Приказано Победить. Снова в бой

Глава 12 Профессиональный риск

18 июня 3377 года. Граница зоны влияния независимой планеты «Вольница».

— Адмирал, Вас просят на мостик. Зашевелились голубчики.

Григорий Андреевич провел по опухшему от недосыпа лицу. Нормально поспать не удавалось уже пятые сутки. Погоня за пиратом, проникновение на планету, тревожные новости с поверхности, непонятные шевеления «независимого» флота и наконец, выковыривание сознаний бойцов в условиях активных помех и противодействия со стороны вероятного неприятеля.

Гремучая смесь событий слившихся в сплошную вязкую кашу. Слишком много «если»! Доклад «Дрозда», прилетевший с планеты, только еще больше все усложнил. Емкое, но абсолютно ничего не поясняющее «Вызываю огонь на себя! Главным калибром по пеленгу!…» только это прорвалось через сеть помех окутавших район предполагаемых боевых действий. А затем почти мгновенная смерть трех офицеров десанта.

Специалисты волосы на голове рвали, пытаясь вычленить сознания бойцов в той мутной водице, в которую превратилось инфо-поле на месте гибели отряда. Как обычно выручила русская смекалка и героические действия оператора занимавшегося «отловом».

Парень, чувствуя, как в мешанине помех, корежит чужие, затухающие сознания, наплевав на все инструкции, замкнул сигналы инфо-поля планеты и ближайшего космоса на себя! В обход фильтра установки!

В том заживо сварившемся куске бесформенного мяса, которое вынимали из операторской капсулы, было сложно признать человека! Но свою задачу он все же смог выполнить! Подцепил сознания ребят к аппарату, а дублирующий оператор закончил начатое, заодно отловив коллегу. Сейчас герой отмокает в соседней с Киром камере, через дюжину часов должен встать в строй.

И, казалось бы, все уже кончилось. Всех спасли, можно выдохнуть, дождаться «возрождения» бойцов, уже спокойно обдумать ситуацию и принять взвешенное решение. Но нет ведь! Не прошло и двух часов, а перед поясом астероидов, окруживших кислородный шарик плотным кольцом, начали выныривать боевые корабли «Вольницы».

Операторы контроля пространства и орудий непосредственной обороны, ржали в голос, когда на них наводились жерла доисторических динозавров. Связист утирал опухшие от слез глаза, выводя на мостик ультиматум грозных защитников планеты: «Немедленная, безоговорочная сдача группировки нарушителей или полное уничтожение!».

Да что там, даже Адмирал позволил себе легкую улыбку, уж больно «грозно» выглядел флот «правых и сияющих». Улыбки сползли с лиц, когда к родному флоту «Вольницы», вынырнуло сразу три десятка пиратских рейдеров. Не самые мощные кораблики, но их было многовато.

Последние, будучи ребятами достаточно отмороженными, сразу дали массированный залп. С предельной дистанции, но видимо у кого-то стоял достаточно хороший искин, совмещенный по всем правилам залп, начисто стер первые два слоя полей отражения!

Благо, несмотря на «смефуечки», операторы не зевали и щиты были на максимуме, а ведь могло дойти дело и до потерь!

Моментально озверевшие операторы орудий, выдали залп такой плотности и точности, которую вряд ли смогут когда-то повторить!

Семь пиратов расцвели красками «сверхновой», что означало прямое попадание в реакторный отсек, еще трое окутались паром кристаллизирующегося воздуха, фонтанами бьющего из многочисленных прорех силовой брони пиратских рейдеров. И наверняка из-за массового подрыва такого количества реакторов, соседям ощутимо выжгло чувствительную оптику.

Однако ни один из кораблей противостоящей группировки не покинул поля боя, что немало удивило, а затем и насторожило Адмирала. Очень скоро дурные предчувствия переросли в уверенность, что к флоту ЗРИ подкрадывается ценный пушистый зверек немалых размеров.

