Под черным небом

7

Институт судебной медицины находился на улице Мартина Лютера Кинга – младшего недалеко от полицейского участка. Здание было довольно новым, со стильным интерьером: белые стены и большая мозаика из стекла, украшавшая фойе. Тут было красиво. По крайней мере до тех пор, пока ты не проходил в тяжелые двери, ведущие к сердцу института, где настигала реальность. Помещения для вскрытия, или секционные, были разделены на, как Энджи называла их для себя, хорошее отделение и плохое отделение. Плохое представляло собой закрытый зал с отдельной вентиляционной системой; там хранились разложившиеся тела и нужно было бороться с запахом и размножением мух и личинок. В хорошем отделении лежали свежие трупы и подобных проблем не было. Поскольку лето на Аляске короткое, большинство вскрытий происходило в хорошем отделении. Часто в институт поступали останки из дальних областей штата. Люди натыкались на кости или тела и хотели их идентифицировать. Чаще всего речь шла о древних захоронениях, но иногда под снегом находили тело человека, считавшегося много лет пропавшим без вести.

В институте царила хаотичная активность. Девушки в администрации безостановочно клацали по клавиатурам, когда Энджи пришла записаться в журнале посещений. Кто-то пробормотал приветствие, пробегая мимо, добавив, что люди в последнее время мрут как мухи. Энджи толкнула дверь от себя и зашла в секционный зал.

– Нашли Марию Вад? – Это было первым, что сказала, выпрямляясь, судмедэксперт Джейн Лохан, стоявшая у обдукционного стола, на котором лежал труп.

Энджи покачала головой:

– Нет. Но мы делаем все возможное. Ее ищет весь город. Обшариваем каждый квадратный сантиметр.

– Невыносимо думать об этом, – продолжила Джейн. – Ну и утречко выдалось. Ты пришла как раз вовремя. Я занимаюсь последним трупом. Главным лицом, если можно так сказать.

Секционная был просторной, с местом для четырех вскрытий одновременно. Энджи думала, что все члены семьи Вад будут лежать тут рядом друг с другом. Но судмедэксперт Джейн Лохан, очевидно, решила брать трупы по очереди.

Ладони вспотели. Энджи вытерла их о черные брюки и посмотрела на тело Асгера Вада. Крови почти не было, и, если бы не маленькая огнестрельная рана на лбу, можно было подумать, что он умер естественной смертью. «Кто-то, очевидно, просто рассвирепел», – пришла в голову мысль.

Джейн осторожно срезала ножницами одежду с жертвы и разложила по пронумерованным пакетам; потом ее отправят в лабораторию на анализ. Судмедэксперту было хорошо за сорок; заостренное лицо с мелкими чертами, ясные зеленые глаза и темно-каштановые волосы, собранные в хвост. Она имела привычку постоянно хмуриться, а когда внезапно улыбалась, морщины на лбу разглаживались, и это каждый раз заставало собеседников врасплох.

– Я была ужасно занята все утро и дико устала. – Она подняла одну бровь, глядя на Энджи. – Знаешь, я много чего повидала на своем веку, но это… просто жесть. Жаль, мне не удалось раньше с тобой поговорить. Нам обеим это пошло бы на пользу, но требовалось провести вскрытия как можно быстрее, чтобы потом я смогла заняться другими делами.

– Да я и сама в шоке, – призналась Энджи. – Место преступления… То, как все это было сделано…

Джейн понимающе кивнула. Она жила поблизости от Энджи, и иногда они заходили друг к другу на чашечку кофе. Хотя они редко говорили о чем-либо помимо работы, Энджи могла назвать Джейн подругой. Подругой, которая знала ее самый страшный секрет и однажды спасла ее, когда Энджи оказалась на краю пропасти и рисковала потерять работу. Она могла положиться на эту худенькую женщину, профессиональные качества которой очень ценила.

– Ладно, давай-ка глянем на последнего, – сказала Джейн. – На главного героя. Из-за которого, возможно, все и произошло… Ну, все то, что он должен был увидеть. Но об этом позже.

Энджи насторожилась.

– Ты о чем?

– Сейчас мы займемся им, а потом я расскажу.

Энджи бросила нервный взгляд на подругу. Та явно что-то недоговаривала. Но Джейн любила порядок во всем. Она начнет говорить тогда, когда сочтет нужным.

– Одежду на него натянули пост мортем. Впрочем, как и на остальных.

– Да. Наверное, это было нелегко. Кое-что, возможно, сидело криво…

– Трудно одеть покойника, – согласилась Джейн.

Она исследовала труп медленно и молча. Брала пробы, взвешивала внутренние органы и измеряла расстояния. Иногда бормотала что-то в диктофон или делала пометки в блокноте. Энджи пробовала игнорировать звук пилы. Ни кровь, ни вид органов, ни даже запахи не причиняли ей беспокойства. Другое дело – звуки. К ним она так и не смогла привыкнуть, несмотря на многократные посещения секционной.

