Послесловие

Итак, вы теперь знаете. Вы дочитали до конца, и вероятно задаётесь вопросом, что ещё я расскажу о книге. Ну, честно говоря, не слишком много. Я хочу, чтобы история говорила сама за себя. Но я расскажу вам, как она появилась, и немного о размышлениях, которые в неё вошли. Если вы такую историю хотите услышать, то продолжайте читать. Она полностью правдива, кроме тех мест, которые подправила память и художественная лицензия…

Это началось в День игры в 2007, когда я взял скреплённую металлическими скобками книжку Чёрной Библиотеки. Обложка была серой. На одной стороне наступал Император с пылающим мечом в руке и застывшим в холодном гневе лицом. На другой стороне магистр войны стоял над телом Сангвиния. Над Гором были напечатаны слова “Тёмный король, Грэм Макнилл”, а над Императором “Башня молний, Дэн Абнетт”.

Теперь это кажется далёким, пугающе далёким. Цикл “Ересь Гора” был действительно новым. Мы только узнавали таких персонажей, как Гарвель Локен и Гор Аксиманд. Мы не знали тогда то, что знаем сейчас. Открывались невероятные перспективы.

В ту формирующуюся пустоту легли два рассказа – отдельные, но связанные одним персонажем.

Рогал Дорн.

Я знал кое-что о примархе Имперских Кулаков до этого: я знал, что он был в высшей степени преданным Императору, мастером обороны и непоколебимым. Также были волнующие намёки в кусочках почти забытых знаний о его реакции на события, последовавшие за Ересью Гора. Он едва не начал войну с Робаутом Жиллиманом, когда легионы делили на ордены. Он повёл своих воинов в резню Железной Клетки. Он покрасил свою броню в чёрный и отправился в вечный крестовый поход. Я знал это о Дорне, но читая “Тёмного короля” и “Башню молний” не мог не заметить две повторяющиеся сюжетные линии:

“Это никогда не закончится, разве вы не видите? Ненависть порождает только ненависть и Империум не может быть построен на таком кровавом фундаменте”.

“Мы вернём всё, – думал Дорн. – Когда всё закончится, мы вернём всё назад, как было”.

Внезапно всё о нём обрело смысл. Я понял, почему он едва не начал войну из-за изменений Жиллиманом космических десантников и Империума. Я понял, почему он покрасил доспех в чёрный цвет, словно во время траура. Я увидел, как он пришёл к этому. Он был больше, чем просто стоическим мастером крепостей. Он был идеалистом. Он верил не только в Императора, но и в будущее, которое Император хотел создать. Затем Гор предал Императора. Оказавшийся между верностью и необходимостью, Дорн стал делать то, что делали все Имперские Кулаки: он сопротивлялся, он окапывался, он возлагал всё большее и большее бремя на свои плечи.

И всё это время он говорил себе, что это всё не навсегда. Что они смогут всё восстановить.


Несколько лет спустя я стал новым автором Чёрной Библиотеки всё ещё с не обсохшим на губах молоком и переполненным незаконченных сюжетных линий. “Ересь Гора” росла и била творческой энергией, и серия шагнула вперёд к рассвету Эпохи Тьмы. Сюжет собирался войти в период неизведанных возможностей и открытий. Я был взволнован, но всё ещё оставался читателем, а не участником, ожидая увидеть, как развернутся следующие стадии.

Тогда у меня состоялся разговор со своим редактором Кристианом Данном.

Мы говорили о первых рассказах, которые я написал для Чёрной Библиотеки (один назывался “Преследуемые”, другой “Мы едины”, и оба описывали будущее Альфа-Легиона). Мы отложили весь редактируемый материал и просто болтали вообще о Ереси Гора, когда Кристиан сказал что-то вроде: “Думаю, мы должны выяснить, что произошло с летописцами”.

И ружьё в моей голове выстрелило.

Я открою вам секрет. Большинство историй появляется не благодаря моментам вдохновения – они приходят из сотен накопленных идей и медленно продумываются в поисках рабочей концепции. Они не приходят за одну секунду. Они не приходят как гром среди ясного неба. За исключением того, что прямо тогда идея “Последнего летописца” сложилась и полностью сформировалась, требуя воплощения и написания.

Тогда я ничего не сказал Кристиану. Я не был в банде Ереси. Я всего лишь написал два рассказа для Чёрной Библиотеки. У меня не было шанса написать рассказ из “Ереси Гора”.

Только… идея никуда не делась…

Несколько недель спустя я предложил Кристиану идею “Последнего летописца”. Секунду он смотрел на меня, затем сказал: “Хорошо. Напиши его, и мы посмотрим. Никаких гарантий”.


Прошло много времени. Прошло много слов. Теперь я был в команде, которая писала “Ересь Гора” и казалось, что теперь я напишу роман в основной арке серии.

– Какие идеи? – спросили собравшиеся верховные лорды Ноттингема.

– Имперские Кулаки и Рогал Дорн, – ответил я. Они кивнули. Такой ответ оказался настолько ожидаемым, что скажи я что-то другое, то это потрясло бы их. – Но против Альфа-Легиона и Альфария, – продолжил я.

Это привлекло их внимание.

– В Солнечной системе, – добавил я для большего эффекта.

Видите, две вещи занимали тогда мои мысли. Одна заключалась в том, что я и в самом деле люблю писать про Альфа-Легион (помните те первые рассказы?). Второй было логическое расширение времени Ереси Гора. Проще говоря, как показано в “Легионе” Альфа-Легион начал своё падение за годы до вирусной бомбардировки Гором Исствана-3. У них было время подготовиться, время, когда они могли свободно направиться в сердце Империума. Учитывая это, почему они не могли разместить активы везде, где хотели?

В Солнечной системе.

На Терре.

Я несколько нервно объяснил это собравшимся редакторам, достопочтенным писателям и хранителям знаний. Я ждал. Это было историей, над которой я уже довольно давно раздумывал, а некоторые из вошедших в неё идей пришли мне в голову ещё раньше. Я действительно, действительно хотел рассказать это.

– Хорошо? – спросил я некоторое время спустя. – Я хочу сказать…

– Это будет повествование от лица с Дорна? – перебил кто-то, возможно, Ник Кайм.

– Нет, – сказал я, несколько сбитый с толку и ответив раньше, чем подумал. – Я так не думаю. Кто-то близкий к нему. Точно один из Кулаков.

– Есть идея кто?

Я вспомнил “Башню молний”. К тому времени я уже не раз прочитал её и мог приводить точные цитаты. В памяти всплыли несколько строчек из разговора Рогала Дорна с одним из персонажей.

– Я могу задать вам вопрос, сир?

– Конечно.

– Чего вы на самом деле боитесь?

– Архам, – произнёс я. – Это будет Архам.

Джон Френч

Январь 2016


Загрузка...