Подкидыши для олигарха

Глава 6

Булат

Я обещал позвонить сестре. Смс с результатами анализов я ей уже сбросил. Но она попросила набрать вечером. Сам я, честно говоря, не понимаю, хочу разговаривать или нет. И чего вообще хочу.

— Булат! Ну как вы там?

Белочка взволнована.

— Нормально.

— Как дети? Твоя горничная справляется? У малышей нет температуры?!

Сестру не удовлетворил мой шаблонный ответ.

— Дети спят, Марика не жаловалась. По поводу температуры — какая-то у них определенно есть.

— Булат! — теперь голос Бэллы наполнен осуждением. — Тебе все равно?!

Сглатываю пересохшим горлом. Да более равнодушного человека, чем я сегодня, не найти. Ага, конечно.

— Они не выглядят больными. Да и Марика сказала бы.

— Мм… — Белка сбавляет обороты. — Наверное, ты прав. Просто детки попали в незнакомую среду. Вокруг все чужие!

— Ну вообще-то я их родной отец!

Напоминаю с долей возмущения. Сестра хихикает.

— Но познакомились-то вы только сегодня! Не успели привыкнуть друг к другу, привязаться, полюбить…

— Так! — перебиваю ее сладкие мечты.

Сестра взвивается.

— Что, так?!

— Я совсем не уверен, что смогу их полюбить! Забыла, что детей я не планировал?

Сестра вздыхает.

— Поверь, Булат, я перевидала за свою профессиональную жизнь тысячи внеплановых детей. Их любят, и это нормально.

— Подкидывать младенцев не нормально!

— Тут не спорю, — Белка на секунду сдается, — но мы не знаем, какие обстоятельства у их матери.

Женская солидарность!

— Да, она не потрудилась как следует объяснить, — мой голос сочится сарказмом.

— Но это нюансы, — заявляет сестрица, — а результат лишь в том, что ты узнал о сыновьях. И в них твоя кровь.

— Ой, ладно… Давай без пафоса? У меня голова трещит.

— Давай, — Белка делает еще один шаг навстречу, — если говорить просто, то я очень рада за тебя. Теперь отдохни и переспи с этой новостью. Утро мудренее. Слава Богу, с детьми тебе помогают. Ты можешь немного расслабиться.

— Легко сказать! Ладно, доброй ночи.

— Пока.

С Бэллой все ясно. Разделять мое негодование она не собирается. Больше беспокоится о мелких.

В целом мне и не нужна чья-то поддержка. Разрулю ситуацию сам. Тем более, как правильно заметила сестра, в быту мне есть кому помочь.

Когда возвращаюсь в столовую, Марика уже накрыла ужин. Она шустрая. В том числе из-за этого я оставил ее в доме. Моя жизнь порой напоминает аттракцион — то движется медленно, то летит на высоких скоростях. В такие моменты нужно многое успеть, и расторопная помощница в тему.

М-да, по этой аналогии горки сейчас несут меня вниз? Впрочем, хватит ныть.

— Почему ты не положила себе?

Скромность горничной начинает меня раздражать.

— Мм… — мнется у кухонной зоны.

— Я же велел. В мои планы не входит, чтобы ты свалилась в голодный обморок.

Пригласил ее поесть я не только по этой причине. Хоть мне и правда нужна помощница на ногах. Я и сам не знаю, почему пригласил… Наверное, потому что Марика на меня до странности умиротворяюще действует. Заметил это, когда мы выбирали детские причиндалы.

— Простите.

Заладила. Но не одергиваю. Пусть говорит, что хочет.

Я заказал стейк из говядины и свежие овощи. Заморачиваться не хотелось, да и мой вымотанный организм хочет мясо. Хм, может, это смутило Марику.

— Ты не вегетарианка?

Девушка замирает. Смешно задумывается. Все же она хорошенькая, если судить объективно.

Ямаев, черт бы тебя побрал! Не надо даже рассуждать о мордашке горничной! Наобщался уже с хорошенькими… Двойной результат вышел.

— Нет, — она, наконец, отвечает.

— Отлично. Тогда ничто не помешает нам поесть.

Помощница больше не спорит. На ее тарелке вскоре оказывается кусок мяса, чуть меньше моего. Овощей она наоборот кладет щедро. Наконец, мы садимся.

В доме две столовых. Одна очень большая, где нет ничего лишнего, и которой я никогда не пользовался. Другая, в которой мы сейчас, поменьше и напоминает обычную просторную кухню с мебелью из светлого дерева. Вот только на ней никто никогда не готовил. Львиную долю времени я ем вне дома. Так что не вижу смысла нанимать повара.

