Пари на дракона

Глава 18.Драконы во всём своём великолепии

Кара Тэлль

Аудитория бурлит от разговоров. На лекцию магистра Брюгвер, кажется ошарашив даже его самого, пришли не только альвы и оборотни, но и весь выпускной курс драконов. Подтянулись студенты всех специализаций, и мы с девочками с трудом успели занять себе места на средних рядах этого большого учебного класса. Здешние парты из полированного светлого дерева располагаются ярусами, спускаясь к преподавательской кафедре.

Но зря я надеюсь, что на этом моя утренняя стычка с Рейвом окончится. Вместе с принцем и Гором они составляют нам компанию. Причём Армониан каким-то образом оттягивает к себе Мирру, предлагая ей занять ряд выше. Туда же он утаскивает и Лери. А вот Гор находит место ярусом ниже, усаживаясь с Клео. И эти двое словно выпадают из реальности. Во всяком случае, от них то и дело доносятся жаркие обсуждения очередного артефакта.

Я пытаюсь сосредоточиться на болтовне студентов, тем более там есть что послушать – от восхищения новым элементом формы девушек до странных происшествий в районе инсектария, но у меня ничего не выходит. И всё из-за одного настырного чешуекрыла.

– Ты можешь пересесть? – прошипев, пытаюсь отодвинуться от вездесущего Рейва.

Но дракон и не думает выполнять мою просьбу. С нахальной улыбкой придвигается ещё ближе.

Я с тоской закатываю глаза, а потом принимаюсь по третьему кругу осматривать аудиторию. Натыкаюсь взглядом на Пелагею и её свиту. Княжна попыталась занять место рядом с Армом, но стоило ей увидеть Шуша у меня в руках, как лиса чуть ли не скатилась до первого ряда. Вот там я её и обнаруживаю.

И даже с нашей высоты слышу недовольное гудение, которое окружает этот улей. Точно жди подвоха.

Веду взглядом дальше, с преувеличенным любопытством разглядывая преподавательское место. Возле массивного стола очищен внушительный квадрат пространства, вокруг которого мерцает магический щит. Не то полигон, не то выставочная площадка. Даже страшно предположить, для чего приняты такие меры безопасности.

Хотя ещё чуть-чуть – и я буду готова запрыгнуть в эту своеобразную клетку. И всё потому, что Греаз и не думает униматься. Цепляет меня каждой фразой, каждым словом.

Я уже молюсь Шестёрке, призывая магистра Брюгвера вернуться. Кажется, преподаватель, этот высокий, тощий мужчина со снулым лицом и выглядящий в чёрной мантии как мумия летучей мыши, просто сбежал.

– Так на чём мы остановились? – Рейв возобновляет пытки своим вниманием.

– На том, что ты жульничаешь! – тут же припоминаю ему.

– Не жульничаю, а пользуюсь доступными инструментами. Ты ведь наверняка планировала и в библиотеку заглянуть, и преподавателей расспросить.

– Естественно. Но только расспросить, а не раскрывать причины моего интереса!

– Так вот, это называется – применение административного ресурса, – нравоучительным тоном тянет Греаз, да с таким видом, что даже спящий на моей сумке Шуш снисходительно фыркает.

Согласна, малыш, перед нами тот ещё позёр!

– И к твоему сведению, я Гору ничего не говорил, – вкрадчиво шепчет Рейв, снова придвинувшись и положив руку мне за спину. – Мы к вопросу об артефактах даже подойти не успели. А теперь придётся подключать парня.

От его близости меня клинит. Организм и магия сходят с ума, окуная меня в будоражащий шторм. Что уж говорить про мысли? Как их собрать в таком состоянии?

Сжимаю кулаки и тихонько выдыхаю. Я знаю, что Рейв видит, как я на него реагирую. Но и он не остаётся равнодушным, стоит мне только податься навстречу.

Только мне нельзя играть в эту игру. По крайней мере, пока семья не пришлёт оберег.

– Ну хорошо, ты меня уел, – выдохнув, признаю поражение.

Иногда нужно уступить, чтобы одержать битву в споре.

– Доволен?

Смотрю прямо в его удивительные глаза. Обычно стоит дракону оказаться рядом со мной, как они наполняются фиолетовым сиянием. Но сейчас я вижу лишь пурпурные искры в голубой радужке. Это непривычно, но магнетически красиво.

– Сказал бы я тебе, когда я буду доволен, – наконец хмыкает Рейв, обольстительно улыбаясь.

