Правило №1: Не влюбляться в начальника (СИ)

Глава 12. Командировка: одна проблема за другой

Настал день командировки. Я стояла в аэропорту с маленьким чемоданом и огромным нервным напряжением. Мы должны были лететь в Питер на важную встречу с потенциальными партнерами. Всего на два дня. Но эти два дня мне казались вечностью.

Тарас подошел ко мне ровно за час до вылета, как и договаривались. Он был в своем обычном деловом костюме, но без пиджака, на руках — только ноутбук.

— Вы готовы? — спросил он, оглядывая мой скромный багаж.

— Да, — кивнула я, стараясь звучать уверенно.

— Все документы проверены, презентация перепроверена десять раз.

— Отлично. Тогда пошли регистрироваться.

Мы прошли регистрацию и уселись в зале ожидания. Я нервно перебирала паспорт и посадочный талон.

— Вы когда-нибудь были в Питере? — спросил Тарас, чтобы разрядить обстановку.

— Нет, никогда. Все как-то не получалось.

— Красивый город. Если бы у нас было время, мог бы вам показать кое-что. Но, увы, график плотный.

Началась посадка. Мы заняли свои места в самолете. Я сидела у окна, Тарас — рядом в проходе.

Когда самолет взлетел, я невольно вцепилась в подлокотники.

— Боитесь летать? — удивился он.

— Немного, — призналась я.

— Ничего. Это безопаснее, чем ездить в метро. По крайней мере, здесь нет турникетов, — он улыбнулся.

Я фыркнула, несмотря на страх.

— Вы никогда не забудете про тот турникет, да?

— Никогда, — его глаза смеялись.

— Это мой коронный аргумент.

Полет прошел спокойно. Мы немного поговорили о работе, о проекте. Атмосфера была легкой, почти дружеской.

Когда мы приземлились в Питере и вышли к ленте выдачи багажа, начались проблемы.

Мы ждали. Ждали долго. Пассажиры нашего рейса разобрали свои чемоданы и разошлись. А наш багаж все не появлялся.

— Что-то не так, — нахмурился Тарас.

— Может, просто задержался? — наивно предположила я.

Мы подошли к стойке сотрудницы аэропорта. Та проверила наши багажные квитанции и нажала несколько кнопок на компьютере. Ее лицо стало сочувствующим.

— У меня неприятные новости, — сказала она.

— Ваш багаж, к сожалению, был погружен на другой рейс. В Магадан.

Мы с Тарасом переглянулись.

— В Магадан? — не поверил он.

— Как это возможно?

— Бывает, — развела она руками.

— Системный сбой. Будем разбираться. Багаж прибудет обратно в Питер через… ну, примерно через двое суток.

— Через двое суток? — чуть не взвыла я.

— Но мы улетаем завтра вечером!

— Мы можем доставить ваш багаж в Москву позже, — предложила она.

Тарас тяжело вздохнул. Было видно, что он с трудом сдерживает раздражение.

— Хорошо. Оформляйте все документы. Настя, пошли. Нам нужно найти здесь хоть что-то до завтра.

Мы вышли из аэропорта на уличную стоянку такси. Было холодно и шел противный мелкий дождь. У меня под рубашкой был только легкий свитер. Я ежилась от холода.

Тарас посмотрел на меня.

— Вам холодно.

— Я в порядке, — пробормотала я, но зубы уже начали слегка стучать.

Он снял свой пиджак и накинул мне на плечи.

— Возьмите.

— Но вам же будет холодно!

— Я терпеть не могу, когда мои сотрудницы замерзают насмерть в первый же день командировки. Это плохо сказывается на рабочем процессе.

Мы сели в такси и поехали в гостиницу. Я сидела в его пиджаке, который был мне огромен и пахнул его парфюмом — каким-то древесным и свежим ароматом. Было странно и… приятно.

В гостинице мы подошли к стойке администратора.

— Здравствуйте, у нас забронированы два номера. Гордеев и Белова.

Администратор, милая девушка, что-то проверила в компьютере, и ее лицо вытянулось.

— Господин Гордеев, у меня снова неприятные новости. Произошел сбой в системе. У нас… э-э-э… всего один свободный номер. Двойной. Остальные заняты из-за внезапно начавшегося фестиваля.

Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Один номер. С Тарасом. Этого не может быть.

— Вы уверены? — ледяным тоном спросил Тарас.

— Перезвоните в другие отели. Любые. Нам нужны два номера.

Администратор позвонила в несколько мест и с грустью покачала головой.

— Весь город забит. Фестиваль архитектуры. Я могу предложить вам только этот один номер. Или… искать что-то на окраине, но это далеко от вашей встречи.

Тарас посмотрел на меня. Я видела, что он тоже в ярости, но пытается это скрыть.

— Что будем делать? — спросил он меня.

Я понимала, что вариантов нет. Ехать на окраину — значит опоздать на завтрашнюю важнейшую встречу.

— Берем номер, — тихо сказала я.

— Мы же взрослые люди. Как-нибудь справимся.

Тарас кивнул, его лицо было каменным.

— Хорошо. Один номер.

Мы поднялись на лифте на седьмой этаж. Молча. В номере было чисто и просторно. Одна большая двуспальная кровать, маленький диванчик и рабочий стол.

Мы вошли и поставили свои скромные ручные клади на пол. Повисло неловкое молчание.

— Я посплю на диване, — сразу сказал Тарас. — Он выглядит… сносно.

— Нет, это я на диване, — возразила я.

— Вы — начальник, вам нужен нормальный сон.

— Анастасия, я не позволю вам спать на этом деревяшке. Я на нем посплю, и все.

— Давайте хотя бы посмотрим, раскладывается ли он, — предложила я.

Мы попытались разложить диван. Он издал жалкий скрип и оказался размером с кошачье лежбище.

— Великолепно, — мрачно констатировал Тарас.

— На этом не то что спать — сидеть неудобно.

— Что будем делать? — в отчаянии спросила я.

Тарас посмотрел на кровать, потом на меня, потом снова на кровать.

— Есть вариант, — сказал он нерешительно.

— Мы можем поделить кровать. Она большая. Это просто необходимость. Как в походе.

Мое сердце заколотилось где-то в горле. Делить кровать с Тарасом? Это было за гранью моих представлений о реальности.

— Я… я не знаю…

— Смотрите, — он стал серьезным.

— Завтра у нас важный день. Нам обоим нужен сон. Мы оба устали. Мы взрослые адекватные люди. Мы можем провести ночь в одной комнате, не совершив ничего непоправимого. Так?

Я посмотрела на его уставшее лицо. Он был прав. Мы были здесь, чтобы работать.

— Да, — выдохнула я.

— Конечно. Просто необходимость.

— Отлично. Тогда я возьму эту сторону, — он показал на левую часть кровати.

— А вы — ту. И мы построим стену из подушек посередине. Как в старых фильмах.

Мы рассмеялись. Напряжение немного спало.

— Ладно, — сказала я.

— Но сначала мне нужно купить хоть какую-то одежду. Я не могу ходить в этом два дня.

— Верно. Пошли в ближайший торговый центр. Быстро, пока не закрылся.

Мы снова вышли на улицу. Дождь все еще моросил. Мы нашли торговый центр рядом с гостиницей. Быстро забежали в недорогой магазин одежды.

Я схватила первую попавшуюся пару джинсов, пару футболок, простую пижаму и самое необходимое белье. Тарас тем временем купил себе зубную щетку и сменные носки.

— Вам ничего больше? — спросила я его.

— Мужчине проще, — пожал он плечами.

— Я потерплю.

Мы расплатились и пошли обратно в гостиницу. С нашими покупками в пакетах все стало казаться немного проще, почти приключением.

Вернувшись в номер, мы снова столкнулись с реальностью. Нам предстояло провести ночь в одной комнате.

— Я… я пойду первая в душ, если вы не против, — сказала я.

— Конечно, — кивнул он, уже доставая ноутбук.

— Я пока поработаю.

Я закрылась в ванной. Душ помог мне немного прийти в себя. Я надела новую пижаму — простые синие штаны и серую футболку. Вышла обратно.

Тарас сидел за столом и смотрел на экран. Он поднял на меня взгляд.

— Ну что, готовы к ночи ужасов? — пошутил он.

— Более-менее, — улыбнулась я.

Он взял свои вещи и пошел в душ. Я тем временем быстро построила обещанную стену из подушек посередине кровати. Получилось довольно высоко и смешно.

