Проклятие Алевтины

Глава 13 Лечение на дому и вечерние откровения

Я лежала на диване и вспоминала историю о том, как мы всей семьей лечили папу.

Однажды, на новогодних каникулах, папа неожиданно решил заболеть. Ну как заболеть. Температура была всего 37, но для моего родителя, как выяснилось, это практически смертельно.

Папа демонстративно закутался в плед, натянул шерстяные носки, лег на диван в гостиной и умирающим голосом попросил сварить ему куриный бульон. Мама была на дежурстве, бабушка в гостях у подружек-божьих одуванчиков, поэтому готовить пришлось мне.

К слову, у меня вообще с готовкой не очень, а тут еще Тихон под боком мешался, поэтому бульон получился пересоленным и переперченным. Папа, от души сделавший три больших глотка страшного варева, закашлялся и закономерно обиделся. Мы повздыхали и предложили ему другое лекарство: Тихон и Ян не мешаются, сидят тихонечко и смотрят мультики, а я сбегаю за пивом и соленой рыбкой. Папе такой вариант понравился больше куриного бульона, и он с радостью согласился. Пока я ходила в магазин, что-то явно пошло не так. Близнецов хватило ровно на одну серию «Лунтика», а потом они окружили родителя и требовали, чтобы он тоже позволил им себя лечить. Папа вздохнул и не глядя дал им баночку с бабушкиной согревающей настойкой. На-те, мол, мажьте. Через пять минут папа понял, что с настойкой явно что-то не то. Близнецы это тоже поняли. И дружно заревели. Когда я пришла, то братья, шмыгая носами, отмачивали горящие красные ладони в холодной воде, а папа с красной грудью, спиной и ногами поливал себя из холодного душа и громко сетовал на то, что в нашей семье даже нельзя поболеть спокойно. Впрочем, от холодной воды все стало только хуже. Бабушка позже возмущалась, что они извели всю ее мазь от ревматизма.

Когда домой пришла мама, я всхлипывала от смеха, а папа бревном лежал на диване и умолял боженьку, чтобы он помог ему тихонечко сдохнуть.

Совсем как я сейчас.

Умоляю всех и вся оставить меня в покое, а два мужлана стоят надо мной и спорят о том, кому из них выпадет честь вправлять мне вывих.

— У меня опыта больше, — резонно заявил Андрей.

— Но тебе нельзя ее трогать, — в свою очередь выдвинул аргумент Алекс, игнорируя мое тихое замечание о том, что сейчас вообще никому нельзя меня трогать.

— Я все еще не понимаю, почему тебе вдруг можно⁈ Она же неприкасаемая!

Сам ты!

— А я особенный! — самодовольно заявил хозяин квартиры.

— Так и я не лыком шит. Перчатки на что? И вообще, ей сначала надо обезболиться, потом вправляем, затем фиксируем, а уже после нормальному врачу показываем.

Я слушала их и сильно сомневалась, что после всех этих манипуляций нормальный врач сможет мне помочь. А если я им еще про копчик скажу? Тоже вправить захотят?

— Давай я их отвлеку, а ты сбежишь? — горячо зашептала Светлана.

— Мы уже выяснили, что отвлекать ты не умеешь, — открестилась я от еще одной безумной помощницы.

— Верь в меня, подруга!

— Ты в курсе, что слишком громко шепчешь? — с улыбкой спросил Андрей.

Я, наверное, впервые видела, как этот колючий и вечно хмурый парень улыбается. И как же преобразилось его лицо.

— Аля, встань, пожалуйста, — мягко попросил Алекс.

Происходящее начало напоминать какой-то абсурдный сон. Как такие разные люди оказались в одной компании?

— Извини, мне удобно лежать.

Крепкие руки осторожно подняли меня с дивана, затем они же деликатно освободили меня от теплой толстовки, оставив в одном топе. Всё еще не могу привыкнуть, что Алекс не любит слушать возражений и поступает так, как ему нужно.

— Ты хоть предупреди, на счет раз или три… Аууу… Ой…

Раздался противный хруст.

— Ну вот и все, — довольно кивнул Алекс, свободно двигая мою руку. — Умница.