И снова! Снова от этой улыбки сердце будто с разгона влетает в стену. Мне определённо нужна помощь!

И словно посланцы свыше, в аудиторию входят Ильке и наши парни.

– Сейчас будет мясо, – доносится до меня голос Лери, в котором отлично считывается предвкушение.

Поворачиваюсь к заразе, сидящей ярусом выше, и показываю ей кулак. Валейт всё смешно, а мне хочется спрятаться под парту.

Ну почему Мирра не отделалась от драконов, когда мы только зашли в учебный класс? Почему она сейчас полностью занята не перестающим шутить Армом?

Я тут в беде, вообще-то!

– Ты меня боишься? – внезапно серьёзным голосом спрашивает Рейв, отчего я на мгновение теряюсь.

Раньше, самой себе, я бы незамедлительно ответила бы «да!». Я боюсь этого странного дракона, нашей пугающей связи и того, что может за ней стоять.

Но сейчас? Боюсь ли я Рейварда Греаза?

– Вот ещё, – фыркаю, чувствуя, что нисколько не кривлю душой, а сама кошусь на поднимающегося к нам на ряд Ильке. – Это, скорее, тебе нужно за свои драгоценные чешуйки переживать.

Я подбородком указываю Рейву направление, где сейчас требуется его внимание. И как только Греаз отворачивается, с тревогой вглядываюсь в лицо приближающегося Эрто. Жду, что он снова начнёт качать права и показывать, кто в доме главный мужик, но, к моему изумлению, Ильке безмятежен.

Он с вежливой улыбкой здоровается с насторожившимся драконом, кивает принцу и протягивает руку Гору. Оборотень отвечает рукопожатием, даже не отвлекаясь от разговора с Клео. Саму Бетье Эрто игнорирует, чем неприятно удивляет меня. Когда это Ильке понабрался драконьей мизогинии? Оправдывать поведение самоназванного жениха неприязнью к драконам уже не получается: с парнями же он поздоровался.

– Место найдётся? – тем временем с дружелюбной улыбкой на лице интересуется Ильке.

И хоть вопрос вроде бы обращён ко всем, смотрит Эрто только на меня. В его взгляде ни капли давления или осуждения, но я чувствую себя нашкодившим котёнком.

– Да, конечно, – киваю я и принимаюсь судорожно убирать сумку с соседнего места.

Краем глаза ловлю, как напряжённо выглядит сейчас Рейв. Словно ждёт подвоха от Эрто. Или ему неприятно то, как я себя веду?

Ой, да к Неведомому этого чешуйчатого, тут бы со своими чувствами разобраться!

– Только остальным придётся сесть выше. – Убрав и китель, и сумку, я поднимаю глаза на Ильке.

– Это не проблема. – Тот продолжает улыбаться, только вот улыбка эта больше морозит, чем греет. – Парни. – Эрто оборачивается к остальным. – А я говорил: есть надо оперативнее. Придётся вам на задах сидеть.

– А на чём ещё сидят? – Дрударь непонимающе посматривает то на Ильке, то на сокурсников.

И всё это под их гогот и ухмылки окружающих драконов.

– Иди уже, Дру, не позорь меня, – криво улыбается Ильке и, обойдя Рейва и меня, падает на освобождённое место. – А то наши друзья решат, что все альвы перед драконами глупеют.

И хоть слова Эрто обращены к Бартоллю, но щёки вспыхивают у меня. Не знаю почему, но шпильку Ильке я принимаю на себя. Может быть, потому, что и сама себя виню в отупении, стоит только Рейву оказаться рядом?

– Могу вас заверить, – доносится сверху голос принца, – никто в академии не считает интеллект альв недостаточным.

– Дайте нам шанс, – доносится приглушённое.

Резко обернувшись, вижу, как Мирра чуть ли не душит Лери, зажав ей рот и нос. Валейт же при этом даже не думает отбиваться, по её глазам видно: она еле сдерживается, чтобы не рассмеяться. Как и Мирра, чьи плечи вздрагивают от беззвучного смеха.

И это внезапно отпускает меня. Будто бы всё напряжение, которое собиралось во мне в кулак, резко, с выдохом, выходит. Я улыбаюсь, ловя ответные искры смеха в глазах сидящего рядом Рейва.

Так странно. Греаз шутку понял, а вот, судя по окаменевшему молчанию за моей спиной, Ильке на Лери обиделся.

