Отрицание чувств. Теперь на ты

Глава 4. Ответы

Марго

Утреннее уточнение директору стало неплохим напоминанием мне самой, что нельзя просто так ему поддаваться, при этом отсутствие его прямого отказа меня несомненно радовало. Как ни странно, это позволило не терзаться лишними мыслями на его счет, а полностью погрузиться в работу. Я довольно долго вводила нового сотрудника в курс дела, постоянно отвечая на огромное количество вопросов. Стажер оказался не настолько смышленым, как я ожидала, ведь многие вещи приходилось объяснять по несколько раз, причем уверенности, что он в итоге все понял, у меня не было. Помимо этого, я старалась успеть выполнить все текущие рабочие задачи, параллельно пытаясь разобраться, как склонить чашу весов в сторону диагностики. Моя излишняя самоотдача снова сработала против меня, ведь пришлось даже задержаться и практически силой отправить новоявленного сотрудника домой. С одной стороны, его желание познать больше азов своей должности было похвальным, только моя выдержка оказалась куда слабее директорской, потому что искать в себе силы и делать вид, что его недостаток знаний в порядке вещей, я уже не могла. Пришлось намекнуть, что сейчас он очень поможет, если наконец-то уйдет домой. Аналогично я отказала Юле во встрече, но подруга заверила, что сегодня она меня простит, но завтра страдать трудоголизмом не позволит.

В четверг мой распорядок дня явно стал копировать вчерашний день, поэтому решив, что стажеру лучше познавать все по ходу на практике, частично отправила его в вольное плавание по должностным обязанностям. Ближе к полудню поняла, что видимо дальше вопрос с перераспределением стали обсуждать без меня, ведь зная подход Завьялова, очередное совещание уже должно было состояться. Этот факт немного ущемил самолюбие, хотя я понимала, что вряд ли смогу сказать что-либо дельное по работе оборудования. В итоге я погрязла в рабочей текучке и довольно поздно осознала, что понятия не имею, было ли принято какое-то решение по сбою в линии. Благодаря этому у меня появилась неплохая возможность за одно еще раз уточнить директору мои так называемые условия, как он вчера и просил. Пока я шла к кабинету в приподнятом настроении, встретила Геннадия Юрьевича, который направлялся в сторону производственного блока. Не откладывая свои мысли на тему перераспределения, поинтересовалась о вероятном решении проблемы у него. Ответ быстро вернул меня в рабочее состояние и сменил настрой на противоположный, потому что от диагностики отказались, избрав повторный полноценный ремонт. Меня слишком удивил выбранный вариант, что я зацепилась за зама и начала упорно его расспрашивать о причинах принятия такого решения, дойдя с ним до входа на производство.

— И все равно не понимаю, почему нельзя сделать диагностику. Подумаешь, платно, зато нашли проблему и решили, раз наши сами не могут. — я почувствовала себя словно стажер, который аналогично не мог меня понять.

— Маргарита, сейчас вопрос в том, чтобы избежать лишних растрат. Я сам за диагностику, но мы же сейчас не просто работаем как обычно, а движемся согласно этому плану по развитию. — зам повторял мне одно и то же разными словами, только мне это не приносило понимания. — В конце концов, не можем же мы легко сказать, что поставщик… — Геннадий Юрьевич оборвал свою фразу и посмотрел в сторону, после чего со вздохом договорил уже другое. — Спроси лучше у директора, может он сможет понятнее объяснить. — на эти слова я повернула голову в сторону, откуда как раз пришел Завьялов.

— Даниил Борисович, у меня к вам вопрос! — так как ситуация никак не складывалась в моей голове, я сразу воспользовалась советом зама. Однако директор лишь мельком глянул на меня, вернувшись в экран телефона.

— Я не получил сегодня уточнение, Марго. — этот комментарий оказался слишком неожиданным, особенно учитывая рядом стоящего заместителя. Только Завьялов продолжал что-то писать в своем телефоне, полностью игнорируя меня, чем как всегда злил, поэтому решила не признаваться, что шла к нему как раз фактически дать то самое уточнение.

