Ленин ПСС издание 5 том 55

* Фамилия в целях конспирации в рукописи вырезана. Ред.

** См. настоящий том, стр. 100-102. Ред.

399

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

в шахматы. Один из живущих теперь временно в Красноярске очень может быть назначен будет в село Ермаковское, в 40 верстах от нас. Он шахматист и очень интересный собеседник, Володя познакомился с ним в Красноярске. Я бы очень хотела, чтобы это назначение состоялось, можно было бы видеться, 40 верст - близехонько. Володя ехал до Минусы (пароход тащился 5 дней!) с Лепешинской, женой одного ссыльного, живущего в Казачинском. Она получила место фельдшерицы в селе Курагинском, тоже от нас недалеко, и муж ее переводится туда же. Тоже шахматист. Лепешинская рассказывала про Лирочку, что она очень нервная и раздражительная, участвует в коммуне и через неделю стряпает. У них там 3 женщины, одна - хлебы печет, а другие стряпают по очереди. От Лирочки было третьего дня письмо, ей, по-видимому, очень надоедает эта жизнь колонией, пишет, что рада, как останется одна и может заниматься. - Оказалось, что у Володи болел совсем не тот зуб, который он рвал, а другой, который ему и вырвал в Красноярске дантист. Обратная дорога смертельно надоела Володе, хотя он набрал некоторую дозу книг, кроме той уймы, что взял из дому. В Минусе не захотел останавливаться и даже не занес ис- правнику проходного свидетельства. Купил в Красноярске тулуп. Тулуп предназначается собственно мне, но, в сущности, он «семейный», предназначается для поездок и дальних выходов. Тулуп стоит 20 р. и такой мягкий, мягкий, что как залезешь в него, так и вылезать не хочется. Вообще купил все, что следовало, и даже игрушек детям Проминского и сынишке катанщика Мине, который живет у нас во дворе.

Мальчуган лет пяти и часто у нас толчется. Утром, как узнал, что Володя приехал, второпях схватил ма- тернины сапоги и стал торопливо одеваться. Мать спрашивает: «Куда ты?» - «Да ведь Владимир Ильич приехал!» - «Ты помешаешь, не ходи...» - «О, нет, Вл. Ил. меня любит!» (Володя действительно его любит). Когда же вчера ему дали лошадь, которую Володя привез ему из Красноярска, то он проникнулся к Володе такой нежностью, что даже не хотел идти домой спать, а улегся с Дженькой на половике.

Потешный мальчушка!

Наконец мы наняли прислугу, девочку лет 15, за 2¹/₂ р. в месяц + сапоги, придет во вторник, следовательно, нашему самостоятельному хозяйству конец. Напасли на зиму всякой всячины. Еще надо вот окна вставить, жаль только закупориваться,

400

ПРИЛОЖЕНИЯ

когда на улице так хорошо! Мама понемногу втянулась в шушенскую жизнь, не хворает и не скучает.

Спасибо Маняше за письма, конечно, я стану писать ей и за границу. Как-то она там устроится. Жаль, что ей неудобно ехать с Мещеряковыми, они хорошие люди, в особенности Анна. Немецкого Zola получили, собираемся читать. Теперь мы будем получать «Frankfurter Zeitung», будут присылать из Питера, Володя собирается еще выписать какую-нибудь английскую газету. Что это о книжке Володиной ни слу- ху ни духу. Обидно будет, если не выгорит. Рецензию на Карышева надо бы послать в Питер, может, не вышло 10 листов, оттого и задержка. Ну, будет болтать. Крепко, крепко целую Вас и Маняшу за себя и за Володю. Мама очень кланяется. Когда же Аня приедет?

Ваша Надя

Прошлый раз забыла написать, что Blos получен. Надо его переслать?

Странно, что не было письма от Володи одновременно с рецензией на Карышева. Помнится, он письмо тогда послал*.

Написано 27 сентября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1939 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 5 Печатается по рукописи

9

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

14-го октября.

Дорогая Марья Александровна! тотчас же по отъезде Володи в Красноярск я написала Вам обстоятельное письмо, также и по приезде Володи оттуда. Вы, вероятно, получили оба эти письма. Ну, да теперь это дела давно минувших дней. У нас уже зима, наша Шушенка замерзла, и снег уже был, но сошел.

Холод порядочный (градусов 5), что не помешало Володе закатиться сегодня на охоту за зайцами на остров на целый день, он в этом году ни одного зайца не изничтожил еще. Оделся он тепло, а проветриться ему не мешает, последнее время он по уши ушел в свои «рынки» и пишет с утра до вечера. Первая глава уже

* См. настоящий том, стр. 99. Ред.

401

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

готова, мне она показалась очень интересной. Я изображаю из себя «беспонятного читателя» и должна судить о ясности изложения «рынков», стараюсь быть как можно «беспонятнее», но особенно придраться ни к чему не могу. Ужасно странно, что до сих пор нет ни звука от ecrivain'а о книжке, думаем - ухнула. Вообще последнее время почта - самая жалкая. Вчера посмеялись мы порядком. Кроме газет, ни- чего не было, и мама стала обвинять почтальона в том, что он по злобе скрывает письма, а нас в том, что мало даем ему на чай, наших знакомых - в черном эгоизме и опять нас в том, что мы почтальону вот жалеем денег, а так зря тратим, третьего дня ездили к Курнатовскому и зачем? только человеку работать помешали и обед его съели, кончилось тем, что мы все смеяться стали, и неприятное чувство, которое всегда бывает при скудной почте, прошло. Ездили мы как-то к Курнатовскому*, он служит на сахарном заводе, верстах в 20-ти от нас. Было воскресенье, хотя и холодно, но солнце светило с прекрасного голу- бого неба, мы и покатили. Оделись совсем по-зимнему, Володя в шубу, в валенки, а меня закутали в «семейный» тулуп, я с головой в него ушла совсем. Курнатовский оказался ужасно занят, праздников у него нет, работает по 12 часов в сутки, от работы мы его действительно оторвали, но это ему только полезно, и обед его тоже действительно съели. Осматривали сахарный завод, директор проявлял необычайную любезность к «знатным иностранцам» (несмотря на то, что Володя в своих валенках и зимних брюках походил на великана из «мальчика с пальчика», а у меня все волосы дыбом стояли от ветра), старался оправдать дурные условия, при которых приходится работать рабочим, сам заводил разговоры на эту тему, и простер свою любезность до того, что, несмотря на весь свой элегантный и выхоленный вид, бро- сился подавать Володе табуретку и стирать с нее пыль. Я чуть не расхохоталась. Курнатовский через месяц приедет к нам в гости, может, заедет как-нибудь и Базиль с Тонечкой. Не знаю, писал ли Вам Володя, что и Базиль и Глеб перепрашиваются в Нижне-Удинск, где им предлагают инженерские места.

Теперь через тесинцев мы пользуемся минусинской библиотекой, хотя она и очень жалкого свойства. Ну, да книг-то достаточно. Анюта как-то спрашивала меня, что

* Поездка состоялась 11 октября 1898 г. Ред.

402

ПРИЛОЖЕНИЯ

я делаю. Вожусь с одной популярной книжкой, хотелось бы ее написать, да не знаю еще что выйдет*.

Это, так сказать, мое главное занятие, а потом так кое-что делаю, что придется: английским языком занимаюсь, почитаю, письма пишу, в Володину работу суюсь, гулять хожу, пуговицы пришиваю... Живем мы теперь совсем хозяйственно: обложились навозом, окна вставили, удивительную фортку устроили, сад около дома насадили и забором его огородили. Наняли девочку, которая теперь и помогает маме по хозяйству и всю черную работу справляет. Спасибо, дорогая Марья Александровна, за предложение прислать что-нибудь из туалета или хозяйственных вещей. Но одежи нам никакой не надо, ибо перед отъездом в Шушу мы произвели основательный ремонт костюмов, а что касается хозяйственных вещей, то кое-что мы взяли с собой из Питера, а если что и надо бывает, то больше - клюки, ухваты, веселки и т. п. орудия. У Володи тоже все есть, не было ночных рубах, но в Красноярске он купил полотна, и руба- хи готовы, только вот который день Володя все не может собраться померить их. Володя всегда удивляется, где это у меня материал берется для длинных писем, но он в своих письмах пишет только о вещах, имеющих общечеловеческий интерес, а я пишу о всякой пустяковине... Я еще в долгу у Анюты, не ответила ей на одно письмо, но она пусть на меня не ворчит и письмами не считается.

Как-то вы все поживаете? Уехала ли Маня? Очень она волновалась перед отъездом? Поехала она одна или с Мещеряковыми? Как устроилось дело с Д. И.? Пришло ли ему разрешение жить в Подольске? Как Анюта и М. Т. довольны своей поездкой? Ну, однако, я могу ведь до завтра спрашивать. Всем посылаю свои поклоны, Вас и Анюту крепко, крепко целую. Мама шлет большие поклоны. Володя пусть сам пишет. Еще раз крепко целую.

Ваша Надя

Как Манин адрес?

Написано 14 октября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 5 Печатается по рукописи

* Очевидно, имеется в виду работа над книгой «Женщина-работница», которую Н. К. Крупская писала в с. Шушенском. Ред.

403

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

10

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

11/XI. 98 г.

Сегодня у нас продолжается еще приподнятое настроение, которое вызвала вчерашняя почта. Смотрим вчера - лезет через забор мальчишка из волости с каким-то громадным тюком. Оказалось, что наша почта оказалась таких громадных размеров, что понадобилось взять из волости тулуп, чтобы доставить нам в целости все имущество. Конечно, это были не письма, а только книги, но иногда и книги бывает удивительно приятно получать. Как ты себя чувствуешь? Много ли завела знакомств, вообще продолжает ли правиться в Брюсселе? Когда-то я получала восторженные письма от Мещерякова, который страш- но увлекался бельгийской жизнью. Бывало, читаешь его письмо и так захочется посмотреть, как люди на белом свете живут. Между прочим, тебе, верно, немалое удовольствие доставят всякие народные хоры. В Бельгии ведь, говорят, славно поют. К нам приезжал Глеб, и один вечер они с Володей пели немного, я тебя тогда вспомнила, как ты там теперь бельгийцев слушаешь. Глеб у нас прогостил 4 дня, был без Зины, так как Эльвира Эрнестовна была больна, и она не могла ее оставить. Ходили на охоту, а больше Глеб читал первые две главы «рынков». Ты думаешь «рынки» кончены? Вовсе нет. Будут кончены со- всем только к февралю. Володя с утра до вечера пишет все, на другое чтo у него почти совсем и времени не остается.

Крепко тебя целую. Мама тоже. Всего хорошего.

Твоя Надя

Послано из с. Шушенского

в Брюссель

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 5 Печатается по рукописи

11

А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

22-го ноября.

А. И.

Что-то я давно уже не писала «домой», как я выражаюсь. Сегодня, по обыкновению, собираюсь на- болтать всякой всячины, только не знаю, с чего начать, забыла уж, о чем писала последний

404

ПРИЛОЖЕНИЯ

раз. Самым крупным событием в нашей жизни за последнее время было, конечно, прибытие «этюдов и статей». Ждали мы их ждали, потом поставили крест, и Володя накануне почты пессимистически замечал: что особенного может принести почта? Наконец в одно серенькое утро - видим лезет через забор мальчишка из волости с каким-то громадным тюком: оказались бесконечные «этюды», завернутые в волостной тулуп... Настроение быстро изменилось. На радостях Володя чуть было не согласился пойти на свадьбу к Матовым (здешним лавочникам - евреям, к которым Володя питает особенную антипатию за их навязчивость) ... Но все это было уже давно. Теперь Володя ушел уже решительно и окончательно в свои «рынки», жадничает на время страшно, у Проминских мы не были уже несколько месяцев, по утрам Володя просит будить его в 8 часов и даже 7¹/₂, но мое бужение, конечно, обыкновенно оканчивается ничем, помычит-помычит, закроется с головой и заснет опять. Сегодня ночью во сне толковал что-то о г-не Н. -оне и натуральном хозяйстве... Кроме «рынков» - еще занятие - каток. Около нашего дома на речке по инициативе Володи и Оскара сооружен каток, помогали учитель и еще кое-кто из обывателей. Володя катается отлично и даже закладывает руки в карманы своей серой куртки, как самый заправский спортсмен, Оскар катается плохо и очень неосторожно, так что падает без конца, я вовсе кататься не умею; для меня соорудили кресло, около которого я и стараюсь (впрочем, я только 2 раза каталась и делаю уже некоторые успехи), учитель ждет еще коньков. Для местной публики мы представляем даровое зрелище: дивятся на Володю, потешаются надо мной и Оскаром и немилосердно грызут орехи и кидают шелуху на наш знаменитый каток. Дженни очень неодобрительно относится к катку, она предпочитала бы носиться по поскотине, совать морду в снег и приносить Володе всякие редкости вроде старых лошадиных подков. Мама катка побаивается. Был как-то славный денек, мы и вытащили ее погулять, лед по реке был тогда такой славный, прозрачный, мы и пошли по льду, мама как-то поскользнулась и расшибла голову в кровь, с тех пор она еще больше катка боится. Володей мама недовольна: он недавно самым добросовестным образом принял тетерку за гуся, ел и хвалил: хороший гусь, не жирный. Да, еще есть развлечение. На рождество мы собираемся в город, и Володя к тому времени

405

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

шахматы приготовляет, собирается сразиться не на живот, а на смерть с Лепешинским. Шахматы Володя режет из коры, обыкновенно по вечерам, когда уже окончательно «упишется». Иногда меня призывает на совет: какую голову соорудить королю или талию какую сделать королеве. У меня о шахматах представление самое слабое, лошадь путаю со слоном, но советы даю храбро, и шахматы выходят удивительные.

Однако я вовсе вздор стала болтать. Крепко целую тебя и Марью Александровну, а мужскому персоналу шлю свои поклоны. Мама всем очень кланяется.

Солнце сегодня так и светит с прекрасного голубого неба, важно будет кататься на коньках. До свидания, однако.

Надя

Написано 22 ноября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 5 Печатается по рукописи

1899 г.

12

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

10-го января 1899 г.

Дорогая Марья Александровна, большое спасибо за письмо и за посылку. Мы ее еще не получили, т. к. у нас новый почтарь, и с заказными письмами вышла заминка. Почтарь было принял недоступный вид и отказался взять доверенность на получение корреспонденции, но теперь все обошлось благополучно.