По ироничному изгибу брови Рейва и приподнятому уголку губ вижу, что он хочет как-то ответить Лери, но в этот момент грохает входная дверь. В аудиторию, держа стопку папок и планшетов, вплывает наш сегодняшний преподаватель. Мужчина окидывает нас траурным взглядом, возводит глаза к потолку, будто спрашивает богов: за что? – и снова смотрит на нас.

– Отрадно видеть такое стремление к знаниям. – В голосе дракона ни намёка на счастье. – Что ж, тогда приступим.

Обходя расчищенный участок, Брюгвер устремляется к своему столу. Складывает папки, а три планшета отдаёт сидящей на первом ряду Пелагее.

– Итак. Я магистр Арбан Брюгвер. Сегодняшняя лекция посвящена истории появления драконов. Будьте добры, – он кивает на планшеты, – раздайте старостам групп. Пускай отметят присутствующих, – без лишнего пиетета перед царственной личностью приказывает дракон. – Через пятнадцать минут вернуть мне.

Он даже не смотрит на княжну, как и старательно не видит всех присутствующих.

– А с ним всё в порядке? – решаю уточнить я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Арбан тем временем принимается вещать вводную лекцию в предмет, который у нас назывался драконоведением и давался ещё на первом курсе.

– Он терпеть не может преподавать, – чуть повернувшись ко мне, поясняет Рейв.

Вокруг раздаётся шуршание перелистываемых страниц. Я открываю новенькую тетрадку и берусь за стило, разработку оборотней. Чернильный стержень в нём сменный, и это настоящее спасение для всех студентов.

– По нему и видно, – хмыкает Ильке. – Кто такому пугалу доверил нас обучать?

– Всех по обложке встречаешь? – холодно цедит Греаз, наклонившись вперёд и полоща Эрто лезвийным взглядом.

– У некоторых на лице написано отсутствие ума, способностей и инстинкта самосохранения, – оскаливается в ответ Ильке.

Чувствую себя меж двух огней, понимая, что встрянь я в разговор сейчас – это приведёт к взрыву. Так-то они хотя бы вполголоса собачатся.

– Молодые люди! – повышает голос магистр Брюгвер, и на его лице впервые, кроме всемирной скорби, отображается другое чувство – брезгливое недовольство. – Раз вы так активно дискутируете, может быть, посвятите нас в тему вашего диалога?

Парни замолкают, но друг с друга взглядов не сводят. А я продолжаю беспомощно смотреть то на Гора, то на Клео, которые наконец-то отвлеклись от рисования какой-то странной приблуды в блокноте оборотня.

– А что происходит? – шёпотом интересуется вернувшийся в реальность Гор.

– Магистр, мне кажется, я знаю, как можно успокоить наших спорщиков, – подаёт голос Пелагея, обращая на себя внимание аудитории.

– Прошу вас, адептка. – Брюгвер приближается к Аксамит, отчего та, наоборот, отодвигается подальше.

– Меня зовут княжна Пелагея Аксамит, я староста делегации из академии «Ворви-Уш», – всё же представляется она. – И судя по тому, как активно та группа общается, они уже знают предмет сегодняшнего урока. Возможно, та же Кара расскажет, чему их учат в академии «Пацифаль»?

Брюгвер в ответ на её предложение задумывается, а я затаиваю дыхание. Вот же ж лиса ободранная, мало её Шуш покусал – надо повторить.

– Знаете, уважаемая княжна, мне очень нравится ваше предложение, – соглашается Арбан, сразу же обретая в моих глазах демоническую ауру.

Мужчина переводит на меня взгляд и слегка кивает:

– Прошу вас, адептка.

– Кара Тэлль. – Я встаю, не обращая внимания на шепотки подруг и на то, как Ильке пытается утянуть меня назад. – Готова ответить на любой вопрос.

– Прямо-таки на любой? – Магистр хмыкает и кивает рядом с собой. – Тогда прошу присоединиться ко мне.

Ой. А вот это неожиданно. Отвечать с места не то же самое, что выступать перед всей аудиторией, когда ты ловишь взгляды сокурсников. И одно дело, если взгляды эти дружелюбные. Но сомневаюсь, что те же оборотни будут смотреть на меня доброжелательно. От своры Пелагеи можно ожидать только новых каверз.

– Что-то не так, адептка? – уточняет Брюгвер, видя моё замешательство. – Вас смущает внимание сокурсников или всё же здраво оценили свои знания?

И конечно же, меня сильно цепляют слова Арбана. Магистр просто ещё не в курсе, что мне вызовы лучше не бросать.

– Ничего подобного, – чётко чеканю я, поворачиваясь к Рейву и наклоном головы прося его пропустить меня. – Я уже иду.

