Признанный автор

Глава 9. -quot;Битва за любовь-quot;

15 января 1993 г.

Локонс сидел в своём кабинете опустив голову на стол и дописывал очередной ответ на письмо некой мадам Розмерты из Хогсмида. В этом году он побывал там всего несколько раз, чтобы пройтись и размять кости, посидеть в злачном баре и поговорить со стариком за жизнь. Разговор с неким Аберфортом Дамблдором сложился весьма интересный, но откровенным его назвать было нельзя. В места с большим содержанием дам он сунуться не рискнул и судя по всему совершенно верно поступил.

Раздался стук в дверь, разнёсшийся по кабинету и профессор озадаченно посмотрел на часы а потом на календарь. Стукнув себя по лбу он махнул палочкой открывая двери кабинета. На него смотрели четыре пары глаз и он удивлённо их пересчитал.

— Четверо? — Локонс сощурил глаза. — Мисс Грейнджер?

— Извините профессор, я поделился с Гермионой частью вашего подарка и мы разделили его пополам. Теперь у меня, Гермионы и Невилла по двадцать процентов. — Гарри хитро улыбнулся.

— Ну… полагаю я не запрещал этого делать… наверное… — он задумчиво оглядел собравшихся и остановил взгляд на недовольной Дафне. — Мисс Гринграсс. Чтобы некоторым образом уравнять возможности, разрешаю если хотите также поделить пополам свой подарок и пригласить сюда вашего друга. Но лишь одного, если у кого-то останется менее двадцати процентов, я восприму долю как незначительную. — тут же добавил он. Подобное упущение его одновременно и порадовало и нет. С одной стороны дети его обманули… а с другой стороны — дети его обманули!

— Благодарю профессор, но я пожалуй не буду делиться вашим подарком. Во-первых это не культурно — бросила она взгляд на Гарри с Гермионой — это ведь Ваш подарок отличившемуся ученику. А во-вторых… я просто не вижу в этом смысла.

— Ну что ж… В таком случае, полагаю мы можем начать. Прошу, дорогие мои ученики. Как вы возможно поняли, я обучу вас на этом занятии одной вещи. Всего одной. Это может быть противостояние конкретному существу или заклинание, но исключительно включенные в программу Хогвартса. Не важно за какой курс. Поступим мы следующим образом, из-за того, что стараниями Гарри моя прошлая задумка пришла в негодность, каждый из вас предложит заклинание, которому хочет обучиться или существо против которого необходимо бороться. Я выставлю их на голосование и если в первом туре победитель выявлен не будет, два остальных заклятья будут исключены и выборы проведены повторно. Всё ясно?

Девочки кивнули. Парни в недоумении переглянулись.

— Итак, Гарри, твоё заклинание или существо?

Поттер в задумчивости посмотрел на Гермиону и она кивнула. — Заклинание, которое может спасти от оцепенения. — Закивали все ученики без исключения.

— Что ж — Локонс задумчиво потёр бровь и внимательно оглядел собравшихся. В кабинете зависла тишина прерываемая лишь завываниями ветра по ту сторону оконных рам. — Я полагал, что вы выберете нечто подобное и искренне пытался найти выход из этой ситуации. Дело в том, что для защиты необходимо знать от чего именно мы защищаемся и чем оцепенение вызвано. Мы пока этого не знаем… Я предполагал, что вы можете выбрать что-то из раздела полезных чар, коих великое множество, но вы пошли по пути сопротивления для меня наибольшего. Боюсь, что такого рода заклятий пока не существует. — Грустно заметил Локонс и вздохнул. — Знай я их, то постарался бы обучить им не только вас четверых, но и всю школу, да и сам бы использовал постоянно. Но… увы. Прошу, выберите что-то другое.

Первой от услышанного отошла Дафна. Гриффиндорцы судя по всему не на шутку перепугались услышав, что даже Локонс, который действительно казался умелым волшебником, во всяком случае им, был не в состоянии защититься от того, что происходит в школе. — Профессор — Сказала девушка. — Я бы хотела изучить чары незримого расширения — Заметила Дафна, глядя на Локонса исподлобья. Остальные с удивлением посмотрели на неё. Гарри вспомнил фордик мистера Уизли и ему идея показалась не такой уж и плохой.

— А я… — замялся Невилл. — Я… как-то читал о Протего Хоррибилис… профессор. — Смущённо заметил полноватый юноша. — Возможно… я могу предложить его?

