Отрицание чувств. Теперь на ты

Глава 34. Расставание

Марго

Очередное нетипичное утро слишком положительно влияло на мое душевное состояние, потому что на завод я опаздывала в отличном настроении. Естественно, войдя в кабинет, мне моментально задали вопрос, почему я вдруг так задержалась и никого не предупредила.

— Я отпросилась у директора, он мне разрешил сегодня опоздать. — оказалось, что скрыть свое воодушевление от этой темы, мне было довольно сложно.

— А может это наоборот он у тебя отпросился? Вон, только что приехал. — коллега, которая в это время традиционно поливала цветы на подоконнике, наклоном головы указала мне на окно.

Я не сдержала своего любопытства, поэтому подошла и взглянула, как Завьялов вышел из автомобиля и, закрыв дверь, направился ко входу на завод. На нем был другой костюм, но даже издалека я успела разглядеть, что галстук и рубашка остались те же. На любопытный взгляд коллеги я лишь пожала плечами, но все-таки не удержалась и косвенно приоткрыла завесу и без того достаточно явной тайны.

— Может и он у меня, тут как посмотреть. — послав свою улыбку вмиг повеселевшим женщинам, уселась на свое место.

— Интересно! И как же это смотреть надо? — соседка по кабинету закончила свои манипуляции с поливом, поэтому облокотилась на мой стол и внимательно с нескрываемым любопытством на меня посмотрела.

Пока я зависла в попытке придумать правдоподобную историю, в кабинет вернулся стажер, поэтому сотрудница, не дождавшись моего ответа, жестом намекнула ничего не говорить и вернулась на свое место. Наверное, только сейчас до меня дошло, что особое отношение Артема ко мне не заметила исключительно я. В действительности после того разговора он больше не делал мне намеков и общался со мной лишь по работе. Очевидным также был факт, что вопросов с его стороны ко мне стало гораздо меньше. С одной стороны, я указала, что не свободна, но с другой успела написать ему подробную инструкцию, из-за чего понять наверняка причину снижения его внимания теперь не могла. На деле это было неважно, но осознание, что при стажере мои отношения с директором никогда не обсуждались, пришло ко мне только сейчас. В итоге к теме моего утреннего опоздания никто так и не вернулся, а день в обилии дел пролетел почти незаметно. В конце рабочего дня решила напомнить Завьялову про себя и отправилась в его кабинет. Оказавшись у двери, уже хотела постучать, но вдруг до меня донесся его разговор на достаточно повышенном тоне. Поколебавшись минуту, аккуратно нажала на ручку двери, чтобы щелчка не было слышно, и одним глазом заглянула в кабинет. Даниил стоял у окна спиной ко входу и вел довольно напряженную беседу по телефону.

— Я уже три раза на это указывал, но твои разработчики данный комментарий постоянно игнорируют. — директор явно находился в некотором раздражении. — Паша, я прекрасно понимаю, что чем больше уровней безопасности, тем лучше, только таким образом мы будем согласовывать по полгода даже типовые договора. Ты сам знаешь, что мы не располагаем таким количеством времени, поэтому очень прошу тебя все-таки учесть мой комментарий.

Дальше я слушать не стала, также тихо закрыв дверь. На выходных я себе позволила вклиниться в подобный разговор, однако в этот раз точно знала, что буду сейчас лишней. Судя по жесткому тону Завьялова и услышанному мной, тема была важной, поэтому отказавшись от своей идеи, отправилась домой. Даниил точно понял мой утренний намек, поэтому я надеялась, что он сам приедет ко мне без дополнительного приглашения. Вот только я его так и не дождалась. Разумеется, меня это расстроило, но я решила, что уточнять что-либо по телефону не хочу, а завтра дам ему возможность исправить эту досадную ошибку. Правда утром я совсем об этом забыла, потому что Юля прислала мне ссылку на последнее интервью Элен, где та фактически призналась, что она давно помирилась с Даниилом и теперь ждет его обратно из командировки. Видимо отдых для этой дамочки даром не прошел, раз по возвращении, она сразу сделала такое громкое для ее случая заявление.

