, как показывает преподаватель.

Не ясно ли, что описанный выше урок облегчает как нельзя лучше работу японского разведчика и почти полностью гарантирует ему маскировку, так как он целиком использует легальные возможности для Развернутой и оживленной беседы, даже с полемическим оттенком, о тактике, стратегии и вооружениях отнюдь не японской, а Красной Армии.

Приведенные факты достаточно наглядно убеждают нас в том, что печать, как и пропаганда в целом (см. книгу Р. Роуана «Разведка и контрразведка»), может служить и в ряде случаев при нашем попустительстве служит средством, орудием шпионажа.

Появление в частности обоих учебников в таком виде могло иметь место только потому, что и в Учпедгизе и в издательстве иностранных рабочих, издававших их, сидели ныне разоблаченные враги народа.

Другой разновидностью крупного вредительства в печати является изложение в книгах, журналах, газетах — в прямой или скрытой форме — контрреволюционных, фашистских высказываний.

Наиболее ярким примером такого рода вредительства в завуалированной, скрытой форме может служить изданная Гослитиздатом в 1937 г. книга «Третья империя в лицах». Книга эта внешне, на первый взгляд, не вызывает никаких подозрений. Написанная в стиле памфлета, она хорошо иллюстрирована антифашистскими карикатурами. И вот под этой внешней оболочкой антифашизма читателю на протяжении многих страниц преподносится откровенная проповедь фашистского мракобесия. Часть вторая книги «Гитлер и его друзья» начинается большим «критико-биографическим очерком о Гитлере», занимающим около 60 страниц (стр. 89—148). Вначале автор «для приличия» приводит несколько общеизвестных фактов, характеризующих Гитлера как мелочного человека, карьериста, наемника финансовых магнатов и т. д. И создается впечатление, что автор твердо стоит на антифашистских позициях и является убежденным противником вождя германского фашизма.

Это первое впечатление, однако, тотчас же рассеивается, как только мы знакомимся со второй частью этой главы и убеждаемся, что первая часть, как и книга в целом, используется автором как маскировка для умышленного протаскивания им в нашу печать фашистских взглядов и целых речей. В самом деле, автор во второй части этой книги «цитирует» (знаем мы цену этим цитатам!), а фактически воспроизводит стенографическую запись одного из последних выступлений Гитлера. Эта «цитата» занимает более четырех страниц книги большого формата. В другом месте этой же главы «цитируется» на двух с половиной страницах книга Гитлера «Моя борьба» и другие произведения фашистских «проповедников».

Приведем еще один весьма характерный факт наглой фашистской вылазки врага.

Издательство «Молодая гвардия» выпустило в свое время несколько номеров бюллетеня «Комсомольский пропагандист» с очерками экономического и политического положения фашистских стран-агрессоров — Германии, Японии, Италии, Польши. Считая, видимо, эти очерки весьма удачными, издательство решило их распространить в виде специальной брошюры «Очаги военной опасности» массовым тиражом в 25 тысяч экземпляров. Замысел редакции по счастливой случайности не был осуществлен.

Очерки эти написаны так, что под многими их тезисами охотно подпишется сам Гитлер, и они могли бы украсить страницы прогитлеровской печати.

Вся международная антифашистская печать, не говоря уже о советской печати, изо дня в день разоблачает гнусную роль германских фашистов как поджигателей войны, подвергая уничтожающей критике демагогию фашистских борзописцев по вопросам о колониях, о сырье, разрушая их басни о мнимом перенаселении в фашистских странах и т. д… А издатели из «Молодой гвардии», призванные просвещать наш комсомол и широкие слои советской молодежи, делают как раз наоборот.

Обратимся к фактам.

Германские фашисты, эти зачинщики и провокаторы новой мировой бойни, ^вдохновители и организаторы гнуснейшей интервенции в Испании, обосновывают свои разбойничьи, захватнические планы, свою агрессивную внешнюю политику разговорами о «перенаселении» Германии, об отсутствии своего промышленного и продовольственного сырья для развития германской экономики. Казалось бы, издатели из «Молодой гвардии» должны были с цифрами и фактами в руках разоблачить фашистскую демагогию н показать истинные причины «нехватки» земли и сырья.

