Прикоснись ко мне, Док

Глава 32

Нокс

Правило #15: Мусор выносит Рук.

Я нёс Джемму от гаража до лестницы, даже не думая об лифте. Она была такой маленькой, такой хрупкой в моих руках, что сердце сжималось всё сильнее. Оно треснуло ещё тогда, когда я увидел её на полу в доме этого ублюдка — в крови, в слезах, в отчаянной попытке спастись. И когда сердце раскололось, из него вырвалась такая ярость, какой я раньше не знал. Я почти убил того человека. И до сих пор хотел бы, чтобы убил.

Когда я открыл дверь нашей квартиры, Джемма пошевелилась, приподняв голову с моего плеча, огляделась.

— Мини? — пробормотала она.

— В гостинице, малышка. Помнишь?

Я не знал, было ли её невнятное бормотание последствием лекарства или удара по голове, но должен был выяснить это немедленно. В больницу мы поедем только в самом крайнем случае. Последнее, что ей сейчас нужно, — это полицейские и судебные разбирательства по делу, в которое она вообще не должна была быть втянута. Я решил, что не позволю ей переживать больше, чем она уже пережила. У меня в другой руке был пакет с медицинскими принадлежностями — всё, что я смог выхватить из больницы, прежде чем мы вернулись. Никто ничего не сказал, но если вопросы появятся, я всё оплачу и уберу любые следы.

Я прошёл через гостиную и отнёс её в спальню. Здесь было так же темно и тихо, как и раньше. Она была почти раздетая: порванный бюстгальтер оголял грудь, трусы были разодраны по шву. Я не знал, успел ли он её изнасиловать. Не знал, чем он её накачал. Я отправил бутылку на анализ в лабораторию, попросив сделать всё анонимно, чтобы имя Джеммы нигде не всплыло. Как только будут результаты, я пойму, как действовать дальше.

Я уложил её на кровать, накрыл одеялом, и она тихо выдохнула, губы приоткрылись, глаза были закрыты. На её губах всё ещё была кровь этого мерзавца. Больше всего мне хотелось стереть с неё каждую частицу его присутствия, но сейчас важнее было заняться её травмами. Я поставил пакет с инструментами рядом, снял пальто и быстро осмотрел видимые повреждения.

Правая скула опухла, на ней рассечение от удара, с головы шла кровь. Губы разбиты, ногти в крови — два ногтя сорваны в драке. На левой руке и по рёбрам синяки. И это только то, что бросалось в глаза.

Я проглотил новую вспышку ярости. Сейчас не время. Ванная, тёплая вода, чистая тряпка — я вернулся к кровати и начал осторожно смывать кровь с её головы. Она закрыла глаза, тихо выдыхая, пока я не задел рассечение на коже. Она зашипела от боли. Рана была сантиметра на пять, чуть выше виска, вокруг — сильный ушиб. Скорее всего, тупой удар.

Я глубоко вдохнул, сдерживая злость. Чёртов ублюдок.

— Прости, милая, — прошептал я, аккуратно промакивая рану.

Разрез был глубокий, кожа расходилась. К счастью, Спенсер когда-то показал мне приём для таких случаев, вместо швов использовать волосы для фиксации кожи. Это безопаснее, меньше риск инфекции.

Я достал медицинский клей, обработал рану и, взяв пинцет, связал тонкие пряди её волос, стянув края рассечения.

— Ты сейчас… волосы завязываешь? — хрипло спросила она.

Я едва улыбнулся.

— Да. Спенсер научил.

— Странно.

— Лучше, чем швы, — заметил я. Я проверил остальные участки головы, осторожно прощупывая швы черепа, основание.

— У меня голова не треснула? — спросила она с привычной иронией. — Не думаю, что выдержу, если стану ещё более сумасшедшей.

Я уложил её голову обратно на подушку.

— С твоим сумасшествием справлюсь, но нет, кости целы. Он тебя чем-то накачал?

Она кивнула.

— Рофинол в пиве. Думаю, ты и сам понял.

Я только подтвердил взглядом. Другой причиной её невнятной речи могла быть только тяжёлая травма.

— Я отправил образец на анализ. Скоро узнаем точно.

— Было немного, — хрипло сказала она, закрывая глаза. — Сказал, что не хотел отравить.

Я сжал челюсти.

— Ага.

Её губы дрогнули в подобии улыбки.

— Рада, что ты злишься.

— Рад, что ты жива, — отозвался я. — Что случилось?

— Он притворился Эммой, — прошептала она и вдруг резко села, испуганно ища телефон. — Эмма! Нокс, нужно узнать, всё ли с ней в порядке!