— Да ты мастер! — восхищенно цокнул языком спортсмен. — Извини, друг, что усомнился.

— Уф… Слава богу, я до последнего боялась, что придется везти ее в травмпункт! — несказанно обрадовалась Светлана.

Одна я все еще прибывала в шоке и готова была попросту потерять сознание.

— И не мечтай, — серьезно произнес Алекс, всё еще поддерживая мое тело, — тебе еще предстоит нам всё рассказать. Давай бинтом тебе зафиксирую, пока эти двое чай поставят.

— Света, я согласна, — наконец, выдавила я, — отвлекай этих варваров, дайте мне сбежать по-тихому.

Через какое-то время мы все сидели на кухне Алекса и пили свежезаваренный чай, а Света пекла блинчики. После того, как Алекс так бесцеремонно вправил мне руку, а потом бережно перемотал ее специальным бинтом, он честно признал, что я заслужила чего-нибудь вкусненького. Так как в моей семье всем заболевшим обычно пекли блины, то о них я и вспомнила первым делом. Парни хотели воспользоваться доставкой, но Света сморщила нос и заявила, что уж лучше она сама. Не знаю, какие бы доставил нам курьер, но ее творение просто таяло во рту. Жаль, что у Алекса не нашлось малинового варенья.

— Вы смотрите так, как будто мне должно быть стыдно, — заметив взгляды парней, я едва не подавилась.

— А разве не должно? — удивился Андрей. — Я пропустил важную тренировку, а с этим у меня всё строго, знаешь ли.

— Ну звонила-то тебе не я…

Света при моих словах виновато втянула голову в плечи.

— Ну а мне пришлось отпроситься со смены, — признался Алекс, — твоя подруга сказала, что ты при смерти, и вы обе ужасно замерзли. Как думаешь, о чем я думал, пока спешил к тебе, игнорируя красный свет?

— О том, что можешь лишиться водительских прав? — предположила я, хватаясь за еще один блинчик.

— Нет, Алекс, у нее никогда раньше не было друзей, и она не умеет с ними обращаться, — проявив удивительную проницательность, покачал головой Андрей. — Вряд ли ей станет стыдно.

— Да чего вы накинулись? — обиделась я. — Дайте поесть нормально! И вообще, должен был прийти кто-то один.

— Кто⁈ — в унисон спросили они, и я смутилась, потому что так и не поняла до сих пор, кому бы именно я в тот момент позвонила.

— Аля, ты такая…

— Стоп! — неожиданно резко вдруг прервала всех Светлана, зачем-то хватаясь за блинную сковородку. — Прежде чем обвинять и обзывать эту девушку, послушайте меня. Это я вам звонила, меня и ругайте. И в столкновении Стаса с Алей тоже виновата я. Но мы были растеряны и напуганы… Знала бы, нашла другой вариант. Простите, что побеспокоили! Аля, доедай блинчик, мы уходим!

Я с сожалением покосилась на целую стопку обожаемого лакомства. Уходить куда-то на ночь глядя совершенно не хотелось, но и объясняться с мальчишками тоже. Я была слишком уставшей, хотя и прекрасно понимала, что они заслужили правду. И все их нападки это всего лишь беспокойство. Света просто не поняла.

— Ты не так все поняла, — будто прочитав мои мысли, попытался объяснить Андрей, в волнении вскакивая с места и отбирая у девушки сковородку.

Мне показалось, что ему не все равно, что думает о нем моя соседка.

— Я бы приехал в любом случае, просто я все жду, когда вы расскажете свою историю, а вы молчите, как партизанки.

— Ах, услышать⁈ — почему-то еще больше взбеленилась Света. Наверное, запоздалая реакция на стресс, не иначе. — Извини, но непросто рассказать о том, что твой бывший парень убил собственную мать! И что зарыл ее тело непонятно где, а чтобы это выяснить, надо было еще раз с ним встретиться! Да и вообще, как рассказать о том, что любила того, кто… кто… Аля, прости, я такая дура, даже не спросила тебя, удалось ли вообще его коснуться?

Тонкие черты вдруг исказились, она уронила несчастную сковородку, закрыла лицо хрупкими ладонями и тихо заплакала. Андрей в абсолютной растерянности неловко похлопал ее по плечу.