Пираты продолжали прибывать «в строй», пусть и не ведя более беспорядочной стрельбы. Выстраивали формацию малого флота поддержки и хранили почти полное радиомолчание. Неслыханное дело! В пиратском эфире звучали сухие, лаконичные команды на перестроение и подтверждение выполнения. И никаких тебе: «я твоя множественно раз подряд, в красивых позах перед всеми!».

Точку в окрепших подозрениях поставил доклад из центра контроля дальнего космоса и сверх-пространства. Они наблюдали множественные возмущения нижних слоев пространственных коридоров. На этих уровнях перемещались либо очень тяжелые объекты, с массой покоя как у планеты, что было невозможно по целому ряду причин, либо крупные, от пятнадцати штук, соединения кораблей, синхронно ушедших в прыжок.

Откачивать бойцов во время перехода в сверх-пространстве нельзя, а тянуть с их «возрождением» было губительно, как в силу «тяжелого» отлова, так и потому, что они обладали ценной информацией, способной пролить свет на текущие странности. Так что, соединение ЗРИ, по команде «Адмирала», отошло на край системы и, ощетинившись РЭБ, принялось выжидать.

И вот Спиридонова вызывают на мостик, значит, что-то важное происходит, иначе бойцы не стали бы дергать командующего, ныне больше похожего на сушеную пелядь.

Быстро сполоснув лицо ледяной водой, Григорий Андреевич отправился на мостик. Поприветствовав дежурную смену, выслушал доклад о перестроении сил неприятеля и начале разгона по вектору стоянки флота ЗРИ.

По расчетам специалистов, к моменту выхода из прыжка неизвестных кораблей, соединенные «Вольно-пиратские» силы, будут находиться примерно на середине пути, чуть позади точки предполагаемого «всплытия» неизвестных.

— Все это очень дурно пахнет, господа…. Боевая тревога. Занять места согласно боевому расписанию. Начать перестроение в формацию один. Ждать команды. О любых изменениях докладывать мне незамедлительно! Часов пять у нас еще есть, но лучше быть готовыми уже сейчас. Я буду в зале «возрождения».

По кораблям флота взревели базеры тревоги. Эскадра, вспыхивая маневровыми, а кое где и короткими импульсами маршевых, начала выстраивать перед надвигающимися пиратами «козью морду».

Два часа спустя, зал «возрождения» «Змея Горыныча», флагмана эскадры ЗРИ.

— Хреново выглядишь, Кир.

— Кхе-е-ехе, тьфу! — отплевываясь от остатков поддерживающего геля из саркофага выбирался командир десантников — на себя посмотри! Выглядишь, как пожеванный носок!

— Верю. Ладно, давай приводи себя в порядок и рассказывай….

— Погоди! Где мы сейчас?

— Там же, на границу сектора отползли.

— Срочно поднимай всех в ружье! Мне нужна ударная группировка из крейсеров и десанта, планету нужно зачищать!

— Все и так по боевому расписанию, а к планете мы пока не будем прорываться. Во всяком случае до того момента, пока не выясним, что у нас за гости.

— Какие, нахрен, гости? Гриш — ты не представляешь, ЧТО мы там обнаружили! Там…

— Да не части ты! Сказал же, приводи себя в порядок, потом обрисуешь ситуацию. Часа три еще есть в запасе, а твоя планета никуда не денется!

— Мои?

— В норме, всех поймали. Ему спасибо скажи — «Адмирал» постучал костяшками пальцев по соседней капсуле с криогелем, в которой восстанавливалось тело оператора — сам до состояния биологической каши разложился, но вытащил вас.

Ольшанский положил руку на аппарат «возрождения».

— Спасибо, браток! Век помнить буду.

— Все, давай ко мне через двадцать минут.

Бывший морпех только кивнул, давая понять, что услышал.

Капитан первого ранга сидел, в любимом анатомическом кресле прикрыв глаза, и тер виски. Чашка с остывшим, но так и не тронутым чаем, покоилась на журнальном столике. Нужно было достаточно хорошо знать «Адмирала», чтобы понять, какую ярость он сейчас пытался унять в себе.