Праздники мы провели в Минусе отлично, встряхнулись надолго. На рождество в город съехался почти весь округ, так что Новый год встретили большой компанией и встретили очень весело. Разъезжаясь, все говорили: «А славно мы встретили Новый год!». Главное, настроение было отличное. Сварили глинтвейн; когда он был готов, поставили стрелку на 12 часов и проводили старый год с честью, пели все, кто во что горазд, провозглашали всякие хорошие тосты: «за матерей», «за отсутствующих товарищей» и т. д., а в конце концов плясали под гитару. Один из товарищей отлично рисует, он обещал нарисовать некоторые

406

ПРИЛОЖЕНИЯ

выдающиеся моменты встречи Нового года. Вот если он исполнит свое обещание, Вы получите ясное представление о нашей встрече Нового года. Вообще время провели по-праздничному, Володя с утра до вечера сражался в шахматы и... всех победил, конечно; катались на коньках (Володе прислали из Красноярска в подарок коньки Меркурий, на которых можно «гиганить» и всякие штуки делать. У меня тоже новые коньки, но и на новых, как и на старых коньках, я так же плохо катаюсь или, вернее, не катаюсь, а переступаю по-куриному, мудрена для меня эта наука!), пели хором, даже катались на тройке! Зато и умаяли же мы хозяев! Они сами признавались, что, если бы еще один такой день, они все бы полегли. Э.

Э. выглядит много лучше, чем в Питере, несмотря на свою болезнь (она совершенно не может есть мяса и хлеба), очень довольна тем, как сложилась их семья и только побаивается возвращения в Россию. Остальных похвалить нельзя. Особенно плохо выглядит Тонечка, которую донимает малокровие и экзема.

Даже Зина похудела и нервничает. Над нашим здоровым деревенским видом все охали и ахали, а Э. Э. даже заявила, что я гораздо толще Зиночки. Мама не ездила на праздники и проскучала порядком. На масленице все собирались к нам в Шушу. Все мы, шушенские обыватели, с Оскаром и Проминским включительно, мечтаем о приезде гостей и уже распределяем, кого куда положить, чем бы получше их угостить и т. д.

Ну, до масленицы еще далеко, пока мы принялись за наши обыденные занятия, чистили каток, Володя торопится с «рынками». Получила я и Анино письмо от 24/XII, отдельно не пишу ей, потому что придется писать то же самое, одно только маленькое замечание по ее адресу. Она возмущается, что я даю свои письма «на редакцию» Володе, но я в большинстве случаев описываю нашу шушенскую жизнь в шутливом тоне, и в них немало достается и Володе, ну а таких писем я не стала бы писать, не дав их ему предварительно прочитать.

От жены ecrivain'а* получила как-то письмо, из которого выяснилось, что два ее письма к нам пропали. Досадно! Относительно моей карточки. Я весной еще просила выслать Вам ту мою домашнюю карточку, которая Вам понравилась. Очевидно, моя просьба не была исполнена. Теперь напишу, чтобы заказали мои последние карточки и переслали в Подольск. Не знаю,

* Речь идет об Н. А. Струве. Ред.

407

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

узнала бы ли и я Д. И., если бы встретила на улице, в другой соответствующей обстановке, может, и узнала бы. Кстати, Блоса взял читать Василий Васильевич и увез его на завод, просил оставить у него на время, а Зинаида Павловна написать хотела сестре в Тулу, чтобы та переслала своего Блоса в Подольск.

Вот. Ну, буду кончать. Крепко обнимаю Вас и Аню, всем кланяюсь. Мама также.

Ваша Надя

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 6 Печатается по рукописи

13

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна! большое спасибо за посылку, только это уж чрезмерное баловство.

Вообще-то говоря, я сладкогрызка порядочная, в оправдание себя я говорю, что это «потребность организма», надо же что-нибудь сказать. Впрочем, теперь я и Володю перевожу в свою веру, хронически питаю его сладким каждое послеобеда и послеужина, каждый раз он заявляет, что это «возмутительно», но все же ест, и с удовольствием. Хотя мы и обладаем в достаточной мере поедательными способностями, но часть сластей собираемся оставить до масленой, когда к нам гости приедут, и у нас будет пир на весь мир. Однако надо кончать. Крепко обнимаю. Аню целую, всем кланяюсь.

Ваша Надя

Написано 17 января 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

14

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

24-го января.

Дорогая Маня! ты, поди, думаешь про меня: вот неверный человек, посулилась писать и ни слова. Что правда, то правда, стоит меня поругать. Собиралась-то я писать давно, да все

408

ПРИЛОЖЕНИЯ

откладывала да откладывала. Во-первых, надо тебе рассказать, как мы рождество провели. Очень весело.

В город съехался весь округ, большинство, впрочем, на 3-4 дня. В Шуше у нас народу мало, так прият- но было очень на людях побыть. Теперь мы уже знаем весь округ. Время проводили совсем по- праздничному: катались на коньках, меня совсем осмеяли, но после Минусы я успехи сделала. Володя вывез из Минусы целую кучу коньковых штук и теперь поражает шушенских жителей разными «гигантскими шагами» да «испанскими прыжками». Другое развлечение было - игра в шахматы. Играли буквально с утра до вечера. Мы только с Зиной в шахматы не играли. Впрочем, и я заразилась и разок сыграла с одним малоумеющим игроком и даже устроила ему шах и мат. Еще пели, по-польски пели и по- русски. У В. В. гитара, так пели под аккомпанемент гитары. Читали также, ну и болтали вдоволь. Особенно хорошо встречали Новый год (между прочим, Володю качали, я первый раз видела эту процедуру и посмеялась вдосталь). На масленице мы ждем гостей к себе. Не знаю, состоится ли их приезд, а очень хотелось бы, чтобы состоялся. Не могу сказать, чтобы минусинцы выглядели хорошо: у Тонечки страшное малокровие, она страшно худа и бледна, Зина тоже похудела, а главное нервна стала порядком, мужской персонал тоже швах. Глеб все прикладывался то на диван, то на кровать. Да и то сказать, что мы хозяев совсем умаяли, ведь последние дни у них человек по 10-16 обедало. Они сами сознавались, что еще бы один такой день, и они не выдержали бы. Мама с нами не ездила, побоялась холодов. - После Минусы засели за обычные занятия, Володя принялся за «Рынки». Теперь пишет последнюю главу, и к февралю они будут уж готовы. С последней почтой я получила письмо от жены ecrivain'а. Письмо полно ликования. Разрешили новый журнал «Начало», разрешили совершенно неожиданно, возня и суета у них идет там теперь страшная. Читая письмо, так и чувствуешь, как там жизнь кипит. Пишет, между прочим, что перевод Вебба очень хорош и уже скоро выйдет. Приятно. У нас стоит чудная ровная зима, о страшных сибирских морозах пока и помину нет, солнце светит по-весеннему, и мы уже толкуем о том, что и не заметили, как зима прошла (хотя она вовсе еще не прошла). Как-то ты там поживаешь? Очевидно, ты письмами считаешься и сама-то пишешь нельзя сказать, чтоб очень часто. Это не порядок.

409

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Много ли ты бельгийской жизни видишь? И вообще, как довольна своим житьем. Пиши все же чаще, ну, и я постараюсь быть поаккуратнее. Мама тебя целует. Когда ты поедешь домой? Поди, форменная француженка сделалась. Я уж вперед завидую твоему знанию языка, так хотела бы знать хоть один из ино- странных языков основательно. Ну, прощай. Всего хорошего.

Надя

Написано 24 января 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Брюссель

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

15

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

4-го апреля.

Дорогая Марья Александровна, недели две тому назад я писала Вам, причем по обыкновению набол- тала всякой всячины. Все у нас по-старому, все здоровы, на дворе теплынь - до 17° доходит, в поле местами совсем сухо, и мы гуляем подолгу, видели двух диких гусей и селезня. Володя купил себе новые сапоги для охоты чуть не по пояс, читает в садике, ходит в летнем пальто, а я недавно как-то канавки рыла в одном платье, теперь усиленно раздумываю об огородничестве и садоводстве и глубокомысленно читаю присланную Глебом книжицу по этой части. Что касается моего здоровья, то я совершенно здорова, но относительно прилета пташечки дела обстоят, к сожалению, плохо: никакой пташечки что-то при- лететь не собирается. Вы спрашиваете, велика ли наша квартира. Квартира большая, и если Вы приедете - чего бы очень и очень хотелось, - то поместимся все отлично. Помнится, я как-то посылала Вам план квартиры, впрочем, не помню, может только собиралась. Квартира состоит из 3-х комнат, одна в 4 окна, одна в 3 и одна в 1. Правда, в квартире есть крупное неудобство: все комнаты проходные, но когда все свои, то это не такая уж помеха. Мы с Володей думаем отдать Вам ту комнату, в которой живем теперь (в 3 окна), а сами перебраться в среднюю, наша теперешняя комната имеет ту выгоду, что непроходная.

Впрочем, там видно будет. Дело только в том, чтобы здоровье позволило Вам

410

ПРИЛОЖЕНИЯ

приехать, дорогая, а поместимся во всяком случае. Если Вы поедете в мае, то на пароходе будет хорошо ехать. Мы ехали с первым пароходом, когда все кругом было голо, а и то красиво было, а летом, я думаю, очень хорошо будет ехать. Вот переезд по железной дороге довольно утомителен. Володя, верно, писал, что минусинцы раздумали жить в Шуше, а наняли дачу под городом, единственную дачу г. Минусы. Любите ли Вы купаться? У нас купание довольно далеко - минут 20 ходьбы. Аня, знаю, любит.

Помню, я как-то приезжала к вам в Белоостров, так мы с Аней по дождю ходили купаться.

Получили из города «Начало», Володя страшно возмущен статьей Булгакова и мысленно уже составляет статью против него. Долгонько пришлось-таки ждать этого «Начала». Сначала я все думала, что почтарь почту затерял. У нас почтарь порядочная рохля: то газетку потеряет, то квитанцию забудет от- дать, то письма провезет мимо. Я его каждый раз мысленно ругаю всеми сибирскими ругательствами.

Однако полно. Это письмо придет, пожалуй, как раз на пасху. Хоть Володя и протестует, но я все-таки собираюсь яйца красить и пасху варить. Знаете, тут обычай - убирать к пасхе комнаты пихтой. Это очень красиво, а потому и мы собираемся «придержаться» (хотела сказать «придерживаться», да вспомнила, что на будущую пасху будем уже в России) этого обычая. Может, Мих. Ал. и Курнатовский к нам приедут. Ну, до свидания. Целую крепко Вас и Аню, всем кланяюсь. Мама тоже.

Ваша Надя

Написано 4 апреля 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

16

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

20-го июня.

Я уже целую вечность не писала Вам, дорогая Марья Александровна, как-то не писалось, тем более, что я думала, что, может, Вы еще и приедете. Теперь уж больше не хочу отклады-

411

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

вать письма. Мы все живем по-старому. Володя усиленно читает всякую философию (это теперь его официальное занятие), Гольбаха, Гельвеция и т. п. Я смеюсь, что с ним скоро страшно будет говорить, так он этой философией пропитается. Охоты пока никакой еще нет, и знаменитое ружье почти не вынимается из чехла. Регулярно ходим каждый день купаться и гулять, собираем щавель, ягоды и т. п., при- чем Володя собирает все это с азартом охотника, я удивилась как-то, увидав, как он обеими руками хватает щавель... Об охоте разговоров много, куда только они ни собираются, на какие-то 40 озер, где столько дичи, что сразу воз набить можно и пр. Это все после Петрова дня. После Петрова же дня мы хотим ехать в Минусу, может, поедем на пароходе, у нас уже есть разрешение. Недавно у нас гости бы- ли: во-первых, Анатолий с женой, а потом Лепешинский с женой и трехмесячной девочкой. Анатолий выглядит совсем плохо, вряд ли поправится, а жена совсем убитая, тихонькая такая, тихонькая. Теперь уж Анатолию и здешний благодатный климат не поможет. Лепешинские за те два дня, что у нас пробы- ли, наполнили нашу квартиру шумом, детским плачем, колыбельными песенками и т. п. Девчурка у них славненькая, но оба они такие нежные родители, что ни минуты не дают девочке покою, поют, танцуют, тормошат ее. Нового никого к нам не прислали, а с наступлением лета и Оскар и Проминский реже на горизонте появляются, оба занялись огородом. Мы с мамой насадили тоже всякой всячины (даже дынь» и помидоров), и мы давно уже едим свою редиску, салат, укроп. Сад тоже развели, резеда цветет, а остальные цветы (левкой, душистый горошек, маргаритки, анютины глазки, флоксы) еще имеют цвести в более менее отдаленном будущем, все же сад и маме доставляет удовольствие. Это лето у нас осталась та девочка, которая жила зимой, и потому с хозяйством хлопот нет. Так как до отъезда осталось только 7 месяцев, то разговоры у нас часто вертятся на возвращении в Россию, Володя собирался писать Вам по поводу наших планов на этот счет. Как вы все поживаете? Прошла ли Ваша лихорадка и Анютин кашель? Анюте я не ответила, но пусть она не сердится, я все ведь собиралась поболтать с нею как следует при свидании. Очень жаль, что Вы не приедете, ну да теперь до России осталось недолго, и если мы своевременно выберемся отсюда, то в феврале уже будем дома, в России. Вот Вы увидите, как Володя

412

ПРИЛОЖЕНИЯ

поправился в Шуше, и сравнения никакого нет, как был в Питере. Крепко Вас обнимаю, дорогая, не хворайте только. Анюту и Маняшу целую очень, а М. Т. и Д. И. кланяюсь. Мама шлет всем свой привет.

Ваша Надя

Написано 20 июня 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 8-9 Печатается по рукописи

17

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

3-го июля.

Дорогая Марья Александровна, вчера получила Ваше письмо от 16/VI. Мы справляем почту сегодня, так как собираемся сегодня в гости. Впрочем, наша поездка вряд ли состоится, ибо начинается «погода».