Надо было растолковать и показать молодому читателю и пропагандисту, что нехватка земли, безземелье и малоземелье германских крестьян, как и острый продовольственный кризис в стране, созданы фашистскими правителями, обусловлены фашистским строем. Надо было разъяснить, что лучшие земли в Германии захвачены помещиками-юнкерами, «гроссбауэрами» (кулаками), а также фашистскими милитаристами для военных автострад, аэродромов и пр. Надо было показать, что сырьевой баланс Германии перенапряжен из-за бешеной милитаризации всей страны; что народ обречен на полуголодное существование, и это усугубляется сверхэксплоатацией трудящихся и грабительской политикой сельскохозяйственных цен; надо было, наконец, рассказать о провале фашистской «четырехлетки» и его причинах, о пагубной сущности автаркии, о вытеснении импорта продовольствия и технического сырья, необходимого для мирных целей, импортом военно-технического сырья и т. д.

Так и только так должны были поступить редакторы и издатели советского издательства. Вместо этого в очерке о политико-экономическом положении фашистской Германии молодежи преподносятся «факты и цифры» о «перенаселенности» Германии, о недостатке сырья и т. д. Например:

«На экономику Германии накладывает большой отпечаток отсутствие или крайняя скудость важнейших видов сырья. Для удовлетворения нормальных нужд промышленности (?!) необходимо ввозить около 70 % железной руды, потребляемой германскими предприятиями, 85–90 % нефти, 70–75 % свинца, 85–90 % шерсти, 80–85 % фосфатов; кроме этого Германия совершенно не имеет собственного никеля, вольфрама, олова, ртути, алюминиевых бокситов, хлопка.

Для удовлетворения нормальной потребности (?!) населения продовольствием, в частности сельскохозяйственными продуктами, Германии необходимо ввозить не меньше 1/4 этих продуктов, жиров, мяса и т. д.»

Не ясно ли, что так выставлять напоказ эти цифры без необходимых комментариев, без вскрытия подлинных причин зависимости и кризисного состояния капиталистического, военно-фашистского хозяйства Германии— значит играть на руку германским фашистам, заливающим кровью землю испанского народа и лихорадочно подготовляющим новые грабительские войны под предлогом «перераспределения сырьевых рынков, колоний» и «расширения территории Германии на восток» «на благо германского народа».

Вместо того чтобы заострить внимание нашей молодежи на провале фашистской «четырехлетки» и связанных с нею демагогических обещаний германскому народу и показать ее военно-грабительский характер, «просветители» из «Молодой гвардии» преподносят молодежи такие «справки» об «экономической мощи» Германии: а) «Германия — страна с высоко развитой промышленностью…» «в 1935 г. она дала 10,1 о/0 мировой промышленной продукции, занимая в этом отношении 3-е место в мире»; б) «угольные запасы Германии в 15 раз больше Франции и в 1,5 раза больше Англии»; в) «для гидрогенизации угля в Германии построено 9 новых мощных заводов, давших в 1936 г. свыше 1 млн. т горючего (на одних только предприятиях химического концерна „И. Г. Фарбен-индустрии“ в 1936 г. было произведено 350 тыс. т)».

И в последующих главах сквозит тенденция представить Германию как непобедимую силу.

Из доклада товарища Сталина на XVII съезде партии известно, как фашисты тщатся доказать, что они уже расправились с марксизмом в своих странах:

«Говорят, что на Западе в некоторых государствах уже уничтожен марксизм. Говорят, что его уничтожило будто бы буржуазно-националистическое течение, называемое фашизмом. Это, конечно, пустяки… Чтобы уничтожить марксизм, надо уничтожить рабочий класс. А уничтожить рабочий класс невозможно»[20].