— Так я вчера вроде все доходчиво объяснила. — мои слова наконец получили его внимание. — Только мой вопрос в другом.

— Я не готов его сейчас обсуждать. Геннадий Юрьевич, можем идти? — своим равнодушием он лишь делал хуже себе, потому что теперь я была не намерена так просто его отпустить.

Если бы у меня была с собой спецовка, я не раздумывая пошла бы с ними, но в сложившейся ситуации смогла только встать на пути директора в очередной попытке получить его разъяснения. К сожалению, даже это мне не помогло, потому что Завьялов вновь проигнорировал мои посягательства на его личное пространство и время, загадочно намекнув найти его позже. Когда директор с заместителем скрылись в производственном блоке, я еще несколько секунд пыталась понять, что конкретно сейчас произошло. Меня даже успели посетить мысли на тему кармы, ведь я осталась без ответов ровно также, как бросила стажера на вольное обучение. Пока возвращалась в свой кабинет, пыталась проанализировать произошедшее, но реальной причины такого откровенного нежелания объяснить мне всю ситуацию так и не поняла. Чтобы немного восстановить свой кармический баланс, снова уделила стажеру чуть больше внимания, даже излишне мило постаралась донести до него информацию. К счастью, в этот раз его восприятие обучения явно было получше, что сумело немного поднять мое настроение, только директор достаточно легко этот настрой увел обратно в минус.

Я честно попыталась найти Завьялова позже, как он мне и сказал, вот только первая попытка не увенчалась успехом, ведь я наткнулась на закрытую дверь. Мой второй заход несмотря на открытый кабинет, оказался еще хуже, ведь он в прямом смысле выгнал меня, чем заставил в принципе усомниться сразу в нескольких вещах. Я оказалась словно выброшена за борт важного процесса, и пусть мое мнение не могло стать решающим, банального участия хотелось. Другой стороной медали было то самое уточнение, ведь пусть он неплохо на него среагировал, легко мог поменять свое мнение. Нахлынувшее отчаяние даже заставило поделиться с коллегами по кабинету своими переживаниями.

— Я совершенно не понимаю, почему нельзя сделать все как раньше… Растраты растратами, но здесь даже наши производственники выбрали ремонт, а мне никто ничего не может объяснить. — я наворачивала по кабинету круги, пытаясь хоть немного успокоить хаотичный поток своих мыслей.

— Рита, хватит себя мучить! — мне ответила одна из коллег по кабинету. — Нашим инженерам сказали ремонтировать, они и рады, а там всякие расходы высчитывать, это не их ума.

— А что их ума, если они и проблему найти не смогли? — вступила в разговор вторая.

— Вот и я о том же! — я удивилась своему голосу, который стал походить на истерику. — Диагностику всегда в таких случаях делали! Недавно ремонт был, зачем опять ремонтировать, не понимаю… — мой вздох нашел отклик стажера.

— У меня на прошлом месте работы тоже случай был, там похожая линия вечно сбоила. Ее раз починили, не помогло, потом еще два раза чинили, чуть ли не заново перебрали, а оказалось дело не в оборудовании было, а в распределительном щитке. Там кто-то схитрить решил, поэтому поставили предохранители послабее, но нигде не указали, так они не выдерживали. Узнали об этом случайно, когда ремонтник с электриком о жизни говорили. И такое бывает… — комментарий Артема был бесполезным, однако аналогию я провела однозначную, ведь во всей этой истории точно потеряла важный элемент.

— Риточка, не забивай ты голову. И вообще, ты ела сегодня? — вопрос коллеги резко сменил направление моих размышлений, потому что я на полном серьезе не смогла вспомнить, ходила ли на обед. Моего ответа ждать не стали. — Вижу по глазам голодным, не ела. Пойдем в столовую, пока не закрылась, там сегодня такие пирожки вкусные были, может еще остались!