Володя несомненно сглазил: все хвалился «хорошая, хорошая погода», ну она и стала ни на что не похожа. Что ни день, то ветер, ставнями так и хлопает. Впрочем, холодов нет, и гулять мы ходим по- прежнему каждый день. Хотя теперь наступил уже охотничий сезон, но Володя еще не впал в охотничий раж, ходил на охоту раза 2, тетерок убивал, и мы ими питались основательно. Теперь мы все в гости собираемся: есть у нас разрешение в город ехать, но пока разрешение лежит в волости, и мы сами не знаем, поедем или нет. Наладились было ехать, но оказалось, что Василий Васильевич на заводе, а как назад поедет, к нам заедет и вместе зовет ехать, но мы уж позвали Глеба и Зину, чтобы они к тому же времени приехали... Хочется повидать Зину и поболтать с ней, давно ее не видела. Только после всех свиданий с товарищами остается чувство какого-то неудовлетворения, собираешься наболтаться вволю, а как увидишься, то разговоры как-то невольно отодвигаются на задний план, а на первый выступают разные катания, шахматы, коньки и т. п. И в результате получается скорее утомление, чем удовлетворение. Впро- чем, как-никак, а повидаться все же очень хорошо. Из Ермаковского пишут, что Анатолий очень плох, жена Лепешинского фельдшерица, и она думает, что развязка уже недалека. Ермаковский доктор большой оптимист и уверяет Доминику, что надежда еще есть. Что

413

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

касается Мих. А., то он пребывает в одиночестве, т. к. его невеста* отложила свой приезд до конца лета.

Теперь Ермаковское самое населенное место в нашей округе. Я все подумывала, не пришлют ли еще кого-нибудь в Шушь, но нет, никого не прислали. Осенью кончается срок у Проминского, и для них теперь вопрос в том, повезут ли их на казенный счет или нет, на свой им не выбраться, семья большая - 8 человек. За это время мы порядком-таки попривыкли к нашим шушенским товарищам, если почему-либо не придет какой-нибудь день Оскар или Проминский, так точно чего-то не хватает... Что это Лирочка скучает! Сюда она писала, что у ней масса дела, и она встает в 5-6 ч. утра, чтобы поспеть со всем справиться. Правда, у ней все такие дела, что мало ее удовлетворяют, но тут уж ничего не поделаешь, в Казачьем не хуже, чем в другом месте. Очень бы мне хотелось ее повидать, только вряд ли придется теперь, если ее и переведут в наши края, то тогда, когда нас здесь уже не будет. Ну, до свидания. Крепко целую Вас. Мама очень кланяется. Уехала ли уже Анюта? Если еще нет, поцелуйте ее, а также и Маню крепко- накрепко.

Ваша Н. Ульянова

Написано 3 июля 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

18

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна, я чего-то давно не писала Вам, даже Маняше не ответила на ее письмо от 14/IX, за что чувствую некоторые укоры совести. Нового у нас ничего нет, так что писать нечего, а нашу ежедневную жизнь я описывала уже много раз. Вот на днях у нас был Курнатовский и рассказывал об ермаковцах. У Доминики родился сын, но больной - думают, заражен туберкулезом, сама она все хворает и тоскует очень. Мих. Ал. признали годным в солдаты, и он доживает на воле последние месяцы, в декабре придется ехать невесть куда, а пока занят очень. Жена его прихварывает, скучает и

* О. А. Папперек. Ред.

414

ПРИЛОЖЕНИЯ

для развлечения гуляет в огороде совместно с теленком и собакой Курташкой. Они собираются приехать к нам по первопутку. Те два дня, что у нас гостил Курнатовский, мужской персонал закатывался с утра на охоту, Курнатовский страстный охотник. Из Казачьего писали кому-то, что оттуда исчезла Якубова, тут повсюду идут расспросы о ней, ермаковцев спрашивали, не была ли она в Ермаковском, по их сведениям, она была там неделю назад. Ходят слухи, что она бежала за границу, кто-то видел ее в Берлине.

Вот. - У нас уже осень, скоро будем кататься на коньках. Оно лучше, а то гулять что-то надоело, да и у Володи охота скоро прекратится. Он сидит теперь над Веббом. Приходится работать ему одному, так как вдвоем еще дольше выходит. Работа довольно скучная, ибо перевод плохой, приходится переводить почти заново. Я же, собственно говоря, ничего не делаю, а куда время девается - неизвестно. Теперь до отъезда осталось 3 месяца 13 дней, совсем мало. Я уже подала прошение в департамент полиции, чтобы меня пустили в Псков. Мама от себя собирается тоже подавать прошение о том же. Ну, до свидания.

Крепко целую. Поклон всем.

Ваша Надя

Написано 17 октября 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Москву

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 8-9 Печатается по рукописи

1900 г.

19

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

28/III.

Что-то давно ни от тебя, ни от Анюты писем нет. Видно, мое последнее коллективное письмо вас не удовлетворило, как-то очень плохо писалось тогда. Недавно меня жестоко выругали наши сибиряки за

«коллективное» письмо, досталось и Володе: он на пятерых написал письмо в 20 строк и захотел за это получить 5 писем. Просмеяли они его. Ну, вот. Поздравляю тебя, Маруся милая, и желаю всего хорошего. Так как все о себе я уже

415

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

выболтала в письме к Марье Александровне*, то буду писать об общих знакомых. Заезжал Егор. Я страшно рада была его видеть, а то не знала, что и думать о нем. У него живой и сияющий вид. Болтал все время без умолку. Рассказывал, что Василий Васильевич получил хорошее место в Омске, что у Тони родилась девочка, обе они здоровы, Э. Э. в восторге от внучки (к первой она была довольно равнодуш- на). Глеб тоже получил хорошее место, помощника начальника депо, около Томска. Зина пока сидит в Нижне-Удинске. У них, значит, все благополучно. Зато бедняге М. А. приходится плохо в Риге. Он писал, что жизнь в казармах хуже каторги: одного никуда не пускают, а всегда в сопровождении солдата, да и пускают-то только в лавочку. Книги у него все отобрали, кроме немецкого словаря и гражданского права. Кормят плохо. Завести своего ничего нельзя, все крадут моментально. Одежу дают такую плохую, что приходится заводить свою. А самое худшее, что М. А. поместили как раз в ту роту, которая расправлялась с рабочими, солдаты получали по 10 р. награды за убийство рабочего и там, где были патрулями, стреляли по собственной инициативе. Вот. Минусинские товарищи все здравствуют. Недавно получила оттуда письмо, была очень рада. Вообще я и не воображала, что так привязалась ко всем минусинцам.

Барамзин, которому мы оставили нашу собаку, собирается преподнести нам (собственно Володе) ее изображение, он рисует очень хорошо. Вообще наша собака благоденствует и сделалась всеобщей любимицей. Говоря о собаке, вспомнила Лирочку. Она как-то раз передавала через меня поручения и одно из них заключало в себе подробнейшие сведения о каком-то ободранном псе. Одна наша общая знакомая получила недавно от нее письмо и прислала мне выдержки из него. Теоретическая часть письма мне мало по- нравилась, говорит, что в теоретическом отношении Бернштейн не дает ничего. «Это идиотизм какой- то!», но, мол, практическое значение его книги громадно, обратил-де внимание на потребность масс, призывает к жизни, к конкретности. Успех книги объясняет тем, что ортодоксальное направление очень уж приелось. О резолюции** говорит, что там энергия находит исход в измышлении пути, по которому должно идти развитие.

* Письмо не сохранилось. Ред.

** По-видимому, речь идет о «Протесте российских социал-демократов» (см. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 163-176). Ред.

416

ПРИЛОЖЕНИЯ

Вообще Лирочка представляет теперь для меня какой-то X. Мы с ней прежде всегда удивительно сходились во взглядах, но за последние три года с ней что-то сотворилось, я ее совсем не узнаю. Может, при свидании мы бы и сговорились, но переписка у нас совсем не вяжется. Она не та Лирочка, которую я знала, писать о туманах, погоде и т. п. не стоит, а о другом - она, по-видимому, не хочет да и не выходит как-то. По правде сказать, я никак не могу примириться с ее замужеством. Ее муж* произвел на меня впечатление чего-то такого самоуверенно-ограниченного... Однако я разговорилась на эту тему. До свидания. Поцелуй Анюту и передай М. Т. мой привет.

Твоя Надя

Написано 28 марта 1900 г.

Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

20

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Москва. Бахметьевская ул., д. Шаронова, № 25.

ЕВБ Марье Ильиничне Ульяновой

30/III.

Милая Маняша!

Третьего дня послала тебе и М. А. письмо, а вчера получила от вас. Очень я рада, что М. А., может быть, поедет к Володе, я-то, очевидно, не скоро еще смогу двинуться. Да, похудел Володя очень, это за последнее время его так подтянуло, а то он выглядел очень хорошо. Я думаю, тут не столько катар виноват, сколько бессонница. Последнее время он хронически недосыпал, волновался перед отъездом, да и морозы стояли сильные очень, так что не гулял совсем. Как поехали, так Володя повеселел сразу и есть и спать стал по-человечески. Катар, я думаю, ему удастся остановить водами, которые тот раз ему так по- могли, вообще-то говоря, Володя следит за своим здо-

* К. М. Тахтарев. Ред.

417

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

ровьем. Кормят его, пишет, хорошо. Все же досадно, что приходится ему жить на бессемейном положении.

Из твоего письма я заключила, что Юлий заходил к вам, поэтому все мои новости оказались устарелыми.

Посылаю тебе свой перевод и книжку. Не знаю я всех подчеркнутых мест, но, кроме того, думаю, что и многое другое перевела шиворот-навыворот. Не знаю я совсем языка, а словарь плохо помогает, для одной фразы у меня часто несколько значений выходит. Поэтому посмотри весь перевод и, где наврано, поправь. Ну, вот. До свидания, моя милая англичанка. М. А. и Аню крепко целую.

Твоя Н. У.

Написано 30 марта 1900 г.

Послано из Уфы

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

21

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

26-го июля.

Дорогая Марья Александровна, сейчас получила от Володи открытку уже из Австрии... Однако и долго же идут письма, эту открытку я получила на восьмой день, значит, вообще говоря, буду получать Володины письма на девятый, десятый день. Володя пишет, что чувствует себя отлично, чему я, конечно, очень и очень рада. Как Вы поживае- те? здоровы ли? у нас после непролазной грязищи и сырятины настали великолепные дни. Верно, и у вас теперь отличная погода, и вы можете пользоваться летом. У нас теперь хорошо. Мне жаль, что у Вас и у Анюты осталось такое невыгодное впечатление от Уфы: тогда была такая отвратительная духотища, да и неустройство у нас было порядочное. Мы пока живем все на той же квартире, но теперь уже скоро, вероятно, переберемся на зимнюю квартиру, квартира отличная, уже испытанная, наискосок от нас. Я теперь совершенно здорова, мама тоже. Она шлет всем свой привет.

Володя в бытность свою в Уфе написал Филиппову язвительное письмо по поводу того, что тот по- местил его статью в таком

418

ПРИЛОЖЕНИЯ

искаженном виде*. Уже после Володиного отъезда от Филиппова пришло письмо, в котором он старается замять дело: «Милостивый государь, представляется случай поправить дело, посылаю Вам рукопись статьи Скворцова, чтобы Вы могли на нее ответить. Убедительно прошу принять во внимание цензурные условия и быть кратким». Таким образом он хотел любезностью - посылкой статьи смягчить Володю, но через два дня передумал и прислал второе письмо, уже не для передачи В. И., как раньше, а для передачи г-ну Ульянову. Письмо уже по одной внешности должно обозначать пренебрежение: ободранные поллиста бумаги, письмо напечатано на ремингтоне и по печатному сделаны поправки. Письмо глупо ругательное, видно, человек не понимает, что говорит. Я ему написала, что оба письма получила, но переслать их сейчас Володе не могу, т. к. не знаю его адреса, тотчас же перешлю, как узнаю; рукопись же возвращаю, ибо, если пересылать ее за границу, выйдет большая задержка в напечатании статьи, а это вряд ли будет приятно автору. Володя, вероятно, не захотел бы воспользоваться любезностью этого дурня. Статья Скворцова тоже архиругательная. Те же никчемные цитаты из Маркса и полное непонимание противника. С таким субъектом и полемизировать не интересно. Не знаю, станет ли Володя отвечать ему.

На другой день после Володиного отъезда к нам заходила Марья Андреевна**. Она очень милая и страшно любезна. Мне даже совестно стало: я совсем не умею быть любезной. Хотела было проявить свою любезность, предложить ей помочь варить варенье, но вовремя вспомнила, что я никогда варенья не варила и потому могу наварить бог знает чего... Они будут всю зиму жить на хуторе... Ну, до свидания. Крепко целую Вас и Анюту, а Маняше напишу немного.

Ваша Надя

Написано 26 июля 1900 г.

Послано из Уфы в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

* Письмо не сохранилось. Статья В. И. Ленина «Некритическая критика (По поводу статьи г-на П. Скворцова «Товарный фетишизм» в № 12 «Научного Обозрения» за 1899 г.)» (см. Сочинения, 5 изд., том 3, стр. 611-636). Ред.

** М. А. Грачевская - двоюродная сестра В. И. Ленина по линии матери. Ред.

419

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

22

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

26-го июля.

Спасибо, дорогая Маняша, за книжки, и за карточку - это, верно, твоих рук дело, - и за приписку на Володином письме. Я давно собиралась писать, но все откладывала да откладывала. Как вы все поживаете? я давно уж, целую вечность ничего о вас не знаю. Когда вы думаете перебираться в город, какие у тебя планы на эту зиму. Когда я получила письмо от Володи, где он писал, что вместе с ним приедет Марья Александровна и Анюта, я очень обрадовалась и все думала, как поговорю с Анютой и о том и о другом. Хотелось поговорить о многом. Но когда они приехали, я чего-то совсем растерялась и растеряла все мысли, а тут еще эти посторонние гости. На поверку вышло, что я ни разу как следует не поговорила, а теперь когда еще увижу. Ну, ладно, там видно будет, мне всего-то осталось в Уфе 7¹/₂ месяцев - время скоро пройдет. Раздобыла себе урок и сама беру уроки немецкого языка. Разыскала немца-берлинца - еле он согласился разговаривать со мной два раза в неделю. Пока разговаривали один раз, немец болтливый и, пожалуй, толк будет. Кроме того, принялась за чтение глупейших немецких романов и так ушла в немецкий язык, что нигде не бываю, да и людобоязнь на меня напала, никуда не тянет. Ну, прощай, крепко обнимаю.