В беседе о Рой Говардом товарищ Сталин вновь подчеркивал, что в фашистской Германии «остался капитализм, остались классы, классовая борьба». Мировая печать ежедневно приводит десятки и сотни фактов обостреннейшей классовой борьбы в Германии. А вот составители сборника на этот счет иного мнения. В главе «Рабочий класс и крестьянство» они ухитрились не проронить ни одного слова о классовой борьбе, о нарастающем; с каждым днем антифашистском движении в Германии.

В главе «Партии и фашистские организации» героическая германская компартия доказана лишь как разгромленная и запрещенная организация. Точно так же и социал-демократическая партия. А в итоге получается так, словно правы фашисты со своими утверждениями о «ликвидации классовой борьбы», о замене ее «классовым сотрудничеством», трогательным альянсом эксплуататоров и эксплоатируемых.

Глава «Армия и флот» (Германии— Я. В.) также составлена в духе сочувствия фашизму.

Наконец, сей литературный труд поражает подробнейшим некритическим изложением расовой «теории» фашистского мракобесия.

Мы нарочито так подробно останавливаемся на этих фашистских вылазках, чтобы охарактеризовать ту обстановку политической беспечности и близорукости, в которой враги народа, проникая на такой острейший идеологический участок, как печать, творят — и зачастую безнаказанно — свое гнусное дело.

Иногда враждебные теории и теорийки протаскиваются в печать под прикрытием романтики и «научной» фантастики.

Ленинградское отделение Гослитиздата выпустило роман-утопию А. Деблина «Горы, моря и гиганты». События развертываются в XXIII-XXVII столетиях, но, судя по всему, автор трактует вопросы сегодняшнего дня. Построенная на основе фашистской, реакционной, шпенглеровской теории о неизбежности катастрофической гибели человечества, книга проповедует борьбу с техникой, разрушение машин и возврат к первобытному, кочевому, образу жизни. Таков путь человечества, «живописуемый» Деблином. О существовании СССР автор книги не упоминает. Народы, населяющие территорию нашей страны, по воле «утописта» Деблина, стираются с лица земли мистической стихийной силой уральской войны.

Вражеские вылазки имеют место не только в книгах на социально-экономические темы, но и в научно-технической и массовой, популярной технической литературе. Например, в Ленинграде был издан «Спутник сплавщика», в котором открыто проповедовались антимеханизаторские тенденции. Автор «Спутника» с поразительной наглостью в ряде мест клевещет, что «с внедрением в производство новых механизмов и агрегатов увеличивается опасность для жизни и здоровья рабочих».

Нет нужды воспроизводить все подобного рода гнусности — важно лишь вскрыть методы и формы протаскивания вредительских теорий в печать при попустительстве отдельных издателей и редакторов или при их прямой помощи.

В ряде случаев и наши газеты и журналы обильно цитируют вражеские, махрово-контрреволюционные высказывания.

В одних случаях, если во главе газеты, журнала оказался враг или политически близорукий человек, не видящий орудующих у него под боком врагов, это делается умышленно, и тогда цитата используется как маскировка; в других случаях это делается в результате головотяпства. Чаще бывает первое.

Особенно усердно подвизалась на этом поприще краснодарская газета «Красное знамя». Помнится, что в дни процесса объединенного троцкистско-зиновьевского центра в ней появилась корреспонденция, автор которой щедро цитировал выступление одного человека в пользу… расстрелянных участников этого процесса. Газета часто прибегала к такого рода контрреволюционной проповеди, часто допускала антисоветские опечатки. И, как потом оказалось, все это происходило не случайно: в газету пробрались враги народа.

Помнится, как широко в отдельных газетах использовалась такого рода легальная трибуна в дни, предшествовавшие всесоюзной переписи населения. В ряде районных газет Свердловской области «цитировались» провокационные слухи и разговоры в деревнях о том, что-де всех верующих «клеймить будут» или «хлеб отбирать у них будут» и т. д.

