Подари мне. 2. Подари мне счастье (СИ)

Глава 10

Кассандра никогда не думала, что осмелится на подобное, но отбросив в сторону скромность, склонилась к мужу и, обвив руками его шею, поцеловала плотно сомкнутые губы.

Кэсси чувствовала, как он напряжён, но не оставила попыток вызвать его отклик.

Доминик замер, а затем резко притянул к себе хрупкое тело жены. Прикосновения её губ были робкими, почти невесомыми, но этого было достаточно для того, чтобы он потерял голову и утратил былую бдительность.

Взяв в плен приоткрытые уста, Ник не сдержал приглушенного стона. Давно он не чувствовал себя таким живым! Отклик, исходящий от Кассандры, казался ему настоящим, что он не сразу заметил, как её маленькая ручка выбила нож из его ладони.

Громкий звон упавшего на пол оружия привёл Доминика в чувство. Резко оттолкнув жену от себя, он начал наблюдать за ней исподтишка. Огненные пряди, рассыпавшиеся по спине, припухшие губы и невинный взгляд нефритовых очей... Весь её вид говорил о том, что она искренне смущена, но Ник понял, что это всего лишь красивая иллюзия. Все женщины - актрисы и обманщицы, искусстно пользующиеся коварными уловками в своих целях.

- Лгунья, - резко выпалил он, заметив, как побледнела супруга. - Вы ведь только этого от меня и добивались? Усыпить мою бдительность и добиться своего?!

- Доминик... - попыталась возразить она, но Ник её не услышал.

- Убирайтесь прочь из моей комнаты и не показывайтесь на глаза, если вам дорога ваша жизнь, Кассандра! - яростно заявил Доминик, сверкая голубыми глазами, - и немедленно пришлите ко мне мистера Смита, он остаётся со мной.

Неловко оправив своё платье и наспех заколов волосы, супруга торопливо покинула его спальню, не забыв прихватить с собой валявшийся на полу нож.

Дожидаясь своего камердинера, Ник не переставал думать о том, что случилось. Неожиданное открытие не давало ему покоя, но... Для начала он должен быть уверен, что всё происходящее не плод его воображения. Жена, сама того не подозревая, вернула ему какую-то часть его души, которая начинала жить своей жизнью!

Когда несколько минут спустя слуга вошёл в комнату, Доминик уже не был так критично настроен против того, что предлагала ему Кассандра.

- Вы желали видеть меня, милорд? - поинтересовался мистер Смит, нервно поглядывая на него.

- Помоги мне сесть в эту штуку, - попросил Ник, не питая иллюзии в отношении этой задумки жены, - а позже отправься в ближайшую таверну, найди самую сговорчивую девицу и привези сюда!

***

Несколько дней Ник учился управлять креслом в своей комнате и только сегодня он приказал убрать пороге. С помощью камердинера он наконец отважился выбраться наружу.

Доминик так давно не был на улице, и даже на балконе, что забыл, как выглядит небо. Не то, которое он видел в окне, лежа на кровати, а настоящее небо, то, которое над головой во время прогулки. Почему он раньше не замечал, как прекрасно выходить из дома? Как зелены листья деревьев, как летают стрекозы, сверкая серебряными крыльями, как обдувает кожу ласковый майский ветерок... Раньше всё это казалось само собой разумеющимся, а теперь, когда Смит выкатил кресло на дорожку из дверей дома, и на него обрушились все эти цвета, формы и звуки, Ник замер, вцепившись в подлокотники кресла и почти не дышал.

К коляске подбежал серый щенок, обнюхал ноги Доминика. Ник следил за собачкой, пока тот смешно ковылял на коротких ножках по тропинке, а потом переключился на красоту природы.

Он никогда не был в парке Эшфорт-холла. С тех пор, как мать перевезла его сюда из нуждающегося в ремонте, Стонридж-холла, где ему всё равно не хотелось находиться, так как его преследовали неприятные воспоминания, Ник ни разу не бывал в саду.

В тени разложистых деревьев мирно росли влаголюбивые примулы, астильбы и хосты, обрамляя собой узкие тропинки. Клумбы с тюльпанами, нарциссами и геоцинтами поражали своим разнообразием и красками. В глубине парка была построена ажурная беседка, окруженная кустами пышных роз нежно - жёлтого цвета.

