Подкидыши для олигарха

Глава 22

Ямаев

Сегодня у меня встреча с владельцем одной из крупнейших строительных компаний столицы. Я еще не придумал точно, что сделаю с Кирюшей, и не вычеркнул из своего окружения семейку Рудовых. Так что самое время запустить работу над благотворительной гостиницей. А дальше она пойдет без моего участия.

Я вызвал Вартана, чтобы он был на подхвате у Марики. Прыгнул сам за руль — так будет меньше времени для дурных мыслей. Все еще не представляю, во что выльется наша ситуация…

Офис давнего приятеля располагается в самой современной части центра. После своих "выселок" словно попадаю в другой мир. Хотя роскошь меня давно перестала поражать.

Паркуюсь у нужного здания. Его, кстати, тоже строила компания Степана Арбатова. Не к слишком ли важному человеку я пришел с проектом отеля при больнице? Да нет, в самый раз. Нам нужно построить качественно и надолго.

Поднимаюсь на двадцатый этаж. Киваю секретаршам и вхожу в кабинет, отделанный темным деревом. Здесь двое мужчин.

— Арбатов, почему не сделаешь панорамную стену? У тебя ж там такой вид. Здравствуйте.

Мне навстречу встает и шагает толстяк в сером костюме. Другой мужчина — помоложе, наоборот словно сошедший с рекламы спортзала, поднимается из кресла и остается на месте.

— Здравствуй, дорогой! — Арбатов раскрывает мне дружеские объятья. — Я знаешь ли, как тридцать лет назад на стройке с высоты слетел, так больше видов не хочется.

Обнимаемся. Степан кивает на зону с черными кожаными креслами. Иду за ним.

— С тех пор ты и решил свою стройку мутить? Чтоб сидеть в закрытом кабинетике.

Степан смеется.

— А у тебя котелок как всегда варит. Помнишь, моего сына?

На вид молодому мужчине лет тридцать с небольшим. Мы не так сильно отличаемся по возрасту, вряд ли я знал его ребенком.

— Мы виделись?

Арбатов-младший со сдержанной улыбкой протягивает мне руку.

— Один раз, мельком. Меня зовут Демид.

— Не помню, честно. Очень приятно.

— Взаимно.

У меня с недавних пор аллергия на сынков приятелей. Но Демид держится с достоинством и без снобизма. Хоть он и сын одного из богатейших лиц в стране.

Впрочем, я тоже не последний человек в этом городе.

— Я бы смог сказать тебе "да", еще по телефону, — внимание на себя перетягивает старший Арбатов, — но честно, захотел встретиться.

Обсуждение личных новостей и проекта занимает около часа. После Демид извиняется и покидает нас. А мы с его отцом остаемся еще выпить кофе. Все же встречаемся очень редко.

— Слышал, ты у нас теперь молодой папа, — с улыбкой произносит Арбатов, — поздравляю. Не стал говорить при Демиде, для него это больная тема.

Не задаю бестактные вопросы про сына Арбатова. Мне и своих заморочек хватает.

— Да, я стал отцом, — киваю, — спасибо за поздравление. Я рад. Свободное время, правда, сократилось в разы. А времени, которое провожу не дома, стало еще меньше. Почему и хочу отдать проект в надежные руки.

— Не волнуйся, Демид лично им займется. Он как раз хотел расширить благотворительность.

К сынкам у меня отношение не очень, повторюсь. Но Демид вызывает оптимизм.

— Будет просто отлично.

— Насчет времени понимаю, — Степан прихлебывает из чашечки, — пока детям не было года, мне до странности не хотелось вылезать из берлоги. Сам качал, купал. Не то что бы нравилась эта рутина. Просто было как-то здорово что ли видеть, как растет твоя плоть и кровь. Кто-то, кому ты дал жизнь и кого только ты можешь в эту жизнь вывести. А еще рядом с ними как будто сам впадаешь в детство. Становится так спокойно, хорошо.

— У тебя и супруга очень позитивная, — вспоминаю.

— Да, Иришка — золото, — Степан с улыбкой кивает, — а как у тебя с матерью детей?

Челюсти сами собой сжимаются.

— Сложно.

— Не на ту поставил? — Арбатов щурится. — Извини, если я шибко любопытный стал под старость лет.

Качаю головой.

— Между нами все сложно. А так… лучше неё я бы не нашел.

— Тогда наладится! Главное, чтоб вы все были здоровы.

