Подари мне. 2. Подари мне счастье (СИ)

Глава 9

Кресло на колесах пришло спустя два месяца после того, как доктор написал своему коллеге из Бата. Кассандра смотрела на лёгкую изящную вещицу с огромными колесами, которые можно было самостоятельно вращать руками, и удивлялась причудам человеческой мысли. По дому Доминик, если его, конечно, уговорить сесть в это кресло, сможет перемещаться самостоятельно. А в парке ему потребуется помощь лакея, так как колеса утонут в гравии, и крутить их руками будет достаточно тяжело.

После неприятного инцидента с опием, Кассандра старалась показываться Доминику на глаза как можно реже, предвкушая предстоящий скандал с креслом. Но даже она не смогла предположить, какую реакцию вызовет у супруга вид этого, в принципе, незамысловатого устройства.

- Я, кажется, просил вас не вмешиваться в мою жизнь! - гневно воскликнул Доминик, когда Кэсси протиснулась в дверь, катя перед собой необычное сооружение.

- Ваша светлость, я хотела...- начала Кассандра, но он не дал ей договорить.

- Вы клялись, что не станете приставать ко мне и входить в мою комнату, пока я сам вас не позову! - голос его зазвенел от гнева. - А я вас не звал. Убирайтесь!

Кэсси набрала в грудь побольше воздуха и подошла к кровати.

- Я потратила целое состояние на эту вещь, - спокойно произнесла она, покатывая кресло, которое блестело вызолоченными спицами, - и сегодня вы её испробуете.

- Я когда-нибудь сверну вам шею, - процедил Ник сквозь зубы и откинулся на подушки. - Но сначала сядете в кресло и научитесь им управлять, - не пряча улыбки, произнесла Кассандра, успевшая привыкнуть к подобным выпадам.

Доминик продолжал смотрел на неё так, будто собирался исполнить свою угрозу прямо сейчас.

- Ваша забота мне не нужна, миледи, - наконец проговорил он, - и я который месяц не могу вам объяснить, что несмотря на то, что сейчас неподвижен, имею право решать, чего я хочу, а чего - нет. Решать, что я буду делать, и даже то, что будете делать вы. Поэтому, Кассандра, я очень сильно прошу, причем в последний раз, выйти из моей комнаты. Иначе я начну бракоразводный процесс, обвинив вас в насилии над инвалидом.

Кэсси склонила голову на бок.

- В насилии? - удивлённо проговорила она, а потом вдруг рассмеялась. -Хорошо. Вы начнёте бракоразводный процесс. Только сначала мы с мистером Смитом поможем вам сесть в кресло. Или мне пригласить кучера?

Доминик смотрел на нее, как на сумасшедшую. А потом вдруг губы его дрогнули в усмешке.

- Думаете, это кресло нуждается в лошади и кучере? - спросил он, а его ледяные глаза блеснули смехом.

Кассандра продолжала смеяться, упав в кресло и закрыв лицо руками. И в этот момент рядом с ней, прямо к её ногам, упал тяжелый будильник, печально звякнув напоследок.

Она резко вскочила.

В руках у Доминика был большой столовый нож.

- Только подойдите, миледи, - произнёс он, - и это будет ваш последний шаг.

Увидев нож, Кассандра попятилась. Она испугалась не того, что он швырнёт его в неё или попытается использовать как оружие, а того, что он поранит себя или, хуже того, сделает это намеренно.

Глаза её мужа сверкали гневом, и Кэсси понимала, что в таком состоянии он способен на любое безумие.

- Положите нож, - быстро проговорила она, - я сегодня же выгоню из дома мистера Смита. Как он посмел дать вам оружие? Как в голову могло только прийти...

- В этом доме выгнать кого-то могу только я, - голос Доминика звучал хрипло, - и это будете вы, а не мистер Смит. Вы мне надоели, Кассандра.

Она усмехнулась, размышляя, как в очередной раз обезопасить его от себя же самого.

- Посмотрим. Прямо сегодня мистер Смит отправится вниз по лестнице поневоле, если не уйдет сам. Если у человека нет головы на плечах, то уже и не будет.

- Головы на плечах не будет у вас, миледи, - усмехнулся Доминик.

- Меняю нож на мистера Смита.

- Вы не посмеете! - гневно бросил Ник

- Ещё как посмею, милорд.

На мгновение в комнате повисло тревожное молчание. Кассандра напряженно размышляла, что ей делать дальше, а Доминик прикидывал, как далеко она готова зайти.

И вдруг Кэсси неожиданно села на кровать, закрыла лицо руками и громко разрыдалась.

Она плакала, как маленькая девочка, размазывая слёзы по лицу. Её губы припухли, волосы растрепались, и Доминик, который всегда терялся при виде женских слёз, провел рукой по её колену.

-Я не стою ваших слёз, Кассандра, - сказал он, но нож не выпустил.

Кэсси подняла на него заплаканные глаза.

- А что мне делать? - всхлипнула она. - Что мне ещё делать? Вы же... Вы... что мне делать?

Доминик некоторое время молчал.

- Лучше всего вам выйти из моей комнаты, - наконец сказал он.

Кассандра зарыдала с новой силой.

- Но... Но я всё ещё люблю вас...

Ник вздрогнул, услышав эти слова. Давно ему никто не признавался в любви, и тем более, он не ожидал услышать их от своей ведьмы-жены. Когда-то она влюбилась в него, в прошлой жизни, когда он... Когда он был светским щеголем и в него влюблялись все эти дурнушки с щенячьими глазами, но теперь... Теперь, когда он стал никому ненужной обузой, как можно его любить?

Сердце его застучало, как сумасшедшее, а щеки покраснели.

- Перестаньте, - хрипло произнёс он, - вы мне врёте, не знаю зачем. Никто не будет любить калеку!

Кассандра обернулась к нему и перестала плакать. Она радовалась, что когда-то в детстве отлично освоила этот прием, так хорошо работавший против её отца.

Доминик оказался не намного умнее. Но последняя его реплика выбила её из роли.

- Почему? - спросила она, широко распахивая глаза. - Вы же не изменились. Вы всё тот же человек, даже если не можете ходить.

Она склонилась над ним, и локон, выпавший из её прически, защекотал его щеку.

Сейчас Кэсси видела единственный способ доказать мужу, как он неправ, и она собиралась им воспользоваться!