Н. Ульянова P. S. Говорил ли Володя, что к тебе заедет отсюда одна барышня, племянница его старой знакомой, расскажи ей все, что сможешь, про занятия в Брюссельском университете.

Написано 26 июля 1900 г.

Послано из Уфы в Подольск

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

420

ПРИЛОЖЕНИЯ

23

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Подольск (Московской губ.). Дом Кедровой.

ЕВБ Марье Александровне Ульяновой 26-го августа.

Дорогая Марья Александровна!

Я опять давно не писала Вам, но приходится все писать о себе, а это так скучно. Ну, все же напишу.

Здорова я совершенно, мама тоже здорова. Вот уже три недели, как мы перебрались на новую квартиру.

Эта квартира очень удобна: две комнатки и кухня, сад под окнами, внизу, отделана заново, хозяева хорошие. Мы раньше жили в этой квартире, но теперь она имеет совсем другой вид. Наш адрес: Приютская ул., д. Куликовой. Вообще устроились, по-видимому, окончательно. Я теперь порядком занята: летний урок не кончился еще, а зимние уже начались. На зиму у меня останется 2 урока, оба довольно приятные и оплачиваются ничего себе (62 р.). Уходить на них будет часов шесть в день. Так как я люблю заниматься, то это ничего, неутомительно. Одно плохо - уфимская грязь, прямо тонешь в грязи, и вечером, когда по расписанию должна быть луна и потому улицы не освещаются, того и гляди попадешь в канаву, а один урок вечерний. По праздникам беру уроки немецкого языка у отличного немца. Дела было пошли ничего себе, но последнее время у нас такая сутолока, что вот уже вторую неделю не удается взять книги в руки. Потому немецким я совсем не занималась, и это досадно мне очень. Вот Володя жалуется на сутолоку парижской жизни, ну так то Париж, оно так уж в порядке вещей, а уж когда в Уфе сутолочно - так это ни на что не похоже. Теперь, положим, время такое, кто уезжает, кто приезжает, кто проезжает. Проезжие рассказывают, что Зина очень скучает, что она за последнее время очень изменилась, осунулась как-то и побледнела. Рассказывали также, что Мих. Алекс. очень плохо живется в материальном отношении, что О. А. долго не могла найти уроков. Мих. Ал. назначен в Красноярский полк, и этот полк должен был выступить (теперь уже выступил) в поход. Сибиряки ленивы писать, и я мало о них чего знаю. Впрочем, и сама отчасти виновата. В Уфу собирается переехать Лидя, подала прошение, не знаю, удастся ли ей перевестись, а очень хотелось бы повидать ее

421

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

перед отъездом отсюда. Володя пишет совсем редко и дал мне, очевидно, неверный адрес, ибо моих писем он, по-видимому, не получил. Теперь пишу ему на Париж. Не знаю, куда послать ему книжку, которую он просит выслать - «Жизнь». В конце концов пришлю ее, верно, вам, может он дал вам свой позднейший адрес. Из его последнего письма я заключила, что он из Парижа уехал, но куда не пишет. Вместе с «Жизнью» верну Маняше ее французскую книжку. Она писала, что ей надо ее отдать в сентябре. Кстати, Анюта брала на дорогу Горького, владелица его спрашивает с меня эту книгу, так что, если не очень хлопотно, перешлите ее. У Маняши прошу извинения, что не пишу ей отдельно, пришлось бы повторяться. Как поживаете? здоровы ли? надолго ли уехала Анюта? пришел ли ответ из Питера относительно поступления Дм. И. в университет? Скоро ли переберетесь в Москву? Ну, до свидания. Крепко, крепко целую Вас и Маняшу. Мама шлет всем привет.

Ваша Надя

P. S. Сейчас сделала открытие, что у меня вовсе и нет того номера «Жизни», о котором писал Володя, следовательно, пришлю только французскую книгу.

Написано 26 августа 1900 г.

Послано из Уфы

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

24

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Подольск (Московской губ.). Дом Кедровой.

ЕВБ Марье Ильиничне Ульяновой

11/IX.

Наши письма, должно быть, разошлись, дорогая Маняша. Я писала Марье Александровне в конце августа и там наиподробнейшим образом расписала свое житье-бытье. Французскую книжку хотела послать с барышней, которая должна была заехать к тебе, но оказалось, что эта барышня нашла уже себе попутчицу в Париж, едет она, кажется, так себе, для развлечения, насчет занятий помышляет мало, и в Подольск заехать не может. Потому книжку послала по почте, но отправляла

422

ПРИЛОЖЕНИЯ

не сама и второпях забыла написать «заказная», и мне ее отправили простой бандеролью. Боюсь, что книга пропадет. Напиши, пожалуйста, получила ли. Да, о книжках. В бытность свою здесь Володя посулился одному знакомому послать «Развитие капитализма» и забыл, теперь просит сделать это. Во избежание лишней пересылки пошли, пожалуйста, один экземпляр «Развития капитализма» прямо по такому адресу: Бирск (Уфимской губ.), Павлу Федоровичу Савинову*. Кажется, больше дел нет. Добился ли чего Дм. Ил.? Когда вы перебираетесь в Москву? Все ли здоровы? Когда вернется Аня?

Мы живем по-старому. Обе здоровы. Я вожусь с уроками, учу всяческим наукам, даже латыни обучаю, публика по-прежнему толчется зря, немецким языком занимаюсь, но времени маловато что-то. Все же заниматься с немцем куда как удобнее, чем одной. Володя пишет редко и очень мало о себе, жалуется на сутолоку. Ольга Александровна в Уфу не приедет, т. к. устроилась в Красноярске, а Михаил Александрович попал в действующую армию. Зина рвется в Россию, пишет не очень обстоятельно. На днях поджидаю одного возвращающегося товарища, он бы должен был проехать уже давно, но схватил перед отъездом дизентерию и все еще плохо поправляется.

У нас в Уфе такая непролазная грязь, какой я отроду никогда не видала, и все дождь, дождь... Мерзость одна.

Ну, прощай, крепко тебя целую, тебя и Марью Александровну. Мама шлет привет.

Надя

Написано 11 сентября 1900 г.

Послано из Уфы

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

25

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Москва. Бахметьевская ул., д. Шаронова.

ЕВБ Марье Александровне Ульяновой

1/X. 00.

Дорогая Марья Александровна, я уже давно получила Манино письмо, но, по обыкновению, как-то затолкалась. Вы,

* Ссыльный до делу петербургского «Союза борьбы». Ред.

423

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

вероятно, давно уже переехали в Москву. Как Вы поживаете? здоровы ли? Уехал ли Д. И. в Юрьев? Скоро ли кончится дело Маняши?* От Анюты я получила как-то письмо и ответила тотчас же, но мои письма доходят не всегда вовремя, да и Володины я иногда получаю не в том порядке, как они писаны. Хотя Володя пишет теперь и не очень редко, но я все же как-то очень мало знаю о том, как он там живет; знаю, что поступил на курсы английского языка, что не может никак войти в колею... Вон Зина с мужем корят меня за то, что мало пишу о Володе, но что же я напишу-то им? Володя ведь совсем не умеет писать о своей внешней жизни. Пусть уж сам напишет им. Они и не думают еще двигаться в Россию и ничего в этом направлении даже не предпринимают, а не мешало бы. Скоро 11-ое марта и даже Зина будет вольный казак. Пять месяцев и 11 дней, уж не знаю, много ли это или мало. Не знаю, удастся ли выехать из Уфы 11-го с утренним поездом, как я давно собираюсь. Впрочем, в самой-то Уфе, кроме грязи, ничего плохого нет, я давно уже стала патриоткой уфимской. Мы уже окончательно устроились - по-провинциальному - хорошая квартира, хорошо питаемся и т. п., одним словом, несколько приспособились к провинциальной жизни. Время идет, как заведенная машина, у меня два урока с славными ребятишками. Я, вообще-то говоря, очень люблю заниматься с детьми, а сейчас-то и дети еще славные, в особенности одна крохотная девчурка. Я даю уроки тут у одного купца-миллионера, обучаю его многочисленное потомство (5 штук). У них нравы строгие - купеческие, и мне, собственно, нравится, как ведутся дети. Их не рядят, игрушек у них почти нет, нянек нет, пользуются большой свободой, маленькие целый день на улице, ребята сами чистят себе сапоги, прибирают комнаты (даже стирают), вообще ни барства, ни баловства нет. Учатся очень охотно, и старшие, и младшие. Так вот младшая девчурка (7 лет) ужасно милая, с прелестным характером, умненькая, хорошенькая и такая усердная и внимательная ученица, что страх. Ей каждый день «ужасная охота» и читать, и писать, и считать. А чуть что поинтереснее, глазенки так и блестят. Она теперь постоянно поджидает меня на лестнице и докладывает все события их

* М. И. Ульянова была арестована 30 сентября 1899 г. и выслана в Нижний Новгород до окончания следствия. В конце декабря того же года вернулась в Москву. Ред.

424

ПРИЛОЖЕНИЯ

детской жизни. Одним словом, эта маленькая девчурка совсем полонила меня. Бывают же такие славные ребята! Веселая она, хохотуша ужасная и вовсе не дрессированная (сморкается иногда в подол). Мальчик тоже славный, но в другом роде. Вообще я, по обыкновению, увлекаюсь своими учениками и ученицами, жаль только, что времени уроки эти едят очень много, глупо распределены. Поступила я тут на курсы французского языка (скоро откроются и немецкие). 3 раза в неделю по 1 ч. - 6 р. в месяц, курсы разговорные, и я пока очень довольна. Я в старшей группе, нас там четверо. Француз - опытный преподаватель и ведет урок очень живо, только ученики вяловаты. Только жаль книг у меня французских никаких совсем нет, а француз дает читать газеты от июня месяца или журналы без начала и конца. Нет ли у Маняши (вероятно, есть) французской беллетристики или вообще французских книг, тут у нас все безъязычные, так что я с своим полузнанием языков считаюсь специалисткой по этой части, и книг иностранных трудненько достать. К немцу тоже хожу и пишу ему сочинения по 10 страниц, но занимаемся мы раз в неделю и для практики этого очень мало. Сама читаю немецкую беллетристику, но до сих пор по-немецки мне труднее говорить, чем по-французски. Вот так и проходит день до 8 ч. вечера, ну а вечером редко что удается сделать, редкий вечер, чтобы кто-нибудь не зашел. Вот наиподробнейшее описание моего времяпрепровождения. Мамочка Вам очень кланяется, а я крепко целую. Маняше не пишу отдельно, пришлось бы повторять то же самое, просто-напросто обнимаю ее. Вот. Всего хорошего.

Ваша Надя

Послано из Уфы

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

26

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

8-го ноября.

Дорогая Марья Александровна, я уже несколько дней получила Ваше письмо, а вчера получила письмо Маняши с вырезками, большое спасибо, я уже их прочла.

425

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Я недавно писала Вам, наши письма, по обыкновению, разошлись. Я здорова теперь, а мамочка все прихварывает, то сердцебиение, то простужается. Квартира у нас теперь очень хорошая, даже с форте- пиано. Одна наша знакомая хорошо поет, и у нас теперь по вечерам часто музыка, правда, несколько странненькая, инструмент хрипит, свистит, стучит, но все же музыка. Маму гости утомляют, да и я охот- но бы согласилась, чтобы они бывали реже; одно только - в 9 ч. приходишь домой уже настолько усталая, что много все равно не наделаешь.

На днях получила от Володи письма, одно шло 2¹/₂ недели, другое - 2. Ужасно долго письма идут.

Володя советует мне призаняться английским языком, но я вряд ли последую его совету. Теперь сговорилась с немцем заниматься 3 раза в неделю, дело пойдет лучше. Я заразилась, видно, Володиной idee fixe - хочется одолеть языки во что бы то ни стало. Сейчас, кроме уроков и занятий языками, у меня еще есть работа, весной расскажу обстоятельно какая. До марта только 4 месяца осталось, а там и к Вам, а потом к Володе. Сейчас-то я не даю себе воли размышлять на эту тему, а то время уж очень долго потянется.

Не знаю, как сделать, чтобы попасть весной в Москву, раньше-то, пожалуй, прошение подавать неудобно будет. Ну, да что в самом деле вперед загадывать. До весны далеко, у нас теперь зима, хорошая крепкая зима. Желаю, чтобы у Вас скорее шло время до рождества, а на рождестве...*

Написано 8 ноября 1900 г.

Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

27

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Москва. Бахметьевская ул., д. Шаронова.

ЕВБ Марье Ильиничне Ульяновой 2-го декабря.

Дорогая Маняша! большое спасибо за альбом, прости за хлопоты, которые были связаны с его пересылкой, спасибо также

* Конец письма не сохранился. Ред.

426

ПРИЛОЖЕНИЯ

за заботу о том, чтобы у меня были французские книжки. Я еще и с старыми не справилась, читаю страшно мало. Прекрасно знаю, что без чтения языком никогда не овладеешь, да все времени нет. Как я иногда завидую вашей уединенной жизни! С таким наслаждением посидела бы вечерок за книгой, но этого никогда не удается. Толкотня, толкотня и толкотня! Уж, кажется, в Уфе можно было бы этого избегнуть. Не знаю, отчего это происходит, я, кажется, не так уж общительна. Правда, застенчивость у меня прошла, иногда только, совершенно неожиданно, вдруг найдет на меня прилив самой дикой застенчивости - не могу слова выговорить, но теперь это бывает редко и скоро проходит, а прежде бывала беда.

Поэтому я так тебя понимаю, когда ты пишешь про свою застенчивость. Я знаю, какое это мучительное чувство и как от него трудно отделаться...

У меня к тебе опять просьба. Володя просил написать Филиппову о рукописях и гонораре за статью Скворцова. О рукописях я пишу сегодня, о гонораре же надо написать Сойкину, точно обозначив число страниц. У меня нет под рукой «Научного Обозрения», и я не могу высчитать точно число страниц, а главное, боюсь, что выйдет какая-нибудь задержка с высылкой денег, а я тем временем уеду из Уфы, так чтобы не вышло какой-нибудь путаницы. А то, может и то быть, что Филиппов уже послал деньги в Москву, тогда выйдет неловкость. Потому напиши Сойкину от имени Володи, чтобы он деньги выслал тебе.