Я крепко обнял её, усаживая обратно.

— Эй, тихо. Я уже всё делаю. Я связался с Азурой, моим юристом, она проверит Эмму. И не через полицию, — добавил я. — Нам не нужна огласка.

— Звучит подозрительно, — всхлипнула она.

— Возможно, — усмехнулся я. — Но Азура лучшая. Давай дождёмся новостей, ладно?

Она уткнулась лбом в моё плечо.

— Ладно.

Я осторожно уложил её, откинул одеяло и начал прощупывать руки, рёбра, ноги.

— Продолжай. Что ещё? Он заманил тебя, притворяясь подругой?

Джемма кивнула.

— Он делал это месяцами. Когда Рут была занята, я писала Эмме, а он… Это был её парень. Или бывший. Я подумала, что она дома, и зашла.

Я кивнул, не позволяя себе ни одного комментария о мерзавце. Проверил рёбра — она дёрнулась, но перелома не было.

— Он предложил пиво, пока ждали её. Я сделала несколько глотков, но всё чувствовалось странно, — глаза её зажмурились. — Я должна была догадаться раньше. Когда поняла, что что-то не так, успела сделать пять глотков, закрылась в ванной и успела отправить тебе сообщение, прежде чем отключилась.

Я сжал руки, с трудом контролируя себя, и продолжил осторожно осматривать её живот, бока.

— Ты упала в ванной?

— Нет, просто осела, — прошептала она. — Когда пришла в себя, он уже… — она запнулась.

Я задержал дыхание, потом кивнул, стараясь говорить мягко:

— Дальше?

— Он снял с меня одежду. Потом закурил. И я поняла, что могу двигаться, и прижгла его сигаретой, — она подняла дрожащую руку, показывая ожог на ладони.

Я бережно взял её руку, поцеловал запястье.

— Ты была невероятно храброй, Джем. Исключительно.

Она кивнула.

— Он не успел… — шепнула она. — Думаю, нет.

Я знал, что она могла забыть что-то под действием препарата, но сейчас не стал давить.

Телефон зазвонил. Результаты: флунитразепам. Значит, возможны провалы памяти. Но её рассказ пока совпадал с травмами.

Я уложил её руку ладонью вверх.

— Вот что, Джем. Он дал тебе сильнодействующее вещество, поэтому поставим капельницу и проследим за дыханием. Не знаю, сколько ты успела выпить, так что будем осторожны, ладно?

Она кивнула.

— Ладно.

— Потом займёмся синяками и ожогом. А ты поспишь. Долго и крепко. Согласна? — Я держал её взгляд, стараясь дать ей хоть каплю спокойствия, когда сам горел от ярости. Мне хотелось вернуться туда и закончить то, что начал.

— Да, — едва слышно согласилась она.

— Об остальном поговорим, когда ты выспишься.

Она не дрогнула, лишь прошептала:

— Спасибо.

После того как я подключил Джемме капельницу и обработал ожог на ладони, я смыл с её тела кровь влажной тряпкой. Она уснула почти сразу, наконец сдавшись усталости и туманному состоянию после лекарства.

Я убрал весь этот хаос, заставляя свой мозг оставаться пустым и спокойным. Все использованные материалы, окровавленные тряпки и её испачканное бельё я бросил в камин и впервые за всё время его разжёг. Пламя взметнулось, пожирая улики, и я надеялся, что с этим закончится хотя бы физическая часть случившегося. Эмоциональные шрамы будут с ней долго, и я в сотый раз за этот вечер проклял себя за то, что довёл до этого.

Она бы не поехала туда, если бы я не вёл себя как придурок. Она бы не побежала к малознакомой подруге, если бы чувствовала себя в безопасности рядом со мной. Это моя вина. Я сам поставил её в опасность, и прощения за это мне не было.

Я держал себя в руках, убирал квартиру до боли в руках, постоянно проверяя Джемму — пульс, дыхание, цвет лица. Она спала глубоко и спокойно, не просыпалась от боли и кошмаров. Я не хотел давать обезболивающее, чтобы не перегружать дыхание, и был благодарен, что она могла обойтись без него.

Постепенно адреналин сходил на нет, и усталость накрыла с головой. Я лёг рядом, осторожно, чтобы не задеть трубку от капельницы, висящей на импровизированной стойке с угла кровати. Телефон зазвонил. Я ответил, не открывая глаз.