Элен явно взорвала светскую хронику, потому что почти все сплетни и новости пестрили заголовками, что бывший ее простил, а значит режиссер и правда шантажист. Даже если бы Юля не прислала мне эту статью, я точно наткнулась бы на это сама. Уже на заводе не постеснялась и потратила время, чтобы послушать, что именно рассказала светловолосая интриганка ведущей популярного ток-шоу. По истории Элен, она все прояснила с Завьяловым еще несколько недель назад, когда приехала к нему в другой город. Естественно весь рассказ подогревался фотографиями из ее поездки, только вот прямо о нем она так и не сказала, лишь раз якобы в запале теплых чувств случайно произнеся его имя. В конце интервью девушка отметила, что вся ситуация для нее оказалась слишком тяжелой, что даже две недели у соленой воды ей не помогли вернуть моральное состояние в норму. Уже после она томно добавила, что счастье любит тишину, поэтому более распространяться на эту тему она не планирует.

Я прекрасно знала, что все это выдумка, но косые взгляды после изучения данной темы меня неожиданно сильно стали напрягать. Многим уже точно было известно о наших с Завьяловым отношениях, но сейчас это играло против меня, ведь выходило, что в столице его ждет другая. Конечно явно никто ничего не спросил, но если соседки по кабинету сегодня были в некотором задумчивом молчании, то случайно услышанный в столовой разговор кадровичек меня слишком неприятно задел. Они точно злорадствовали, обсуждая, что бедную меня всего лишь временно используют и как я при этом наивно поверила, что скоро перееду в столицу. В середине дня мои нервы не выдержали, поэтому решилась отвлечь директора.

Я не понимала до конца, что хочу у него спросить, но червячок сомнения упорно копошился в голове, отнимая спокойствие. Учитывая, что сам он ко мне вчера не приехал, хотелось до конца понять всю серьезность наших отношений. Я вошла после короткого стука, но стоило закрыть дверь и увидеть его взгляд, направленный на меня, от двери отойти не рискнула.

— Можно? — вопрос был глупым, но мне нужно было с чего-то начать.

— Ты уже вошла. — Даниил снова был в своем привычном серьезном настрое, подразумевающем только работу.

— У меня нерабочий вопрос… — мои старания взять себя в руки потерпели неудачу, а директор лишь кивнул на стул перед ним, поэтому я наконец отошла от двери и села напротив. — Ты вообще в курсе, что вчера Элен открыто заявила о вашем воссоединении? Теперь она томно сидит у окошка и ждет твоего возвращения. — задав вопрос, я скрестила руки на груди.

— Слышал, но она может делать все что угодно, меня это не интересует. — он облокотился на спинку стула и внимательно посмотрел на меня. — Скажи, когда это закончится?

— Наверное, когда ты что-нибудь сделаешь, чтобы она перестала использовать тебя в своем спектакле.

— Я не об этом, когда ты перестанешь обращать на это внимание? — Завьялов спросил спокойно, но мне удалось распознать напряжение в его голосе.

— Мне кажется, что вот так позволять ей использовать твое имя неправильно. — так или иначе выдумки Элен меня неизменно беспокоили.

— Марго, тебя это точно не касается. — он сказал это достаточно грубо, словно поставив меня на место.

Его слова ощутимо больно ударили по моей гордости и в целом прозвучали крайне неприятно. Захотелось выйти и громко хлопнуть дверью, но я сдержалась, сохраняя внешнюю невозмутимость. Все-таки постоянное общение с ним даром не прошло.

— А позволь поинтересоваться, что именно в твоей жизни меня касается? Правильно подобрать нижнее белье, чтобы тебе приятнее было его снимать? — на мой язвительный комментарий он лишь вздохнул.

— Чего ты добиваешься? Тебе прекрасно известно, что у меня с Элен ничего нет, тогда к чему эти вопросы? — при внешнем спокойствии Даниила, разговор совершенно точно его раздражал.

— Известно, вот только положение у меня такое сейчас, что на заводе уже делают ставки, заберешь ли ты меня с собой в столицу. Поэтому ее так называемое признание, которое уже у всех на слуху, все-таки немного ущемляет мое самолюбие. — я не скрывала, что наш разговор перестал мне нравиться.

— Чтобы забрать тебя с собой в столицу, мне требуется только твое согласие. — его ответ оказался неожиданным, однако полностью понять, что за этим кроется, я не сразу смогла.

— Согласие все бросить и уехать туда, где у меня ничего нет? — конечно я больше драматизировала, все-таки даже в столице мне было куда податься, однако в целом это не давало никакой уверенности в будущем.

— У тебя есть я.

Наверное, если бы Даниил сказал это при других обстоятельствах, я посмотрела бы на все иначе, но сейчас складывалось впечатление, что мне предлагают ехать в качестве домашней зверушки, которая потом займет свое почетное место на коврике и будет периодически радовать глаз. Погасить негативные эмоции мне удалось, поэтому решила уточнить, что он имеет в виду.