Я вообще всегда старался держать возле себя как можно меньше людей. Нет, у меня большой штат менеджеров, а в бизнесе в целом работает уйма народа. Есть множество приятелей и знакомых. Но ближний круг всегда был ограничен.

Может, поэтому вселенная подбросила мне сразу двоих детей? А то как-то маловато близких…

Хотя подкинула мне их далеко не вселенная! Скриплю зубами.

— Приятного аппетита, — раздается тихое.

Марика села по левую руку от меня, чуть поодаль. Я во главе овального стола. Прямо как достопочтимый глава семейства. Черт!

Когда-то я вообще не хотел иметь дом. Планировал постоянно путешествовать. Жить в отелях высшего класса.

Но реальность оказалась такова, что мне нужно много времени проводить в столице своей родины. Если я хочу, чтобы мой бизнес развивался, рос, а не просто приносил кое-какие дивиденды.

— Тебе тоже, — отвечаю горничной, — давай поедим.

Пытаюсь разрядить обстановку. Меня совершенно не парит поужинать с кем-то из своего персонала. А рядом с Марикой, как я уже понял, мне даже комфортно. Так! Совершенно лишние сейчас эмоции. Да и не только сейчас.

В общем, пусть девчонка не стесняется и спокойно поест.

— Спасибо.

Воспитана она прекрасно. Или это знание сервиса обслуживания… Но общается она получше многих девиц на приемах. И с ее внешностью могла бы… Так!

Наверное, мой мозг от стресса привязался к горничной.

— Как дети? — переключаюсь. — Моя сестра-педиатр интересовалась, какая у них температура.

Марика кидает в меня испуганный взгляд.

— С ними все хорошо!

— Не сомневаюсь, что ты о них позаботишься, — говорю мирно, — просто имей в виду — если что не так, у нас есть специалист.

Смотрю на горничную, по ее лицу пошли красные пятна. Что она так дергается? Может быть, пригласить профессиональную няню…

Ловлю себя на том, что хочу дать Марике еще один шанс.

— Да, я сразу скажу вам! — она как раз приходит в себя. — Если что-то вдруг… Вы же их отец.

Логичное замечание.

— Вот и славно.

Решаю больше не заводить разговоры. Лучше спокойно поесть.

Уже после, лежа в своей спальне, думаю — как давно я не общался с девушками настолько бережно. Нельзя сказать, что я их ни во что не ставлю! Но дамы, которые мне встречаются, и не нуждаются в трепетном обращении.

За исключением разве что той, сбежавшей.

Мой мозг точно воспален, так как вдруг начинает крутить картинки той ночи. На кончиках пальцев я словно чувствую ее, такую нежную и бархатную. В меру мягкое и упругое тело под своими ладонями. Светящуюся в сумраке кожу.

С утра я даже подумал, не приснилось ли мне… Ее искренность никак не укладывалась в декорации той вечеринки. Она была как инородное пятно. Прекрасное.

Уф… Не знаю, вспоминала ли она мое тело, но оно реагирует на мысли о ней самым конкретным образом. Заглушить никак не получается… Иду в душ, чтобы остыть, но в результате помогаю себе там другим образом. Черт! Куда я качусь?

Впрочем, потребность эта как ни крути естественная. И ее удовлетворение помогает организму заснуть крепким сном. Утром накатывает муторная осознанка действительности… Но все же хотя бы физически я в норме. Приму теперь уже обычный душ, оденусь и… позавтракаю где-нибудь не дома.

Честно признаюсь себе в желании свалить. Стараюсь не раздумывать, насколько это хорошо или плохо. Вот только проходя мимо комнаты Марики и мелких, просто не могу туда не заглянуть.

В конце концов, у меня все должно быть под контролем! Чтобы потом эта мамаша не сказала, что я повредил её детей! Моих… Наших? Тьфу!

Я в курсе, что детей делают двое. Но этот ее внезапный удар под дых! Одна мысль, и внутри вскипает злость.

В комнату не стучусь, но дверь открываю медленно. На еще разобранной кровати сидит Марика с одним из младенцев в руках. Помощница успела надеть розовый спортивный костюм и собрать в хвост свои густые волосы. Так что вхожу я без стеснения.

— Как прошла ночь? — уточняю вместо приветствия.

Ни к чему эти лишние церемонии. И эмоции. Марика поворачивается.

— Доброе утро, Булат Романович, — она соблюдает этикет, — все хорошо.

Парень в ее руках явно с этим не согласен. Возится чего-то. Плюет белую жижу из бутылочки. Согласен, выглядит их еда не очень. Хоть взяли мы далеко не дешевую.

— Может, заказать другой вкус? — киваю на него. — Не волнуйся про деньги.

Мелюзга в любом случае ни в чем не виновата. Экономить на них не собираюсь. Денег у меня хватит прокормить таких штук сто.