Локонс улыбнулся. — Хорошо. Гарри, Гермиона. Будете выносить на голосование свои варианты или присоединитесь к одному из сокурсников?

— А в чём особенность этих чар, профессор? — Задалась вопросом Гермиона игнорируя сжавшую губы слизеринку. — Я читала о незримом расширении — бросила она взгляд на Дафну — но ведь эти чары требуют регистрации. А в чём особенность заклинания о котором упомянул Невилл?

— Заклятие незримого расширения или Капациус Экстермис действительно требует разрешения министерства при наложении на какой-либо объект. Он должен ставиться на регистрацию, чтобы огромные общины магов не жили в туалетных кабинках, которые неожиданно схлопываются и одной общиной становится меньше. Но тем не менее, эти чары изучаются на седьмом курсе, да и регистрация требуется не в каждой стране. Скажем в Южной Америке это заклятье или его аналоги используются без всякого зазрения совести без постановки на регистрацию… Как и много чего ещё. А что касается заклятья мистера Долгопупса, оно также достаточно интересно и к тому же входит в число разрешённых и не требует регистрации. Оно создаёт вокруг мага полномасштабный магический щит, который к тому же частично скрывает его присутствие. Однако использование такого заклятья требует времени и сил.

Но вы должны понять, что эти чары и заклинания не просто так проходятся на седьмом курсе, путь к ним зачастую тернист и далеко не каждый волшебник может его пройти. Боюсь, что ни одного из названных вами заклинаний, вы не сможете выполнить. Лишь почувствуете магическое истощение а если будете тренироваться без присмотра, то последствия и вовсе могут быть плачевными. Путь к этим заклинаниям лежит через долгие годы практики, накопления магических сил и умений. Нельзя за мгновение выучить все самые сильные чары и заклинания. — Локонс думал над тем, что даже у него на это ушло больше пяти лет. — Поэтому в рамках здравого смысла, я предлагаю вам упрощённые версии, базовые, того что вы предложили.

На доске появились две формулы. — Это формула облегчающих чар, входящих в состав заклятья незримого расширения и формула базового щита. Гарри, Гермиона. Есть ли у вас пожелания, которые я тоже должен свести до доступного вам уровня?

— Нет, профессор. — прервал Гарри уже было открывшую рот Гермиону. — Мы хотим выучить эти заклинания.

— Ну и прекрасно — облегчённо вздохнул Локонс. — Тогда начнём.

Но презентовав в качестве подарка юным ученикам помощь в изучении сперва одного, но потом в силу неистовых торгов и сразу двух заклинаний, Локонс не рассчитывал, что обучение растянется на неделю. Если с чарами всё уладилось достаточно быстро, то вот самый обычный щит эта небольшая компания училась выставлять вот уже четвертый день и единственной у кого хоть немного получалось — была Дафна Гринграсс. Судя по всему, до этого она уже пыталась освоить защитное заклинание.

Локонс внимательно смотрел за учениками со скучающим видом наблюдая за подёргивающимся перед Дафной серебристым покровом. Наконец он начал утолщаться вдруг перед ней замерцал достаточно большой круг защитных чар. И едва она начала улыбаться, как Поттер у которого ещё минуту назад не выходило ровным счётом ничего, закусив губу тоже начал формировать перед собой нечто похожее под недоумевающий взгляд Гермионы.

С кафедры раздались аплодисменты Локонса, который поднялся со своего места и подошёл к ученикам. — Замечательно, мисс Гринграсс, мистер Поттер. Надеюсь вы запомнили ощущения? — ребята кивнули. — Замечательно. Уберите щиты. Так. Теперь снова… нужно стараться чуть быстрее, мистер Поттер, но все равно хорошо. В таком случае вставайте друг напротив друга, мои яркие фавориты, и по очереди насылайте друг в друга заклятья щекотки. Отбивайте щитами.

Тем не менее дети выполнять указания своего преподавателя не торопились. Посмотрев друг на друга они скривились и повернулись обратно к профессору.

— А может быть можно как-то… без этого? — спросил Гарри бросая на Слизеринку неприязненные взгляды. Она на это только закатила глаза и отвернулась.

— Нет, Гарри. Нельзя.

— Может быть я с вами попрактикую, профессор? — умоляюще воззрилась на преподавателя девочка. — Так будет и мне спокойнее и Поттеру.

— Хорошо, мисс Гринграсс, если удержите щит после одного заклинания так и быть, я попрактикую с Вами щитовые чары.