Рассказ Кирилла не занял много времени. Сжато и четко, по-военному. Только основные моменты, без лишних, насколько это возможно в данной ситуации, эмоций, майор изложил текущую обстановку на загнивающей планете. И теперь мерил шагами небольшую командирскую каюту.

— Да не мельтеши ты, кость лобковая! — от мощнейшего удара по столику, чашка остывшего чая со звоном улетела на другой конец помещения.

— Ты на меня — то не рычи! Я тоже умею голосом строить так, что яйца три оборота вокруг шеи делают! — не остался в долгу морпех.

— Ну, так прижми корму, а то мечешься, как в жопу раненная рысь!

Перепалку командиров остановил сунувшийся в каюту адъютант.

— Григорий Андреевич, в формацию встали, час до контакта. Будут распоряжения?

— Спасибо, Алексей. Командуй малый вперед. Через пять минут буду на мостике.

Таймер мерно отсчитывал время до контакта. Тактический экран находился в постоянном изменении — искин силился определить наиболее вероятную модель предстоящих событий. Сводный флот вольной планеты и пиратов — попеременно окрашивался корабельным интеллектом то в зеленый, то обратно в красные цвет, а иногда заливался серыми тонами.

Со стороны это выглядело так, как будто искусственный разум гадал на кофейной гуще. Но на деле, он реагировал на непрерывный поток данных со всех постов эскадры. И руководствуясь сотыми долями процентов, прыгающих взад-вперед, перестраивал тактический экран под текущий лидирующий вариант. То есть, да — гадал.

За четыре минуты до контакта, «Адмирал» еще раз прогнал все посты флагмана по цепочке:

— ЦС, входящие?

— Никак нет, товарищ капитан первого ранга, на связь никто не выходил.

— Нас глушат?

— Никак нет, просто тишина в эфире.

— Доклад ушел?

— Так точно!

— Связь с Новым Петербургом!

— Григорий Андреевич, для этого придется ослабить РЭБ-кокон.

— Отставить связь…

— ПКСП, разбить сектор «всплытия» и стоянку наших друзей на квадраты. Вывести информацию на тактический экран.

— Есть!

— Так, так, так…. Вот что, голубчики! Приказ по эскадре! Разобрать квадраты. Выполнить донаведение согласно новым вводным, приоритет точка всплытия. Запустить систему идентификации целей сразу при появлении гостей. Огонь по команде. Залпы только двойками. Выполнять!

— Есть!

— Есть!

— Есть!

— Нус-с-с, покажись, чудо-юдо-рыба-кит….

Заканчивались последние шевеления среди пиратского флота. Только разогретые реакторы и холостой выхлоп факелов маршевых установок говорили о том, что вся эта комариная тучка готова сорваться с места в любой момент.

Тактический экран покрылся цветными квадратами секторов огня. Эскадра ЗРИ замерла в ожидании. Последняя орудийная башня довелась на свой квадрат, операторы нависли над консолями управления, готовые в любой момент открыть огонь по неприятелю. Аналитики судорожно прокачивают через вспомогательные искины терабайты данных, силясь предугадать ход событий.

Григорий и Кирилл застыли на мостике — два хищника готовых к прыжку. Таймер досчитал последние секунды…

— Контакт!

— Твою же…

Шесть новых меток вспыхнули на так-экране мостике «Горыныча».

— Огонь! Крейсеры — перенести огонь на квадраты А1 — А6! Эсминцы — бейте по В3 — С2, гости вам не по зубам, устраняйте пиратов!

— РЭБ!… РЭБ!! РЭБ, мать вашу! Не спать! Отсекайте тушу в А3! Если это сделает полный залп — нас перемешает с космическим дерьмом!

— Баржа, отставить огонь, ты им даже обшивку не поцарапаешь! Работай с эсминцами!

— Кир, готовь своих.

— Есть.