У Арбатовых что-то произошло с одним из пацанов. Еще в детстве. Конечно, вслух я про это ничего не говорю.

— Надеюсь. Спасибо.

Тот улыбается.

— А Кирюшка-то Рудов не женился? Отец ему все дом готовый искал… Да про Демида спрашивал. Вот мол, возобновили бы парни общение. А мы про его "парня" уже наслушались. У кого мог, денег позанимал. Демиду явно не нужны такие друзья. И выросли давно они из песочницы.

— Ну, твой, может и вырос, — хмыкаю, — а Кирюше все нянек ищут. А у кого конкретно он занимал?..

Мы еще немного поговорили о "Кирюшке", и я спустился в персональном лифте Арбатова вниз. По пути как раз немного обмозговал беседу в одиночестве. Я не мстительный по натуре, не люблю носить внутри мусор. Но Рудовых мне хочется проучить.

Детали обдумаю позже. Пока прыгаю за руль и беру направление к дому. Тем более, мне успел написать Вартан.

"Марика очень расстроена, что не может уехать из дома".

Куда она собралась?! Я не могу позволить, чтобы она наделала глупостей от эмоций. Даже из страха девушка может влипнуть в неприятности. Ловлю себя на том, что за нее беспокоюсь не меньше, чем за детей… Черт.

Во всяком случае, попробую поговорить с ней спокойно.

По дороге я, правда, успеваю растерять последние крохи покоя. Резко паркуюсь на территории особняка. Чуть ли не вбегаю в дом. Тишина…

Никто из охраны мне по пути не встретился. Сам я никого не искал — раз Вартан не звонил, все более-менее в порядке. Однако уже наверху на меня наваливается тревога. Детская пуста! Ни мелких, ни их прекрасной… мамы.

Слетаю вниз. По-другому просто не скажешь. В кухне-столовой пусто, в гостиной тоже никого нет. Только подушки в беспорядке. Значит, на них все же кто-то лежал! Но где она сейчас?!

Я даже заглядываю во вторую, большую столовую. Надо ли говорить, что и там меня встречает пустота?

Захожу в кабинет, чтобы кинуть папку с бумагами. И чтобы в порядке бреда проверить и там. Правильно делаю, к слову! Потому что один взгляд в окно расставляет точки. Они гуляют! Ну конечно… Мои нервы становятся совсем ни к черту.

Прирастаю на некоторое время к месту у окна. Смотрю на Марику. Какая же она… Как я мог не понять, что именно она и есть моя нежная незнакомка? Такая легкая, невинная по своей сути. Кхм… По всей логике я не должен ей больше доверять ни секунды! Но мое подсознание восстает против этого.

Она укатила коляску с детьми в дальнюю часть моей территории. Там у забора растет несколько диких яблонь. А на пространстве между последней дорожкой из плитки и окончанием имения самый обычный луг. Нескошенная трава, какие-то цветы. Племянники находили там даже ягоды. В общем, я не стал трогать первородную природу. Ландшафта хватает и у дома.

Почему-то не удивлен, что Марику потянуло именно в тот край участка. Девушка подставляет лицо ветру, встряхивает волосами. На ней какое-то простецкое платье в цветочек. А на голове — венок из полевых цветов. Не знаю, что такого в этом зрелище, но я залипаю так, что не могу сдвинуться с места.

— Булат Романович.

Голос Вартана заставляет вздрогнуть. Как будто меня поймали за постыдным занятием. Дьявол! Я же взрослый мужик.

— Она успокоилась? — киваю на окно.

Начальник охраны вздыхает.

— Не думаю. Я еще никогда ее такой не видел. Хотела вызвать полицию — я отговорил.

Трясу головой. Отговорил… Наверняка она испугалась после недавнего разговора с юристом.

— Ладно, я сам поговорю с ней.

— Хорошо, Булат Романович.

Нужно уже отмереть и заняться проблемами. Спускаюсь вниз. По дороге я так и не придумал, с чего начать разговор. Но это и не требуется.

Марика еще издали замечает меня на дорожке. Оставляет коляску — дети, скорее всего, спят. Быстро шагает мне навстречу. Ветер все так же ласкает ее волосы, ткань платья струится вдоль стройных ножек. Нет, мое тело в такой момент не реагирует. А вот в душе что-то сжимается на миг.

Но уже скоро становится не до этого.

— Булат, как ты мог запереть меня?!