Колеса кресла вязли в песке, но мистер Смит толкал его вперед, к озеру. Тут Доминик заметил у беседки три фигуры - две женские и одну детскую. Женщина и девочка кормили лебедей, кидая хлеб в воду, а третья фигура, судя по одежде, являлась няней и стояла немного поодаль.

Ник хотел сказать своему камердинеру, чтобы он поворачивал назад, но тут Кассандра обернулась. Её красивое лицо расплылось в приветливой улыбке, и она, передав ребенка няне, приблизилась к нему.

Доминик чувствовал себя преступником, застуканным на месте преступления. Он постарался принять королевскую позу, но это удавалось ему с большим трудом. Было трудно изображать гордыню, сидя в инвалидном кресле с пледом на коленях.

- Я так рада, ваша светлость, что вы воспользовались креслом и теперь можете гулять по парку, - проговорила Кассандра, останавливаясь рядом с ним и делая реверанс.

Её глаза задорно сверкнули, и она пошла рядом, будто делала так всегда.

- Я не просил сопровождать меня, миледи, - проговорил Доминик, чьё настроение резко испортилось.

Он вспомнил, как целовал её мягкие губы, и как она поспешно убежала, когда сумела отобрать у него нож. Все женщины хитрые бестии, а его жена - самая хитрая из них. Ник до сих пор не мог поверить, что она целовала его только ради этого чертова ножа, но как ни крути, это было правдой.

- Я забыла спросить разрешения, - откликнулась она и добавила, обращаясь к камердинеру. - Мистер Смит, отвезите его светлость на берег, там такой красивый вид!

Мистер Смит исполнил её приказ, и вскоре они оказались на берегу озера. Пятачок между беседкой и берегом был выложен плитами, и, попросив слугу подождать их возвращения, Кассандра сама повезла кресло, которое легко катилось по белому мрамору.

?????????????????????????? Доминик схватился за колеса и остановил кресло.

- Кассандра, - проговорил он, оборачиваясь к жене, - я же просил оставить меня в покое. Смит вполне справляется со своими обязанностями. Если вы не понимаете намеков, то извольте. Мне неприятно ваше общество, и я не хочу с вами общаться. Так яснее?

Кэсси обошла кресло и теперь стояла перед Домиником. Глаза её сузились, но казалось,она совсем на него не обиделась.Медные волосы сияли в ярких солнечных лучах, а позади неё, служа фоном, плескались голубые волны озера.

Ник на мгновение залюбовался своей женой. Кассандра же вдруг опустилась перед ним на колени, и теперь он не был вынужден смотреть на нее снизу вверх.

Их глаза встретились.

- Ваша светлость, - начала супруга, положив руку на его коленку, - мне очень жаль, что вы не желаете общаться со мной. Но тут наши желания расходятся, потому что я хочу общаться с вами. И пока вы не можете от меня убежать, я буду пользоваться вашей беспомощностью и приходить каждый раз, когда захочу вас видеть.

Доминик задохнулся от такой наглости, а Кассандра насмешливо улыбалась, глядя на его замешательство. И чтобы ещё больше усилить эффект, она склонилась, и пока он соображал, что же она собирается делать, коснулась своими пухлыми губами его губ.

От её легкого прикосновения Доминик вспыхнул. Его затрясло, кровь быстрее побежала по венам, и он сам того не замечая обхватил руками голову Кэсси, заставив откинуть её назад. Когда дрожащие губы раскрылись под его напором, Ник с силой стиснул её в своих объятиях. Его язык дерзко проник в её рот, потом медленно выскользнул, лишь чтобы врываться снова и снова,наслаждаясь ощущениями, которые рождались от прикосновения к нежной плоти...

Наконец, задыхаясь, Доминик отпустил от себя жену,наблюдая, как краска стыда и желания заливает её красивое лицо.

Кассандра тем временем поднялась на ноги, прижимая руки к пылающим щекам.

Доминик торжествовал. Она хочет приходить к нему, пусть приходит, он больше не станет возражать.

- Смит! - Доминик позвал камердинера,впервые за свою взрослую жизнь испытав смущение.

Мистер Смит появился из-за угла беседки.

- Отвезите меня обратно домой, - попросил Ник, стараясь унять бешено стучавшее сердце, - я утомился от прогулки.

Кассандра не пошла за ним следом. Она осталась стоять на берегу, и ветер развевал её голубое платье, придавая ей трогательный вид...