Проклятие Алевтины

Глава 4 Показательное выступление

Поговорить с Алексом в коридоре между парами было делом чести. Последние несколько дней я выслеживала Алекса с упорством, которому позавидовал бы любой спецагент, но застать его в одиночестве — та еще задача. Он всегда был окружен либо одногруппниками, либо восторженными первокурсницами. Но сегодня утро было на моей стороне.

Едва я приметила нужного мне парня у окна, залитого пятничным солнцем, сердце тут же устроило барабанную дробь. Время действовать. Я тут же купила в столовой черный американо — по слухам, Алекс пил только его, без сахара и сливок, — и, глубоко вздохнув, пошла снова пытать удачу.

— На какой машине ты ездишь? — подавая ему дымящийся стаканчик, выпалила я, перекрывая гул голосов в коридоре.

Алекс что-то увлеченно писал в телефоне и на реплику отреагировал не сразу. Он медленно поднял взгляд от экрана, но не на меня, а на кофе в своей руке.

— Ты когда-нибудь здороваешься? — спросил он, все так же глядя в телефон. На меня, между прочим, даже не взглянул. А я специально сегодня вместо любимой удобной юбки нацепила эти новые, слегка жмущие джинсы, рассчитывая на более соблазнительный эффект.

— Нет, — честно призналась я, пожимая плечами. Врать не имело смысла. Воспитанность явно не была моей сильной стороной, особенно когда на кону стоял такой важный вопрос.

— Откуда ты знаешь, что у меня есть машина? — Алекс наконец оторвался от телефона и сделал обжигающий глоток абсолютно горького напитка. Его лицо не дрогнуло ни единой мышцей. Он даже не поморщился.

Так я и знала — этот гад нарочно издевался! Не могут же такие закоренелые бруталы на самом деле любить этот горький отвар. Должна же быть у него слабость к сладким зефиркам в шоколаде или чему-то столь же беззащитному.

— У тебя дорогая одежда и телефон последней модели, — перечислила я по пунктам, чувствуя себя немного Шерлоком. — А ключи от машины я вчера видела торчащими у тебя из заднего кармана джинсов. Когда ты наклонялся за упавшей ручкой.

Алекс медленно, с явным скепсисом, обвел меня взглядом, и по его губам скользнула едва заметная ухмылка.

— Наблюдаешь ты лучше, чем сталкеришь, — фыркнул он, давая понять, что все мои неловкие преследования последней недели не остались незамеченными.

На моих щеках вспыхнул румянец. А парень сделал еще один глоток и, наконец опустошив стаканчик, смял его в ладони.

— Хорошо. Ладно. Я поговорю с тобой после последней лекции, раз уж ты такая упрямая. — Он повернулся, чтобы уйти, но на прощание бросил через плечо: — Надеюсь, в этот раз ты придумала более убедительную просьбу, чем «нужно всего пять минут».

Я готова была прыгать от счастья!

— Ты мне нравишься, Аля.

Это было первое, что я услышала, когда мы сели на единственный свободный подоконник в широком коридоре, соединяющим основные корпусы. Не знаю, какой реакции ждал от меня Алекс, но я едва не сверзилась с подоконника. Потом у меня появилось навязчивое желание пощупать Алексу лоб. Бредит? Буфетчица вместо кофе что-то не то налила?

Отдышавшись, отодвинулась от парня на пару сантиметров, а потом с опаской уточнила:

— Чем?

Алекс хмыкнул.

— Номер не клянчишь.

— Это потому что он у меня уже есть, — пожала я плечами.

— На шею не вешаешься.

— Физический контакт не интересует, — отрезала я.

— В гости не напрашиваешься.

— Эм… видишь ли, и адрес твой у меня есть, но без приглашения — ни-ни, — виновато пробубнила я.

— Хм, — Алекс смотрел на меня с настоящим восхищением, но в синих, как июльское небо, глазах плясали смешинки. Видимо, я снова его забавляла.

— Ты продолжай, — величественно махнула ему рукой. — Мне нравится такое про себя слышать. Редко хвалят, знаешь ли.