Думаю, что лучше это сделать до Нового года.

Чем это ты хворала? Что у тебя было, инфлюэнца? Надеюсь, теперь ты совсем уже поправилась... Да?

А Марья Александровна здорова ли? ты что-то про нее ничего не написала. Что ты поделываешь? Что читаешь?

Если ты не уедешь к тому времени за границу, то в марте месяце мы увидимся. Осталось только 3¹/₂ месяца, в сущности, не так уж много. Знаешь, меня иногда берет сомнение, дадут ли мне без Володи заграничный паспорт, может, нужно будет его согласие. Не знаешь ли, когда Анюте выдавали паспорт, требовалось ли согласие Марка Тимофеевича. Вообще по мере приближения марта меня начинает брать тревога, не вышло бы каких задержек. Правда, Володины письма теперь стали гораздо спокойнее, и он пишет, что здоров совершенно, но не мешало бы все же этим трем месяцам проходить скорее.

427

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Сибиряки пишут редко, а от проезжих я знаю только, что Глеб похудел, а Зина потолстела. Маловато.

Ну, до свидания. Крепко тебя обнимаю и целую. Марью Александровну тоже крепко, крепко целую.

Мама шлет свой привет.

Твоя Н. Ульянова

Написано 2 декабря 1900 г.

Послано из Уфы

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

28

М. А. и М. И. УЛЬЯНОВЫМ

22-го декабря.

Дорогие мои Марья Александровна и Маняша, чего-то я давно не писала вам. Сегодня у меня какое- то предпраздничное состояние, и я провожу день совсем необыкновенно. Занятий у меня не будет 2 недели, вчера была на уроке последний раз, француз также уехал на праздники, и я, что называется, - вольный казак. Сегодня начала с того, что подняла уборку, а затем принялась за письма да за оканчивание всяких неоконченных дел. Хотела написать к празднику, да как-то замоталась, это письмо придет, верно, уже к Новому году, принимая во внимание праздничное время да заносы. Поздравляю вас, мои дорогие, с Новым годом, крепко целую, желаю здоровья и всего, всего хорошего. Надеюсь в этом году основательно повидать вас. Мама также шлет свои поздравления. Холод у нас «серьезный», градусов 30 каждый день бывает, а иногда к морозу присоединяется и буран. Я щеголяю в маминой шубе и валенках, а мама совсем не выходит - у ней дух от холода захватывает. Из-за этих буранов почта сильно запаздывает.

Как вы проводите праздники? Приехал ли Дм. И.? Да, вот что. Как Анютин адрес? Я ей как-то давно писала на Володин адрес, не знаю, получила ли она мое письмо. Хочется написать ей, да не знаю куда.

Да и Ольга Александровна, от которой я получила недавно письмо, спрашивает о том же. Какая досада, Маняша милая, что тебя не пустили за границу, а я уже успела позавидовать тебе. Может, поедем вместе.

Я пока стараюсь

428

ПРИЛОЖЕНИЯ

не думать о весне и о своей поездке, а то зря мысли разбегаются. Вчера надо мной сильно посмеялись, я стала сердито проповедовать необходимость уравновешенности и до того разозлилась, что блестяще доказала отсутствие оной у меня. На беду мои знакомые страшно все нервные люди, люди «настроений»; ну, уж раз нервы гуляют, что поделаешь, только зачем же распускаться-то, терпеть этого не могу.

Ольга Александровна пишет, что живется им плохо, она живет в Красноярске, т. к. при ней Михаил Александрович пользуется некоторыми льготами. У ней есть урочишко, плохонький, думает найти еще.

М. А. страшно устает на службе и томится бездельем и солдатчиной. Все сибиряки пишут усердно, за исключением таежников и омцев, которые бессовестно молчат. Глеб, говорят, истомился совсем на службе, удивляюсь все же, что они там торчат. Мы живем на большой дороге, и у нас постоянно бывают проезжие, которые вносят немало разнообразия в нашу жизнь. Недавно как-то был один минусинский знакомый, которого пускали на месяц повидаться с матерью. Кстати, ты, Маняша, спрашивала меня об О.*, что она за человек. Лично я ее мало знаю, но слышала про нее много хорошего. Я собиралась посылать с ней письмо, но, во-первых, она ехала не прямо, а во-вторых, у меня тогда была инфлюэнца и я плохо соображала. Думала, она познакомится с Анютой. Ну вот, наболтала с 3 короба. Занятия мои языками что-то плохо подвигаются, не способна я к языкам-то. Ну, до свидания. Еще раз крепко обнимаю и целую, М. Т. и Д. И. шлю свой привет.

Ваша Надя

Перевод Каутского** сейчас не тут, он был отослан на время в Астрахань, его скоро пришлют, но Володя просил переслать ему, не знаю только, он принял такой трепаный вид, что неудобно и пересылать-то.

Написано 22 декабря 1900 г.

Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

* Речь идет о Г. И. Окуловой. Ред.

** Речь идет о рукописном переводе В. И. Ленина книги К. Каутского «Bernstein und das sozialdemokratische Programm. Eine Antikritik». Stuttgart, 1899. Ред.

429

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

1901 г.

29

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

2/II.

Дорогая Маняша!

Не отвечала тебе до сих пор на твое предыдущее письмо, ибо по получении его написала в Астрахань с просьбой выслать поскорее Антикритику, до сих пор не получила еще ответа, жду на днях. Пока затребуй перевод с Филиппова, я ему писала раз но поручению Володи, чтобы он выслал все Володины рукописи на твое имя. Верно, не присылал?

Что-то я совсем было запустила переписку, но сейчас в очень мирном настроении и потому склонна болтать, хотя, собственно говоря, не о чем, у нас все по-старому, разве вот солнце светит как-то радост- но, по-весеннему, а я о весне мечтаю, нет-нет, и возвращаюсь к мысли: полтора месяца, а там... там я во- все поглупею от радости, особенно, когда допутешествую до Володи. Сейчас по-настоящему скучать-то некогда, работы всяческой много, впору к сроку все сделать, а я иногда непростительно, непростительно лентяйничаю. Стало тянуть на улицу, иногда вместо того, чтобы за работу сесть, отправляюсь бродить по улицам, а то как-то с утра за чтение романа взялась. Хоть и тощища в этой Уфе смертная, зато здоровьем запастись можно, вот я, например, за последнее время стала так толста, что страсть. Вот мамочка этим похвалиться не может, частенько прихварывает. Она уже готовится к отъезду, что-то шьет и дни считает.

Знаешь, после Уфы изымают только Москву и Питер. По крайней мере, три таких случая было. Впрочем, и то надо сказать, что народ - ужасный неподвига: остаются в Уфе, ибо заработок хороший, а то перекочевывают в Самару. Ну, что в Самаре хорошего!

Читаю, ох, как мало! Только Бердяева и прочла за это время. Языки, ох, как плохо двигаются. На курсы французского языка с рождества не хожу, ибо наша группа разбежалась, а с одной со мной француз стал заниматься очень небрежно. Немецкие уроки беру изредка, успехи - смотря по настроению, иногда болтаю ничего себе, а иногда такие лапти плету. Сейчас вся наша уфимская публика присоседилась к самарской газете,

430

ПРИЛОЖЕНИЯ

литературит там, ну и я тоже*. Так как дело для меня мало привычное, то и доставляет мне хлопот немало. Вообще я в этом году попытки делаю к литературе пристроиться, пристроиться отчасти удается, но беда в том, что не удается мне писать так, как хотелось бы, и я прямо-таки ненавижу свои писания. Ну, вот. Что же ты ничего о себе-то не пишешь? Как поживаешь? когда же дело твое наконец кончится?

Прощай, вернее, до свидания! Крепко целую. Марью Александровну крепко обнимаю, крепко целую ижду не дождусь, когда попаду к вам в Москву. Мама шлет всем свой привет. Прощай, Маняша милая, прости за неаккуратность.

Твоя Н. У.

Написано 2 февраля 1901 г.

Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

30

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

12/II. 1901.

Дорогая Маняша! спасибо большое за вырезки. Прочла я их с большим интересом. Сейчас получила повестку на посылку. Подозреваю, что это Каутский, если это так, то вышлю его тебе завтра же. Ужасно досадно, что вышла такая задержка. Не знаешь ли, нельзя ли достать «Очерки и этюды», их очень просят у меня достать, пишут - нигде нет в продаже.

Остался один месяц. Не правда ли чудесно? А когда-нибудь будет и один день! Да, все будет.

Чуть было не забыла. У мамы к тебе большая просьба. Она просит застраховать ее выигрышный би- лет, это надо сделать до 1-го марта, № серии 7328, в Уфе этого сделать нельзя, ибо в случае, если билет выйдет в тираж, это выяснится тут лишь в апреле, придется возвращаться для этого в Уфу, одним словом, не стоит. Квитанцию оставь у себя. Страховка будет стоить около 3-х рублей, мама хотела посылать сейчас, но я ее убедила, что успеет отдать при свидании. Вот.

* В «Самарской Газете» № 36 от 16 февраля 1901 года была опубликована статья Н. К. Крупской «Школа и жизнь». Ред.

431

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Неужели мы разъедемся с Аней? Я очень хочу ее повидать. Напиши, когда она думает приехать. Мне надо съездить будет еще в Астрахань, так я не знаю, как мне - в Москву ехать раньше или после этого, думаю сделать это в зависимости от того, когда приедет Аня.

Ну, пока до свидания. У нас эту неделю стояла толчея непротолченная, и я так страшно рада, что кончились праздники.

Крепко целую и обнимаю тебя и Марью Александровну. Мамочка шлет привет.

До скорого свидания!

Твоя Надя Ответил ли тебе что-нибудь Филиппов? Вот идол!

Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

31

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

11/VI. 01.

Дорогая Марья Александровна! не писала я все это время потому, что сначала надеялась на Анюту, что она распишет наше житье-бытье, а потом мама да Володя писали. Все мы здоровы, у Володи никаких признаков катара нету. Мама тоже здорова. Она находит, что жизнь у нас идет очень однообразно, по- моему, нет. Правда, мы с Володей неподвиги порядочные, я до сих пор была только в одной картинной галерее, а города почти совсем не знаю. Впрочем, это объясняется отчасти тем, что теперь лето и когда идешь гулять, то идешь не в город, а в поле. Мы живем в предместье, тут соединяются удобства большого города - лавки, электричка и т. п. - с близостью лона природы. Вот вчера, например, мы отлично гуляли по дороге. Чудесная дорога, обсаженная тополями, кругом поля да сады. Вдаль мы раз только ездили, но неудачно, попали под грозу и устали очень. Думаем как-нибудь поехать в горы. Анюта все советовала поселиться на лето в деревне, мама тоже думает, что это было бы лучше, но по очень многим соображениям это было бы неудобно. Поселиться далеко нельзя, т. к. Володе нужно было бы каждый день ездить в город, а это было бы очень

432

ПРИЛОЖЕНИЯ

утомительно. Он ходит, кроме того, довольно часто в библиотеку. А от нас парк недалеко и купание - 20 минут ходьбы. Вообще жизнь у нас понемногу вошла в колею, Володя налаживается несколько на занятия... Что касается до меня, то я занимаюсь пока совсем мало или, вернее, вовсе не занимаюсь. Куда- то время девается, а куда - неизвестно.

Собираюсь я посещать здешние школы. Тут какое-то царство детей. Все к ним так внимательны, и детишки такие славные, здоровые. Я бывала в наших городских школах и невольно сравниваю и нахожу, что детям тут живется куда лучше. Впрочем, мои сборы так, верно, и останутся сборами, ну, да успею еще. От Водовозовой получился чек на 600 с чем-то марок, но деньги еще не получены, не получено также и письмо. Вообще пишут нам из России ужасно мало, можно подумать, что все старые друзья за- были о нашем существовании. Вот, напр., от Зины, от Базиля ни слуху ни духу... Так и не знаем, бросил ли Глеб наконец свою Тайгу...

Как поживаете, дорогая Марья Александровна? Здоровы ли? Д. И. передайте мой привет.

Прилагаемое письмо для Маняши*, М. Т. передайте мой поклон. Нет ли чего новенького? не выяснилось ли что-нибудь?

Наши шлют привет, а я крепко, крепко целую.

Ваша Надя

P. S. Володя просит Д. И. послать на имя доктора 3 экз. «Развития капитализма».

Послано из Мюнхена в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

32

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

16/VII. 1901.

Дорогая Марья Александровна!

Анюта переслала нам Ваше письмо к Володе и Манино письмо. Отчего это Мане не отдали моего письма! Чудно! Очень хорошо бы

* Письмо не сохранилось. Ред.

433

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

было, если бы слухи о том, что будут скоро выпускать, оправдались... Когда увидите Маню, скажите ей, что я ее крепко, крепко целую и шлю свой горячий привет. Меня очень удивило в Вашем письме, что Володя мог узнать о Вашем житье-бытье из Вашего письма к маме. Письмо, значит, пропало, т. к. мама от Вас письма не получала и недавно как-то заказывала спросить Вас, получили ли ее письмо. Мама все хворает, кашляет, плохо спит. Сегодня ходила она с нами на купание, страшно устала, а всего-то ходьбы минут 15, не больше. Мы почти каждый день ходим купаться, купание великолепное, вообще мы хотя и живем в городе, но загород от нас очень близко. Место во всех отношениях хорошее. Теперь жарко порядком, но не так уж, чтобы терпеть нельзя было.

Время идет как-то ужасно быстро, совсем и не замечаешь, как неделя проходит за неделей; не то, что- бы уж так много дела было, а так как-то «дела не делаешь и без дела не бегаешь».

Я опять принимаюсь за немецкий язык, неудобно без языка: отыскала немку, которая будет давать мне уроки немецкого взамен русского. Посмотрим. Все собираемся мы с Володей в немецкий театр, но мы по этой части неподвиги порядочные, поговорим: «вот надо будет сходить», да тем и ограничимся, то то, то другое помешает. Анюта гораздо подвижнее в этом отношении. Впрочем, и то сказать, настроение теперь как-то для этого мало подходящее. Чтобы пользоваться заграницей вовсю, надо ехать сюда в первый раз в молодости, когда интересует всякая мелочь... Однако в общем-то я довольна теперь нашей жизнью, вначале скучно было как-то, все чуждо очень, но теперь, по мере того как входишь в здешнюю жизнь, чувство это пропадает. Вот только из России очень уж скупо пишут. Ну, кончаю. Крепко Вас обнимаю, дорогая, желаю быть здоровой и бодрой.