— Нет, он всегда… — Марика делает паузу. — Я заметила, он в принципе плоховато ест.

Звонить Белке? Эти двое должны быть в отличном состоянии, когда я найду их мать! Да и просто надо поступить по-человечески.

— И-и-и-и-и… — слышим сбоку.

Ультразвук — это Андрюша. Так, значит, плохо ест Иван.

— Парень, если не хочешь знакомиться с одной занудой-педиатром, надо поесть, — показываю пальцем на мелкого.

— Гь!

У того внезапно прорезывается голос. Пускает молочные пузыри, таращится. Пытается улыбаться. Вот картина…

— Да-да, я про тебя, Иван, — качаю головой, — тетя Белка от тебя так просто не отвяжется.

Тетя… Уф.

— Он ест!

Марика говорит с придыханием, словно это какое-то чудо. Ну проголодался, наконец, парень!

— Он никогда не ел с таким желанием, — продолжает восхищаться горничная.

— Откуда ты знаешь? — отмахиваюсь. — Ты с ним знакома всего-ничего. Кстати, Бэлла говорила, у мелких может быть стресс.

Марика притихает. Стыдно, что сморозила глупость. Женщины… Им лишь бы поахать над младенцами. Простой мужской разговор все решил! Хоть мелкий ничего не понимает, мой настрой почувствовал.

— И-и-и-и-и-и! — сирена Андрюши становится громче. Даже братец его вздрагивает.

— Может… Может быть, вы подержите Ивана? — отмирает Марика. — Он у вас покушает лучше! А я Андрея успокою.

Так, нам нужна еще одна нянька? Потому что исполнять все эти обязанности я не наме…

— Гь!

Их точно родила одна мать? Языкам они обучены разным.

— Возьмите, пожалуйста.

Марика поднялась и вкладывает мне в руки младенца. Где скромная, а где быстро сообразила. Видимо, нагружать работой мужчин у женщины в крови.

— Ладно, давай.

В конце концов, покормить ребенка — это пара пустяков. Он и не весит почти ничего! Рука чувствует только тепло от тельца.

Сосать Ванёк принимается сосредоточенно и бодро. Вот! Что там она не могла…

— И-и-и-и-и!

Второй мелкий заходится. Но он в своем репертуаре. А вот Марика меня удивляет.

— Булат Романович, не могли бы вы сесть в кресло и взять Андрюшу тоже? Он ревнует.

Что? …! Им три месяца!

Наверное, мой красноречивый взгляд о многом говорит горничной. Так начинает тараторить.

— Двойняшки всегда друг друга чувствуют. Эту связь нельзя объяснить логически. Ну или… Или это можно объяснить тем, что много месяцев они были рядом в утробе. И поначалу им комфортнее быть рядышком. Вы взяли одного сына, второго теперь не успокоить.

— И-и-и-и-и! — подтверждает весь этот бред Андрюша.

— Ладно, давай!

Что-то отчаянное мне послышалось в крике мелкого. Но скорее всего, я просто схожу с ума.

Присаживаюсь в чертово кресло. Дизайнер напихал таких в каждую спальню — высокая мягкая спинка, бежевая ткань типа бархата. Вот, пригодилось.

Еще выручает, что я далеко не дохляк. У меня развиты грудные мышцы, бицепсы. Есть, на что уложить мелких.

Одна незадача — у меня нет третьей руки! На имеющихся двух мы с помощницей разложили близнецов. А вот чем держать бутылочку? Мне кажется, родителей двойни или тройни природа должна снабдить лишними конечностями. Эдакий результат естественного отбора.

Эволюция распорядилась по-своему. Так что Марике приходится мне помочь.

— Давайте, я подержу бутылочку, — предлагает она.

— Да уж будь любезна.

Андрей завтрак закончил. Теперь просто глазеет на меня, машет ручонками и время от времени издает звуки. Довольные. А вот Ване помощница засунула соску в рот.

— Как хорошо ест! — восхищается она.

— Главное, чтобы совсем не увлекся, и мы не получили в итоге ожирение.

Это сейчас я сказал? Сам себе поражаюсь! Забегаю так надолго вперед и… Что это за "мы"? Так дойдет и до "мы покакали".

Плеваться на руках с младенцами я, конечно, не плююсь. Но от себя в шоке. Однако продолжаю сидеть. Если уж взялся, надо довести дело до конца.

Марика стоит рядом не в самой удобной позе. Но на лице искренняя радость. Все же она хорошая девушка.

Черт, да какая вообще мне разница?! Девушка! Она хороший сотрудник, и точка. И точка! Пока отчитываю себя (что мне никогда не было свойственно, обострилось в последние сутки), улавливаю легкий запах. Какой-то знакомый…