Выход из сверх — пространства всегда сопровождался истощением мощности энергетических накопителей. Поэтому, щиты у вновь прибывших выдавали только тридцать процентов от нормы. И тем не менее, они сразу же вступили в бой!

Ослабленные залпы лазерных орудий уходили рикошетом в вакуум, а то и возвращались отправителю, царапая внешний корпус. Кинетика вообще молчала, накапливая запас мощности, массивные туши эскадры гостей тяжело выстраивались в боевой ордер.

В противовес им, спаренные залпы кораблей Звездной Российской Империи прошивали щиты противника насквозь. Стальная шрапнель кинетических орудий — впивалась в сверхпрочные сплавы силовой брони гигантов. Но когда этот противник считался с потерями?

Рейдеры пиратов, те, кто пережил совмещенные залпы сил ЗРИ, активно маневрируя, пытались сбросить с себя русские эсминцы. Драка набирала обороты! Пока потерь со стороны эскадры Спиридонова не было, как и со стороны «гостей». А вот пиратам не повезло — их месили от души! Совместный залп по квадрату сдул порядка сорока процентов джентльменов удачи.

Когда остатки флота, защитников «Вольницы», полностью увязли с эсминцами, Спиридонов приступил ко второй фазе. От ее успеха зависело, выберется ли, кто ни будь отсюда живым.

— Внимание! Группа «Альфа»! Готовность три! По команде ныряете к метке шесть — один, под зачистку. Десант не вмешивается, коптит пространство молча.

— Потом рысью к основе! С Богом! Отсчет!

— Внимание! «Омега»! Готовность пять! Через два после «Альфа» идете на шесть — два, по оригинальной схеме! РЭБ придавливает — остальные месяц щит. «Альфа» после подкачки присоединится.

На третьей минуте боя, соединение «Альфа» выпало из мясорубки и ушло в короткий прыжок в подпространство — его еще называют нырок или кувырок. Такой финт позволяет перемещаться только внутри одной системы, в связи с этим является не востребованным, точнее не являлся, до прибытия в этот мир Спиридонова.

Через пять минут флагман пиратской эскадры был взят в плотное кольцо, его электроника задавлена РЭБ, а корпус торопливо разбирали на атомы крейсеры и «беркуты». «Ястребы» безжалостно отстреливали выпускаемые спасательные капсулы.

Еще сто двадцать секунд и с радаров исчезли метки группы «Омега», но спустя три с половиной минуты, «Альфа» раздолбила все жизненно важные органы пирата и «кувырком» откатилась к основному соединению. А там было жарко!

Щиты трещали и емкости подпитки были далеко не бесконечные! К тому же, противник был на порядки мощнее.

— Пятнашки со смертью — выдохнул «Адмирал».

— Баржа! Доложить статус готовности отлова!

— Сорок процентов! Дайте нам еще семнадцать минут!

— Целая вечность…

Корабли, которые вывалились из сверх — пространства, было сложно не узнать. Хищные, не человеческие, обводы, абсолютно не земные пропорции и габариты — угнетали. Рой.

Корабли Роя здесь, в толще человеческих миров. Этот факт ввергал в апатию. Всего шесть кораблей, из которых только один тяжелый ударный линкор. Остальные, вполне привычные, средние крейсеры прорыва. Но эта была сила способная натворить бед, особенно здесь, у мягкого подбрюшья человечества. И для того, чтобы их остановить, одной эскадры было недостаточно.

Однако и выбора людям никто не давал. Есть Рой, который нужно уничтожить любой ценой, и есть экспериментальная эскадра, созданная как раз для того, чтобы противостоять такому противнику. А дальше, война план покажет!

— «Альфа»! По готовности ныряйте к «Омеге», «Сон» один не справляется!

— Эсминцы, бросайте роджеров — вы нужны на подкачке.

— Ц.И.К.Л.О.П. - информацию о потерях и выловленных «баржей» — на так-экран.

— Приказ авианосцу — спускай москитов полным объемом! Делайте что хотите, но чтобы как минимум один крейсер они сгрызли!