Мама шлет привет Вам и Дм. И. Ждем от него письма. Ну, всего, всего хорошего.

Ваша Надя

Послано из Мюнхена в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

434

ПРИЛОЖЕНИЯ

33

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

2/VIII.

Дорогая Марья Александровна, вчера получили Ваше письмо к Володе. К сожалению, из него видно, что у вас все по-старому, а я последний раз и Маняше потому не написала, что думала, что она скоро будет с Вами. Впрочем, хорошее всегда бывает тогда, когда его меньше всего ждешь. Иногда, когда на- долго уйдешь из дому, и мысли заняты совсем другим, и потом подходишь к дому, начинает казаться, что вот придешь и непременно найдешь телеграмму о том, что наши с Вами... Пожалуйста, дорогая, когда пойдете на свидание, поцелуйте от меня Маняшу крепко, крепко, а М. Т. передайте мой привет. Маняше я пишу.

У нас все по-старому. Володя сейчас занимается довольно усердно, я очень рада за него: когда он уйдет целиком в какую-нибудь работу, он чувствует себя хорошо и бодро - это уж такое свойство его натуры; здоровье его совсем хорошо, от катара, по-видимому, и следов никаких не осталось, бессонницы тоже нет. Он каждый день вытирается холодной водой, да, кроме того, мы ходим почти каждый день купаться. Вот мамочка что-то все прихварывает, то ревматизм, то слабость, то простудится.

Через недельку мы с Володей собираемся съездить ненадолго в Швейцарию к Анюте. Я очень рада, что Анюта поехала не на Рюген, как собиралась раньше, а на Тунское озеро. Там, наверное, лучше. По- едем мы на несколько дней, но я с большим удовольствием думаю об этой поездке - во-первых, Анюту хочется повидать, а во-вторых - горы хочется посмотреть, что за горы такие, я никогда не видала, только на картинках. К маме на это время переберется один наш знакомый, так что она не будет бояться остаться одна. Мама собирается осенью ехать в Питер, но я ее уговариваю пробыть зиму с нами, не знаю, как она решит. Вот и лето к концу, я как-то не заметила, как оно прошло, точно и лета не было, в городе как-то и лето на лето не похоже.

Ну, до свидания, дорогая, крепко Вас обнимаю, желаю побольше здоровья и сил. Д. И. мой привет и спасибо за книгу, которая давно получена. Мама всем кланяется.

Ваша Надя

Написано 2 августа 1901 г.

Послано из Мюнхена в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

435

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

1902 г.

34

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна! давно что-то нет от Вас писем, и меня начинает это порядком беспокоить... Как Вы себя чувствуете? где теперь Аня? Если она еще с Вами, крепко поцелуйте ее от меня. Что Маняша? Хорошо ли вы устроились, наняли ли подходящую квартиру?

Мы все здоровы. Осень стоит чудная, и мы с Володей часто ходим на лоно природы. Мамочка понемногу привыкает к новой обстановке, хотя она не любит больших городов. Она всем шлет свой привет.

Крепко обнимаю Вас и Маняшу и Аню, если она с Вами.

Ваша Надя

Написано 27 сентября 1902 г.

Послано из Лондона в Самару

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по рукописи

1903 г.

35

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

4/III. 1903.

Дорогая Марья Александровна! целую вечность не писала я, забыла даже, когда и писала последний раз. Дело в том, что я совершенно разучилась писать письма и чувствую к ним страшное отвращение.

Каждый раз надо порядочное усилие воли, чтобы взяться за перо. Когда начнешь писать, тогда уже пишется само собой, даже во вкус входишь, но приниматься очень трудно.

Сейчас Володи нет дома*, он уехал проветриться немного. Я всегда рада бываю, когда он предпринимает поездки, они очень

* В. И. Ленин в конце февраля - начале марта 1903 г. был в Париже, где выступал с лекциями в Русской высшей школе общественных наук и с рефератом об аграрной программе на собрании русских политэмигрантов. Ред.

436

ПРИЛОЖЕНИЯ

освежающе действуют на него. Перемена обстановки успокаивает нервы, а то очень уж однообразно тя- нется жизнь - все одни и те же впечатления, одни и те же люди. Над книгами тоже ведь надоест сидеть.

Этот раз и я было хотела поехать вместе с Володей, но опять не удалось - работы подоспело много да и мама у меня что-то расклеилась, не хотелось, да и нельзя было оставить ее одну. У ней была инфлюэнца, очень сильная, так что пришлось около недели пролежать в постели. Вначале доктор боялся, не тиф ли.

Теперь она совсем поправилась, но слабость все же есть. Ей хочется поскорее выбраться на лоно природы, но раньше мая не удастся, да и то не знаю, как устроимся. Володю-то на лоно природы не очень тя- нет, он любит Прагу*. Я тоже к Праге привыкла, но рада буду уехать отсюда все же. Хотелось бы написать Вам поподробнее о нашем житье, да что-то нечего писать. Как бы охотно побывала я теперь у вас! В последнем письме Вы пишете о квартире, и я так живо представила себе, как Вы там живете, целую картину себе нарисовала, как на улице мороз, как в комнате печка топится, как Вы ждете Маню со службы, как Маня с морозу пришла. Наверное, самарская жизнь на уфимскую похожа. «Дайте крылья мне пере- летные»... Однако я совсем уже вздор стала болтать. Иногда ужасно тянет в Россию, а сегодня особенно.

Впрочем, у меня всегда так: все куда-нибудь тянет.

Пожалуй, Вы подумаете, что мы тут не развлекаемся совсем, напротив, чуть не каждый вечер куда- нибудь ходим, и в театре немецком несколько раз были, и в концерте, смотрим народ, местную жизнь, здесь ее удобнее наблюдать, чем где бы то ни было. Володя очень увлекается этими наблюдениями, увлекается и этим, так же как всем, что он делает. Приняться за письмо было трудно, а теперь жаль кончать. Крепко обнимаю Вас и Маняшу, крепко целую, мои дорогие. Всего хорошего.

Ваша Надя

Мамочка кланяется.

Послано из Лондона в Самару

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

* Прага названа по конспиративным соображениям. Подразумевается Лондон. Ред.

437

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

1904 г.

36

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Киев, Лабораторная, 12, кв. 14. М. А. Ульяновой Дорогая Марья Александровна!

Ваше письмо поразило нас: очень уж печально оно*. Остается надеяться, что всех скоро выпустят.

Говорят, в Киеве были повальные обыски и аресты. Во время таких набегов забирают много народу зря.

Судя по тому, что забрали всех, дело будет пустяшное. Не знаю, каковы теперь условия сидения в Киеве.

Раньше было сносно. Дали ли Вам свидание с кем-нибудь? Я просила одну знакомую зайти к Вам. Боюсь, что у Вас в Киеве нет никого знакомых. Вы так недавно переехали в Киев, город большой, незнакомый. Ужасная досада: я потеряла адрес Анютиной подруги и не могу написать ей. С нетерпением буду ждать Вашего письма, авось оно принесет более веселые вести.

Поживаем мы в Женеве так себе: мамочка прихварывает часто. Выбились мы как-то из колеи, работается плохо.

Принимают ли передачу и книги? Были ли уже от наших письма? Не собирается ли Марк Тимофеевич взять отпуск и побывать у Вас? Мама жалеет, что она не в России с Вами. Желаю Вам здоровья и бодрости.

Ваша Надя

Написано 15 января 1904 г.

Послано из Женевы

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 11 Печатается по машинописной

копии (перлюстрация)

37

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Николаевская ж. д. Ст. Саблино. Марье Александровне Ульяновой. Russie, Sablino, pres de St.-Petersbourg.

Дорогие мои, как поживаете? Крепко обнимаю за себя и за Володю. «Board of Trade», которую нужно Мане для перевода, выслала.

Ваша Надя

Написано 19 августа 1904 г.

Послано из Женевы Печатается впервые, по рукописи

* См. примечание 230. Ред.

438

ПРИЛОЖЕНИЯ

1909 г.

38

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна, прежде всего крепко Вас обнимаю. Больше и пишу затем, чтоб написать это, а то писать-то, собственно говоря, не очень есть что. Маняша рассказывала про наш образ жизни. Разница от прошлого года только та, что квартира очень теплая, да Володя стал большой домосед. Он эту зиму много работает, а когда работает, всегда себя лучше чувствует.

Вот уж вторую неделю встает в 8 ч. утра и ездит в библиотеку, откуда приезжает в 2 часа. Первые дни трудно было так рано вставать, зато теперь он очень доволен и спать ложиться стал рано. Очень хорошо было бы, если б ему удалось наладиться на такой режим.

Вот уж целый год, как мы живем в Париже! Приладились понемногу, жаль только, что мало видим настоящей здешней жизни.

Недавно как-то пошли в маленький театр неподалеку от нас и остались очень довольны. Публика была чисто рабочая, с грудными младенцами, без шляп, разговорчивая, живая. Интересна была непосредственность, с какой публика реагировала на игру. Аплодировали не хорошей или дурной игре, а хорошим или дурным поступкам. И пьеса была соответствующая, наивная, с разными хорошими словами, приноровленная под вкус публики. Получалось впечатление чего-то очень живого, непосредственного. Я по- жалела, что Маняши не было. Пожалела, что ее нет, и тогда, когда ходили смотреть стотысячную демон- страцию*. Очень сильное впечатление получилось. Но в общем мы очень редко где бываем и то больше по воскресеньям.

Как Ваши глаза? проходят ли? Мама тоже часто жалуется, что ей трудно читать по вечерам. Светлая ли у вас квартира? Жаль вот только, что холодновата. Хорошо, что живете со знакомыми, если люди милые, то это гораздо веселее. Может, и потом поселитесь вместе...

* Речь идет о стотысячной демонстрации, состоявшейся в Париже 5 октября 1909 г. в знак протеста против казни в Испании Феррера, обвиненного в подготовке восстания в Барселоне в июле 1909 г.; это восстание было вызвано отправлением правительственных войск в Марокко. Ред.

439

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Ну, крепко вас обнимаю. Мама очень, очень кланяется. Маняше я писала недавно, вчера сделала открытие, что мое письмо к ней преспокойно лежит в Володином кармане! Сколько раз зарекалась давать ему письма бросать в ящик. Этот раз уверял, что не забудет. И вот забыл-таки!

Ваша Надя

Написано в двадцатых числах

декабря 1909 г.

Послано из Парижа в Москву

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 1 Печатается по рукописи

1910 г.

39

А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

Finlande. Ст. Териоки Финляндской ж. д.

Деревня Леппенено, дача Екатерины Лясонен.

Анне Ильиничне Елизаровой

24/VIII.

Дорогая Аня, твое письмо получила и передала. Вчера Шкурка* уже уехал**, а мы с мамой думаем остаться здесь до половины сентября. Тут хорошо все же. Крепко тебя обнимаю, также и М. А., если она еще не уехала. Мама очень кланяется.

Надя

Написано 24 августа 1910 г.

Послано из Порника (Франция)

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

1911 г.

40

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

26/VIII.

Дорогая Марья Александровна! давным-давно собираюсь написать Вам, да все то то, то се мешает.

Получили на днях

* В. И. Ленин. Ред.

** Имеется в виду поездка В. И. Ленина в Копенгаген на VIII конгресс II Интернационала. Ред.

440

ПРИЛОЖЕНИЯ

Анино письмо. Деньги, 100 frs., Володя давно уже получил, но списка книг, которые надо купить на них и выслать, не получал. Из Ваших открыточек и из Аниного письма видать, что в Бердянске устройство вышло не настоящее летнее, город, а не дача, вот только купание... У нас тоже лето не совсем удачное.

Мама хворала несколько раз, было воспаление легких, и доктор сказал, что вообще легкие не в порядке, нужен отдых, хорошее питание и все прочее. А тут в этом отношении неважно. Квартира без малейшего садика и даже двора, если выходить, так надо непременно куда-нибудь идти, что совсем другое; в квартире жарко и шумно. Питание хотя хорошее - мы кормимся в коммуне, так что стол русский, домашний и сытный, - но ходить за версту по городу, это очень утомительно, теперь стали брать на дом, но возня с мытьем посуды... Одним словом, здоровому человеку не беда, но больному плохо. А тут еще жары сумасшедшие прямо. Теперь мама поправилась, но все же подалась за болезнь здорово, кашляет и хандрит.

Володя пользуется летом недурно. Пристроился заниматься в поле, очень много ездит на велосипеде, купается и дачей доволен. На этой неделе мы с ним носились на велосипеде без памяти. Сделали 3 прогулки по 70-75 километров каждая, три леса обрыскали, было очень хорошо. Володя страшно любит такие прогулки, чтобы уехать часов в 6-7 и вернуться поздно вечером. Зато благодаря этим прогулкам дела стоят не сделаны. Ну, не беда! Погода начинает портиться. Квартира у нас тут до 13 сентября, хотя, если будет очень хорошая погода, можно сговориться с хозяевами и остаться дольше. Это было бы хорошо, но будет большое осложнение с хозяйством. Коммуна в начале сентября кончается, дома стряпать нельзя, в ресторане скверно и дорого. Мы ведь очень дешево тут устроились. За квартиру платим 10 frs. в месяц, а обед и ужин по 1 frs. 30 с. с человека. Конечно, есть кое-какие другие расходы, но незначительные. Володя по знает, как посоветовать Ане приехать, теперь или прямо в Париж. В смысле занятости - сейчас занят больше, хотя, конечно, трудно предвидеть, как будет осенью. В смысле хозяйственного устройства - больше в город, тут неудобств порядочно. Думаю, что Ане лучше ехать, как ей удобнее по времени - а тут большой разницы нет. Занят Володя будет очень ближайшую пару недель. Только не уладить бы в переезд, впрочем, и это неважно, т. к. переезд не очень сложный. Как давно мы не видались!..

441

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Ну вот, описала подробно паше житье-бытье, а теперь крепко целую вас обеих. Под конец хоть здоровья набирайтесь от купания.

Мама кланяется очень.

Ваша Надя

Написано 26 августа 1911 г.