Довольная собой девочка бросила на Гарри презрительный взгляд и самодовольно сформировала перед собой щит. В следующее мгновение из палочки Локонса вырвался белый луч, разбивший щит и угодивший девушке в солнечное сплетение. От заклятья её отбросило и с большой скоростью понесло в сторону входной двери и когда до столкновения оставалось всего несколько сантиметров она истерически смеясь зависла в воздухе. Медленно открыв глаза она с досадой посмотрела на свою палочку и глубоко вздохнув зашагала на своё место встав напротив Поттера.

— Но профессор, может всё-таки…

— Да что за детский сад, молодые люди! — не выдержав светловолосый поднялся с кресла и подойдя к Долгопупсу, переставил его руку ближе к корпусу. — Я ещё понимаю мисс Гринграсс, всё-таки она девушка, и кстати довольно симпатичная, пусть покапризничает, но вы то что из себя строите? Развели вражду между факультетами на пустом месте. Ваша мать бы это не одобрила.

— Моя… мама? — глаза Гарри резко округлились и он уставился на профессора, словно тот был новым Мерлином, хотя сам светловолосый в последние годы примерно им себя и считал. — Не одобрила бы? Вы её знали?

— Конечно, — удивился Локонс прибегая ко всему своему обаянию. Может он и не был знаком с ней лично в полной мере, зато дневники его предшественника содержали кучу занимательной информации. Ему даже показалось, что возможно ему нравилась староста Гриффиндора. Впрочем утверждать этого точно он не мог, зато пометки о снятых с него баллах содержались в рукописи регулярно. — Я ведь учился всего на четыре года позже, само собой я был в некотором роде знаком с вашими родителями.

— Но… почему вы сказали, что она бы… — Дафна разглядывала растерявшегося парня и если приглядеться, в ней можно было разглядеть даже толику сожаления.

— Ваша мама, Гарри, была очень дружна с одним студентом со Слизерина. Они проводили вместе большую часть времени до пятого курса. Вражда которую вы развели между факультетами не имеет никакого смысла, такого не было прежде. В моё время я был вхож в гостиную любого факультета. Конечно были ссоры, но они касались исключительно конкретных людей. Поэтому мне происходящее кажется просто маггловским цирком. — За время его короткого рассказа щит начал мерцать и перед Гермионой, хотя и довольно слабый. — Как вы видите, у мисс Грейнджер тоже начало получаться. Если желаете, можете поменять пару…

— Нет. — Гарри задумчиво перевел взгляд с профессора на однокурсницу. — Извини, ты не против вместе попрактиковаться? — девочка фыркнула и направила на него палочку.

На протяжении десяти минут в кабинете поочередно валялось по двое умирающих от смеха студентов, но вскоре их число сократилось до одного.

В паре Гарри-Дафна щиты стали подниматься значительно быстрее позволяя отражать заклятья щекотки. Сперва дети не могли устоять на месте и все время норовили уклониться, но проблема решилась приклеивающими чарами. Естественно сперва Локонс никого об этом не предупредил, поэтому студенты прочувствовали их действие сами.

Наконец, запыхавшиеся, но довольные дети начали по сигналу преподавателя собирать вещи. Гарри с Дафной о чём-то тихо переговаривались под насмешливым взглядом Златопуста, сидящего в кресле и выводящего резцом на кольце замысловатые символы. Когда вещи уже были собраны и дети в сопровождении профессора уже должны были вернуться в гостиные, Гарри подошёл ближе к профессору и тихо спросил.

— Извините, профессор… а не могли бы вы рассказать мне… о моих родителях? — Локонс задумчиво осмотрел Гарри и покрутил пальцами волшебную палочку.

— Ладно, Гарри. Я понимаю, что для тебя это возможно важно, но должен предупредить, что не был с ними особенно близок. И скорее всего не смогу ответить на все твои вопросы.

— Я уверен, что вы знаете о них больше меня — счастливо заулыбался парень.

— Ну хорошо. Попроси Перси завтра привести тебя ко мне на чашечку чая и сможешь задать свои вопросы. А сейчас, все готовы расходиться? Начнём с Гриффиндора, он ближе.

Покинув кабинет компания из пяти человек направилась вверх по выстраивающимся в нужном порядке лестницам и уже через пять минут все были на месте.

Проконтролировав, что троица вошла в гостиную, Локонс широко улыбнулся и помахал им рукой. Опустив взгляд на стоящую рядом Слизеринку, он заметил, что она тоже едва заметно помахала Гарри. Но несмотря на очки, судя по всему и Поттер это заметил.