— Ястребы готовность пять! Когда дроны пробьют брешь в щите, наводитесь на два-четыре. Боеприпас не жалеть!

Когда развалился первый из кораблей противника, Спиридонов уже готов был командовать отход. К этому времени три из пяти крейсеров Звездной Российской Империи дрейфовали кучей обломков. Сознания экипажей доброй половины экипажа еще отлавливали.

Следом рванули оба эсминца русской эскадры и два вражеских крейсера по которым они отстрелялись торпедами малого радиуса действия. Гребанные жуки! Как они не пытались уйти с курса торпедной атаки, но на малых расстояниях такой неповоротливой махине, сделать это невозможно.

Следующая посудина Роя разломилась пополам лишь через полчаса. «Беркуты» сделали свое дело. В этот раз, люди заплатили наименьшую цену — лишились только дронов.

— Флагману покинуть основное построение, метка два — пять — скомандовал «Адмирал», отбарабанив, по боковой обшивке центрального пульта управления, затейливую дробь.

— Но десантная баржа! Григорий Андреевич! Они же останутся совершенно беззащитными!

— Если мы не дожмем последний крейсер насекомых и не включимся в разбор той сволочи, которая стоит на точке всплытия, защищать будет уже некого! Выполнять!

Через восемь часов, тяжелый ударный линкор Роя, задействовав неизвестную человечеству технологию, ушел в нижние слои сверх — пространства. Просто провалился в них. Не было никакого разгона. Изрядно надкусанный, с выбитой системой непосредственной обороны, он окутался сеткой голубых всполохов и исчез из пространства. А остатки эскадры ЗРИ, встали на разгон к Новому Петербургу.

Но назвать это победой было сложно. Да, человечество впервые заставило насекомых отступить. Но соотношение потерь… из всего соединения уцелело пять кораблей. Флагман — идущий на аварийном реакторе, на две третьих пустой авианосец, десантная баржа с половиной десанта и крейсер «Русь», взявший на буксир потерявшего ход и девять из десяти атмосферных отсеков РЭБ «Шквал». Почти два к одному.

Спиридонов ходил по мостику черный, как сажа. Вся придуманная и, казалось бы, такая удачная тактика — пошла псу под хвост. Ни о каком отсечении и абордаже не может быть и речи при столь малых силах.

20 июня 3377 года. Свободный космос. Граница туристической зоны Объединенных Арабских Эмиратов.

— Капитан! Нас вызывают на связь.

— Не отвечать! Дать полную нагрузку на маршевые установки!

— Но нам не оторваться!

— Молчать! Выполнять!! — голос капитана дал петуха.

Они перехватили круизный лайнер «Эмир Исмаил аль-Саид III» на границе сектора. До спасительной «зеленой» зоны, оставался, всего какой-то, день пути. Пиратство в этом районе не было чем-то диковинным, но так близко от границы обитаемого космоса — это была неслыханная наглость!

— Капитан, нас захватывает система сопровождения целей! И они все еще нас вызывают!

— Соединяй.

На голо-экране возникло щербатое лицо пирата.

— Э-э-э, уважаемый! Почему так долго не отвечал, э?

— Чего вы хотите?

— А-ай! Ну, что ты как младенец, а?! Любви! Счастья! Мира во всем мире! И совсем чуть-чуть золотишка, э-э!

— Вы не посмеете! Мы находимся под защитой Эмира и совета туристических ассоциаций!

— Короче, помет верблюжий! Глуши свою колошу и принимай на борт моих парней — «восточный акцент» пирата, стремительно испарился.

— Да как вы…

— Заткнись! И запомни, мальчики соскучились по хорошей выпивке и красивым женщинам, так что не советую вставать между ними и их желаниями, могут немного проткнуть саблей! Ты меня понял, сын шакала?!

— Иди ты знаешь куда?!

— Аллах свидетель, грубить, тебя — придурка, никто не заставлял…. Кривой, давай! — связь оборвалась.

