Политическая борьба в руководстве КНДР в 1953—1956 гг.: причины и динамика

Раскол между группировками

Начавшиеся после пленума ЦК ТПК в ноябре 1954 г. государственные закупки зерна одновременно с началом кооперирования вызвали огромный отрицательный отклик. Несмотря на то, что ошибки, совершённые в ходе закупок зерна, долгое время негативно сказывались на жизни крестьян, официальные публикации и историки КНДР почти не коснулись этой темы. Более подробно эти события отражены в записях бесед сотрудников советского посольства в Пхеньяне с представителями КНДР.

Проблемы в ходе закупок зерна начались с того, что работники провинциальных партийных и народных комитетов в доказательство своей верности партии завысили сведения об урожайности в своих провинциях. В нарушение принципа добровольности во время закупок зерна применялись силовые методы вплоть до избиения, ареста и выселения крестьян. Налог с крестьян составил 33—35 % урожая вместо положенных 27 %. И у бедняков, и у середняков в принудительном порядке забирали последнее зерно, а зажиточным крестьянам, у которых оно ещё оставалось, запретили его продавать. Тем самим власти вызвали недовольство во всех слоях крестьянства, появились призывы к восстанию, распространялись листовки и плакаты, направленные против правительства[33].

Из-за ошибок в проведении закупок зерна антиправительственные настроения могли представлять большую угрозу только что начавшейся политике социалистических преобразований в сельском хозяйстве[34]. Чтобы нейтрализовать противодействие крестьян, на Президиуме ЦК ТПК, состоявшемся 1—3 февраля 1955 г., решили прекратить закупку зерна у крестьян и предоставить им компенсацию в виде продовольственных и семенных ссуд. Кроме того, председатель Госплана Пак Чхан Ок и министр сельского хозяйства Ким Ир, ответственные за эти ошибки, были резко раскритикованы на апрельском пленуме ЦК ТПК 1955 г.[35]

Проблемы из-за ошибок при закупке зерна заставили СССР обратить повышенное внимание на экономический курс КНДР. ЦК КПСС, получив доклад о положении в Северной Корее от советского посольства в Пхеньяне в 1955 г., пригласил Ким Ир Сена с группой руководителей в Москву для обсуждения с ними внутренних проблем Северной Кореи. СССР сообщил об этом визите КНР[36], что свидетельствует о том, что в это время между СССР и КНР велись консультации по вопросу о Северной Корее[37].

После апрельского пленума ЦК ТПК, в мае 1955 г., корейские руководители во главе с Ким Ир Сеном неофициально прибыли в Москву[38]. Главной целью этого визита являлись обсуждение внутренних проблем КНДР и одобрение Советским Союзом проекта пятилетнего плана развития народного хозяйства КНДР. Но во время встречи с руководством ЦК КПСС и правительством СССР делегация Северной Кореи получила серьёзные рекомендации по внутренним проблемам и по пятилетнему плану.

После возвращения северокорейскому руководству пришлось изменить свой экономический курс. Эти изменения под влиянием рекомендаций советской стороны отражены в решениях расширенного заседания Президиума ЦК ТПК, состоявшегося 15—20 июня 1955 г., и заседания Политсовета ЦК ТПК, состоявшегося 15—19 июля 1955 г. Главные изменения состояли в следующем[39]: пересмотреть новую программу ТПК с учётом нынешних условий раздела страны на две части, особенно в вопросах строительства социализма; пересмотреть проект пятилетнего плана с учётом реальных условий в сторону уменьшения капиталовложений в промышленность и увеличения их в сельское хозяйство; допустить частно-предпринимательскую деятельность в торговле; прекратить процесс кооперирования крестьян, разрешить создание отдельных кооперативов только в исключительных случаях; снизить цены на промышленные и продовольственные товары; установить льготный налог для частных предпринимателей и т. д.

Таким образом, рекомендации руководства СССР привели к изменениям в политике «преимущественного развития тяжёлой промышленности» и темпах проведения социалистических преобразований. Согласно этим рекомендациям, нужно было направлять основные капиталовложения в лёгкую промышленность и регулировать темпы социалистических преобразований исходя из обстановки. Как было сказано выше, это решение было тесно связано с позицией СССР. Ещё во время беседы в сентябре 1953 г. руководство СССР рекомендовало делегации КНДР уделять больше внимания повышению уровня жизни населения.