Слова о пирожках нашли отклик в моем проголодавшемся животе, поэтому предложение я приняла без долгих раздумий. В действительности я так озадачилась одновременно несколькими делами, что даже не вспомнила про обед, хотя обычно исправно посещала нашу заводскую столовую. Мне не раз хотелось переименовать ее в ресторан, потому что еще в школьные времена я специально прибегала после уроков на завод к деду и непременно ходила к заведующей тете Вале, чтобы попробовать полюбившиеся мне кулинарные творения. Самое интересное началось тогда, когда она открыла для себя интернет и разные рецепты в нем, ведь рацион расширился настолько сильно, что большинство заведений города в самом деле могли нам позавидовать. Я как-то предлагала ей выйти за пределы завода и открыть реальное кафе, только эти люди слишком консервативны и совсем не готовы менять привычный ритм жизни, так и наша заведующая сказала, что ей приятнее кормить исключительно нас. Однако ход моих мыслей вернулся к перераспределению и ремонту, стоило пройти мимо входа в производственный блок. Видимо наш первоначальный план развития был слишком удачным, чтобы сложиться как надо, только, когда я прикидывала варианты, то с учетом диагностики и предполагаемого небольшого ремонта так или иначе выходило отложить плановый ремонт всего одной линии, но не более, как получалось при выбранном раскладе. Как назло, я не могла ни с кем хоть немного обсудить этот момент.

К концу дня в столовой обычно почти не оставалось еды, но мне теперь очень хотелось хоть что-нибудь перехватить, поэтому одними пирожками я не планировала ограничиться. Оказавшись в помещении, я забежала в дамскую комнату у входа, чтобы помыть руки, в то время как коллега сразу пошла внутрь. Встретились мы с ней практически сразу в дверях, где она посетовала, что пирожков не осталось, поэтому возвращалась обратно в кабинет. Я решила сразу узнать, осталась ли другая еда, и каким было мое удивление услышать о наличии в столовой не только еды, но и директора. Безусловно поздний обед ушел на второй план, ведь у меня появился реальный шанс хоть что-то узнать, поэтому я без стеснения пошла напрямую к Завьялову, который безмятежно стоял у стойки с раздачей.

— А вот и вы Даниил Борисович. — я встала около него, скрестив руки на груди. — Может быть сейчас вы сможете уделить мне свое директорское внимание? — фраза вырвалась неосознанно, потому что я в самом деле была зла, что он весь день меня игнорирует.

Если Завьялов и среагировал на мои слова, то с легкостью скрыл это, переведя на меня абсолютно равнодушный взгляд. Отвечать он не торопился, зато со мной тут же заговорила тетя Валя, которая стояла от нас по другую сторону раздачи, выдавая директору его обед.

— Маргарита, ну зачем ты так? — она перевела взгляд на Завьялова. — Даниил Борисович, вам кофе как обычно? — на ее вопрос директор сразу ответил кивком и поблагодарил, задев меня своим нескрываемым безразличием непосредственно ко мне, поэтому и дальше не смогла молчать.

— Как обычно? Вот это сервис. — я внимательно смотрела на Завьялова, который все-таки перевел свой взгляд обратно на меня. Однако теперь ему просто не хватило времени ответить, потому что разговор снова перехватила тетя Валя.

— Заметь, качественный сервис. Я ко всем посетителям отношусь внимательно. — она поставила чашку в кофейный аппарат, нажала кнопку и вернулась к стойке раздачи. — Я помню, Рита, что ты любишь чай, причем фруктовый, а лучше с цитрусовым вкусом. — ее заботливый тон не оставил мне шансов злиться дальше, поэтому я искренне улыбнулась нашей заведующей и послала ей воздушный поцелуй. Именно в этот момент я услышала приглушенную усмешку директора.

— Цитрусовые… — он заставил мое сердце подпрыгнуть в груди, после чего я резко развернулась к нему.

Мне сразу вспомнилась его реплика о моих духах, когда я бесстыдно оказалась на директорском столе, ведь в моем любимом запахе отчетливо присутствует именно цитрус. Эти воспоминания неожиданно ворвались в мою голову, а хитрый взгляд Завьялова в мою сторону практически вывел из равновесия. Безусловно директор лишь отыгрался за мои недружелюбные высказывания в его адрес, только именно этот момент был понятен исключительно нам с ним также как и фраза про уточнение при заме, что со стороны явно выглядело довольно неоднозначно и отчасти провокационно.

