Оружие для джихада

7

Джек Уайлдер дает официантам в баре несколько указаний, а затем отправляется в свою квартиру.

Тем временем Ева и Джессика перешли из кабинета в гостиную. Войдя туда, Джек слышит заливистый смех, который, помимо ее внешности, делает Еву такой привлекательной.

– Как поживаем? – весело спрашивает он, входя в квартиру, и, налив себе виски в баре, садится к ним.

Увидев его, Ева сразу же становится серьезной. Но ее глаза загораются, когда она говорит: – О, я не знаю, как вас благодарить, Джек. За такое короткое время вы стали для меня настоящим другом!

– Ах, да? – спрашивает Джессика, ее яркие глаза сверкают озорством.

– И вас не меньше! – со смехом отвечает Ева.

– Мне казалось, я вас понимаю, – возвращается Джек к разговору со Скотти и говорит Еве:

– Вот почему я сказал Оливеру Скотланду, когда он прощался со мной, что, как мне кажется, вы внутренне на стороне Винтера. В конце концов, из первых слов Скотти я быстро понял, что вы узнали, на кого он работает. Я также подозреваю, что вы что-то замышляете с Винтером вместе.

– Да, – отвечает Ева с усмешкой, но затем снова становится серьезной: – Я хочу, чтобы он искал знакомства со мной, в расчете на использование меня против Нормана.

Джек удивленно поднимает брови:

– Зачем и для чего? К тому же, по-моему, это довольно смело, чтобы не сказать опасно!

Ева отвечает со спокойствием полной решимости:

– Да нет! Мы уже узнали следующее: Винтер – представитель и доверенное лицо компании «Ньютон Инкорпорейтед». Он исполнителен и обладает необузданной силой воли. Кроме того, он хитер и умен, но он, конечно, не преступник. Норман, напротив, умен, энергичен и жесток, и когда он понимает, что что-то правильно, никакая сила в мире не сможет помешать ему добиться своего. Но только до определенной степени, потому что ему не хватает беспринципности Винтера. Вот почему я беспокоюсь о нем. А еще он слишком открыт и слишком честен!

Брат и сестра слушают ее с любопытством.

– Пожалуйста, продолжайте! – ободряюще говорит Джессика.

Ева продолжает с сосредоточенным выражением лица:

– При нынешнем положении дел неизбежно произойдет столкновение между Винтером и Норманом. Норман не боится его, но, на мой взгляд, он слишком недооценивает Винтера. Кроме того, ему будет неимоверно трудно, практически невозможно вовремя узнать о намерениях и планах Винтера и помешать ему. Он по-прежнему считает, что сможет остановить незаконные поставки оружия в страны, не входящие в альянс НАТО, опубликовав серию статей, призванных всколыхнуть общественность. Но только я против. На мой взгляд, сегодняшняя террористическая атака на Америку означает, что к этому вопросу нужно относиться очень деликатно, чтобы еще больше не испортить репутацию Америки в глазах всего мира. Хочет ли он рассказать всему миру, что после вывода советской армии из Кабула, наши секретные службы не только обучили правительство талибов, но и снабдили его оружием, которое сейчас используется против нас? Нет! Своей статьей он лишь подлил бы масла в огонь. Интуиция подсказывает мне, что в этой политической обстановке, как никогда ранее, необходимы осторожность и осмотрительность, а не миссионерское рвение. Как журналист, я бы сказала, что просвещение – это наша профессия, если не даже призвание, однако это не означает, что мы должны заниматься им любой ценой и в неподходящее время.

– Вы, наверно, правы. Но я все равно не понимаю! – вмешивается Джек.

Ева гордо поднимает голову и продолжает:

– Я любой ценой должна раскрыть лазейки в плане Винтера. Норман никогда не позволит мне помочь ему, во-первых, потому что будет чувствовать ответственность за меня, а во-вторых, потому что его мужская гордость сопротивляется мысли о том, что женщина, тем более девушка моего возраста и неопытная, как он думает, может добиться того же, что мужчина или даже он сам! Конечно, это подходит для многих американских мужчин, но не для всех. Некоторые только притворяются, потому что боятся противоречить большинству. У Нормана хватает смелости не соглашаться. Как я уже сказала, я хочу защищать его тылы и, если понадобится, против его воли, а еще я хочу умерить его чрезмерное мужское высокомерие.