— Ну что ж, юная укротительница львов. Теперь и ваша очередь отправляться в гостиную. — Обычно бледная девушка слегка покраснела.

* * *

— Вот профессор, Гарри Поттер доставлен! — довольно заявил Перси выдвигая вперёд Гарри — Мне его забрать?

— Нет, благодарю мистер Уизли. Я потом сам провожу Гарри. — Кивнув, староста скрылся за массивными дверями кабинета Защиты.

Черноволосый парень нервничая подошёл к профессору и принялся ждать, когда тот закончит выводить на манускрипте иероглифы. Как только преподаватель отложил перо и подул на пергамент, написанное загорелось золотым свечением и символы начали преображаться. Однако во что — Гарри уже не видел, так как лист был отложен в сторону и придавлен кипой бумаг.

— Итак Гарри. Что бы ты хотел узнать? Чаю? — к ним подлетел чайничек и налил присутствующим по полной чашке.

— Ну… если честно меня интересует всё… какими они были, как учились? Как познакомились?

Локонс заулыбался и задумчиво оттянул щёку. Но в глазах его вдруг пронеслось понимание. — Ну ладно, тогда я расскажу тебе вкратце то, что знаю сам. Во-первых, тебе наверняка говорили, что у тебя мамины глаза? — Гарри кивнул. — А говорили ли тебе, что ты выглядишь точь-в-точь как твой отец? Только он был немного выше.- Гарри заулыбался — Уж как они познакомились с твоей мамой я не знаю, но точно помню как когда я только поступил на Когтевран, твой отец пытался безуспешно за ней ухаживать. Носился за ней по коридорам в компании своих друзей, а сколько раз приглашал её в Хогсмид наверняка никто и не сосчитает при всём желании. Но она стоически преодолевала его потуги и игнорировала если не полностью… хотя нет, игнорировала полностью. Но лишь до того момента, пока не ловила его с друзьями на хулиганстве.

Едва она замечала нарушение правил, тут же впивалась нарушителю в глотку словно ястреб… фигурально естественно… После проказ такой нарушитель баллов лишался очень быстро а твой отец… О-о-о-о, он был фаворитом. Если бы она могла назначать отработки, будь уверен — твой отец вместе с друзьями проводили бы всё своё время начищая до блеска котлы в кабинете профессора Слизнорта, который тогда вёл зельеварение. Когда Джеймс понял, что её злит его поведение, начал делать совершенно всё, ради того чтобы она снимала с него баллы и в конечном счёте настолько её достал за пару лет, что она согласилась пойти с ним на свидание, хотя бы ради того, чтобы состояние баллов факультета было не столь бедственным. Впрочем, с меня баллы тоже слетали достаточно быстро… — задумчиво заметил Локонс, пытаясь вспомнить что-то ещё. — Ах да…

Разговор продлился до самого вечера.

* * *

Нападений уже не было достаточно долго, однако Локонс не мог сделать однозначного вывода о происходящем. Где находится дневник и не испортил ли он себе добычу столь полезного набора ингредиентов.

Так или иначе, близилось четырнадцатое февраля — день всех влюблённых. Было необходимо поддержать собственную популярность и напомнить всем кто именно здесь самый красивый и перспективный юный волшебник. Естественно Златопуст имел в виду себя. Выловив директора в одном из коридоров, когда тот возвращался с ужина Локонс напустил на себя самый придурковатый вид и восторженно залепетал.

— Профессор, меня посетила просто гениальная идея! Давайте устроим праздник!

Дамблдор взглянул на него как на прокажённого. — Вы уверены, что сейчас подходящий момент для праздников, мой мальчик?

У Локонса едва не дёрнулся глаз, но сдержав себя он продолжил улыбаться — Конечно, директор! Детям просто решительно необходим отдых, развлечение, и поверьте мне, я знаю как их устроить. Близится день влюблённых и замок должен наполниться счастьем! — На этот раз глаз едва не задёргался у Дамблдора, однако оба собеседника были превосходными актёрами а потому старик озорно улыбнувшись и блеснув глазками одобрительно кивнул. — Несомненно, Златопуст. Это замечательная идея. Поручаю организацию Вам. — На этих словах директор развернулся и быстрыми шагами удалился в сторону своего кабинета. Покидал он компанию преподавателя Защиты от тёмных искусств со скоростью, которая могла бы поспорить с трансгрессией.