Когда он вышел из ванной, он был в простых спортивных штанах и футболке. Без своего строгого костюма он выглядел моложе и проще. Почти как обычный парень.

Он увидел мою стену из подушек и рассмеялся.

— Отлично сработано. Почти как крепость.

— Так спокойнее, — сказала я.

Мы выключили свет, оставив гореть только маленький ночник в розетке, и улеглись каждый со своей стороны кровати. Подушечная стена возвышалась между нами.

В комнате было тихо. Слышно было только наше дыхание и шум машин за окном.

— Вы не спите? — тихо спросил Тарас через несколько минут.

— Нет, — ответила я.

— Слишком много впечатлений за день.

— Я тоже.

Мы помолчали.

— Знаете, — снова начал он, — если бы кто-то месяц назад сказал мне, что я буду делить кровать в Питере с сотрудницей, которую нанял после того, как вытащил из костюма бобра… я бы ни за что не поверил.

Я рассмеялась в темноте.

— Да уж. Жизнь порой подкидывает странные сюжеты.

— Но знаете что? — его голос прозвучал совсем близко.

— Я не жалею.

Я перевернулась на бок и смотрела в потолок. Мое сердце снова застучало как сумасшедшее.

— Почему?

— Потому что вы оказались интересным человеком. И хорошим специалистом. Несмотря на все эти… приключения.

— Спасибо, — прошептала я.

— Вы тоже… оказались не таким, как я думала.

— А какой я был, по-вашему?

— Ну… холодным. Сухим. Неприступным.

— А сейчас?

— Сейчас вы… вы просто человек. Который может посмеяться над проблемами. И который не бросает своих в беде.

Он не ответил сразу. Потом я услышала, как он повернулся на бок, лицом к моей подушечной стене.

— Анастасия…

— Да?

— Тот вопрос, который я задал вам на корпоративе… про парня. Я спросил не просто так.

Я замерла. В комнате стало так тихо, что я слышала биение своего собственного сердца.

— А зачем тогда? — чуть слышно спросила я.

Он вздохнул.

— Потому что я хотел знать, свободно ли ваше сердце. Потому что мое… мое сердце уже не свободно. И это очень не вовремя и очень непрофессионально.

Я не дышала. Он говорил это. На самом деле говорил.

— Тарас… — начала я, но не знала, что сказать.

Вдруг он перелез через стену из подушек. Вернее, просто скинул ее рукой. И оказался на моей половине кровати. Он лежал на боку и смотрел на меня в полумраке. Его лицо было серьезным.

— Я не должен этого говорить. Я твой начальник. У нас рабочие отношения. Но когда я увидел, как ты стоишь после того совещания, готовая расплакаться, но все равно готовая бороться… что-то во мне щелкнуло. Я не могу больше делать вид, что ты для меня просто сотрудник.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были теплыми.

— Это ужасная идея, — прошептал он.

— Мы можем все испортить.

— Я знаю, — прошептала я в ответ.

И тогда он поцеловал меня. Это был нежный, осторожный поцелуй, полный вопроса и неуверенности. Но это был самый настоящий поцелуй.

Когда мы наконец разомкнули губы, мы смотрели друг на друга в темноте, тяжело дыша.

— Что мы натворили? — тихо сказал он, но не убирал руку от моего лица.

— Не знаю, — честно ответила я.

— Но я не жалею.

Он снова поцеловал меня. На этот раз увереннее. И я отвечала ему. Все наши страхи, все напряжение, вся неловкость этого дня — все это ушло куда-то далеко. Остались только мы в этой комнате, в этом городе, где нас никто не знал.

Потом мы лежали, обнявшись, и смотрели в потолок. Стена из подушек лежала на полу, бессмысленная и ненужная.

— Завтра нам придется делать вид, что ничего не было, — сказал он грустно.

— Я знаю, — кивнула я.

— Мы вернемся в Москву, и все будет по-старному.

— Но сейчас… сейчас это неважно, — он обнял меня крепче.

— Сейчас важно только то, что ты здесь.

Я прижалась к нему, слушая стук его сердца. Он был прав. Это была ужасная идея. Мы могли все испортить. Но в тот момент, в той гостиничной комнате в Питере, это не имело никакого значения.