Более того, ЦК КПСС рекомендовал корейским товарищам больше опираться на коллективное руководство при решении важнейших партийных и государственных вопросов[40]. Ким Ир Сен и Маньчжурская группировка вынуждены были принять эти рекомендации, хотя явно не были с ними согласны. Несмотря на то, что после смерти Сталина влияние СССР на страны народной демократии заметно уменьшилось, оно всё же пока сохранялось. К тому же КНДР была необходима большая помощь СССР в восстановлении народного хозяйства и государственном строительстве. Поэтому Ким Ир Сен не мог игнорировать мнение руководства СССР и постарался обойти все острые углы.

Изменение политического курса укрепило политику «преимущественного развития лёгкой промышленности», т. е. позиции Советской и Яньаньской группировок[41].

В такой сложной обстановке поведение советских корейцев вызывало негативное отношение у руководства Северной Кореи и местного населения. Во-первых, советские корейцы, работавшие в партийных и государственных органах КНДР, передавали информацию о положении в Северной Корее Посольству СССР в Пхеньяне. Корейское руководство было недовольно тесными связями советских корейцев с Посольством СССР[42].

Кроме этого, сложилась непростая ситуация вокруг школы № 6 в Пхеньяне, где работали советские учителя и учились дети советских корейцев. Многие из местных корейцев не одобряли её деятельность, так как школа по своей программе и направленности обучения резко отличалась от обычных корейских школ. Но советские корейцы не хотели отдавать своих детей в корейские школы. По этому вопросу происходили столкновения мнений советских и местных корейцев, для руководства КНДР школа стала «бельмом на глазу»[43].

В октябре 1955 г. Пак Ден Ай в беседе с Пак Ы Ваном (советский кореец) критиковала советских корейцев за то, что они не посылают своих детей в обычные корейские школы, а только в школу № 6, а их жёны живут изолированно и не принимают участия в общественных мероприятиях[44]. В этом не было ничего нового, но именно в это время Пак Ден Ай решила покритиковать их поведение. Это наглядно показывает, что со второй половины 1955 г. в руководстве Северной Кореи формировалось негативное отношение к советским корейцам.

Вынужденные изменения во внутренней политике под влиянием рекомендаций ЦК КПСС и рост негативного отношения местных кадровых работников к советским корейцам ослабили их позиции в руководстве страны, резко усилилась критика в адрес советских корейцев. Первая атака была направлена на главную фигуру Советской группировки — Пак Чхан Ока. На совещании руководящих партийных и административных работников, состоявшемся 21 октября 1955 г., Ким Ир Сен дал отрицательную оценку работе Госплана во главе с Пак Чхан Оком за разработку нереального народнохозяйственного плана и за направление капиталовложений во все отрасли без учёта их приоритетов. В результате было решено сократить права Госплана и расширить полномочия министерств[45].

С декабря 1955 г. критика в адрес советских корейцев усилилась. На пленуме ЦК ТПК, состоявшемся 2—3 декабря 1955 г., были публично резко раскритикованы советские корейцы Тен Юр, Сон Дин Фа, Тен Гук Но, Ки Сек Пок и Тен Дон Тхэк. По словам Ким Ир Сена, эти советские корейцы положительно отзывались о произведениях писателя Ли Тхэ Дюна, переехавшего с Юга и оказавшегося впоследствии причастным к деятельности группы Ли Сын Оба[46]. Одновременно они же подвергли критике произведения северокорейского писателя Хан Сер Я[47]. Пленум поддержал решение Президиума ЦК ТПК об исключении Пак Ир У (бывший заместитель главнокомандующего КНА, бывший министр внутренних дел и связи) из партии и о снятии со своего поста зам. министра тяжёлой промышленности советского корейца Ким Ера[48].

Критика советских корейцев звучала также на совещании руководящих работников по вопросам пропаганды и агитации, состоявшемся 28 декабря 1955 г. На этом совещании Ким Ир Сен и Хан Сер Я вновь осудили их за «идеологические ошибки». На этом совещании Ким Ир Сен произнёс известную речь «Об изжитии догматизма и формализма и установлении чучхе в идеологической работе», с которой практически началось внедрение идей чучхе во все сферы северокорейского общества[49].

«Самостоятельность», на которой настаивал Ким Ир Сен, означала, прежде всего, требование уважать корейскую культуру и традиции, строить не советский и не китайский, а корейский социализм. Из такого подхода вытекало, что у Яньаньской и Советской группировок, которые находились под влиянием СССР и КНР, отсутствует «самостоятельность». На этом совещании Ким Ир Сен как раз и отметил отсутствие у них такой «самостоятельности», приводя в качестве примера советского корейца, бывшего зав. оргинструкторским отделом ЦК ТПК Пак Ен Бина[50]. По той же причине Ким Ир Сен официально раскритиковал главные фигуры Советской и Яньаньской группировок Хо Га И, Ким Чжэ Ука и Пак Ир У, обвинив их в формализме и догматизме.