Ко мне подходит не моя скромная помощница. Ко мне подлетает фурия.

— Я сделал это для твоего же блага, — говорю медленно, в надежде, что и она успокоится.

— Какого еще к черту блага?! — не тут-то было. — Я всего лишь хотела поехать к своей маме! Она вернулась с моря и очень соскучилась по малышам! Или только тебе можно показывать их всем родственникам?! Я уже молчу про то, что я не твоя собственность, Булат Ямаев!

Ого-го-го. Выставляю вперед ладони. Марика хватает ртом воздух.

— Успокойся, пожалуйста.

В ответ девушка задыхается.

— Ты не в курсе, что от этого вот "успокойся" человек еще больше нервничает?! Особенно, когда вокруг творится какая-то дичь! Да, я обманывала тебя, Булат. Но я не твоя собачонка!

Теперь мне нужно глубоко вздохнуть.

— Я просто хотел, чтобы вы были здесь. В безопасности!

— С каких пор город для меня опасен? Кирилл нас больше не тронет!

Меня подкупает, конечно, ее вера в то, что этот идиот побоится подходить к ним из-за меня. Но ее тон в итоге и меня заводит.

— Ты сама можешь натворить дел по глупости!

— Значит, я глупая?! Не боишься, что твои наследники пойдут в мать? Может, надо было сдавать тест на интеллект перед постелью?

Делаю шаг к этому искрящемуся гневом и чувственностью созданию. Беру ее руку выше локтя. Приближаюсь к уху.

— Ты сама видела, что в тот момент мой собственный интеллект ушел в минус.

Губки Марики приоткрываются в возмущении.

— Значит, ты по дурости переспал со мной?

Теперь я сам готов искрить.

— Не смей так говорить о той ночи…

Она хочет еще что-то сказать, но я пользуюсь ее открытым ротиком в своих целях. Врываюсь туда и проглатываю все ее претензии и безумные аргументы. Пробую ее дыхание. Упиваюсь этой мягкостью, нежностью. Подавляю так, что она едва стоит на ногах. Обнимаю поверх плеч и сгребаю в объятья. Что мне после придется выслушать…

Целую ее долго, как будто хочу, чтобы она забыла все претензии. На самом деле мне просто до безумия это нужно. Я был в ступоре все эти дни, но вся моя суть рвалась к ней. Этот процесс уже не остановить.

— Булат… — она успевает позвать меня, когда даю ей глотнуть воздух.

— Ты сводишь меня с ума, — нисколько не вру.

— Значит, ты все-таки со мной не обдуманно…

На ее губах проступает улыбка. Я же рычу.

— Сейчас укушу.

И я кусаю. А потом зализываю и дальше смакую этот уникальный на всем свете вкус.

В прошлый раз мы остановились в разгар близости. И я не про набухшее тело. К этому мне в последние недели не привыкать. Я о том, что готов был открыть для этой женщины душу. Сказал, что хочу быть с ней. И черт возьми, ничего не изменилось…

— Булат, давай договорим…

Чувствую, она отрывается от меня с таким же трудом, как и я ее выпускаю.

— Ты хочешь уйти отсюда?

Стараюсь унять бешеное дыхание. Она молчит, опустив глаза. Венок из разнотравья слетел, когда я запускал пальцы в ее волосы. Наклоняюсь и поднимаю его. Вдыхаю аромат.

— Я всего лишь дал приказ остановить тебя, если ты решишь сбежать на эмоциях. Пока мы не поговорили бы. Естественно, охрана выполняла указание. Может быть, я перегнул. Но если бы что-то случилось… В общем, прости, но я не жалею.

— Ты каждый раз будешь запирать меня, когда мы поссоримся?

На меня поднимается вопросительный серо-зеленый взгляд. Моя малышка.

— Я больше не буду тебя удерживать. Можешь закрыть меня в ванной в отместку.

Она широко улыбается.

— Булат…

— Ты такая красивая.

Я честно думал, что между нами будет серьезный разговор родителей детей. Мы к чему-то придем. Решим, как она будет вывозить их и при каких условиях. Думал, мы пообщаемся отстраненно и холодно. Цивилизованно, в лучшем случае.

Однако вместо этого я просто растаял.

Марика

Если бы мне сказали, что я так буду разговаривать с Ямаевым, я бы умерла от страха. Но только увидела его, как меня затопило возмущение. Как он мог?!