Там, где к руководству газетой пробрались враги, где отсутствует большевистская бдительность, враг широко использует такого рода «цитаты» в своих контрреволюционных целях.

Опечатки и поправки к ним всегда были бичом редакций газет и журналов и книгоиздательств.

Особенно широкое распространение опечатки получили за последние два-три года. Причем опечатки эти в значительной своей части отличались от прежних, обычных опечаток тем, что они искажали смысл фразы в антисоветском духе.

Опечатки в большинстве своем берут начало в типографии, В одних случаях они уходят своими корнями в корректорскую, в других — в линотипную, в третьих — нити опечаток ведут к правщику, в четвертых — в ротационный цех. Чаще всего техника опечаток такова: заменяются одна-две буквы в одном слове или выбрасывается одна буква, и фраза в целом приобретает контрреволюционный смысл. Скажем, вместо слова «вскрыть» набирается «скрыть»; вместо «грозное предупреждение» — «грязное предупреждение»; вместо «брестский мир» — «братский, мир» и т. д. Часто «пропадает» отрицание «не» или «невинным» образом снимается или переставляется запятая, и все это делается с определенным умыслом — грубо извратить смысл.

Враг прибегает ко всем этим ухищрениям и маскировке там, где ослаблена бдительность. Имеется немало фактов замены в тексте газетного или книжного оригинала целых слов или появления новых, «нивесть откуда взявшихся» слов и фраз. Вместо слова «социализм»: набирается, а иногда проникает в печать «капитализм»; «испанский народ»: превращается в «фашистский народ»; «враги народа» — в «друзья народа»; «теоретический уровень» — в «террористический уровень» и т. д.

Природа всех этих, с позволения сказать, «опечаток» совершенно ясна и в комментариях не нуждается.

Нередко враг широко использует притупление или отсутствие бдительности редакционных работников и руководства типографии в другой области — верстке и клише.

Вредительство в этой области (и нередко не без участия враждебных людей из редакции) весьма разнообразно.

В одних случаях оно проявляется в контрреволюционном сочетании фото и карикатур, аншлагов и фото или карикатур и аншлагов, «шапок», отдельных крупных заголовков. В других случаях до неузнаваемости искажаются в работе (в ретуши и в цинке) снимки, а беспечный редактор ограничивается только тем, что «подписывает к печати» фотооригинал, и дальнейший процесс обработки снимка его ничуть не занимает. В этих случаях врагам раздолье. Со снимком, после того как он считается окончательно завизированным, можно делать какие угодно антисоветские эксперименты. И делают… Нам известны факты, когда вражья рука в обыкновенный снимок ловко и тонко врисовывала портреты врагов народа, которые становятся отчетливо видными, если газету и снимок рассматривать со всех сторон.

Расследование многих из этих фактов показало, что в ряде типографий безнаказанно орудовали группами или в одиночку враги народа: троцкисты, матерые меньшевики и эсеры в прошлом, бухаринские последыши и просто разведчики. В одних случаях в этом замешана корректура, в других — линотипная, в третьих — правщики, верстальщики и т. д. Засоренность отдельных Типографий чуждыми людьми прямо поразительна. В калужской типографии, например, насчитывается 23 исключенных из партии, среди них имеются явно враждебные люди. И не мудрено, что районная газета, печатающаяся в этой типографии, нередко засорялась гнусными «опечатками». В газете «Коммунар» (Коммунистический район, Московской области) часто проскальзывали контрреволюционные опечатки. Впоследствии обнаружилось, что в типографии орудовала антисоветская группа во главе с виднейшим эсером.

Засорены кадры и ряда других подмосковных типографий — тульской, ногинской. Возьмем, к примеру, тульскую типографию. Технический руководитель типографии в прошлом судился за контрреволюцию. Корректор М. был осужден на 5 лет за контрреволюционные преступления.