Послано из Лонжюмо (Франция)

в Бердянск

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

41

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

21/IX.

Дорогая Маняша, получила сегодня оба твои письма от 29/VIII и 31/VIII. Большое спасибо.

Сегодня мы наконец перебрались в город, все жаль было уезжать, последнее время стояли хорошие осенние деньки, но сегодня холод и дождь. Мама последнее время опять простудилась и все кашляет.

Володя уезжает на несколько дней*, звал меня с ним в Турин поехать на выставку, да не выходит моя поездка, хоть и не прочь бы я была съездить прокатиться. Впрочем, отдохнула за лето хорошо и больше к книге тянет, чем к отдыху.

Ну, как чувствует себя Марья Александровна после дороги? Очень ли утомилась?

А когда Аня к нам выберется? Я уж совсем наладилась вместе с ней Париж глядеть...

Ну, целую крепко всех вас, М. Т. привет.

Мама кланяется.

Ваша Надя

P. S. На днях напишу большое письмо, а это так только, привет.

Написано 21 сентября 1911 г.

Послано из Парижа в Москву

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

* См. настоящий том, стр. 321. Ред.

442

ПРИЛОЖЕНИЯ

1912 г.

42

А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

9/III.

Дорогая Аня, совсем я как-то отбилась от писем в этом году. Очень уж однообразно идет жизнь, не знаешь, что и писать. Эту зиму очень уж упорно я сидела дома за своей работешкой, месяцами не вылазила из своего квартала. Все шел дождь и нельзя было ни на велосипеде ездить, ни гулять ходить. Мало читала, ни на какие лекции не ходила. Оттого так ужасно, верно, и надоела зима. Очень рада весне, которая в этом году очень ранняя. Раза два уж закатывались с Володей на лоно природы. Правда, я после этих прогулок по- шевелиться не могу от усталости, зато славно очень уж. Эту неделю вообще загуляли. Ходили в театр, пьеса была дурацкая, выли французишки отчаянно, но в антрактах была чудесная музыка: Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина. Сегодня идем Софокловскую «Электру» глядеть... Все это по случаю весны. Ну уж и балуете вы нас в этом году посылками! Володя даже по этому случаю выучился сам в шкаф ходить и есть вне абонемента, т. е. не в положенные часы. Придет откуда-нибудь и закусывает.

Теперь он пьет на ночь молоко (вместо вина) и по утрам ест яйца.

Селедки я мочила, как ты писала, очень вкусные, на семгу похожи. Думаю на днях спечь блины.

Мама понемногу прихварывает. С летом не знаю еще как будет, не то в Россию поедет, не то нет. Она велит всем очень кланяться.

Насчет своей племянницы я уже списалась.

М. Ф. видаем очень редко, он занят очень, торопится с переводом (за этот год перевел три книги толстые), а теперь получил какие-то постоянные медицинские переводы. Коля* очень доволен своей школой, им там играют на граммофоне, рассказывают что-то, дают кресты и учат... писать палочки. Но по- французски он начинает болтать.

Вот все новости. Получила ли Маняша мое письмо? Отчего ничего давно не пишет?

* Сын М. Ф. Владимирского. Ред.

443

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Крепко обнимаю тебя и Марью Александровну, и Маняшу. Хотела побольше про Володю написать, чтобы интересно было, да не вышло. Другой уж раз. М. Т. привет. Что-то и вы все редко пишете.

Ваша Надя

Написано 9 марта 1912 г.

Послано из Парижа в Саратов

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4 Печатается по рукописи

43

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

27/V.

Дорогая Марья Александровна, и вправду очень уж грустное Ваше письмо, просто напасть какая-то!* Одно только думаю, что скоро и Маняшу и Анюту выпустят. Теперь, судя по газетам, по всей России повальные обыски, берут всех, кто раньше когда-либо сидел, на глаз, так сказать, в предупреждение того,

«как бы чего не вышло», а потом, как разберутся - недели через две, - выпускают. Я уже слышала о нескольких таких нелепых арестах.

Обидно только, что всем вам пришлось так переволноваться и так тяжело, пока все это разъяснится.

Берегите себя, дорогая моя, любимая. Крепко Вас обнимаю и целую.

Ваша Надя

Мамочка шлет Вам горячий привет.

Написано 27 мая 1912 г.

Послано из Парижа в Саратов

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4 Печатается по рукописи

1913 г.

44

М. А. УЛЬЯНОВОЙ и А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

4/I.

Дорогие Марья Александровна и Анечка! поздравляю за себя и маму с праздниками вас и Марка Тимофеевича. Писать, собственно говоря, не о чем. Жизнь идет очень однообразно.

* См. примечание 307. Ред.

444

ПРИЛОЖЕНИЯ

Знакомых почти никого нет, последнее время приручилась было одна молоденькая девчурочка - положим, не девчурочка, а мать славной грудной девчурки, - да на днях уехала в Россию.

Гуляем каждый день, но умеренно. Погода хорошая, но грязь ужасная.

Праздники прошли тихо, совсем незаметно. Библиотеки тут польские, есть университетская, но образ жизни занятой, и ни Володя, ни я в библиотеку эту ни разу не ходили.

В концерт еще ни разу не собрались.

Все здоровы.

Крепко целую и обнимаю.

Ваша Надя

Написано 4 января 1913 г.

Послано из Кракова в Саратов

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

45

М. А. УЛЬЯНОВОЙ и А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

Дорогая Марья Александровна и Анечка, крепко целую за подарки, только больно уж все роскошно, мы совсем так не привыкли как-то. Сегодня Володя позвал знакомых по случаю посылки и по случаю разных блестящих планов издательства, возникших сегодня. Размечтался превыше меры, что ни день - по книжке... перерыты старые тетрадки, вытащена на свет всякая цифирь и любовно с нее отрясен прах.

Ну, крепко целую пока за себя и за маму, которая хлопочет.

А насчет горчицы это Володя по своей инициативе спрашивал... я горчицу стряпать умею...

У нас опять зима стала.

А карточки так хороши, что жаль отдавать. Особенно Володька им обрадовался.

Насчет издательства и пр. Володя сам, верно, пишет*.

Ваша Надя

Написано 24 февраля 1913 г.

Послано из Кракова в Саратов

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4 Печатается по рукописи

* См. настоящий том, стр. 335-336. Ред.

445

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

46

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

18/III.

Дорогая Марья Александровна, бесконечно давно нет ни от Вас, ни от Ани письма, и мы очень беспокоимся, не зная, в чем дело. Может, письмо пропало, а может, кто из вас хворает. Весной так легко про- студиться! У нас уже трава зеленеет, одуванчики и маргаритки показались, но преотвратительный ветер.

Мама ухитрилась простудиться и около недели уж скрипит все. Жаль, что ей выходить нельзя. Вот и думаем: в Саратове климат хуже, может, и из вас кто простудился. Что пишет Марк Тимоф.? Где он теперь?

У нас жизнь идет, как заведенная машина, и писать нечего, собственно говоря. Живем, как в Шуше, почтой больше. До 11 часов стараемся время провести как-нибудь - в 11 ч. первый почтальон, потом 6-ти часов никак дождаться не можем.

Письма последнее время все какие-то невеселые приходят, ну и у нас настроение бывает соответствующее. Живем, так сказать, отраженной жизнью.

Я все же очень рада весне, а то эта зима почему-то казалась очень длинной. Люди уж поехали нани- мать летнее жилье, но у нас очень неопределенно, еще мама раньше в Питер поедет, если силешки хватит.

Амнистия оказалась совсем мифическая. Не знаю, как у Маняши, треть-то во всяком случае сбавят*.

От Маняши давно что-то нет писем, не знаем, как она там.

Ну, крепко обнимаю Вас и Аню, здоровья желаю больше всего. Надеюсь, Анина рука совсем уж про- шла, написала бы она как-нибудь. Володя сам, поди, напишет**. Мама велит кланяться.

Тут через неделю, даже меньше, пасха будет, рано как!

Крепко целую. Ваша Надя

Написано 18 марта 1913 г.

Послано из Кракова в Саратов

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4 Печатается по рукописи

* См. настоящий том, стр. 336 и примечание 312. Ред.

** Там же, стр. 336. Ред.

446

ПРИЛОЖЕНИЯ

47

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Вологда, Екатерининско-Дворянская, 40.

Марье Ильиничне Ульяновой. Russland

Дорогая Маняша, поздравляю тебя и крепко целую. Лидя до мая остается на старом месте, т. к. к ней приехала Анна Михайловна с Лодиком*. Что-то прихварывает она часто последнее время. Выбираемся мы на пять месяцев в деревню; там хорошо - лес, грибы, горы, речушка, только боюсь, не соскучимся ли чересчур. Шкурке полезно на подножный корм перейти. При доме есть большая веранда, там ему сидеть будет отлично. Дом большущий, можно целую артель поместить, а будем мы пока что вдвоем со Шкуркой, т. к. мама на пару месяцев уезжает в Россию. Она тоже тебя поздравляет. Мечтаю о том, что летом удастся позаниматься немного, а то я хоть сижу при книгах, но как-то читать совсем не удается, и страшно позаниматься хочется. Этот месяц так зря пройдет, делишек будет по горло, а тут еще выяснилось, что у меня базедка, доктор напугал, и каждый день хожу в клинику электризоваться, что отнимает часа три, а потом хожу полдня, как очумелая. Поят бромом, и вообще все это тощища ужасная. Собираюсь написать тебе длинное письмо, да все вот время между рук уходит.

Ну, целую очень.

Твоя Надя

Написано 10 апреля 1913 г.

Послано из Кракова

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

1914 г.

48

А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

С.-Петербург, Анне Ильиничне Елизаровой, Гончарная ул., д. 11, кв. 23

Дорогая Аня! Получила твою открыточку с адресом. Очень обеспокоило известие о болезни М. А.

Что с ней было? Оконча-

* Речь идет об А. М. Вржосек (Руниной) и ее сыне. Ред.

447

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

тельно ли она поправилась? Вообще, как они там живут? Да, насчет Бера. Чтобы переводить его, надо сначала заручиться согласием автора, а затем подыскать издателя. Насчет первого можно списаться, а вот издателя найти будет потруднее. Один наш знакомый давно уже предлагал перевести Бера разным издателям, в частности Семенову, все отказываются. Володя полагал, что надо бы перевести для «Просвещения» §§ 4 и 5 IV главы и главу VI, но потом остановился на том, что лучше составить на основании этих глав статейку (по Беру), выпустив все неинтересные мелочи (что придаст статье более популярную форму), но сохранив наиболее интересные места в неприкосновенном виде. Если книжка уже получена, может, Маняша возьмется за эту работу. Володя еще не вернулся*. На этот раз, кажись, устал от поездки.

Дома ждет его немало работы. Начинаем уже подумывать о даче. Володе хочется опять туда же, где жи- ли в прошлом году. Для здоровья там хорошо, только дождь все время льет. Зима у нас какая-то неудачная, нерабочая. Впрочем, до лета еще три месяца. Может, можно достать какие материалы по съезду по народному образованию, доклады и проч.? Надо бы очень иметь. Насчет «Работницы»** писали все в 20 мест. Дело идет в известной степени стихийно. Некоторая публика взялась за него, по-видимому, вплотную. Не знаю, как наладится. Об этом, впрочем, напишет тебе Володя. Почему ты так настроена против Сибирского? Ну, крепко обнимаю. Хотела главным образом насчет Бера тебе написать.

Надя Мама кланяется. Она здорова более менее. Я тоже в общем здорова, иногда только сердце бунтует зря, очевидно, последствие базедки. На днях хочу сходить к доктору, спросить, не рецидив ли. Только вряд ли.

Что пишет Марк Тимофеевич?

Написано 31 января 1914 г.

Послано из Кракова

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по машинописной копии (перлюстра-

ция)

* См. настоящий том, стр. 348 и 349. Ред.

** См. примечание 323. Ред.

448

ПРИЛОЖЕНИЯ

49

А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

Дорогая Аня, насчет женского органа все идет как-то стихийно пока. Насчет денег обещают в Москве устроить вечеринку, не знаю, выйдет ли что. Приложения в газете будут стоить не дешевле, а дороже.

Журнал имел бы значение в смысле организационном, с этой стороны он лучше приложений. Питерцы говорят: «ну, сто рублей не деньги». Уж не знаю, деньги или не деньги, но у нас все как-то начинается без денег. Когда выйдет № 1-й, может, и можно будет что достать. Хотя, повторяю, у меня видов денежных никаких нет.

Очень меня только заботит, как наладится редакционная часть. У нас тут дело плохо в том отношении, что двое тут, двое в Париже, насчет 5-го члена дело обстоит не так просто. В Париже очень дельная публика. Людмилу ты знаешь. Другая - еще более принципиально выдержанный человек и все, за что берется, делает хорошо*. Мне бы хотелось, чтобы парижанки кооптировали кого третьего и была бы там редакция, но все это как-то не выходит. Конечно, фактическая редакция будет в России. Но мне все это неважно, так как вопрос настолько элементарный, что в конце концов столковаться будет нетрудно. Вначале только бестолочь некоторая, а потом столкуемся, конечно, сработаемся, все пойдет ладно. Еще пло- хо то, что все мы не заправские литераторы, и может часто случиться, что какая-нибудь мысль будет не ясно выражена... Ну, да надеюсь, все образуется. Пиши, пожалуйста, побольше по этому поводу.

Перечитывала я на днях корреспонденции в наших газетах по женским делам и увидела, как выдвинула сильно вперед женский вопрос страховая кампания. Сегодня по этому поводу послала статейку. Эх, кабы быть заправским литератором, а то все не так выходит, как бы хотелось. Еще пока пишешь, ничего, а потом, как увидишь в печати, глаза бы не глядели.

Меня беспокоит просвещенская статья**. Писана она по газетам исключительно, да и то немногим.

Резолюции везде передавались очень разноречиво, и весьма легко могло вкрасться немало фактических ошибок. Кроме того, статья писалась в то

* Речь идет об Л. Н. Сталь и И. Ф. Арманд. Ред.

** Статья Н. К. Крупской «Итоги съезда по народному образованию» была напечатана в 1914 г. в журнале «Просвещение» № 1. Ред.

