Однажды я решила проверить, смогу ли я увидеть что-то за пределами мира, в котором жила. Для этого я взяла древний документ, бережно хранимый египтологами.
Это был папирус с иероглифической надписью, точное содержание которой я не могла сразу понять. Однако, держа его в руках, я почувствовала нечто необычайное. Я настроилась на вибрационное состояние его древнего владельца, который когда-то написал этот сложный текст, и сразу поняла, что это было пламенное воззвание к Гору, составленное фиванским жрецом в момент тревожного ожидания. То, что я испытала, было сравнимо с тем, что чувствуют все обладающие даром психометрии.
Я соприкоснулась с жизнью того жреца и ощутила его переживания в момент, когда он формулировал свою мольбу... Я увидела рядом великую пирамиду, а неподалеку различила силуэт гигантского сфинкса в песчаной пустыне, но без следов времени и бурь. Его величественный облик излучал великолепие фараоновской эпохи... В массивном теле пирамиды я заметила боковую дверь, куда вошла вслед за этим мудрым египтянином в его глубоких размышлениях. Я прошла по извилистым коридорам и тёмным камерам, наполненным мрачным воздухом, словно населённым угрожающими призраками.
Достигнув определённой точки, мы спустились по тёмным путям, где для воплощённой души таились величайшие опасности. Перед посвящённым возникали ужасные символы, и я восхищалась мужеством этого человека с железными нервами, не боявшегося ни тьмы, ни угроз, ни смерти.
После невыразимых приключений мы достигли подземного храма средних размеров, в стенах которого укрывались многие молчаливые люди в причудливых одеждах. Рядом с ними я видела множество духовных существ, а среди присутствующих выделялась величественная и снисходительная фигура старца, который, несомненно, был верховным иерофантом или великим жрецом общины
Я видела, как он простёр руки горизонтально, произнося слова на непонятном мне языке, но суть которых я смогла постичь, проникнув в его мысли.