Послесловие

Давид бесцельно бродил по узким коридорам Юпитера. Вокруг царила беспрерывная беготня и хаос. Обезумевшие от страха и звука выстрелов жители, будто ополоумевшие метались по всем этажам. Бойцы убежища по началу пытались урезонить чересчур возбуждённых соотечественников и навести какой никакой порядок, но всё было напрасно.

В ответ на угрозы и выстрелы в воздух, в стенах Юпитера разразилась ещё большая паника. Махнув на всё рукой, бойцы отправились зализывать раны. Для многих этот день стал последним, но было и множество тяжелораненых. Которые заслуживали к себе больше внимания чем голосящие по чём зря бабы.

На него пару раз натыкались рассеянные жители, но завидев бледное, ничего хорошего не предрекающие лицо героя, в суеверном ужасе старались вжаться в стены. В надежде укрыться от этого балагана он зашёл в некогда свою, бывшую ему домом, за многие годы, проведённые в убежище, комнату.

Давид сурово обвёл взглядом перевёрнутую с ног на голову комнатушку. Жилище сильно пострадало от приспешников Павла. Похоже ребята, из шкуры вон лезли, только для того, чтобы нарыть на него что-нибудь противозаконное. Всё перерыто верх дном. Матрас и подушки распороты и валяются на полу. Повсюду пух и перья.

«Раньше мне казалось, что здесь больше места». — Печально подумал герой, обводя взором восемь жалких квадратных метров.

Давид с нежностью поднял с пола, разбитую, загаженную отпечатком сапога рамку. Он долго смотрел на пожелтевшую от сырости фотографию. На ней запечатлены они с Настей. Совсем юные и такие беззаботные. К горлу подкатился предательский ком. Припрятав дорогой для души снимок, поближе к сердцу он ещё раз осмотрелся.

В комнате совершенно не осталось ничего ценного. Ни настольный часов, которые им на годовщину подарил отчим. Ни синих наволочек, которые Настя сама сшила. Пропала даже грязная роба героя. Он уже и не знал на кого грешить. С точки зрения логики такие безделушки не должны были заинтересовать зажравшихся прихвостней администрации. В душе остался подленький осадок на соседей…

Собираясь уже уходить, он обернулся на пороге и напоследок окинул комнату, предательски защипавшими глазами.

«Пускай остаётся как есть». — Печально подумал герой. — «Я сюда больше ни ногой».

Как вдруг его взгляд упал на нечто жёлтое. С замиранием сердца он достал из-под кровати небольшой, обтянутый плёнкой блокнотик. Не приставляющий абсолютно никакой ценности для людей Павла, он был брезгливо брошен на пол, но для героя он имел поистине важное значение.

Когда-то давно, ещё до женитьбы, он пытался писать стихи. Даже если бы он и захотел, то при всём бы желании не смог бы вспомнить, когда он последний раз брался за перо. Но всё же это была частичка его счастливого прошлого! До того, как вся его жизнь стремительно полетала в ад, у него была семья, жена, должен был появиться ребёнок. Он даже начинал сочинять в голове стих для Насти, по поводу рождения сына… Медленно опустившись на обод скрипучей металлической кровати он раскрыл блокнот. Строчки проносились одна за другой, оставляя тяжёлый осадок в душе.

Пускай эти стихи не были вершиной поэтического творчества, да и показывать их кому либо кроме жены и близких было необычайно стыдно… Горячие, капли одна за другой закапали на исписанные карандашом страницы.

Конец первой книги серии: Донбасс. Наследие Великих.
Загрузка...