Правило №1: Не влюбляться в начальника (СИ)

Глава 20. Новая жизнь

Первые недели в новом отделе были странными. Все знали, кто я и откуда. Знали про Тараса. Сначала на меня смотрели с любопытством, а некоторые — с недоверием. Но мой новый начальник, Сергей Петрович, оказался спокойным и мудрым мужчиной лет пятидесяти.

— Работа есть работа, — сказал он мне в первый же день.

— Что у тебя там в личной жизни — твое дело. Главное — результаты. И я слышал, у тебя с ними все в порядке.

Я кивнула, с облегчением.

— Спасибо. Я постараюсь.

Работа была интересной, хоть и не такой амбициозной, как проект с Тарасом. Но зато была одна огромная перемена — я могла спокойно приходить на работу и не бояться, что на меня кто-то косится. И я могла спокойно встречаться с Тарасом после работы.

Он заезжал за мной на машине, и мы ехали ужинать. Или просто гуляли. Мы могли держаться за руки на людях. Мы могли целоваться у меня подъезде. Это было так просто и так прекрасно, что иногда мне хотелось плакать от счастья.

В одну из таких пятниц мы сидели в нашем любимом маленьком итальянском ресторанчике. Ели пасту и пили вино.

— Как твой новый отдел? — спросил Тарас, отодвигая тарелку.

— Хорошо. Сергей Петрович — золотой человек. А ребята в отделе уже привыкли. Даже подружилась с одной девушкой, Леной.

— Я рад, — он улыбнулся.

— А то я переживал.

— А у тебя как? Не скучаешь без меня? — подмигнула я.

— Ужасно скучаю, — он вздохнул с преувеличенной тоской.

— Теперь некому кофе на мою клавиатуру проливать. Приходится самому это делать.

Я засмеялась и шлепнула его по руке.

— Даже не вспоминай!

Он поймал мою руку и поцеловал ладонь.

— Ни за что не променяю эти воспоминания. Даже про кофе. Потому что они привели меня к тебе.

Мы помолчали, наслаждаясь моментом.

— Кстати, — сказал Тарас.

— Ты не поверишь, кто мне сегодня позвонил.

— Кто? — насторожилась я.

— София.

У меня упала ложка в тарелку с грохотом.

— Что? Опять? Чего ей надо?

— Успокойся, — он улыбнулся.

— На этот раз все иначе. Она… извинялась.

Я не поверила своим ушам.

— Что? Серьезно?

— Да. Сказала, что была не права. Что вела себя ужасно. Что зависть и злость ослепили ее. И что она желает нам счастья.

— И ты ей поверил? — скептически спросила я.

— Знаешь, в ее голосе была искренность. Она сказала, что встретила какого-то мужчину, уезжает с ним в Лондон. И хочет уехать без груза прошлого.

Я покачала головой, все еще не веря.

— Надеюсь, она говорит правду.

— Думаю, да. Потому что она попросила прощения и за Вадима. Сказала, что это она его на все подбивала.

Мы сидели и молча переваривали эту новость. Возможно, эта война действительно закончилась.

— Знаешь, что я думаю? — сказала я наконец.

— Я думаю, что мы поступили правильно. Что все это было не зря. Мы выстояли. И стали сильнее.

— Потому что мы были вместе, — он дотронулся до моего стекла своим.

— За нас.

Мы чокнулись.

Прошло еще пару месяцев. Жизнь вошла в новую, спокойную колею. Работа, встречи с друзьями, уикенды с Тарасом. Мы ездили за город, ходили в кино, просто валялись на диване. Это была обычная жизнь двух обычных людей, которые любят друг друга. И для нас это было счастьем.

В один из таких обычных вечеров мы были у меня дома. Я готовила ужин, а он сидел на кухне и резал салат.

— Слушай, — сказал он небрежным тоном.

— А не хочешь съездить в Питер на выходные? Просто так. Вспомнить молодость.

Я повернулась к нему, помешивая соус.

— А что там вспоминать? Гостиницу с одним номером? Залитый ноутбук?

— Нет, — он улыбнулся.

— Вспомнить, как мы впервые поняли, что между нами не просто работа. Как гуляли по ночному городу. Как были счастливы, несмотря на все проблемы.

Мое сердце растаяло.

— Конечно хочу.

В Питере была удивительно теплая для осени погода. Мы гуляли по тем же местам, что и в прошлый раз. Но на этот раз мы могли держаться за руки, не прячась. Мы смеялись, вспоминая наши злоключения.

В тот вечер мы снова оказались на той самой площади. Там, где он впервые сказал, что любит меня.

— Помнишь? — тихо сказал он.

— Как же, — кивнула я.

— Я тогда чуть не умерла от страха и счастья одновременно.

Он отпустил мою руку и вдруг встал передо мной на одно колено. У меня перехватило дыхание.

— Настя, — он вынул из кармана маленькую бархатную коробочку.

— В тот раз я сказал, что люблю тебя. И с каждым днем я люблю тебя все сильнее. Ты сделала мою жизнь такой, какой я никогда не думал, что она может быть. Ты — мое счастье. Мое настоящее. И мое будущее.

Он открыл коробочку. В ней лежало изящное золотое кольцо с небольшим, но прекрасным бриллиантом.

— Анастасия, выйдешь за меня?

Я смотрела на него, на кольцо, и не могла вымолвить ни слова. Слезы текли по моим щекам, но это были слезы радости.

— Да, — прошептала я наконец.

— Да, конечно, да!

Он надел мне кольцо на палец, встал и поцеловал меня. И вокруг аплодировали случайные прохожие, которые стали свидетелями нашего счастья.

Мы стояли, обнявшись, на той самой площади, и я понимала — наш путь, полный препятствий и слез, привел нас именно сюда. К этому моменту. К этому человеку.

— Знаешь, — сказала я, прижимаясь к нему.

— А ведь все началось с того, что я застряла в турникете в костюме бобра.

— И я благодарен каждому турникету на свете, — рассмеялся он.

— Потому что он привел меня к тебе.

Мы пошли назад в гостиницу, и на этот раз у нас был забронирован один номер на двоих. И нам не нужна была стена из подушек. Потому что теперь мы были одной командой. Навсегда.