Она поймала свое отражение в зеркале над раковиной. Несколько черных прядей выбились из-под белой шапочки и в сочетании с беспокойными карими глазами и острыми скулами сделали ее похожей на испуганную птицу.

«На ворона, – подумала она. – На тотемное животное моего племени».

– Могу только подтвердить ваши гипотезы, – сказала Джейн. – Его застрелили с близкого расстояния. След пороха вокруг входного отверстия слабый, а это значит, что дуло пистолета вплотную приставили ко лбу. – Она измерила рану. – Я бы сказала, сороковой калибр. Входное отверстие всегда меньше, когда стреляют с такого близкого расстояния, потому что кожа сначала растягивается, а потом снова сжимается. Выходное отверстие у всех членов семьи больше, поскольку пуля ударилась о череп и изменила направление, выйдя из него под другим углом на затылке. Исходя из повреждений, наличествующих у всех жертв, я бы заключила, что речь идет об обычном пистолете.

Энджи облизнула пересохшие губы. Судмедэксперт с таким же успехом могла сказать, что Асгера Вада закололи вилкой. Найти орудие убийства будет очень трудно, если только его не обнаружат в каком-нибудь саду или другом месте, где убийца припрячет или выбросит «грязный» ствол. И даже если пистолет найдут, придется попотеть, чтобы при отсутствии пуль и гильз доказать, что выстрелы были произведены именно из него. На Аляске не требуется разрешение на владение огнестрельным оружием, так как здесь нужно защищаться от диких животных, забредающих в сады или грозящих напасть где-нибудь в безлюдном месте.

– Да, не стоит особо надеяться на то, что оружие можно будет идентифицировать, – словно услышала ее мысли Джейн Ло-хан. – Преступник все хорошо рассчитал. Возможно, во время убийства он и был в состоянии аффекта, но потом ему хватило присутствия духа, чтобы частично замести следы.

Джейн указала на запястье Асгера Вада.

– Вад сидел связанным и пытался освободиться. Рвался из пут изо всех сил. В нескольких местах кожа содрана до мяса. У других жертв такого нет.

Энджи с трудом отогнала картины, возникшие в воображении.

– Значит, преступник сначала обездвижил Асгера, а потом занялся остальными членами семьи, так?

Джейн кивнула:

– Да, так. Думаю, иначе бы убийца не справился. Вад был сильным мужчиной, и, вероятно, потребовались значительные усилия, чтобы совладать с ним. К тому же кое-что указывает на то, что преступнику было важно заставить жертву смотреть… Унижение.

– Ты о чем?

Морщинка между бровями Джейн стала глубже.

– Его жену изнасиловали.

– Нет, – ахнула Энджи.

– Да. Он использовал презерватив, а на ее коже под одеждой полно следов от укусов. На груди, бедрах и животе. У нее также немного кровоточила вагина. Представляешь? Асгеру пришлось наблюдать за всем этим. Это жестоко. – Вздохнув, Джейн добавила: – Впрочем, может, не так жестоко, как когда на твоих глазах убивают сына. Сумма всех этих действий вносит случившееся в топ по шкале зла.

Энджи замутило. Волосы прилипли к вспотевшей шее. Обе женщины в молчании переваривали информацию. За дверью кто-то громко рассмеялся, по полу загремел металл. Что бы сказали жители Анкориджа, если бы все подробности стали им известны? Кукольный домик, изнасилование, жестокая смерть… Скорее всего, их бы охватила паника. Родители запретили бы детям ходить в школу. Все тут привыкли к опасным животным, но ничто не подготовило людей к подобному зверству.

– Меня кое-что удивляет, – сказала наконец Джейн. – Почему он изнасиловал мать, а дочь забрал с собой? Возможно, он был знаком с семьей. Мария сопротивлялась, поэтому он увел ее с собой и убил в другом месте? Что-то тут не сходится, это точно.

Она с тревогой посмотрела на Энджи, задумчиво покусывая нижнюю губу. Потом подошла к раковине, стянула перчатки из белого латекса и стала мыть руки.

– Должна признаться, у меня неутешительный прогноз насчет Марии, – продолжила она. – Сама знаешь. С каждым прошедшим часом шансы на то, что вы найдете девочку живой, уменьшаются. Невыносимо думать об этом. Я рада, что у меня нет дочерей ее возраста. Вообще нет дочерей.

Энджи кивнула и бросила на Асгера прощальный взгляд. В последние минуты своей жизни этот человек перенес немыслимые страдания. Кто мог заслужить такое? Напрасно она искала ответ на его лице.

– Возможно, убийца получил удовольствие от того, что заставил Асгера смотреть, как он насилует его жену. Тогда вы охотитесь на худшего из сексуальных маньяков в истории Аляски. Вот что меня беспокоит. Потому что, вероятно, у него Мария и потому что эта семья в таком случае не последняя, – закончила Джейн.