По корпусу лайнера прошла дрожь от серии попаданий. Компенсаторы отработали штатно, пассажиры почти не почувствовали атаки, только небольшую вибрацию. А вот экипаж туристического гиганта рвал на себе волосы, они видели полученные повреждения на диагностических экранах. Двигательный отсек разворотило начисто. Кормовые отсеки разгерметизированы, благо там находились только складские и вспомогательные помещения, в данный момент абсолютно пустые.

— Форух! S.O.S на всех доступных частотах! Расставь по местам контраварийные команды. И молись, что бы патрульные катеры прибыли раньше, чем пираты закончат нас потрошить. Все молитесь!

— Капитан, боты пошли….

20 июня 3377 года. Сверх-пространство. Мостик флагмана эскадры Звездной Российской Империи «Змей Горыныч».

— Григорий Андреевич, нужно «всплывать», «Шквал» держится на собственной гордости и двух заклепках.

— Да, чтоб тебя! ПКСП — где мы?

— Нейтральная зона, товарищ капитан первого ранга.

— Прервать переход! Эскадре — переходим в обычное пространство, пересаживаем экипаж на «Горыныча», РЭБ — уничтожить! Не можем забрать, так хоть потенциальному противнику не отдадим.

— Есть команда на «всплытие»!

— Товарищ капитан, фиксируем S.O.S! Гражданский лайнер подвергся нападению пиратов.

— Информацию на так-экран, живо! Боевая тревога по эскадре.

— Из огня, да в полымя. Видать судьба, Гриш.

— Уж так нам с тобой на роду написано. Готовь своих, Кир.

— ЦС — свяжитесь с «каравеллой», пусть держатся, сколько смогут, мы идем.

— Руслан, с пиратом не церемонься.

Капитан единственного уцелевшего крейсера молча кивнул и исчез с экрана связи. «Русь» встал на курс перехвата рейдера.

— Зашевелились, гады!

— «Муравейник» — даю добро на отстрел абордажных ботов. Чтоб ни один не добрался до носителя!

— Есть! Первое и второе звенья — по коням!

— Кирилл, на тебе зачистка лайнера, тут мы сами разберемся, работы не много.

— Добро, включаемся, когда пиратскую лохань отгоните.

— Можешь начинать, они встали на разгон, как только мы вывалились из перехода.

— Понял, но все равно, пусть «Ястребки» проводят до толстяка.

— Сделаем.

Штурм и дальнейшая зачистка лайнера прошли штатно, если не сказать буднично. Ну, не соперник, шайка отбросов цивилизации, привыкших к свалке все против всех, для слаженной и хорошо обученной команды космического десанта.

Так что, выслушав поток признаний в вечной и нерушимой дружбе от капитана судна, сопровождаемые восторженным ревом счастливых пассажиров, десант вернулся на флагман. Каравеллу проводили до зеленой зоны и встали на разгон к Новому Петербургу.

Команда уже была порядком измотана длительным пребыванием в пустоте. У некоторых даже начала развиваться аллергия на красный свет, настолько всем осточертели, практически постоянно, ревущие базеры боевой тревоги. Пора было немного отдохнуть.

30 июня 3377 года. Новый Петербург. Ближний космос.

— Ну что, господин Адмирал? Паркуйте свою посудину, списывайтесь на берег и, здравствуй — гражданская жизнь!

— Прекрати паясничать, Кир.

— Ух, какие мы важные! Щас в бар завалимся, потом в баньку, а потом… у-у-ух! Гуляй рванина, бей посуду — я плачу!

— Я вот все думаю, отчего мостик так сверкает, а это, оказывается, товарищ майор его ежедневно полирует своей отвисшей губой, так держать боец!

— Да тьфу на тебя, три раза! Такое дело сделали, а ты чем ближе к столице, тем мрачнее!

— А я, не понимаю твоей безбашенной веселости, ты не забыл, что нам еще Императору докладываться?

— Такое забудешь!