— Именно! — я посмотрела на Завьялова достаточно красноречиво, чтобы он понял мое отношение к его выпаду, однако после все равно вернулась к волнующей меня теме. — Ну, так что скажете, Даниил Борисович? Позже наступило, я могу наконец спросить? — я постаралась говорить спокойнее, но голос предательски выдавал мой обиженный настрой.

— На какую тему у тебя вопрос, Марго? — его реплика оказалась немного странной, ведь я была уверена, что он знает причину моего желания с ним поговорить.

— На тему перераспределения, конечно! — я сказала об этом от части растеряно, хотя явно смогла немного успокоиться.

— Марго, ты уже внесла свое предложение, которое оказалось неподходящим по ряду причин. Дальнейшая проработка остается за производственным блоком и тебя коснется только на этапе внесения изменений в план. Сейчас не вижу смысла это обсуждать. — неожиданно получив от него ответ, почему меня так упорно игнорировали целый день, словно выдохнула и сумела наконец задать нужный вопрос.

— Это понятно, но я ведь просто хочу узнать, почему выбрали ремонт. — осознав подход директора, все же решилась попытаться получить интересующие меня разъяснения.

— На этот вопрос отвечать долго, а у меня сейчас обед. — он снова не хотел со мной говорить, а я опять почувствовала себя донельзя глупо. Только слова про обед напомнили мне причину, для чего я сама появилась в столовой.

— Поздновато обедаете, но я, пожалуй, составлю вам компанию. — мне захотелось хоть немного его позлить, однако Завьялов как всегда был непробиваем, а тетя Валя перешла почти на шепот.

— Маргарита! Хватит дерзить директору. — она говорила тихо, но достаточно слышно, при этом делать грубый тон у нее никогда не получалось.

Это замечание меня скорее позабавило, потому что заведующая искренне переживала, что Завьялов неправильно воспримет меня. Только я очень хотела хоть как-то его пробить, поэтому заказав комплексный обед, не удержалась от очередного сарказма.

— Не волнуйся, теть Валь, Даниил Борисович уже привык. — я даже смогла снова обратить на себя его внимание и изобразить натянутую улыбку в ответ.

— Скорее смирился. — он ответил неизменно безразлично, а потом попросил включить мой обед в его счет, чем не оправдал мои попытки его задеть, моментально выбив из равновесия своим поступком именно меня.

— Вообще-то я не просила... — вместо банальной благодарности из меня вырвалось явное возмущение, но он не дал мне продолжить.

— А я не спрашивал. — его ответ оказался слишком твердым, что спорить я не стала. — Жду за столом. — он ушел, а я попыталась вернуть себе спокойствие и повернулась обратно к заведующей, которая собирала мне обед.

— Ты бы лучше с ним поласковее, авось глядишь и вышло бы у вас чего. — тетя Валя сказала это очень тихо, чтобы услышала только я, но сама фраза еще сильнее пошатнула все внутри меня.

— И что вы все меня с ним свести так хотите? — я фактически прошипела это, чем рассмешила мою собеседницу.

— А то все не видят ничего. — она отдала мне последнюю тарелку. — И вообще, ты у нас красавица, он мужчина видный, даже внимание какое проявил сейчас. — заведующая философски подняла вверх указательный палец.

— Ему просто хочется быстрее от меня отделаться. — я старалась говорить уверенно, но сердце упрямо билось быстрее.

— Ничего ты, Маргарита, не понимаешь. Он на тебя хоть и строго, а по-особенному смотрит. Нравишься ты ему. — от подобных слов тети Вали с трудом удалось сдержать смех, но справившись с собой я смогла выдать свой вывод.

— Вы все преувеличиваете. — мои слова получили лишь осуждающие покачивания головой заведующей, но больше я с ней не хотела обсуждать эту странную тему.

Завьялов вновь что-то изучал в телефоне, когда я подошла к его столу. Ждать дополнительного приглашения не стала, сразу усевшись напротив. Естественно, он не отвлекся, а я решила хоть как-то обозначить подобие благодарности.