Засорению кадров подмосковных типографий немало способствовали и политически беспечные люди из Мосполиграфа. В сталиногорскую типографию, например, Мосполиграф прислал технорука В. Этот технорук вредительствовал у всех на глазах: портил шрифты, выполнял подозрительные заказы. Его оттуда убрали, и он снова нашел приют под гостеприимной кровлей Мосполиграфа. Вскоре Мосполиграф присылает туда еще одного прохвоста — некоего О. Матерой меньшевик в прошлом, он и сейчас вел в типографии враждебные разговоры, воровал бумагу, шрифты. Неоднократные требования сталиногорцев убрать этого прохвоста оставлялись Мосполиграфом без последствий.

Подмосковные типографии, конечно, не являются исключением из общей массы районных и городских типографий. Имеются факты засоренности кадров и некоторых московских типографий, причем редакторы газет, являющиеся хозяевами типографий, проявляют удивительную беспечность. Отмечены факты «утечки» шрифта и бумаги в некоторых местных типографиях. Это происходит там, где типография представляет собой «заезжий» или проходной двор.

Многие редакторы и работники газет иногда не видят за опечаткой вражескую руку и склонны эту опечатку объяснять неопытностью корректора или наборщика. Надо кончать с этой идиотской беспечностью и кончать немедленно.

Нередко окопавшиеся в типографии враги в своей вражеской работе перекликаются со своими друзьями из… редакций. Первоисточником контрреволюционных вылазок в виде («опечаток», искажения цитат, фото и прямой вражеской пропаганды часто является редакция. Немало уже разоблачено враждебных людей, проникших в редакции при попустительстве местных партийных организаций и редакторов газет. Но разоблачены они еще далеко не всюду.

Факты показывают, что враг тем легче проникал в редакционный аппарат и безнаказанно орудовал в нем, чем в большей степени была ослаблена революционная бдительность редактора и редакционного коллектива коммунистов, чем сильнее был отрыв местной руководящей парторганизации (обкома, крайкома, ЦК нацкомпартии) от своей газеты.

Пробравшиеся в редакцию враги из разгромленных троцкистско-зиновьевского и рыковско-бухаринского лагерей не только плодили антисоветские опечатки и под видом «цитат» приводили всякие гнусности, используя газету как легальную антисоветскую трибуну. Их вражеская работа многообразна. Они отгораживали газету от читателей, глушили самокритику, вытесняли из газеты читательские письма, опорочивали на страницах газеты честных людей и, наоборот, восхваляли заведомо им известных скрытых врагов народа (например, «Уральский рабочий»). Они толкали газеты на разглашение государственных тайн оборонного и иного характера. Они умышленно обволакивали фимиамом коммунистов-ротозеев, близоруких работников партийного и хозяйственного аппаратов, чтобы легче было орудовать вражеским силам.

Немало врагов проникло в районные, транспортные, областные и некоторые центральные газеты.

Приведем несколько примеров засоренности отдельных газет на железнодорожном транспорте.

Газета «Путевка» (дорога им. Л. М. Кагановича). Редактор газеты Принумитул был личным другом врага народа Беленького и диверсанта М. (ближайшего подручного расстрелянного бандита Турока). Редактор допустил проникновение в редакцию под видом рабкора троцкистского террориста М., намеченного Туроком в качестве физического исполнителя одного террористического акта.

В редакции газеты «Путевка» оказались еще ряд «работников», привлеченных Принумитулом, с темным политическим прошлым, фальсификаторов и др.

В газете «Амурский железнодорожник» (Амурская дорога) работал сотрудником некий К., который отбывал наказание за контрреволюционную, троцкистскую пропаганду.

Другой сотрудник М. тоже был осужден за троцкистскую пропаганду. В этой же газете нашли себе место и бывший офицер-колчаковец, и сын вредителя, осужденного по делу промпартии, и троцкистка Г., которая вредительски срывала своевременный выпуск газеты и вела контрреволюционную агитацию среди работников печатного цеха. В дорожной газете Калининской дороги «Советский железнодорожник» разоблачена контрреволюционная группа, занимавшаяся долгое время подрывной, вредительской работой в редакции и издательстве.