Взволнованно встав, Джек подошел к креслу Евы, руками крепко потряс ее за плечи, чтобы подчеркнуть свои слова, и серьезно сказал: – Ева, все это не игра, а крайне опасное дело. Как бы вы повели себя, если бы я сказал вам, что Норман Стил может подвергаться серьезной, если не сказать, неминуемой опасности для своей жизни?

Вдруг Ева вскочила, как наэлектризованная, встала прямо напротив него, взяла его за руки и твердо посмотрела ему в глаза:

– Что вы хотите сказать? Опасность для жизни Нормана? В каком смысле?

Джек тихо смеется и сжимает обе ее слегка дрожащие руки, его напряженное до этого лицо расплывается в улыбке, когда он произносит:

– Значит, я был прав, когда сказал, что вы действительно его любите. Но это не значит, что вы должны делать такое испуганное лицо и так дрожать, Ева!

Ева, однако, выглядит крайне взволнованнойи беспокойно продолжает:

– Пожалуйста, никаких шуток в этом деле! Не отвлекайте меня! Лучше, расскажите мне подробности!

Он снова отпускает ее руки, садится в кресло, демонстративно расслабленно откидывается назад и серьезно произносит:

– Это не шутка, Ева! Поймите меня правильно! Я не говорил, что жизни Нормана угрожает непосредственная опасность, хотя считаю, что люди, стоящие за этими сделками с оружием, делают все возможное, чтобы защитить свои интересы. Один информатор передал мне, что Винтер договорился с леди Кенсингтон, которую вы не знаете, и что она получила от него указание лично познакомиться с Норманом Стилом и склонить его на сторону Винтера.

– Леди Кенсингтон, это кто? – вырывается у Евы, которая тем временем снова заняла свое место, непроизвольно испуская яростный вздох и, не дожидаясь ответа Джека, продолжает, вопросительно глядя на него:

– Я знаю, кто такой Винтер, от Нормана. Он местный представитель известной американской компании по производству оружия, адвокат и владелец детективного агентства.

Джек встает и, бросив быстрый взгляд на свою сестру, говорит:

– Пусть Джессика расскажет вам об этом потом! К сожалению, я вынужден отлучиться на минутку. Я могу и должен только попросить вас быть вдвойне осторожной и осмотрительной сейчас. С одной стороны, вы хотите помочь Норману, чтобы он не пострадал в этом деле, и я хотел бы вам в этом помочь. С другой стороны, я хочу поддержать его в производимых им исследованиях по причинам, о которых я не хочу сейчас говорить, и вы тоже должны бороться за его любовь. Однако, чтобы помочь вам в этом, я хотел бы узнать его самого и, прежде всего, лично. Теперь вы меня понимаете?

Ева встает и протягивает ему руку в знак согласия:

– Я вас, правда, не совсем поняла, Джек, но пока остановимся на этом. В любом случае, я обещаю быть осторожной. Вам этого достаточно на данный момент?»

Он на мгновение задерживает ее руку и открыто смотрит ей в лицо:

– Да, Ева, на данный момент достаточно. Я знаю, что вы очень ценный и цельный человек, И именно поэтому хочу, чтобы мужчина, которого вы любите, заслужил вас. И я буду счастлив помочь вам добиться этого, когда я с ним смогу познакомиться лично, как я уже сказал, если это вообще будет возможно!

Джессика молча слушала беседу и спросила, обращаясь к Еве:

– А сейчас, что?

Джек обратился к своей сестре:

– Я поговорю с тобой позже, малыш! А сейчас извини меня. Я скоро приду. А пока, Джессика, я попрошу тебя дать Еве самую полную информацию о леди Кенсингтон. Ты же знаешь, о чем идет речь.

Он добродушно кивает двум девушкам и уходит.