— И что ты предлагаешь? — на мой вопрос Завьялов ответил, не раздумывая и не меняя равнодушного выражения лица.

— Предлагаю свою фамилию.

От такого неоднозначного предложения у меня все в груди сжалось, потому что по его непроницаемому серьезному выражению лица я не могла понять, чем это все обусловлено. К сожалению, суть не поменялась, потому что сейчас он словно сделку со мной заключал, в то время как замуж я все-таки планировала выходить по любви.

— Так просто? — я даже выпустила истеричный смешок, не сдержав ироничного вопроса. — Это новый уровень игры такой?

— Марго, сейчас речь не об играх, я говорю о реальной жизни. В конце концов, я не самый плохой вариант, особенно для тебя. — его слова на контрасте с фактически предложением о замужестве снова звучали довольно жестоко, будто он решил сделать мне одолжение.

— Неплохой, вот только если говорить о жизни, то у нас с тобой есть явные не состыковки. — я облокотилась на стол и внимательно посмотрела на него, пытаясь разглядеть хоть намек на серьезные чувства ко мне. Только сейчас видела лишь привычный ему холодный расчет. — Тебе нужна удобная жена, а мне любящий муж. Я никогда не буду удобной, а ты никогда не будешь меня любить. — на мой неутешительный вывод он ответил не сразу, явно обдумав услышанное.

— Так вот до какой планки я получается не дотянул? Для тебя так принципиально услышать признание в любви? — он задал вопрос настолько равнодушно, будто мы говорили о каких-то обыденных вещах.

— Да, принципиально. — я даже вскочила с места, не сумев сдержать свои эмоции. — Мы прекрасно проводили время в одной постели, где не нужно искать компромиссы. Сейчас ты говоришь, что твои решения меня не касаются, а мое мнение по поводу переезда даже не берешь в расчет, будто его можно легко перекрыть штампом в паспорте. — я жутко злилась, что диалог складывался подобным образом, а еще больше меня злило, что Даниил никак не реагировал на мои слова. — Дело не в признании, а в самих чувствах. Я хочу быть нужной, хочу ощущать свою особую значимость, поэтому становиться твоим безмолвным аксессуаром не собираюсь. И кстати моя фамилия меня вполне устраивает. — я не удержалась от попытки его посильнее задеть.

— Думаю, в данном случае тебе было уместнее взять время на размышления, а не бросаться словами не подумав. — Даниил продолжал сидеть в кресле все также равнодушно наблюдая за мной, но я уже знала, что сумела его задеть, потому что сейчас он снова говорил достаточно грубо. Только мне не становилось легче, ведь вокруг рушился тот иллюзорный мир наших отношений, который я построила в своей голове.

— Знаешь что, Завьялов? — я встала напротив него и натянула на своем лице улыбку, сумев выдержать размеренный тон. — Ты говорил, что тебе пора возвращаться в столицу. Так уезжай. — больше мне нечего было ему сказать, поэтому я развернулась и пошла к выходу.

— Я уеду, Марго. Скучать по мне не будешь? — его слова заставили меня оглянуться, остановившись у самой двери. Только он сейчас лишь пытался ответить на мою колкость, в то время как намека на что-то другое я по-прежнему не видела.

— А ты по мне? — оставив за собой последнее слово, я вышла из его кабинета.

До конца рабочего дня я продержалась, жутко злясь на Даниила, а когда вернулась домой, вдруг задумалась над тем, что конкретно между нами произошло. Копаясь в обрывках прошедшего разговора, я никак не могла принять, что он на полном серьезе практически сделал мне предложение, от которого я по сути отказалась. Только с другой стороны, если он в самом деле был решительно настроен, то мои слова являлись отличным поводом возразить и убедить меня в некой искренности, чего он даже не подумал сделать. Я по-прежнему злилась, что он молча принял все сказанное мной, будто был полностью согласен с услышанным, а главное никак не могла примирить в себе слова, сказанные им в мой адрес. Так или иначе все, что между нами происходило до этого, было не просто так, а значит сейчас Даниил мог без лишних сомнений приехать ко мне и попытаться еще раз поговорить. Однако он не появился этим вечером, а на следующий день, когда я честно уже думала сделать первый шаг и попробовать обсудить все спокойно, узнала, что в пятницу директор складывает свои полномочия и покидает наш город.