– Кара-а-а-а, – не то расстроенно, не то предупреждающе тянет Рейв.

– Кара, если хочешь, я запрещу магистру вызывать тебя, – шепчет Арм с верхнего ряда.

– Вот ещё, – отрезаю я, выбираясь на центральный проход. – И не с таким справлялась.

Одариваю принца и обеспокоенную принцессу бодрой улыбкой, подмигиваю Лери, которая сжимает кулачки, показывая свою поддержку. На Ильке и Рейва не смотрю вовсе: просто не хочу сбиваться с настроя.

И всё равно, сколько ни храбрюсь, весь путь до Брюгвера я чувствую нарастающий мандраж. А вместе с тем и будоражащий азарт. Я не из тех, кто боится трудностей. Самое время доказать это.

– Похвально, – роняет магистр, когда я равняюсь с ним. – Не каждый из присутствующих драконов решится выдержать мой опрос.

– Так я и не дракон, – хмыкаю в ответ.

– Кара права, врага порой нужно знать более досконально, чем самого себя, – под всеобщее молчание комментирует Пелагея и оскаливается в зловещей улыбке, которую видно даже сквозь полупрозрачную вуаль.

Намёк настолько топорный, что я на секунду зависаю и ошеломлённо переглядываюсь с не менее ошарашенным Арбаном.

– Не знаю, как в Конклаве, но мы предпочитаем знать традиции драконов, чтобы выказывать им должное уважение, – глядя строго в чуть раскосые глаза, пропеваю я и в конце роняю: – Княжна.

Вокруг раздаются шепотки, кто-то смотрит на меня с одобрением, кто-то с недоверием. Но своего я, несомненно, добиваюсь – слова Пелагеи обращаются против неё же. Теперь остальные начнут думать, что оборотни не так уж и дружелюбны в отношении драконов.

– Тишина! – повышает голос преподаватель и закашливается. – Мы тут приобщаться к истории собрались, а не сплетни собирать! – Он поворачивается ко мне и, окидывая недовольным взглядом, спрашивает: – Что из начала лекции вы всё же услышали? Или разговоры с мальчиками полностью перебили тягу к знаниям?

– Что вы, многоуважаемый. – Я расплываюсь в учтивой улыбке, ощущая, как горит та сторона лица, что обращена к аудитории.

То ли Пелагея меня взглядом поджигает, то ли те самые упомянутые магистром мальчики.

– Вы рассказывали о теории происхождения драконов. В принципе, то же самое нам преподают и в «Пацифаль».

– А именно? – не унимается Арбан, давая понять, что отвечать всё же придётся.

– Есть две теории происхождения драконов, – закатив глаза и набрав воздуха в грудь, произношу я. – Божественная и эволюционная. Рассказывать обе?

– Эволюционную я уже объяснил. – Арбан недовольно поджимает губы и переводит взгляд на притихших студентов. – Силу и вторую ипостась драконы получили от взаимодействия со Светочем Илларии. И пускай он назван в честь богини, никакого мистического происхождения кристалл не имеет.

Я тихонько выдыхаю, потому что у нас-то как раз все кристаллы были дарованы богами. Как и драконам, и оборотням, и даже, прости Матерь, демонам.

– Простите, магистр, но тогда откуда взялись эти кристаллы? – вопрошает кто-то со стороны моих сокурсников.

Но прежде чем Арбан успевает ответить, в воздух вздымается рука Гора. На лице оборотня такое ярое желание ответить, что даже я слегка удивляюсь. Что уж говорить о Брюгвере.

– Прошу, юноша, вам есть что ответить?

Гор вскакивает и, лучезарно улыбаясь, принимается тараторить. Прямо как Клео.

– Как вы знаете, в Конклаве принят агностицизм. Мы не верим в наше божественное происхождение, но и не отрицаем его. В нашей стране считается, что кристаллы, подарившие нам вторую ипостась и наделившие магией остальные народы, природного происхождения. И появились они вследствие неизвестного катаклизма.

– Очень хорошо, – довольно улыбается магистр Арбан, сразу давая понять, сторонником какой из двух теорий он является. – Княжна, вам есть что добавить?

Пелагея, которая весь ответ Гора о чём-то шепталась с подругами, резко замолкает и отчаянно машет головой. Вуаль на её голове колышется в такт движениям, приоткрывая красные пятна на холёном лице.

– Жаль, – хмыкает магистр. – А я уж было понадеялся, что все студенты «Ворви-Уш» такие сознательные. Молодой человек… – Брюгвер обращается к Гору, но мне уже неинтересно, о чём они переговариваются с оборотнем.