— А то, что от нашей эскадры остались рожки да ножки? Что три четвертых личного состава в камерах барахтаются? Что, наконец, планету мы так и не зачистили и там цветет, пышным цветом, гнойник Роя? Дальше продолжать, товарищ майор, командир отделения звездного десанта гвардии Его Императорского Величества?

— Не нагнетай, Гриша, все помню, но Рой то мы отделали! Этого-то у нас не отнимешь!

— Как бы нас с тобой не отделали, так, что потом не отнимешь…

— Захват системой сопровождения целей!

Изумленный возглас дежурного оператора разорвал безмятежную обстановку на мостике флагмана.

— Боевая тревога! Щиты на максимум! Сканирование объектов в доступном радиусе обнаружения!

— Накаркал…

— Ты еще под руку мне повякай, весельчак!

— Аналитики! Где доклад?! Вашу в бога душу мать!!

— Товарищ капитан. Нас вызывают с планеты!

— Живо соединяй!

— Есть!

Как только на экране появилось красное лицо главы ВКС Исмаилова, Спиридонов моментально начал доклад:

— Товарищ генерал-майор! Захвачен, системой сопровождения целей объект, совершающий диверсионные действия в процессе обнаружения….

— Отставить, капитан первого ранга! Вас ведут патрульные катера и «Бастион».

— Есть отставить — машинально отрапортовал «Адмирал».

— Опустить щиты, обесточить орудия, принять на борт досмотровую команду. Личное оружие сдать, прибыть в штаб незамедлительно. Исполнять!

— И не нужно героических экзерсисов, Кирилл Филиппович, я вас очень прошу — за кадром прозвучал вкрадчивый голос Суворова.

Связь оборвалась.

— Мостик, щиты опустить, орудия обесточить, приготовиться к принятию на борт досмотровой команды. Сопротивления не оказывать, это приказ. Выполнять.

— Кир, ты что-нибудь понимаешь?

— Никак нет, муть какая-то.

— Вот и я говорю — муть.

13 июля 3377 года. Новый Петербург. Главный зал заседаний верховного Императорского суда.

Вспышки голо-камер ослепляли. Вездесущие дроны метались по всему залу, как стая голодной мошкары, силясь взять наиболее удачный ракурс и навеки запечатлеть этот исторический момент!

Как же! Российская империя, наконец-то, поддалась напору истинных защитников свободы воли и прав человека! Демократия торжествует! Сегодня обидчиков прилюдно распнут! Славься Соединенное Американское Пространство! Твой луч свободы пробился даже в это дремучее царство варваров!

Вот он, миг величия — как Прометей, когда-то, подарил людям огонь, так великое САП, дарит всему миру луч надежды — демократические ценности!

В зале, размером с футбольное поле, яблоку негде было упасть от наплыва иностранных репортеров. От Империи присутствовало всего несколько газетчиков и пара голо-телевизионщиков, остальных в зал не допустили.

— Рассмотрев доказательства представленные суду и сочтя их достаточными. Руководствуясь честью и волей Государя — именем Его Императорского Величества Александра Александровича III. Признать: капитана первого ранга военно-космических сил звездной Российской империи — Спиридонова Григория Александровича и майора военно-космических сил звездного десанта гвардии Его Императорского Величества — Ольшанского Кирилла Филипповича — виновными в нарушении суверенного статуса свободных миров, подрывании демократических основ иностранного государства и совершении серии терактов на территории независимой планеты «Вольница», повлекших за собой смерть и увечья значительного числа граждан планеты. А так же в предумышленном убийстве высокопоставленного офицера Соединенного Американского Пространства.

— Лишить всех воинских званий, привилегий и пенсии. С позором уволить из состава военно-космических сил Звездной Российской Империи. Лишить Российского подданства.

— Избрать мерой наказания смертную казнь.

— В виду особых заслуг перед Российским народом и лично перед Государем Императором, изменить меру пресечения.

— Избрать новой мерой наказания — изгнание за пределы империи с последующим запретом на посещение территорий ЗРИ и вассальных ей миров.

— Приговор вступает в силу немедленно и обжалованию не подлежит.