Почему Ким Ир Сен заговорил о «самостоятельности» в конце 1955 г.? Большинство исследователей объясняли это стремлением Ким Ир Сена сохранить свою власть, не допустить критики «культа личности» под влиянием ⅩⅩ съезда КПСС. По моему мнению, кроме указанных внешних причин могли существовать следующие внутренние причины: под влиянием рекомендаций ЦК КПСС в середине 1955 г. Маньчжурская группировка во главе Ким Ир Сеном была вынуждена признать свои ошибки в экономической политике, что могло дать шанс для укрепления позиций Яньаньской и Советской группировок, которые настаивали на политике «преимущественного развития лёгкой промышленности». Поэтому Маньчжурская группировка акцентировала ошибки в политике лидера советской группировки Пак Чхан Ока, одновременно подчёркивая важность «самостоятельности», публично критиковала за формализм и догматизм Советскую и Яньаньскую группировки, которые находились под влиянием СССР и КНР. Это ослабило их политическую роль. А Маньчжурская группировка сохранила своё влияние в руководстве. Иными словами, идея «самостоятельности» нужна была ей как орудие борьбы против сил, которые опирались на СССР и КНР. Но тогдашняя «самостоятельность» не означала ещё конфликта с СССР или КНР, особенно СССР. Конец 1955 г. ознаменовался лишь созданием фундамента «самостоятельности»[51]. В то время Ким Ир Сен публично выражал уважение СССР и одновременно, говоря об идеях чучхе в Северной Корее, начал политическую атаку против Советской группировки.

С 1956 г. Советскую группировку начали обезглавливать. На заседании Президиума ЦК ТПК, состоявшемся 18 января 1956 г., вывели из Политсовета за допущенные ошибки в писательской организации Пак Чхан Ока и Пак Ен Бина. Пак Чхан Ока также сняли с должности председателя Госплана, за ним сохранили лишь пост зам. премьера без портфеля. Пак Ен Бина вывели из ЦК ТПК и понизили в должности до зам. министра торговли. Литературного критика Ки Сок Пока, поэтов Тен Юра и Тен Ден Тхэка вывели из состава членов ЦК писательского союза. Таким образом, ещё несколько главных фигур среди советских корейцев были наказаны, Советская группировка получила серьёзный удар. Отношение к советским корейцам особенно ухудшилось после дела Пак Чхан Ока и Пак Ен Бина[52].

Таким образом, Советская группировка и некоторые деятели Яньаньской группировки были оттеснены от центра власти в конце 1955 — начале 1956 гг. Поэтому, воспользовавшись критикой культа личности Сталина в СССР, они были намерены выступить против культа личности Ким Ир Сена.

Но Маньчжурская группировка во главе с Ким Ир Сеном пыталась предпринять меры для того, чтобы решения ⅩⅩ съезда КПСС не повлияли на Северную Корею. Поэтому, когда руководитель делегации ТПК Чхве Ен Ген доложил итоги работы ⅩⅩ съезда на пленуме ЦК ТПК, состоявшемся 20 марта 1956 г., Ким Ир Сен доказывал, что в основе деятельности ЦК ТПК лежит принцип коллективности руководства. Даже в трудный период военного времени пленумы ЦК ТПК созывались регулярно, утверждал он. Принимая решение ⅩⅩ съезда КПСС о необходимости коллективного руководства и перекладывая вину за культ личности в ТПК на Пак Хон Ена[53], Ким Ир Сен ловко избежал критики в свой адрес.

После мартовского пленума ЦК ТПК 1956 г., в связи с изучением доклада Н. С. Хрущёва на ⅩⅩ съезде КПСС ЦК ТПК разослал в партийные органы специальное закрытое письмо. Основное внимание в нём уделялось критике культа личности И. В. Сталина и нарушениям в СССР социалистической законности. Из письма вытекало, что ошибки, вскрытые ЦК КПСС, присущи только КПСС и не имеют места в деятельности ТПК, как указывалось на мартовском пленуме 1956 г.[54] Таким образом, руководство Северной Кореи приняло меры к тому, чтобы ⅩⅩ съезд ЦК КПСС не оказал влияния на предстоящий Ⅲ съезд ТПК.