Разоблаченный троцкистский шпион — бывший начальник сектора печати политотдела Московско-донбасской железной дороги — насаждал в отделенческие газеты «своих» людей: подхалимов, пьяниц, чужаков. В числе таких был послан в газету валуйского отделения «Новый путь» некий Д. в качестве заместителя редактора. Пользуясь политической близорукостью редактора, Д. проводил в газете вредительскую работу, сделал газету политически беззубой, скучной, беспринципной. Работы с рабкорами никакой не проводилось. Д. печатал в газете статьи троцкистов и протащил в газету контрреволюционную предельческую статью о невозможности ездить на тощих углях. Д. разглашал в печати номера партийных билетов отдельных коммунистов.

При попустительстве отдельных райкомов партии немало и районных газет оказалось, по сути дела, в руках враждебных людей.

Например, аткарская газета «Коммунист» (Саратовская область). Долгое время ее редактировал троцкист 3. Он принял на работу в помощь себе некоего К., по его словам, «незаменимого» работника. Он не ошибся в своих расчетах, ибо К., действительно, оказался весьма подходящим, прямо-таки незаменимым для… враждебной работы в газете. Кто такой К.? Отец его за антисоветскую работу был осужден.

К., работая в сберкассе, растратила 25 тыс. руб. Сам К. долгие годы работал с матерыми троцкистами.

И вот вкупе с этим «незаменимым» работником троцкист 3. творил свое гнусное дело в аткарской газете. Сознательно допускались, контрреволюционные опечатки. Скрывались от читателей важнейшие партийные решения. Злостно искажались селькоровские письма, а сигналы селькоров о вражеской работе на местах вообще уничтожались. Эта контрреволюционная работа протекала на глазах у районного партийного руководства.

В некоторых газетах орудовали и диверсанты, и агенты фашистских разведок, и руководители подпольных троцкистских групп и группочек, и меньшевики, и эсеры, и люди, крепко связанные родственными узами с заграницей, и т. п.

В этой связи следует отметить прямо преступную систему приема работников в редакционный аппарат. Принимают людей на работу обычно технические работники газетного или книжного издательства, в лучшем случае секретарь редакции. Берут без разбора, не вникая как следует в биографические данные о работнике.

Вот несколько фактов из практики «подбора» кадров в редакции некоторых районных газет Московской области.

В г. Ряжске до апреля 1937 г. в редакции работал в качестве секретаря некий С., беспартийный. С. при поступлении на работу предъявил документы, из которых видно было, что он выслан на три года из Москвы. Тем не менее редактор, посоветовавшись с секретарем райкома партии, принял С. на работу.

В газете Желтухинского района до недавнего времени работал сотрудником редакции некий Ш., беспартийный. Ш. работал до этого в других редакциях, откуда увольнялся за растраты и хищения бумаги. Редактор газеты, взяв с него «честное слово», что он больше воровать не будет, зачислил его сотрудником. Через некоторое время Ш. в отсутствие редактора украл из типографии 62 кг бумаги и увез ее на редакционной лошади в Ряжск, где пытался бумагу продать. В: Ряжске бумага была задержана милицией, и Ш. был привлечен к судебной ответственности. Но и после этого Ш. в ожидании суда с благословения редактора продолжал работать в желтухинской газете. Через некоторое время он оттуда благополучно уехал и пытался устроиться в горловской районной газете.

В газете Куркииского района в 1934 г. работал секретарем редакции некий М., беспартийный. В декабре 1934 г. М. в отсутствие редактора вверстал под текстом приговора Верховного суда о расстреле убийц товарища Кирова контрреволюционное клише. Редактор ночью читал газету в полосах, но клише не заметил. За это он получил партийное взыскание, а М. был уволен.

Через год этот же редактор вновь принимает М. на работу. Вскоре в редакцию газеты пришел новый редактор. И при новом редакторе М, опять вредительски сверстал в газете два клише таким образом, что получается антисоветская вылазка. У М. хватило наглости после своего вторичного увольнения писать письма в МК ВКП(б) и в «Правду», которых он утверждал, что увольнение его является результатом плохого отношения к нему со стороны нового редактора.