— Спасибо, конечно, но я вчера не имела в виду ухаживания. — я проговорила это тихо, но Завьялов меня услышал и даже усмехнулся, ответив обычным тоном.

— Я лишь проявил вежливость, а ты явно нарушаешь субординацию. — он отложил телефон и посмотрел на меня. — Может вернемся к твоему вопросу? — его тон оставался почти стальным, но вести разговор на тему наших непонятных отношений я не собиралась.

— Я только «за». Может Вы сможете внятно мне объяснить, почему выбрали ремонт вместо диагностики? — мне пришлось принять правила субординации, сделав акцент на обращении, что позволило не только перестать контролировать уровень громкости голоса, но и отлично избавило от ненужных мыслей на тему моих взаимоотношений с директором.

— Ремонт даст стопроцентную гарантию дальнейшей бесперебойной работы линии. — он по-прежнему оставался немногословен, но мне хотелось узнать все досконально.

— Раньше мы делали диагностику в таких случаях и ограничивались частичным ремонтом, почему сейчас нельзя поступить также? — я начала себя чувствовать попугайчиком, который целый день твердит одну и туже фразу. Благо с директором об этом я говорила впервые и не успела ему надоесть.

— Ты уверена, что ремонт будет частичным? — директор задал каверзный вопрос и с нескрываемым интересом смотрел на мой мыслительный процесс. Пришлось как неуверенной студентке на зачете отрицательно мотнуть головой. — В этом кроется ответ, ведь мы не можем просчитать наперед, какие затраты будут после диагностики. Ремонт же напротив дает четкое понимание сроков и размера планируемых расходов. — его объяснения оказались более понятными, наконец расставив по местам в моей голове большинство нюансов.

— Выходит, дело в том, что мы просто не можем просчитать вероятные траты?

— Считай, что так. Более того диагностика тоже платная, и не исключена вероятность, что после все равно придется делать полноценный ремонт. Ты сама знаешь, терять время и средства сейчас непозволительно, а риск потерять их в случае с диагностикой больше. — тон директора явно смягчился, а я теперь уже кивала, но продолжала молча слушать. — Плюс ко всему я уже раз доверился заключению производства, в итоге линия, которая была указана как надежная, сейчас встала. Так что теперь считаю необходимым перестраховаться. — его фраза явно указывала на наш промах, от чего любые мои вероятные доводы потеряли всякий смысл.

Я в самом деле поняла причину и была согласна с его подходом, так как риски действительно нужно минимизировать. Мне удалось задать еще пару уточняющих вопросов, на которые Завьялов без труда ответил, после чего он даже пообещал дать возможность посетить завтрашнее утреннее совещание по этому вопросу. Видимо в этот раз я больше слушала, чем говорила, потому что со своим обедом расправилась быстрее. Директору удалось успокоить мои размышления и дать возможность немного отпустить тревожные мысли, а в купе с обедом в его приятной компании, я ощутила новый прилив вдохновения, что положительно сказалось на моем настроении. Хотя причин внутреннего подъема было куда больше, ведь мои не самые приятные ощущения, связанные с отсутствием информации и нежеланием других ею делиться, больше меня не терзали.

— Еще раз большое спасибо за разъяснения и за обед, Даниил Борисович. Теперь временно оставлю вас в покое. — я улыбнулась ему, собирая посуду на поднос.

— Я удивлен, Марго, ты даже не стала спорить. Неужели вчера поставив свое условие, ты сразу стала покладистой? — его довольно циничное высказывание не позволило мне сдержать ироничной улыбки в ответ.

— Нет, просто полностью согласная с вашим решением, что и поспорить не о чем. — внимательно на него посмотрев, я заговорила тише. — Что касается условия, то тебе стоить придумать ответное, так будет честнее. — я внимательно на него посмотрела, заметив с его стороны явный интерес к моим словам, поэтому решилась закрепить результат. — Кстати обед засчитан, твоя компания мне однозначно понравилась. — получив его сдержанную улыбку в ответ, все-таки покинула столовую.