За три дня до этого…

10 июля 3377 года. Новый Петербург. Спец-тюрьма строго режима.

— Давайте еще раз, Григорий Андреевич. С какой целью вы прибыли в около-космическое пространство независимой планеты «Вольница»?

— К «Вольнице» моя эскадра прибыла по следу пиратского рейдера, за которым мы охотились, имея на руках полный каперский пакет.

— Ваша Бывшая эскадра — дознаватель сделал акцент на слово бывшая.

— То есть вы утверждаете, что господин, кстати, как вы сказали, его звали?

— Питон. Корабль — «улыбка фортуны».

— Значит, господин Питон, капитан рейдера прорыва «улыбка фортуны» — пират.

— А кто, мистер Андерсон, сказал вам, что корабль был именно рейдер прорыва? Я не помню, чтобы уточнял такие детали…

— Эм-м-м, вернемся к делу, господин Спиридонов.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Здесь я задаю вопросы!!! — взвизгнул дознаватель, командированный сюда союзом независимых экспертов розыска организации объединенного человечества.

— Какие у вас, мистер Григорий, есть весомые аргументы, подтверждающие, что капитан — Андерсон уткнулся в планшет.

— Да, капитан Питон, почетный житель независимого мира «Вольница», герой своей малой родины, о чем представлены соответствующие документы и даже награды, пират, как вы выразились?

— Вы запросили данные из центра аналитики моей эскадры?

— Вашей бывшей эскадры. И да мы ознакомились с теми записями, что удалось восстановить. Досмотровая команда оказалась крайне неуклюжей, и повредила центральный блок памяти.

— Так вот, из того, что мы смогли восстановить, ничто, я повторяю — ничто не говорит о том, что уважаемый мистер Питон, занимался пиратской или любой другой незаконной деятельностью. Что вы на это скажете?

— Что я скажу? Я скажу, что будь на то моя воля, я лично бы вздернул твою поганую рожу на ближайшей рее!

— О-о-о! Неприкрытая и немотивированная агрессия, чудесно, так и запишем.

— А пока, раз вы все еще упорствуете в своем безумии, не желаете сотрудничать и вообще ведете себя крайне агрессивно, я передаю вас в руки ваших соотечественников.

— Виктор, вы знаете что делать. До завтра, мистер Григорий, и чудесной вам ночи.

Спиридонов поднял опухшее от интенсивных побоев лицо на надвигающуюся гору мышц с физиономией не обремененной интеллектом. Его красным от недосыпа глазам, особый контраст придавали плохо замазанные кровоподтеки и несколько раз сломанный нос.

— А ты знаешь, Виктор, я ведь боевой офицер. И не будь я закован в силовые наручники, отскребали бы тебя вот от этой самой стенки очень долго, тщательно выколупывая ошметки днк из шероховатостей.

— Потому они и на тебе — ухмыльнулся амбал — А на твоего цепного морпеха, бешеный он ублюдок, еще и намордник нацепили.

— Что, ухо кому-то отгрыз? — от попытки улыбнуться из губ начала сочиться юшка.

— Горло — без тени усмешки ответил здоровяк.

— Встать! На выход.

Дойдя до развилки «Адмирал» получил чувствительный тычок в правый бок, отчего шагнул в левый коридор, но попытавшись вернуться на дорогу, ведущую к его «апартаментам», получил еще один.

— В карцер ты еще успеешь, а пока, мы с тобой прогуляемся в комнатку, где камер нет. И звуки из нее доносятся о-очень плохо. Шагай, дядя.

Краем глаза, Спиридонов, успел заметить довольно осклабившуюся пасть мистера Андерсона, скрывшегося в правом ответвлении.

Его маршрут окончился у неприметной двери. Серая, как и все вокруг, из-под нее не пробивался даже свет. И звуков тоже не доносилось, никаких. Это была особая комната, для особых дел.

— Прибыли, товарищ капитан первого ранга — Виктор буквально зашвырнул «Адмирала» в темный зев помещения.