Я вылила на него все, что хотела. Ну, почти. Потому что этот мужчина прервал меня самым вероломным, самым обезоруживающим способом. И я растеклась, как пломбир.

Вот и сейчас в животе сладко ноет. Булат надел венок мне на голову и осторожно берет лицо в свои ладони. Касается губами губ. Мы медленно смакуем друг друга.

У меня внутри как будто развязался узел. Холодный, болезненный, пугающий. Мне стало легче дышать. Может быть, я слишком наивна…

Он отстранился от меня и лезет за телефоном в карман. Набирает и поглядывает на домик охраны. Становится тревожно.

— Вартан, выйди. Побудь с детьми.

А если он так решил отомстить? Я расслабилась, улетела на облака, и он просто возьмет и вышвырнет меня из имения. Ведь я та самая наглая и ненавистная ему мать его детей. Вряд ли эти его чувства испарились.

Хмурю лоб, что становится больно.

— Я сама могу присмотреть за малышами.

Дергаюсь в сторону коляски. Мужчина ловит меня. Бережно, но твердо держит запястье.

— Не сможешь, — ловит мой изумленный взгляд, — тебе нужно присмотреть за мной.

Ямаев усмехается и… подхватывает меня на руки. Задыхаюсь от волны адреналина. Мужчина прижимает меня к своему сердцу. Да, так не выбрасывают на улицу…

— Ты сказал, что тебе лично я больше не нужна, — прикусываю губу, скрывая улыбку.

Выдыхает не то со стоном, не то с рыком.

— Мы вроде уже выяснили, что я иногда не пользуюсь мозгом.

Вдали появился Вартан. Машет шефу. Ему не впервой оставаться с близнецами. Однако мне все же не по себе.

— Как-то это неудобно, он поймет…

Ямаев вскидывает брови.

— Ты подкинула мне в офис детей. В кабинет, куда многие без дрожи не входят. Не строй из себя такую уж скромницу!

Хмурюсь, но вижу в его глазах огоньки. Он дразнит меня.

— Мм…

— Я хочу быть с тобой, Марика.

Очерчиваю пальцем линию роста его волос. Невинно уточняю.

— Сейчас мозг тоже отключен?

Взгляд мужчины напротив становится совсем мутным. Булат только качает головой.

— В каком-то смысле он только начал работать.

Не знаю, как настолько быстро мы оказались наверху. Наверное, с отключенным мозгом мы скорее бы упали прямо в луг. Но на улице камеры и… Ямаев как будто дал мне время подумать. Хоть и небольшое время.

Он принес меня в свою спальню, в которую я никогда не заглядывала. Здесь большая низкая кровать и… больше ничего. Не считая узкой прикроватной полки сбоку.

Смотрю на этот полигон, и в голову лезут ненужные картинки. Морщусь. Булат нависает сверху и видит мое выражение лица.

— Что-то не так?

Прикусываю губу.

— Ты… Был здесь с кем-то?

Мне становится холодно от своего же вопроса. Конечно же, да! Этот мужчина не из тех, кто вечно засыпает в одиночестве. Взглянуть только, как Божена охотится за ним.

Я уже готова сбежать, когда сверху опускается приятная тяжесть. А на мои щеки и лоб сыплются горячие поцелуи.

— Ты единственный человек, кроме меня, кто ложился на эту кровать. Входили сюда лишь уборщики. А если ты вдруг… Случайно ревнуешь и имеешь в виду других женщин — никто даже не поднимался на второй этаж. Это мое логово.

Мои глаза распахиваются от удивления. Он так оберегал свою территорию… И так естественно привел сюда меня и детей. Кажется, сейчас у меня выкатится слезинка.

— Ну что такое, малышка?

Мотаю головой.

— Я тоже хочу быть с тобой. Прости, что так поступила… Что врала…

— Замолчи.

Он снова "затыкает" меня поцелуем. И я выбрасываю из головы всё. Остаются только его сильные руки на моем теле. Горячие жадные губы, заставляющие забыть себя. Его запах, который окутывает меня словно сетью.

Боялся, что я сбегу… Господи, да он давно запер меня в этом доме без всяких замков.

Вскрикиваю, когда он меня заполняет. Не думала, что еще раз переживу это упоительное ощущение. Он такой… внушительный. И так идеально мне подходит. Хотя в первый раз я испугалась на миг. Сейчас уже просто ловлю это крышесносное чувство.