Гораздо важнее сейчас то, что Пелагея, оскорблённая таким отношением со стороны преподавателя, может накинуться на Гора с удвоенным энтузиазмом. А судя по тому, как возмущённо поднимается и опускается грудь княжны, мои предположения верны. И это означает, что нашего умнейшего песца надо срочно брать под крыло. Желательно, не чешуйчатое.

– Адептка Тэлль?

Задумавшись, я не сразу реагирую на зов магистра, и судя по интонации – не реагирую преступно долго.

– Да, магистр Брюгвер?

Приподнимаю брови, стараясь придать лицу невинное выражение. Когда надо, я умею прикидываться паинькой. С нашими тьюторами это работает.

Но не с драконом.

– Я спрашивал, хотите ли вы получить поощрительные баллы. – Мужчина хмурится, показывая, что мои манипуляции не возымели действия.

– Поощрительные баллы? – в удивлении переспрашиваю я, одновременно поглядывая на Мирру.

Но и принцесса, и Арм с Рейвом, да все вокруг снова затихают и даже подаются вперёд. Видимо, про эти самые баллы никто не слышал.

– Да, – многозначительно кивает Брюгвер. – Студенты, набравшие к концу обменной программы максимальное количество баллов – сотню, – получат диплом нового образца, позволяющий работать во всех трёх странах. А также автоматическую сдачу экзаменов.

– Хочу! – резко выдыхаю я, осознавая, какие возможности откроет для меня этот диплом.

Поездки по всем известным регионам! Работа с лучшими умами в сфере ботаники и селекции. Да это же свобода под корочкой образовательного документа!

– И мы хотим! – тут же вопят Гор и Клео.

– И я, и я, и я! – доносится отовсюду.

– Отставить галдёж! – резко рявкает магистр, моментально теряя сонный вид. – У вас у всех будут возможности как получить эти баллы, так и минусовать их. Учитывается всё: посещаемость, доклады и лабораторные, примерное поведение и неукоснительное выполнение правил.

На последних словах Брюгвер наклоняет голову и красноречиво оглядывает торчащие из-под парт ноги дракониц. Тут и Шушу понятно, на что намекает преподаватель: брюки пока официально не разрешены.

В аудитории воцаряется полная тишина, и магистр снова обращает внимание на меня.

– А теперь наш доброволец продемонстрирует, как легко можно заработать поощрительные баллы, – удовлетворённо хмыкнув, произносит он. – Начнём?

– Да, – чуть более нервно, чем хотелось, киваю я.

Шестеро знают, какие вопросы вертятся в голове этого светоча драконьих знаний.

– Итак, сколько видов драконов существует? Перечислите их для аудитории.

– Шесть, – чётко отвечаю я и почему-то ловлю лёгкую панику на лице Клео, а Рейв выглядит растерянным. – Алмазные, адуляровые, янтарные, сапфировые, рубиновые и аметистовые.

– Вы уверены?

Почему-то в голосе магистра мне чудится подвох. Поэтому, прежде чем дать окончательный ответ, я принимаюсь копаться в памяти. Что-то здесь не так. Взгляд рассеянно бредёт по аудитории, когда я натыкаюсь на отчаянно кривляющегося Арма. Он так старательно пучит глаза и шевелит носом, что мне кажется, его сейчас судорога хватит. И только потом соображаю. Точно, дар Арма. Он спас нас от разбитых стёкол, выставив каменные щиты.

– Обсидиановые, магистр. Всего драконов семь видов. Просто обсидиановых чаще считают подвидом, и я не учла их. Ведь вопрос касался именно крупных групп.

Брюгвер подозрительно щурится, будто раздумывает, не пытаюсь ли я съехидничать. Но я старательно изображаю лишь желание правильно ответить. Никаких подвохов. Честно-честно!

Видимо, это наконец работает, магистр довольно хмыкает, а в его глазах я замечаю что-то, похожее на блеск уважения.

– Засчитывается, – кивает Арбан. – Теперь посложнее. Как определить вид дракона?

– На глаз – никак, – без заминки отвечаю я. – Лишь во второй ипостаси, либо когда вы применяете магию.

– Не совсем корректный ответ. – Заложив руки за спину, Арбан проходится вдоль первого ряда. – Радовиль!

На окрик магистра с верхних рядов вскакивает здоровенный парень с густой копной тёмных волос. Узкая талия, широкий размах плеч и удлинённая чёлка, которую дракон периодически отбрасывает назад – студент мог бы представлять Илларию на межакадемическом конкурсе красоты.