— Ну дела, — пробормотал он, ни к кому, собственно, не обращаясь.

Ну вот и всё. Света все сделала без меня.

— Хм, — глубокомысленно изрек Алекс, задумчиво помешивая чай и разглядывая стену. Лишь красиво заломленная бровь выдавала его крайнее удивление услышанным.

— Да, удалось, — устало облокотившись на спинку высокого стула, призналась я, позволив ребятам немного переварить услышанное, — но, к сожалению, самого главного я не увидела…

Когда все успокоились, и я, наконец, рассказала всё, включая подробности нашего приключения, парни снова надолго замолчали.

— У тебя, наверное, будут неприятности? — виновато спросила я у Алекса, ожидая, что он будет злиться и ругаться. — Ты ведь представил меня своей девушкой, думаю, Стас очень удивился, когда меня сегодня увидел. И только дурак не понял бы, что это всё было намерено. Кстати, спасибо за подарок, так пригодился!

Всегда начинала тараторить, когда нервничала.

— Пожалуйста, — на автомате откликнулся парень, — правда, я не ожидал, что он понадобится так скоро.

— Сама не ожидала.

— Вы знаете, я, наверное, пойду, — неуверенно предложил наш спортсмен. — Аля, ты как? Подбросить вас в общежитие?

— Оно закрыто, — в один голос отозвались мы со Светой.

— А так еще бывает? — озадаченно почесал затылок Андрей.

— Сам был в шоке, — подтвердил хозяин квартиры. — Девушки останутся у меня. Не переживай.

Провожать друга (после сегодняшнего он точно в моем клубе) отправилась я. Возле двери мы неловко замялись.

— Я бы тебя обняла, но сам знаешь, мне нельзя, — виновато произнесла я, — но я благодарна тебе за помощь. И если понадобится что-то предсказать, то приходи, у тебя еще есть шанс успеть.

— Так это правда? — Андрей кивнул в сторону кухни, где Алекс и Света наводили порядок. — Алекс может тебе помочь?

— Если только не передумает…

— Хах, да он явно на тебя запал, я был неправ.

— Думаю, ты ошибаешься.

При одном упоминании о «запал» меня бросало в жар. Мне было лестно это слышать, но от Алекса я никаких намеков не получала.

— Ну-ну, — загадочно улыбнулся Андрей, — будь с ним аккуратнее, мелкая. Он старше тебя. Но я буду рад, если ты начнешь нормально жить. И еще кое-что… —

Парень снизил голос до шепота и наклонился к моему уху: — Я хотел спросить по поводу твоей соседки. Думаешь, она до сих пор его любит?

И почему я ничего не видела… Ни у него, ни у нее. А ведь они друг другу подходят, надо будет обязательно проверить. Господи, сколько всего надо успеть сделать перед тем, как мой дар пропадет. Эта мысль казалось какой-то странной, будто речь шла вовсе не обо мне.

— Не думаю, — наконец, ответила я, — но не смей ее обидеть. Она и так натерпелась.

— Да я же просто… — не став пояснять свой интерес, Андрей махнул рукой, коротко попрощался и скрылся за дверью.

Пока я кое-как принимала душ (сложно было не намочить бинт), позаимствовав у Алекса чистую футболку и полотенце, Света устроила еще одну маленькую подставу. Я уже думала, что ее лимит на сегодня закончился, ан нет, она успела заснуть на диване, хотя предполагалось, что на нем будет спать Алекс. Диван не отличался большими размерами и не раскладывался. Девушка, свернувшись на нем калачиком, мирно посапывала.

Ни у меня, ни у парня не поднималась рука, чтобы ее разбудить. Алекс полюбовался на нее с самым философским видом и, ни слова не говоря, пошел за пледом.

Аккуратно укрыв свою соседку, я прошлепала босыми пятками за парнем. Мне хотелось поговорить, но этот его задумчивый и молчаливый вид немного отпугивал. Как затишье перед бурей.

Он стоял на лоджии и любовался не звезды через приоткрытое окно. Высокий, статный, спокойный и уверенный. Я неловко замерла рядом, не зная, с чего начать.