— Всё ещё не спишь, — констатировала Азура. Я лишь издал что-то вроде согласного звука. — Хорошие новости: мы нашли твою геймершу. Жива, здорова и понятия не имела, что Джемма и Дэйн общались. Он заблокировал Джемму в новом аккаунте Эммы, так что Эмма решила, что подруга просто не хочет общаться. Сейчас она переживает и хочет её увидеть.

— Это решит Джемма, — сказал я, потирая подбородок.

— Понимаю. И ещё… у меня есть связи. Лучше не спрашивай, но мой человек слетает к Дэйну и… проследит, чтобы понимание ситуации стало взаимным.

Мрачно. Но звучало как музыка.

— Отлично, — выдохнул я.

Джемма открыла глаза, пару секунд не понимая, а потом взглянула на меня с любопытством.

— Что случилось?

Она выглядела заметно лучше, и это дало мне облегчение.

— Азура, — ответил я. — Она нашла Эмму. Всё в порядке, хочет тебя увидеть.

— Да, — сразу сказала Джемма. — Да, хочу поговорить. Хочу убедиться, что с ней всё хорошо.

Я кивнул.

— Азура, это согласие. Эмма всё ещё в Портленде?

— Да. Мой человек заберёт её после своего, хм, визита и привезёт к вам, — ответила она.

— Кто этот человек? — прищурился я.

— Его зовут Призрак. Он незаметный, опытный и надёжный. Не беспокойся, — бодро произнесла Азура, хотя на часах было уже три ночи.

— Спасибо. Не знаю, сколько за всё это должен, добавь в счёт, — сказал я устало.

Её голос стал твёрдым, непреклонным.

— Когда речь идёт о помощи жертвам, я не беру денег. Мы всё уладим, Нокс.

Я моргнул.

— Хорошо. — Слово «мы» намекало на то, что у них целая команда теневых спасателей, и больше мне знать было не нужно. — Я признателен.

— Призрак выйдет с тобой на связь завтра. Спи.

Я отключился и повернулся на бок. Джемма тоже лежала на боку, вытянув руку с капельницей, и смотрела на меня глазами, полными усталой нежности.

— Спасибо, — прошептала она.

Я протянул руку и погладил её пальцы над катетером.

— Всегда, Джем. (*Драгоценность)

Она слабо улыбнулась.

— Нравится, как ты меня так называешь.

Я пожал плечами.

— Подходит тебе.

Она закатила глаза.

— Только не говори, что это потому, что я…

— Драгоценная, — закончил я, ведя пальцами по её руке успокаивающими движениями. — Да. Ты такая.

Она вздохнула.

— Моё раздражение на тебя теперь кажется таким мелким.

— Оно не было мелким, — возразил я мягко. — Ты имела полное право злиться. Я поступил глупо — не доверился тебе, использовал тебя в своих играх. Это было непростительно.

— А я уже простила, — сказала она тихо. — Ещё до того, как поняла сама. Я просто… была потеряна, не знала, где моё место.

— Твоё место здесь, — сказал я уверенно. — Даже если меня не будет, это твой дом. И я сделаю всё, чтобы так и оставалось.

— Ты уверен? — её брови изогнулись от тревоги.

— Абсолютно. Что бы ни случилось, это твой дом. Даже если ты не захочешь видеть меня, я больше не поставлю тебя в такое положение.

— Конечно, я хочу, чтобы ты был здесь, — она подняла руку и коснулась моей щеки, не заботясь о трубке в вене. Я закрыл глаза, наслаждаясь её прикосновением. — Даже прикажу тебе.

Я поцеловал её ладонь.

— Не буду спорить. Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — она опустила руку, и мы оба посмотрели на массивное кольцо. Она скривилась и подняла взгляд. — Что нам делать с этим?

— Ничего, — я взял её руку и положил на матрас между нами. Повернул кольцо. — Больше никаких игр. Никаких интриг. Я выкуплю квартиру у отца, потому что он слизняк, и всё. Азура займётся их юристами, и если они будут упираться, мы просто уедем туда, где нас не достанут. Мы справимся.

— Ты всё время говоришь «мы», — Джемма улыбнулась. — И мне это нравится.

— Честно? — я посмотрел на неё серьёзно. — Я никогда не собирался тебя отпускать. Даже не представляю свою жизнь без тебя. Сегодняшняя ночь ясно показала мне это.

Её мягкие светлые волосы упали на щёку, и она выглядела почти ангельски.

— Я тоже хочу быть с тобой.

Я снял кольцо с её пальца, придвинулся ближе, взял её обнажённые пальцы и поднёс к губам.

— Джемма Дэйс, будешь встречаться со мной?

Она улыбнулась, как солнце.

— Буду.