– Спуститесь к нам, – тем временем командует Брюгвер.

– А что происходит? – обеспокоенно интересуется Ильке, провожая тревожным взглядом спускающегося Радовиля.

– Ничего страшного, – успокаивает его магистр с таким видом, что нервничать начинаю уже я.

Кто знает местные методы обучения? Взгляд невольно скользит по защитному полю над расчищенной площадкой: для чего-то же оно тут установлено.

– Итак, приступим. – Арбан хлопает в ладони, когда Радовиль встаёт рядом со мной.

Я и так маленького роста, а рядом с этим великаном кажусь Шушем под колпаком у Бальвус.

– Драконов можно распознать по характерному окрасу чешуи, которая проступает у нас на теле в особо эмоциональные моменты. Радужка глаз тоже приобретает иной оттенок, являя драконью суть.

Продолжая вести лекцию, Брюгвер подходит к краю огороженной площадки и размыкает её цепь, снимая поле.

– Прошу вас, адепты, пройдите в периметр.

– Это ещё зачем?! – в один голос восклицают Ильке и Рейв.

– Господин Брюгвер, как принцесса, я вынуждена вмешаться! – доносится звонкий голосок Мирры.

– Ничего угрожающего жизни адептов я не предлагаю, – отбривает их возмущения Арбан. – Всего лишь небольшая демонстрация. Если адептка Тэлль угадает с диагностикой, я начислю ей сразу десять поощрительных баллов. Как вам?

– Мне очень! – не давая себе времени на раздумья, тараторю я.

В конце концов, что может быть сложного в опознании дракона? Да ещё когда он чешую свою явит.

Поэтому в защитный периметр я вступаю без страха. И только когда встаю напротив иронично ухмыляющегося Радовиля, меня начинают терзать смутные сомнения.

– Погуляем после занятий? – подмигивает мне дракон, расплываясь в обольстительной улыбке.

На самом деле он очень симпатичный и милый в этой его дурашливой расхлябанности, но сейчас мне не до заигрываний. Не сейчас и не с драконом.

– Я сам с тобой погуляю, – доносится громкий шёпот Ильке.

– Тихо, – призывает к спокойствию Арбан. – Иначе я сниму вам пять баллов.

– Так у меня ноль, – огрызается Эрто.

А голос Лери в моей голове дополняет: «Прямо как и ты».

– А будете в минусе, – парирует магистр и поворачивается к нам. – Адептка, ваша задача определить вид дракона и принять соответствующие защитные меры в случае его атаки.

– Что?!

И возглас этот не мой.

С верхних рядов к нам спускается Рейв.

– Адепт Греаз, вернитесь на место, – прошипев, хмурится Брюгвер.

Лица окружающих смазываются, я вижу только гнев и беспокойство в голубых с фиолетовыми искрами глазах.

– И не подумаю!

Рейв широкими шагами подходит почти вплотную к Арбану, внезапно оказываясь выше.

– Греаз, вы переходите все дозволенные границы. – Магистр прищуривается, в то время как я в изумлении переглядываюсь с Радовилем.

Парень тоже не понимает, почему испытание откладывается.

– Прошу прощения. – Рейв всё же берёт себя в руки и, уважительно склонив голову, отступает. – Ваша проверка может нанести урон нашим гостям из королевства.

– Чушь, – фыркает Брюгвер.

– И это совершенно точно не понравится его императорскому величеству, – продолжает чеканить Рейвард.

Я не вижу его лица, но уверена: на нём сейчас едва сдерживаемое ехидство.

Мельком оглядываю аудиторию, успеваю отметить встревоженных девочек, Арма, который сдерживает их порывы. Ильке тоже замер на низком старте. И Пелагея, наблюдающая за разворачивающимися событиями так, будто находится в театральной зале, а не в учебной аудитории.

– Спорим, она сейчас поддержит слова Греаза и сольётся с испытания? – доносится до меня тихий лисий голосок.

Адреналин моментально выбрасывается в кровь, затмевая вопль разума. Я умом понимаю, что это провокация, но натура требует накрутить хвосты княжеской стерве.

– Я справлюсь, – цежу тихо, но в повисшем молчании слова доносятся даже до верхних рядов.

– Кара. – Рейв качает головой, но я заставляю его умолкнуть одним взглядом.