Слегка покосившись в мою сторону, он нарушил молчание первым:

— Как плечо?

— Ноет немного.

— Сходи завтра после пар на тренировку к Андрею, его личный врач тебя осмотрит. Он толковый мужик, лишнего не спросит. И наденет перчатки, если ты до сих не передумала.

— Схожу, — согласилась я с тем, что медицинский осмотр все-таки не повредит. — Ты мог бы и помягче, кстати.

— Я могу быть нежным, — не стал спорить Алекс, и я вспыхнула как маков цвет, — но почувствовал, что ты можешь расплакаться, если мы начнем тебя жалеть.

Как предусмотрительно с его стороны!

— Я никогда не плачу! — так и захотелось задрать нос повыше.

— Да? — удивленно выгнул бровь мой собеседник. — А в моей машине что тогда было?

— То была истерика! — наставительно объяснила я. — Ты разве не знаешь, что обычные слезы и истерика отличаются? Учись лучше, студент!

— Как скажешь, — легко согласился Алекс и снова замолчал.

Стало неловко. Я категорично не понимала, как мне дальше действовать.

— Если ты так пытаешься выяснить, где теперь тебе придется спать, то, увы, у меня только одна кровать, — выдержав паузу и коротко усмехнувшись, этот гад все-таки добавил: — Но она большая и мы можем спокойно спать там, не потревожив друг друга.

— Но мои кошмары…

— Хочешь переночевать на балконе?

— Не особо, — признала я, с сомнением оглядываясь вокруг. Уютно, конечно, но так себе перспектива.

— Тогда хватит уже выдумывать глупости. Иди себе, — махнул он рукой. Надоела, наверное.

— А ты как же? — не могла я просто так взять и уйти, вот прям язык чесался.

— Пойду на кухню читать отличия истерики от плача, — хмыкнул Алекс, — ты верно заметила, что сессию никто не отменял.

— Алекс, — немного помедлив, я все-таки решилась попробовать, — прости за…

Он резко повернулся, заставив меня запнуться на полуслове.

— Если у Стаса возникнут ко мне вопросы, я разберусь с ним. А сейчас иди спать.

— Но…

— Тебя нужно проводить? — проговорил зло, с нажимом. Ну наконец-то, хоть какие-то эмоции. Теперь я вижу, что он злится.

— Нет, я просто не понимаю… Ты странно себя ведешь. — Я даже выдохнула с облегчением, что наконец-то смогу выговориться: — Мы рассказали тебе, что человек, с которым ты работаешь, — убийца, а ты никак не отреагировал. Мне неспокойно. Вдруг ты нас сдашь ему? Рассказал бы уже, что тебя с ним связывает? Почему работаешь механиком и одновременно учишься на психолога? Откуда у тебя пистолет? Кто ты?

Молчание. Глаза блестят в полумраке. Давай, разозлись по-настоящему, выскажись, скажи, как сильно тебя достала странная девчонка.

— Алекс?..

— Про сдашь — это ты так шутишь? — Парень опять был само спокойствие.

— Нет.

— Что за глупости приходят в твою хорошенькую головку? И ты же не думаешь, что я на все сразу отвечу? — резонно поинтересовался он.

— Я надеялась.

— Точно не сейчас. Тебе пора отдыхать.

Он так настойчиво отправлял меня спать, что пора было уже согласиться. Бесконечно длинный день плавно перетек в бесконечно длинную ночь.

— Тогда пролей свет хоть на одну загадку, и я отстану ненадолго.

Чтобы оказаться в опасной близости от моего лица, Алексу пришлось сделать всего один широкий шаг. Он наклонился, я сдержанно, стараясь не выдавать эмоций, попятилась. Красивые губы изогнулись в усмешке. Он снова забавлялся. Я ожидала каких-нибудь намеков или отшучиваний, поэтому сказанное им меня ошеломило:

— С Ящером меня связывает прошлое. И я окончательно приму решение насчет него только тогда, когда найдется доказательство преступления. Так пойдет?

Я осторожно кивнула.

— Но если он еще раз тронет тебя, ему придется тяжко. Это тоже ясно?

В горле пересохло. Не знаю, почему угроза в адрес Стаса Ящерова больше напугала меня.

