Обмани меня снова

Глава 14

Виталина

Переползая от одного светофора к другому, я усердно сглатывала вдруг накатившие откуда-то слёзы. Казалось, что я выжала их до последней капли десять лет назад, оставив соль лишь в воспоминаниях. Не знаю почему, но во всём произошедшем тогда винила исключительно Холмогорова.

Не подкати ко мне Макар и не разведи на отношения, Зойка до сих пор была бы жива, и моя жизнь сложилась бы по-другому. Скорее всего, я закончила бы юридический, работала бы по профессии, была бы замужем и воспитывала бы двоих детишек. Может быть успела бы уже развестись и отметиться в ЗАГСе ещё разок. По крайней мере, такой расклад на сегодняшний день имели почти все мои бывшие одноклассницы и сокурсницы.

Но надо было нарисоваться Макару, и все перспективы пошли по одному месту. Как будто миссией Холмогорова было разрушение устоявшегося существования. Прийти, подкопать, заложить взрывчатку и подорвать всё нахрен.

Мне оставалось надеяться, что новое появление бывшего не внесёт хаос в мои отношения с Александром и не перевернёт жизнь с ног на голову.

«Я намереваюсь взять тебя в жёны, и больше мне никто не помешает». Чёртов позёр! Самоуверенная скотина! Чтоб он провалился прямо там, где стоит!

Меня рвало от злости. Ненавидя, проклиная, бесясь, было проще пережить и переболеть вновь всколыхнувшуюся смерть Зойки. Мне о ней сказали глубокой осенью, когда я полностью вылезла из своих страданий.

Кладбище встретило меня чернотой земли и корявыми скелетами вековых деревьев. Посеревший крест с маленькой табличкой, побледневший лапник на просевшем холмике, сгнившие цветы, скорбно прикорнувшие в изголовье могилы.

Не помню, сколько просидела там, опустившись коленями на подмёрзшую почву. На фоне этой трагедии моя несостоявшаяся свадьба и прерванная беременность казались высосанными из пальца. Подумаешь, один козёл сбежал без объяснений, а второй пригрозил и заплатил за аборт. Тут целая семья прекратила своё существование, а я отказывалась жить из-за какой-то ерунды.

Через год я позаботилась о Зойке, поставив мраморную плиту и облагородив участок. Рассчитывать ей было не на кого. Рядом лежала её мать под таким же крестом, а отец полностью отошёл от суеты мирской. Из родни никто не объявился, потому что ловить там было уже нечего.

Каменные муравейники сменились полями с новостроем, прореженной лесополосой, строительными рынками и разноцветными крышами деревенских домов. Изредка за окном проскальзывали пасущиеся коровы и мизерные стада овец, а вместе с ними потихоньку утекала нервозность, отсчитывая километры до дома.

Телефон в рюкзаке упрямо надрывался, визжа рингтоном, установленным на маму, и мне надо было бы принять вызов и наврать о срочном вызове на объект, пока мама не подняла в панике папу и Александра. Но сил с трудом хватало на ведение автомобиля, а выслушивать упрёки в таком состояние я была не готова.

Всё потом. Доберусь до посёлка, запрусь дома, налью чашку одуряюще сладкого какао, укутаюсь в тёплый плед и разберу на части встречу с Холмогоровым, пока Сашка на работе решает свои проблемы. Несмотря на плотную жару, от которой мазутом чадили обочины, меня била дрожь, ставя дыбом волосы. Ощущение той противной температуры, когда от озноба стучат зубы и кожа при касании кажется чужой.

Подъехав к участку, я со всей дури вжала кнопку брелока, открывающего ворота. Оставив платье и сумки в салоне, зацепила рюкзак и поволокла ноги к дому. Нутро встретило духотой и пылью, напоминая о том, что я забила на уборку.

— Да вымою я полы. Вымою, — в тишину виновато крикнула я. — И пыль протру. Только в выходные.

Стены укоризненно промолчали, а мамины трели уступили место звонкам от Сашки.

— Добралась, — устало выдохнула и полезла за аппаратом. — Тебя будущая тёща дёрнула?

— Твоя мать в истерике бьётся, — язвительно усмехнулся в трубку Саша, отвечая на вопрос. — Говорит, что дочь обещала вот-вот приехать и пропала.

— Развернули на полдороге, — соврала жениху, хотя раньше всегда предпочитала правду, какой бы неудобной она не была. — Буровая машина полетела в процессе работы. Теперь придётся отдать круглую сумму за срочный ремонт.

— Я бы тебе помог, но с последним заказом, скорее всего, уйду в минус. Ещё и свадьба, — залебезил Балицкий, добавляя в тлеющий костёр раздражительную каплю бензина.

— У меня есть деньги, Саш, — успокоила его проснувшуюся жабу. — Больше беспокоит простой. Знаешь, как в сезон важны сроки. Придётся вызывать свободных трудяг и работать без выходных. Главное, чтобы оборудование выдержало.

— Ладно, побежал, — мужественно выслушал мои стенания Сашка и отпочковался. — Позвони матери, пока она ещё отца на тебя не натравила.

Не стала ей звонить. Написала сообщение, что проблемы на объекте, и перезвоню ей завтра. Чуть уменьшила звук, ставя телефон на зарядку. Открыла окна, впуская послеполуденный зной от палящего солнца. Глянула на часы, прикидывая в уме, сколько у меня осталось времени на одиночество.

А дальше всё по плану. Горячее какао со сгущёнкой, чтобы слиплась пятая точка, плюшевый костюм, ласково ластящийся к коже, пушистый плед, нежностью укутывающий ноги. Прикрыла глаза, выдёргивая из памяти встречу с Макаром.

Странно, я пыталась проанализировать сегодняшний день, но почему-то провалилась в далёкое прошлое. За месяц до несостоявшегося бракосочетания. Мало того, что чета Холмогоровых сменила кодировку ворот, удалив оттуда доступ Макара, так они просто проигнорировали нас, не допустив на территорию. Даже не стали делать вид, что болеют или заняты по работе. Жарили мясо, слушали музыку, плескались в бассейне, не обращая внимания на наши попытки дозвониться.

— Они никогда не примут меня, — всхлипывала, сжавшись на сиденье и подтянув к груди колени. — И житья нам не дадут.

— К чёрту их! — рычал Макар, выруливая на шоссе с просёлочной дороги. — Обойдёмся без родительского благословения! Поженимся, родим, а они пусть идут на хер!

Потом был переезд на съёмную квартиру, подготовка к свадьбе, поиск подработки. Макар с каждым днём становился всё молчаливее и угрюмее, словно закрывался от меня, ставил блоки. И на всё была стандартная отговорка — устаю, целый день как белка в колесе, тебе кажется.

Мне не казалось. Только сейчас я поняла, что Макар бросил меня не в ЗАГСе. Он ушёл ещё тогда, столкнувшись с первыми проблемами. Просто сохранял видимость присутствия, готовя в тайне план отступления.