– Гляньте, а юная леди, в отличие от вас, вполне уверена в своих силах, – тут же подхватывает Арбан, кивая мне. – Видите, адептка Тэлль, как интересно получается. Один из ваших кавалеров и не подумал вмешиваться, веря в вас. А вот адепт Греаз невысокого мнения о ваших способностях.

Я буквально слышу, как Рейв с гневным свистом втягивает воздух. Уже начинаю разворачиваться к нему, чтобы успокоить, но замираю вполоборота.

– Магистр, ну поставьте против неё хотя бы кого-нибудь из наших сокурсниц. Чтобы силы были равны.

В голосе Рейва звучит какая-то издевательская забота, а в моих ушах слышится обвинение в несостоятельности только потому, что я девушка!

– Пф-ф-ф, – фыркаю я и наконец оборачиваюсь к Рейву и Арбану. – Тоже мне, напугали шушарика лисьей мордой. Нас учат так, что любая девушка-альва способна дать отпор. Дракону, демону, оборотню – любому противнику. Вне зависимости от его пола и расы.

На секунду схлёстываюсь с Греазом взглядами. И одерживаю верх в этой дуэли. Рейв, не знаю, каким образом, но понимает, что для меня это испытание уже не просто способ раздобыть баллы, но и необходимость отстоять честь остальных студенток.

– Отлично. Раз все всё решили, тогда приступим.

Арбан отгоняет Греаза от периметра и замыкает защитное поле. Голоса оставшихся снаружи сразу теряют громкость, доносясь до нас как сквозь толщу воды.

– Адепты, на изготовку. Радовиль, хоть Кару и защищает дублирующий щит, но всё же бейте простейшим заклятием. Не стоит испытывать судьбу.

– Так точно, магистр, – ухмыляется парень и одаривает меня очередной обаятельной улыбкой. – Не волнуйся, малышка, не наврежу.

– А мне можно? – чуть отклонив голову назад, уточняю я.

– Что можно?

– Мне можно его побить?

Вижу, как закатывает глаза Рейв, а откуда-то со стороны Мирры и Лери доносится приглушённый хлопок. Наверняка Валейт в привычной для себя манере шлёпнула себя по лбу.

Да плевать, хуже уже не будет.

– Э-э-э, если сможете, – несколько озадаченно отвечает магистр и кидает вопросительный взгляд на моего дурачащегося противника. – Вы не против, если адептка Тэлль попытается вас ударить?

– Это будет даже интересно, – отмахивается тот.

– Тогда приступайте. Запомните: попадание магии в дублирующий щит сразу же признаёт вас побеждённым.

Без лишней подготовки вокруг меня вспыхивает еле заметное марево обещанного Брюгвером щита. Я полностью сосредотачиваюсь на стоящем напротив меня Радовиле, который, явно красуясь, сбрасывает китель и закатывает рукава форменной рубашки. На его предплечьях выступают тёмные чешуйки, а глаза дракона темнеют до пугающей черноты.

Он обсидиановый?

И тут я понимаю, что попала впросак. В наших учебниках говорилось, что чешуйки, как и глаза, сразу выдают принадлежность дракона. У Фрёиста было голубоватое свечение, да и чешуйки отливали синим цветом. У Рейва глаза приобретали аметистовый оттенок.

Радовиль же просто стал чёрным!

Всё-таки обсидиановый? Или такая необычная разновидность сапфирового?

К какому удару мне подготовиться? Какие растения призвать?

От переживаний у меня на лбу выступает испарина. Я судорожно осматриваю практически танцующего передо мной дракона. Краем уха слышу, как Арбан рявкает на студентов, выкрикивающих разные подсказки. И непонятно, сбить хотят или помочь?

– Меня, кстати, Эдвин зовут, – представляется Радовиль, замирая напротив меня.

И как раз в этот момент среди всего этого разноголосого гвалта я слышу в голове странный шёпот. Он будто ко мне обращается, но течёт мимо – потоком чьих-то обеспокоенных мыслей.

«Сосредоточься… Смотри на чешуйки… он… сапфировый, а…» – шёпот сбивается, я его почти не улавливаю, а затем голос и вовсе замолкает.

Позволяю себе бросить взгляд назад, на Рейва. Он смотрит только на меня, в его глазах попытка что-то донести, но Греаз продолжает молчать. И я чисто интуитивно понимаю, что слышала его. Неужели он настолько силён, что может транслировать свои мысли?

– Эй, красавица, твоя цель – я! – обиженно восклицает Радовиль, и напряжение в нашем ограждённом коробе возрастает.

Магия буквально щиплет меня, заставляя снова сосредоточиться на противнике. Он собирается атаковать, а это значит, времени у меня не так много.