— Это ясно. Я поняла. Спокойной ночи, Алекс, — обогнула его, стараясь не задеть, и на цыпочках, чувствуя спиной его пронзительный взгляд, прокралась в спальню.

Кровать была действительно большой, хватило бы места даже для троих. Светлое постельное белье вкусно пахло Алексом. Стянув с себя джинсы, я забралась под прохладное одеяло, уронила голову на подушку и тут же провалилась в сон, забыв проверить телефон и поставить будильник.

На этот раз ко мне в сон пришла очень красивая женщина. Яркая, зеленоглазая, с копной русых волнистых волос и веселыми веснушками. Было в ее улыбке и глазах что-то такое, что заставляло оборачиваться вслед. И фигурка загляденье. Мягкие плавные изгибы, пышная грудь, нежная шея. В цветастом летнем платье без бретелек, в ослепительном сиянии солнечного света, босая, она смотрела на меня с легкой улыбкой и печальным взглядом.

—{ Найди меня.}

Я даже имени ее не знала. Мне стало больно. Она находилась там, где было тепло и солнечно, так почему сжимается от боли сердце? И почему мне хочется плакать?

— {Найди меня.}

Я проснулась. Никаких криков и панических атак, лишь одинокая слеза скользнула по щеке.

— Кошмары? — Сонный Алекс приподнял голову с подушки. В полумраке в пижаме он выглядел таким милым, что мне захотелось потрепать его по макушке. Наверное, не поймет.

— Нет, всего лишь странный сон.

Он раздумывал секунд десять. Посмотрел на меня долгим взглядом, будто что-то прикидывая, а потом откинул свое одеяло. Мне не пришлось предлагать дважды. Ночь стирала все стеснения, да и мы оба понимали, что в этом поступке не будет ничего предосудительного. И никаких слов. Просто обнять, прижаться, почувствовать нормальное человеческое тепло, позволить себе расслабиться в крепких руках, позволить себе стать слабой хрупкой девушкой, которой хочется, чтобы ее утешили.

Пусть он замешан в каких-то темных делах, пусть он связан с убийцей, но сам он не такой. Я знала. И еще понимала, что, когда эта история закончится, и мы с Алексом уже не перестанем общаться, я всегда буду благодарна ему за сегодняшнюю поддержку.

Мы так и заснули — вместе.

Еще было темно, когда я снова проснулась. Полюбовалась пару минут на спокойное безмятежное лицо лежащего рядом парня, тяжело вздохнула и бесшумно покинула его спальню. Складывалось ощущение, что я сбегаю от чего-то важного, и что он меня обязательно неправильно поймет.

Ну и пусть. Растолкала Свету, и мы, наспех приведя себя в порядок, вызвали такси. Аргументируя тем, что мне нужно было успеть к первой паре. В конце концов, сегодня действительно должна быть важная практика, от которой зависит оценка за экзамен.

Света училась с обеда, но она не могла сопротивляться моему натиску, и лишь когда мы уже сидели в машине, крайне недоуменно спросила:

— Почему мы не разбудили Алекса?

— Это без надобности, — хмуро ответила я, — он уже привык, я думаю.

— Так ты уже у него ночевала? — еще больше удивилась девушка. — А-а-а, вспомнила, ты действительно как-то не пришла в общагу, я даже хотела позвонить, но выяснилось, что номерами мы не обменялись.

— Мы, кстати, до сих пор этого не сделали, — заметила я.

— А ведь и правда! — Светка тут же потянулась за моим мобильником, вбила номер и сделала дозвон, потом вдруг хитро улыбнулась и вкрадчиво спросила: — Ты так от него сбегаешь, потому что между вами что-то произошло?

Я, едва уловимо покраснев, отвернулась к окошку и дернула плечом. Выждав минутку и поняв, что я не желаю поддерживать разговор о своей личной жизни, Света разочарованно вздохнула и ненароком обмолвилась:

— Знаешь, если бы единственный мужчина, до которого я могу дотронуться, был таким же симпатичным, как Алекс, я бы уже затащила его в ЗАГС.

Удивительно, но она думала, как моя бабушка! Надо будет, наверное, рассказать ей, в чем именно заключается загвоздка.