* * *

— Вот вроде бы нормальный мужик, но иногда вот случается что-то эдакое — скривился Рон осматривая большой зал увешенный валентинками и разноцветной мишурой. — И сразу хочется никогда больше не видеть этого Локонса. Вот на кой чёрт он сотворил подобное с большим залом?

— А по-моему мило — встряла Гермиона, тыкая пальчиком падающее с потолка сердечко и тающее у всех на глазах. — Вы просто настолько черствые, что вам не понять, — фыркнула она.

Гарри невольно посмотрел на стол Слизерина за которым в недоумении сидела Дафна и едва ли не с филигранной точностью повторила движение Гермионы лопая красный знак любви и сморщив носик. Поттер улыбнулся.

С того момента, как профессор Локонс поставил их в паре отрабатывать щитовые чары, он несколько раз садился с ней на чарах и на других предметах, продолжая общение. Девушка оказалась менее холодной и более интересной, чем пыталась казаться.

В первый раз, когда он сел к ней опоздав на урок чар, а места рядом с друзьями не оказалось, Малфой попытался приступить к уничижению. Гарри уже открыл рот, когда девушка незаметно, но очень больно пнула его ботиночком по ноге намекая на то, чтобы он, как она впоследствии выразилась «Удосужился не открывать свой рот, дабы удостоить присутствующих своей культурой речи.» Надменная на публике и куда более открытая в малой компании Дафна начинала казаться ему нормальной.

К тому же, на него серьёзно повлияли нравоучения любимого преподавателя о бессмысленности межфакультетской вражды. Рон, к изумлению друзей отнёсся к этому с относительным спокойствием, приведя очевидную мысль, что «Ну она ж не Малфой, хоть и слизень конечно» а потом и вовсе продемонстрировал чудеса здравомыслия заявив, что если бы у нас были знакомые на Слизерине, не пришлось бы варить оборотное зелье. Возможно на него так повлияло и то, что Гермиона превращалась именно в Гринграсс…? Этого Гарри не знал, а спрашивать не было ни малейшего желания.

Но в этот конкретный момент, его начинало обуревать недоумение, сходное с оным у Рона несколько минут назад. А дело было в том, что по команде вещающего с трибуны Локонса в зал ввалилась толпа разномастных гномов одетых в купидончиков с луками наперевес. Их глаза горели весельем и было ещё что-то… Когда-то он уже видел такой взгляд, может даже у Рона, но что же это было…

А вот Локонс отлично знал, что это за эмоция скрывалась во взгляде разодетых гномов. Это была самая настоящая жажда наживы, так как он заплатил ни много ни мало, но две с половиной сотни галеонов в общину этой мелюзги, за оказываемые ими услуги. Сперва он даже думал отказаться, однако желание увидеть в этот день хаос затмило жадность и он вывалил всю затребованную сумму. И в этот конкретный момент, он ни капли не жалел.

Лица учеников отражали весь спектр эмоций от смущения, до ненависти и представляли собой иллюстрацию к одной из работ Фрейда. Пусть дети ещё и не знают, что все тайны человеческого сознания кроются в… назовём это «Любви», но он определённо видел, что старшекурсники следуют заветам старого психолога.

— Да начнётся праздник! — Выкрикнул Локонс разводя руки под торжествующий рёв наёмных почтальонов. Это в стоимость тоже входило. — А теперь, кто ещё не подготовил валентинки, самое время их подготовить. Эти купидончики с радостью всё разнесут и выполнят любые ваши пожелания связанные с доставкой признаний и всего прочего. К тому же, уверяю вас. Всё это совершенно анонимно! — Конечно анонимно, за две с половиной сотни галеонов — тут же пронеслось в голове светловолосого мага.

За этот день Локонс стал жертвой по меньшей мере ещё пяти признаний в любви, трёх восхвалений и одной валентинки крайне раскрепощённого содержания, заставившего даже его залиться краской под понимающий взгляд преподавателя чар. — Ну и студентки пошли. — заявил Локонс глядя на своего коллегу и в прошлом наставника. — У вас тоже были такие проблемы в молодости?

Флитвик крякнул натягивая на себя широкую улыбку. — Знаю прекрасные чары, отображающие написавшего. Хотите научу? Смотрите, взмах полукругом и формула — Ostende mihia. И от написанного к написавшему потянется тоненькая красная нить, которую будет видеть лишь заклинатель. Ну, попробуйте!