– …сапфировый, а… – шепчу я, до рези в глазах вглядываясь в Эдвина. – Не сапфировый, а обсидиановый?

И в этот момент Радовиль атакует. По его чешуйкам пробегают едва заметные рубиновые искры, наконец-то вскрывая сущность дракона.

И этой доли секунды хватает, чтобы призвать не ледостойкие растения, а огнеупорные. Не улови я сумбурные мысли Рейва – не стала бы сомневаться в своём решении и следить за Эдвином. А так у меня есть шанс выиграть поединок.

В меня летит струя пламени, но призванные мной бордовые лепестки заключают меня в огромный бутон, отсекая от огня. Пускай мы и не обладаем стихийной магией, но в мире есть сотни растений, способных противостоять жару.

– Ну я так не играю! – доносится до меня раздосадованный голос. – Кто ей подсказал?

– Смекалка! – резко отвечаю я, сбрасывая кокон из лепестков и тем же движением отправляя в потерявшего бдительность дракона лозы ледянки.

– А! – в панике вскрикивает парень, когда моментально холодящие жгуты стягивают его грудь. – Это что за хрень такая?!

– Потрудитесь не выражаться! – обрубает его магистр Брюгвер. – Примите поражение с честью.

Вместе с его голосом вокруг опадает щит, а голоса студентов становятся более чёткими. И вместе с тем я понимаю, что на мою победу делали ставки.

– Парни, вас уделали! – слышу довольный голос Арма и быстро нахожу его взглядом.

Принц раздаёт монетки сгрудившимся вокруг него студенткам, в то время как Мирра сидит, прикрыв лицо руками. И если реакция принцессы для меня не совсем понятна, то вот Лери чуть ли не танцует, явно празднуя мою победу.

Ильке я, к своему удивлению, нахожу на верхних рядах в компании с Дрударем и остальными ребятами. И вид у Эрто крайне недовольный. Он переживал за меня?

– Ты зря рисковала, – слышу недовольный голос Рейва.

Дракон подходит ближе, но я стараюсь сфокусироваться на моём парне. Просто потому, что его реакция меня беспокоит. Да и магия, разбуженная боем, рвётся во все стороны, словно чует присутствие Греаза и стремится снова его коснуться.

Но Ильке тревожит меня больше. Да, Ильке.

Пытаюсь сосредоточиться на парнях, почему-то собирающих вещи, однако как ни стараюсь, а внимание уползает на того, кто пыхтит сейчас рядом.

– Я знала, на что иду, – отвечаю я, не глядя на Рейва.

Ни в жизнь не признаюсь, что была на волосок от проигрыша.

– Кара… – снова огорчённо тянет он.

– Вот не надо, – перебиваю, откровенно злясь на эти его снисходительные интонации. – Я в состоянии себя защитить.

– И атаковать! – в разговор влезает Эдвин, скачущий рядом.

Оказывается, мои лозы не ограничились только грудью и руками дракона, но и связали ему ноги.

– Можно меня освободить?

– Ой, – спохватываюсь я, двумя пассами отзывая путы. – Прости.

– Ничего-ничего, – потирая солнечное сплетение, отмахивается Радовиль. – А я не заболею? Ты меня знатно охладила. Может, у тебя в арсенале есть какие-то лекарственные травы? Давай я вечерком зайду – осмотришь?

Эдвин смотрит на меня с такой непрошибаемой уверенностью в собственной неотразимости, что я теряюсь. Хорошо, что умудряюсь сдержать рвущийся наружу смешок.

– В лазарет сходишь! – рявкает на него Рейв, хватая меня за руку и переводя взгляд на магистра. – Мы можем вернуться на место?

– Пожалуйста, – как-то быстро потеряв ко мне интерес, произносит Арбан.

Да и выглядит он опять как снулая рыбина. Куда подевался тот азарт, с которым он отправлял меня на испытание?

– А баллы? – пискнув, спрашиваю я и тут же, разозлившись сама на себя, выдёргиваю руку из хватки Рейва.

Что он себе позволяет?

– Начислю, – благосклонно кивает магистр. – Вы прошли испытание и ответили на все вопросы.

– Не на все, – доносится голос, от которого я и сама скоро буду покрываться пятнами аллергии.

Шум в аудитории практически тут же сменяется недоумённой тишиной.

Пелагея, довольная всеобщим вниманием, поднимается и с очевидным злорадством спрашивает:

– А как же первый король демонов, демонический дракон Аштар?