Минуты в его объятьях плавят меня и возрождают. Я чувствую, как через его безудержную страсть пробиваются забота и нежность. И это лучше любых слов говорит о его отношении. Вряд ли он забудет мою ложь по щелчку, но… Врагом он меня явно не считает. Я его. И именно это он шепчет мне на ушко.

— Я еще раз рад, что ты сегодня никуда не уехала, — хрипло признается он, лежа на мне, когда мы возвращаемся на землю.

Глажу его плечи.

— Булат…

Усмехается.

— Да, дорогая?

— Я бы все равно вернулась, — прижимаю его к себе, хотя куда бы крепче, — это лучшее место для меня.

Говорю и сама пугаюсь. Настолько сильно я открылась перед ним. Теряю последние капли независимости… Сжимаю губы.

— Что-то не так?

Вижу его лицо над своим. Мотаю головой.

— Нет. Страшно немного.

С лица мужчины пропадает улыбка.

— Ты еще не поняла, что со мной тебе нечего бояться?

— Мне страшно, что все это очень быстро закончится, — решаю признаться, — а я мало того, что не такой статусный родитель, так еще и влюбилась в тебя.

Мое лицо опаляет его дыхание.

— Закончится?! Да сейчас! Не для того я столько терпел. И… Что ты там сказала? Ты в меня влюбилась?

Хитрый прищур, улыбка. Этот мужчина никогда не перестанет быть самолюбивым. Но мне это нравится.

— Слишком уж не задавайся, Ямаев, — усмехаюсь.

Он зарывается лицом в мои волосы.

— Я тоже очень сильно в тебя влюблен, Марика, — шепчет на ухо, — за это можешь не волноваться.

А еще мне по вкусу его несдержанность. Он так искренне признается мне в чувствах, что я успокаиваюсь. Зачем портить себе жизнь мыслями о будущих несчастьях, которых вполне может не быть?.. Булат еще ни разу не делал мне плохо.

Мы лежим некоторое время, крепко обнявшись и поглаживая друг друга. Верится с трудом, что еще час назад все было совсем-совсем по-другому.

— Нам нужно принять душ и идти к детям, — улыбаюсь.

— Да, "нам", — Булат вздергивает бровь, — душевая у меня такая же просторная, как кровать.

Закатываю глаза, но чувствую себя безумно счастливой.

— Не могу спорить с шефом.

Ямаев дарит мне хитрый взгляд.

— Признайся, ты тайно мечтала обо мне, когда у нас были деловые отношения?

— Да, — прикусываю губу, — причем не вспоминала… Это были совсем новые мысли.

Откровенные фразочки еще больше распаляют нас, и в душ мы буквально врываемся. Булат не обманул, здесь много пространства. Светлый мрамор, стеклянная перегородка. И большое зеркало на одной из стен, в которое нас видно… Мм… Именно с этим мужчиной во мне просыпается вкус к интимной стороне жизни.

Когда мы вновь можем дышать, используем душ по назначению. Это тоже определенный вид близости — водные процедуры рядышком. Вижу крепкую фигуру в пене, и мне кажется, я вместе с этим человеком уже давно-давно.

Хотелось бы еще полежать в халатах, но ко всему прочему мы еще родители. Вартан там, наверное, уже обалдел от роли няньки.

— Мне кажется, нам нужна помощница с детьми, — говорит Булат, прежде чем отпустить меня переодеваться, — у тебя теперь дел прибавилось.

Смущаюсь.

— Можно поговорить на эту тему с крестной…

— Да, в агентстве Пелагеи персонал на высоте, — смеется Ямаев.

— Что? — хмурюсь и тоже не могу сдержать улыбку. — Я хорошо работала! Предугадывала желания шефа, была ненавязчива. Почти незаметна! Я — профи!

Булат шагает ко мне. Берет за руку.

— Рад, что ты так высоко себя оцениваешь, — он говорит серьезно, — и да, я не замечал тебя до появления в доме двойняшек. А потом как обратил внимание…

Он прижимает меня к своей груди.

— Мне не верится, что все так разрешилось. Просто не верится.

Булат целует меня в макушку.

— Уже в день знакомства было понятно, что мы должны быть вместе. Только я отмахнулся от этого чувства, а ты испугалась. В итоге все разрулили Андрюша и Ваня. Парни просто появились на свет.

Смеюсь от такой интерпретации.

— Пойдем скорее к ним.