449

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

время, когда очень нездоровилось и работа не клеилась. Потом писали, что о съезде будет писать Э. К.* Его корреспонденции были лучшими. Я была очень довольна, но появилась все же моя статья. Ну, вот.

Так пиши же подробно про женский орган. Думаю, что ты возьмешься за него вплотную. Дело может выйти большое. У меня, по крайней мере, аппетит что-то стал разыгрываться.

Надя

Написано 11 февраля 1914 г.

Послано из Кракова в Петербург

Впервые напечатано в 1955 г.

в журнале

«Исторический Архив» № 4 Печатается по машинописной

копии (перлюстрация)

50

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Russland. Вологда, Московская ул., дом Самарина, кв. 3.

Ее превосходительству Марье Александровне Ульяновой

15/IV.

Дорогая Марья Александровна, поздравляем все Вас с праздником. Желаем здоровья и всего лучшего.

У нас лето, вчера такая жара была - прямо Африка. Все распустилось. Все мы здоровы.

Крепко обнимаю Вас и Маняшу.

Ваша Надя

Написано 15 апреля 1914 г.

Послано из Кракова

Впервые напечатано в 1930 г.

в сборнике:

В. И Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

51

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Russland. Вологда. Московская ул., д. Самарина, кв. 3.

Ее превосходительству Марье Александровне Ульяновой

8/VI.

Дорогая Марья Александровна! крепко целую Вас и Маняшу. Открытку Манину и письмишко получила и в тот же день ответила.

* О ком идет речь, не установлено. Ред.

450

ПРИЛОЖЕНИЯ

Как Вы там поживаете?

У нас льет дождь с утра до ночи, целую неделю нельзя никуда ступить из дому иначе, как облекшись в плащ и калоши.

Мама что-то все прихварывает, сердце у ней бунтует. В этом году что-то частенько стали делаться [сердцебиения]*, а в связи с бо[лезнью и] дождями и на[строение у] ней плохое. [Мы путешествуем. Я сделала [открытие,] что базедка очень [поправляет]ся от прогулок по горам, но в такую погоду никуда не пойдешь, конечно. Впрочем, базедка вообще не очень дает себя знать в этом году. Ну, вот.

Еще раз обнимаю.

Ваша Надя

Написано 8 июня 1914 г.

Послано из Поронина

Впервые напечатано в 1930 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

1915 г.

52

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

17/IV.

Дорогая Марья Александровна! Получили вчера Ваше письмо с карточкой. Теперь Вы, вероятно, уже получили мое письмо, где я писала о маминой смерти. Завтра уж четыре недели, как она умерла. Все ни- как в себя прийти не могу, а тут еще базедка разыгралась опять. Она было совсем прошла, а тут опять сердце стало колотиться и все прочее. Ходила к Салли - здешней знаменитости, - дал какую-то па- кость: бром, опий и еще что-то, а затем советовал в горы ехать (выше 1000 метров). Через пару месяцев, может быть, поедем, если до тех пор не пройдет.

Пока переехали на другую квартиру: Waldheimstrasse 66, parterre. На старой квартире у нас было две комнаты, а одну хозяйка не хотела сдать, вот мы и перебрались в новое логовище. Тут есть ванна и душ.

Володя большой любитель душей и поло-

* Угол письма-открытки оторван, текст, взятый в квадратные скобки, восстановлен по смыслу. Ред.

451

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

щется вовсю. Хозяйка очень симпатичная, комната на солнце. Тут тоже недалеко от леса, а теперь весна и в лесу хорошо стало.

Я уже писала, что получила Анины книги (обе), большое за них спасибо. «Право» и журнал также получены. Маняшино письмо также получено, Володя писал ей и я также.

Как думаете устроиться летом? есть ли уже на лето какие-нибудь определенные планы?

Наконец-то я получила письмо от Лидии Михайловны, она, оказывается, писала мне, но письмо про- пало.

Передайте мой большущий привет Верочке. Получила ли она мое письмо? Какая она теперь стала?

Была ужасно милой девочкой. Мама часто о ней вспоминала, рассказывала, как они с Ильей ее перевози- ли, укладывали книги и без умолку болтали и хохотали. Теперь Илья пошел добровольцем на войну, он в Париже последнее время жил.

Да, многое переменилось... Я зарядилась было в библиотеку ходить, чтобы в колею войти, да сегодня приехала одна знакомая, и режим нарушился.

Ну, вот. Простите за бессвязное письмо, плохо пишется сегодня. Крепко Вас целую и обнимаю. Аню и Маняшу также.

Ваша Надя

P. S. Сейчас получили Анино письмо от 3/III. Шло ровнехонько месяц! Никак не приладишься к такой медленной переписке. По-старому все ждешь ответов на письма.

Написано 17 апреля 1915 г.

Послано из Берна в Петроград Печатается впервые, по рукописи

53

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

24/IX. 1915.

Дорогая Марья Александровна, каждый день поджидаем писем от Вас, но ни от Вас, ни от Ани, ни от Маняши давно уж нет никаких вестей. Последнее письмо было, что вы переехали на дачу*. Теперь уж, верно, вернулись в город, по-русски ведь

* Впрочем, позже еще было письмо, что Маняша гостит у вас.

452

ПРИЛОЖЕНИЯ

11-ое сентября... Хорошо ли отдохнули за лето? Очень хочется знать, как Вы поживаете, дорогая. Вполне ли здоровы?

У нас все по-старому. Скоро перебираемся в город. На меня горы подействовали очень хорошо. Базедка, можно считать, совершенно прошла. Последнюю неделю у нас стоит великолепная погода, и мы с Володей облазали все окрестные горы. Я два раза всходила на Ротхорн (2300 метров), откуда прекрасный вид на Альпы, без всякой усталости, а это не всякому и здоровому человеку под силу. Поэтому считаю свою болезнь ликвидированной и перехожу на здоровое положение.

Теперь у меня просьба к Ане. Я зимой занималась много педагогикой, а летом строчила педагогическую брошюру, почти уж кончила, через месяц будет готова окончательно, листов 6 будет. Тема: «Народная школа и демократия»*. Удалось подобрать довольно много интересного материала, совершенно почти неразработанного, Так вот, не наклюнется ли какой издатель. Не знаю, как теперь положение книжного рынка, найдется ли издатель. Попробую написать Горбунову, но тема может интересовать их издательство лишь отчасти.

Сегодня получили последний номер «Речи» (от 31-го августа), последнее время читали ее с особенным интересом, жаль, что перестаем получать ее, других русских газет не получаем. Вообще с русскими газетами и журналами совсем плохо. В городе они получаются в читалке, но там все нарасхват, чуть опоздаешь, и уже ничего не найдешь, да и в читалку, ходить не всегда удобно. «Современный Мир» присылали знакомому на один день из другого города. Вообще из-за почты и общей разрухи все как-то получают газеты случайно.

Думаем через недельку перебираться в город. Если будет очень хорошая погода, пробудем немного дольше, в конце концов все равно, где жить.

Ну, кончаю. Крепко целую и обнимаю Вас и Аню.

Ваша Надя

Послано из Зёренберга

(Швейцария) в Петроград

Впервые напечатано в 1930 г.

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4 Печатается по рукописи

* См. Н. К. Крупская. Педагогические сочинения в десяти томах, Том 1, М., 1957, стр. 249-350. Ред.

453

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

54

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Ее превосходительству Марье Александровне Ульяновой.

Широкая ул. (Петерб. сторона), д. № 48/9, кв. 24, Петроград.

Russie. Petrograde Exp. M-me Oulianoff. Seidenweg. 4aIII, chez m-me Schneider.

Berne 11/X. 15.

Дорогая Марья Александровна, захотелось очень написать Вам пару слов, крепко поцеловать Вас и Аню. Ане большущее спасибо за ее заботы, сегодня получила «Журнал Журналов», а с неделю тому назад целую кипу новых педагогических изданий. Они ужасно были мне нужны. Спасибо, большое спасибо. Сегодня или завтра буду писать ей большое письмо. Как поживает Маняша? Володя все поджидает от нее писем. Как ее адрес?

Ну, крепко целую еще раз.

Ваша Надя

Впервые напечатано в 1957 г.

в 4 издании Сочинений

В. И. Ленина, том 37 Печатается по рукописи

55

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Russie. Moscou. Москва. Малая Грузинская, д. 7, кв. 13, Марье Ильиничне Ульяновой

14/XII.

Дорогая Маняша, получила ли ты мое большое письмо, которое я послала тебе весной? Там я писала, между прочим, о маминой смерти, о нашем житье-бытье и пр.*

* Письмо не сохранилось. Ред.

454

ПРИЛОЖЕНИЯ

Сейчас пишу тебе по одному специальному поводу. У нас скоро прекращаются все старые источники существования, и вопрос о заработке встает довольно остро. Тут найти что-либо трудно. Обещали мне урок, но дело все как-то тянется, обещали переписку - тоже ни черта. Предприму еще кое-что, но все сие весьма проблематично. Надо думать о литературном заработке. Не хочется мне, чтобы эта сторона дела падала целиком на Володю. Он и так много работает. Вопрос же о заработке его порядком беспокоит.

Так вот я хотела о чем попросить тебя. Я последнее время очень много занималась педагогикой вообще и историей педагогики в частности, так что подкована в этой области недурно. Написала даже целую брошюру: «Народная школа и демократия». Первая ее часть уже готова, называется: «Роль производительного труда в деле народного образования». Листов 6-7. Кажется мне, вышло довольно интересно.

Вот я и хотела попросить тебя поискать издателя. Рукопись могу прислать по первому требованию. Может, взялось бы «Свободное Воспитание» или какое-либо другое издательство. Кстати, я послала в «Свободное Воспитание» статью о Руссо. Письмо они, по-видимому, получили, т. к. стали высылать журнал, но получили ли рукопись, не знаю. Не можешь ли ты узнать, получена ли статья и будет ли она напечатана. Вскоре пошлю им кое-что на другие, более житейские темы.

Просила я зайти в «Свободное Воспитание» брата Рахили*, да у него и своих дел немало, а потом человек он для подобного рода разговоров малоподходящий.

Жаль также, что не вышло дело с Гранатом. Володя писал им летом**, но ответа не получил, так я и не знаю, оставлена ли за мной статья «Трудовая школа», какого размера она должна быть, к какому сроку представлена. Сейчас много занималась также вопросом об «Ученичестве». Вообще в Швейцарии библиотеки довольно хорошо обставлены и можно хорошо работать. Времени у меня теперь тоже достаточно, но самый трудный вопрос - это найти, куда писать. Отсюда трудно что-либо устроить. Сделай, что можешь.

* Л. С. Ривлин. Ред.

** См. Сочинения, 5 изд., том 49, стр. 48-49. Ред.

455

ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ

Не знаешь ли, что с Лидей? Я с лета не имею от нее вестей. Здорова ли? как живет?

Нашим пишу время от времени, хотя не очень есть о чем.

Крепко тебя целую, дорогая Маняша, напиши как-нибудь мне немножко. Бывай здорова!

Надя

Видаешь ли ты Зинаиду Павловну? Поправилась ли она после операции окончательно? Где они? как живут?

Написано 14 декабря 1915 г.

Послано из Берна

Впервые напечатано в 1930 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным» Печатается по рукописи

1916 г.

56

М. И. УЛЬЯНОВОЙ

ЕВБ Марье Ильиничне Ульяновой. М. Грузинская, д. 7, кв. 13.

Москва. Russie. Moscou

Expediteur M-me Oulianoff. Seidenweg. 4aIII a Berne

8/II. 1916.

Дорогая Маняша, спасибо за справки у Горбуновых*, они действительно писали. Журнал их я стала опять получать и вижу, что сократились они порядочно. Брошюру по совету Володи послала в Питер. Володя написал по поводу нее издателю**. Аня писала, что можно также попробовать у Бонча или Поповых. Твоя открытка весной о Гранате была получена, Володя писал и тебе и Гранату, ответа не получил. Может, ты справишься у Граната, к какому сроку нужно послать и кап велик должен быть размер. Пиши почаще Володе, он всегда ждет твоих писем, а ты ужасно редко

* Речь идет о И. И. и Е. В. Горбуновых-Посадовых. Ред.

** См. Сочинения, 5 изд., том 49, стр. 182-183. Ред.

456

ПРИЛОЖЕНИЯ

стала писать нынче. Оно правда, конечно, трудно пишется как-то. Не знаешь ли чего о Лиде, я с лета не имею от нее вестей, хотя писала ей. Целую крепко. Очень рад был Володя твоему большому письму.

Может, еще как-нибудь напишешь.

Ну, всего хорошего. Н.

Газеты и книги получены. Володя писал тебе по получении их.

Впервые напечатано в 1930 г.

в сборнике:

В. И. Ленин. «письма к родным» Печатается по рукописи

457

СПИСОК ПИСЕМ И ТЕЛЕГРАММ В. И. ЛЕНИНА, ВКЛЮЧЕННЫХ В РАНЕЕ ВЫШЕДШИЕ ТОМА НАСТОЯЩЕГО ИЗДАНИЯ

СПИСОК НЕРАЗЫСКАННЫХ ПИСЕМ И ТЕЛЕГРАММ В. И. ЛЕНИНА

ПРИМЕЧАНИЯ

УКАЗАТЕЛИ

458

459

СПИСОК ПИСЕМ И ТЕЛЕГРАММ В. И. ЛЕНИНА, ВКЛЮЧЕННЫХ В РАНЕЕ ВЫШЕДШИЕ ТОМА НАСТОЯЩЕГО ИЗДАНИЯ

(1893-1922)

ПИСЬМО Н. К. КРУПСКОЙ. Август, ранее 24, 1900 г. Том 46, стр. 34-37.

ПИСЬМО Н. К. КРУПСКОЙ. 16 июля 1902 г. Том 46, стр. 199-200.

ОРГАНИЗАЦИОННОМУ КОМИТЕТУ С ТЕКСТОМ ПИСЬМА И. К. КРУПСКОЙ. Между 4 и 7 марта 1903 г.

Том 46, стр. 279-280.

ПИСЬМО Н. К. КРУПСКОЙ. 3 декабря 1904 г. Том 46, стр. 411-413.

ПИСЬМО А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ. 27 февраля 1914 г. Том 48, стр. 263-264.

ТЕЛЕГРАММА М. И. УЛЬЯНОВОЙ и А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ. 15 апреля 1917 г. Том 49, стр. 434.