Джессика рассказывает Еве все, что знает о леди Кенсингтон. – А красива ли она, леди Кенсингтон? – с любопытством спрашивает Ева в конце.

– Говорят, она даже очень красива, – отвечает Джессика, и, заметив несколько тревожных морщинок на лбу Евы, добавляет успокаивающим тоном: – Не волнуйтесь! Вы можете соревноваться с ней в любое время, когда захотите, Ева. Нужно только захотеть! Но в связи с этим у меня вопрос: не кажется ли вам, что в прошлом вы слишком сильно принимали чувства Нормана как само собой разумеющееся?

– Я не кокетничаю! – гордо отвечает Ева.

Джессика задумчиво улыбается в ответ:

– Вам и не надо быть такой, Ева! Но многие пары совершают ошибку, будучи слишком уверенными в своей любви, они поэтому часто принимают ее как должное. Но для поддержания любви нужно постоянно что-то делать. Это как растение, которое засыхает, если его не поливать, – Затем ее лицо принимает озорное выражение, и она с усмешкой говорит:

– Знаете ли, что бы я сделала на вашем месте?

– Что?

– Я бы на вашем месте очень усложнила мальчику жизнь!

Ева раздраженно: – Чтобы он пошел к этой леди Кенсингтон…?

– Неужели это так важно? – улыбается Джессика, – Как мы все знаем, цель оправдывает средства. Разве не гораздо важнее сейчас по-настоящему проявить к нему любовь и защитить его от бед, даже если поначалу это будет делаться тихо и тайно? Будьте смелее, Ева! Если он одумается, то или вернется к тебе, или…

– Или? – тихо спрашивает Ева.

Джессика не может не заметить тревожного выражения ее лица. Поэтому Джессика продолжает твердо и четко:

– Или он недостоин вашей любви! И тогда лучше пусть все закончится быстро, чем вы будете таскаться с ним полжизни или всю жизнь! Вы же знаете, что лучше ужасный конец, чем ужас без конца!»

В дверях появляется Джек, опрятный и явно в хорошем настроении:

– Вот я и пришел.

– Рада снова видеть вас, Джек, – серьезно говорит Ева. – Вернемся к текущему вопросу: Я не могу и не хочу разговаривать с Норманом в данный момент и, как я уже сказала, не хочу поддерживать его миссию, тем более что теперь я знаю, насколько она может быть опасна. Поэтому я иду в этом деле своим путем. Томми Шелтер, которого я также взяла под свою опеку, понимает меня и одобряет мой подход и, несомненно, поддержит его еще больше после сегодняшних выводов.

– Это также означает, что у вас есть одобрение и поддержка со стороны Джесси, – многозначительно улыбается Джек. – Я вижу это по глазам моей сестры. Имя Томми Шелтер, похоже, является для нее достаточной гарантией.

– Но, Джек! – пытается возразить Джессика, делая смущенное лицо.

– Все в порядке, Джесси! – успокаивает ее Джек. – Я не слепой. Твои глаза не блестят просто так!..

Ева в ужасе прижимает руку ко рту и говорит: – Боже правый! Томми Шелтер передает вам привет, Джессика! Я забыла вам это сказать.

Джек обращается ко всем:

– Уверен, вы заметили мое хорошее настроение и захотите узнать, что мне удалось выяснить за это время. Что мне не удалось выяснить, или, по крайней мере, пока не удалось, это то, как оружие перевозится из США в Африку и на Ближний Восток. У меня сложилось впечатление, что за этим стоит огромная организация. Но я слышал два имени, которые важны в этом контексте: месье Куртье из Парижа, которого мы уже знаем, и месье Астикроса, левантийца, живущего в Танжере. На данный момент это не так много, но уже кое-что. Надо подождать и посмотреть. – Вот, смотри – мистер Шелтер! Какими судьбами?

Дверь открывается, и в нее входит Томми Шелтер, злобно рыча:

– Я из «Блэкфрайерса». Норман – …Дайте мне сначала глоток виски, мистер Уайлдер, чтобы я мог смыть свой гнев!