Локонс задумчиво оглядел зал и взмахнув палочкой над письмом произнёс формулу. Глаза сперва заволокло тугим маревом, но потом взгляду открылись тоненькие ниточки ведущие от выведенных печатных буковок к…

Локонс наложил на себя фините и несколько раз моргнул удивлённо глядя в большой зал и стараясь не выдать на кого именно.

— Вижу, всё получилось — озорно заметил Флитвик хлюпая чаем.

— Я поражён не только увиденным, но и тем, что существуют такие чары. — вдруг до Локонса начало доходить — Выходит… Тогда, когда вы получили валентинку от… Вы знали, от кого она?

— Знал ли я, что мисс Эдмисс писала мне валентинки? — озорно подмигнул ему полугоблин. — Конечно, как бы она иначе…

— Стала старостой. — Закончил за него преподаватель Защиты. — Без обид профессор, но мне кажется, что она знала о том, что Вы знаете это заклинание.

Столь же сосредоточенный профессор чар постукивая палочкой по столу призадумался. — Боюсь, что Вы правы, Златопуст. Но мне всё равно было приятно. — он вздохнул. Вдруг, к полугоблину приблизился гном и отсалютовав вручил послание, после чего гордо удалился. Развернув свёрток профессор вздохнул и быстро оглядев зал махнул палочкой. — Ostende mihia.

— Кто станет следующей старостой факультета, Филиус? — Ехидно уточнил Локонс глядя на улыбающегося профессора чар. — Однако же… — протянул мужчина — Почему бы эти чары было не опробовать на той замковой стене?

Флитвик тяжело вздохнул складывая валентинку и убирая во внутренний карман мантии — Я пытался. У чар существует множество условий и одно из них — это вменяемость. Если послание написано тем, у кого в сознании не присутствует идентичный слепок, скажем, находящимся под империусом — ничего не выйдет. Естественно директор о данном моменте уведомлён.

Локонс задумчиво приложился к чашечке чая.

* * *

Вечер четырнадцатого февраля ознаменовался для профессора защиты от тёмных искусств решением в корне изменившим солидную часть его жизни. Все полученные им письма сжигались дотла в камине расположенном в кабинете. Целые пачки отправлялись в пожирающее бумагу пламя под довольную улыбку Локонса.

— Чёрт бы вас побрал. Ни одна популярность не стоит ответов на письма. Ни одна. Горите в аду твари, сраные домохозяйки, как я вас всех ненавижу. Вместо того чтобы заниматься делами вы целыми днями пишете…пишете…пишете мне эти сраные письма. Если бы не эта долбаная школа, не этот ёбаный директор со своим ебучим противным другом, я бы взял сейчас палочку и спалил адским пламенем все к х…

Раздался стук в дверь и Златопуст мгновенно замолчал замирая на месте. Но тут он расслабился вспомнив об ещё одном деле. Махнув палочкой он открыл дверь и на пороге оказался низкорослый гном в потрёпанном костюме Купидона. За ним в кабинете стоял отряд таких же гномов, выглядящий словно только-только вышел из зоны боевых действий. Один опирался на костыли. У постучавшего в дверь главного гнома заплыл и посинел левый глаз.

— Задание выполнено. — Пробурчал он оглядывая свою паству. — Трикки пришлось особенно несладко, но все письма разнесены.

— Были какие-то инциденты? — поинтересовался довольный преподаватель, на что кабинет на несколько мгновений заполнился гулом нестройных голосов, прерванных знаком главаря.

— Вы смеётесь? Каждая доставка — это инцидент. Мы чудом не понесли потерь, несколько из нас были крайне близки к этому и лишь счастливый случай помог нам спастись. Дросси прокляли трижды, а…

— Всё-всё. Я понял. Вы молодцы, все свободны. — покивал Локонс махая рукой.

— Что насчёт доплаты? Нам нехило досталось.

Локонс с широкой улыбкой откуда-то из внутреннего кармана мантии изъял длинный сверток и развернув его продемонстрировал гному. — Всю ответственность за жизнь и здоровье в процессе выполнения условий договора вы несёте самостоятельно. Я рекомендовал вам застраховаться у гоблинов, но что вы мне ответили? «Шиш эти выродки получат, а не долю от выручки». Доплаты не будет. Могу дать вам автографы.

Предводитель гномов сплюнул на пол и развернувшись поплёлся к выходу из кабинета утягивая за собой остальных сородичей.

Остается лишь надеяться, что план сработал и никаких существенных корректировок не требует. В противном случае высока вероятность не только не получить замечательные ингредиенты и сюжет, но ещё и огрести посильнее только что покинувших кабинет работников.