В этих письмах М. клянется в своей политической честности и ни словом не упоминает о своей вредительской работе в этой же газете в 1934 г.

В калужской «Коммуне» в течение нескольких лет подвизался исключенный из партии еще в 1923 г. некий Е. Он считался «незаменимым специалистом в газетном деле». 1 мая этого года Е. организовал вражескую вылазку в газете. Недавно Е. Был разоблачен как враг народа.

В рязанской газете в течение трех лет работал в качестве редактора троцкист Е. Он был членом парткома и считался «своим парнем». Недавно его разоблачили как врага народа.

В редакции той же рязанской газеты подвизалось еще несколько врагов народа: троцкист Н., оказавшийся шпионом и руководителем троцкистских, групп в Рязанском районе, немецкий шпион П., выполнявший функции информатора фашистской прессы, и другие.

Все эти люди были в свое время приняты на работу без всякого разбора и считались «незаменимыми работниками» в рязанской печати. Нужно отметить, что и райкомы партии весьма легко относятся к приему и проверке людей, работающих в аппарате редакций, передоверяя это дело целиком редакторам газет или прямо попустительствуя порочной системе найма на работу в редакции.

С этой «системой» найма надо решительно покончить. Сам редактор газеты, журнала, сам редактор издательства лично должен изучать вновь принимаемых людей.

Мы должны разоблачить и гнать из печати всех до одного враждебных большевистской партии и советскому народу людей. Надо вырвать с корнем всех вражеских последышей из редакционного аппарата, точно так же как надо основательно просмотреть и кадры людей, делающих; газету в типографии. Но это только одна сторона дела.

Боевая задача состоит в том, чтобы влить в редакционный организм газет, журналов, книгоиздательств свежие силы лучших, преданных партии Ленина — Сталина людей, горячих патриотов нашей великой) родины. К этому обязывает редакторов и местные парторганизации решение февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г.

Доказано, что одним из крупнейших проявлений вредительства было искусственное отгораживание печати от молодых кадров, искренно желающих приложить свои силы на поприще печати.

Перед каждым редактором сейчас во весь рост ставится самая боевая задача — подготовка кадров, выдвижение в аппарат лучших людей, склонных к работе в печати, из среды рабселькоровского актива, учащейся талантливой молодежи, наконец, из среды практических работников, занятых на самых различных участках социалистического строительства.

Конечно, выдвижение в газету, журнал, издательство, как и всякое иное выдвижение, предполагает систематическое воспитание людей на практической работе и известное обучение новых кадров минимуму знаний газетного дела. Конечно, эта работа с новыми кадрами потребует затраты средств, времени и человеческой энергии, но все это окупится сторицей.

Надо разрушить без остатка вреднейшую «теорию», имеющую хождение среди некоторых редакторов и партийных работников, о том, что газету могут по-настоящему делать только «старые газетчики», люди, так сказать, родившиеся в журналистской сорочке. Эту вредительскую теорию, повторяем, надо развеять в прах и засучив рукава взяться за выдвижение и выращивание новых, молодых кадров работников печати. Разумеется, на помощь газетам в этом важном деле должны притти партийные органы, помочь им материально, людьми, руководством. Коммунистические институты журналистики, газетные, школы, комвузы должны со своей стороны помочь газетам в подготовке и переподготовке газетных работников.

Многочисленная армия работников печати, удесятеряя бдительность к вражьим проискам во всех видах, должна подхватить и пронести из края в край нашей страны боевой лозунг:

Выкурим всех до одного врагов из редакций и издательств!

Опираясь на рабселькоровское движение, на славную советскую молодежь, этот мощный резерв работников печати, на активную поддержку местных парторганизаций, выдвинем в органы печати тысячи и десятки тысяч сталинских питомцев, достойных носить великое, и почетное звание, бойца большевистской печати!

Загрузка...