— Я хотел добавить про привлекательную внешность, но ты и так это знаешь.

— Нет уж, продолжай, будь добр!

Вообще-то только мои родные называют меня красавицей. Не повредит услышать это и от сексуального парня, который так смеется, что кожа мурашками покрывается и в животе сладостно екает.

— Ты очень привлекательная и удобная девушка, Аля. И не считай ты себя великой провидицей, я бы давно с тобой переспал.

Вот и закончилось очарование. Я мгновенно пришла в себя. Удобная? Я что, диван или кресло? Назвал бы еще мягкой и теплой, убила бы. Голубые глаза казались уже не такими невинными. Ну наглец… И прекрасно это знает.

— Я не выдумываю.

— Докажи.

Одно слово. Но оно окончательно убедило меня, что передо мной сидит отнюдь недобрый человек.

— Смотри, — зло стянула с себя перчатки и бросила в его сторону. Следом полетел рюкзак.

Итак, начнем представление.

Первой попалась девушка. Высокая, статная. Она сама на меня налетела, когда я резко остановилась посреди коридора.

— Простите, — недовольно поджала губы первая жертва.

— Аня, верно?

Девушка удивленно захлопала ресницами, услышав свое имя.

— Слушай, если не сдашь историю России с первого раза, то можешь завалить всю сессию. И да… — Я понизила голос. — Не злоупотребляй своими пилюлями. Именно от них у тебя так раскалывается голова.

Она пьет их, потому что хочет заснуть поскорее и не вспоминать, как всего полгода назад заснул и не проснулся ее младший брат. Страшная тишина по ночам, а в ней — его неслышные шаги. Лучше выпить таблетку и заснуть. Не слышать эту давящую пустоту.

Оставив стремительно бледнеющую Аню позади, я краем глаза уловила знакомую тень. Алекс следовал по пятам, внимательно наблюдая, но никак не комментируя происходящее. Нет, этого мало. Надо найти что-то более наглядное, более впечатляющее. Я ринулась в сторону спортзала, где всегда кучковались спортсмены. Их корпус был рядом, и они редко ходили в одиночку.

Первым на моем пути оказался здоровый качок в черной обтягивающей футболке, которая, казалось, вот-вот разорвется по швам.

— Не думай, что если ты выиграл у Ника в прошлый раз, то и завтра он даст слабину, — выпалила я, ловя его недоуменный взгляд. — Обрати внимание на свое запястье, Андрей. Дай ему сегодня отдохнуть.

Лицо горит от еще не проявившихся синяков. Завтра на нем не будет и живого места. Если сегодня он будет слишком долго тренироваться, запястье хрустнет в самый ответственный момент. Больно. Он очень серьезный противник. Но я обещал доказать, я должен показать отцу, что вовсе не маменькин сынок.

Шипя от фантомной боли, я уже подходила к следующему, а качок порывался что-то сказать, но, видимо, не находил слов. Надо действовать быстрее.

— А тебе, — криво улыбнулась я его дружку, — хватит уже сидеть на запасных. Сам подойди к тренеру, и тебя возьмут в основной состав, вот увидишь.

На самом деле я еще много могла бы им рассказать, но все это было не то. Эти вещи Алекс мог проверить только через пару недель, а то и месяцев. Мне нужен был один яркий, сиюминутный пример. Пока нашла то, что искала, я перетрогала еще человек пять. Старалась действовать осторожно и быстро, чтобы не впутывать себя в неприятности, но тот же Андрей явно хотел выяснить все подробности. У меня уже было несколько неприятных инцидентов из-за такого любопытства.

Вот. Наконец-то! В голове шумело, а руки начали дрожать от перенапряжения. Я увидела сцену, разворачивающуюся у главного входа.

— Смотри, — тихо сказала я Алексу, указывая взглядом на лестницу. — Парень в зеленой рубашке через минуту очень феерично споткнется и шлепнется на ступеньках, а те милые первокурсницы ринутся его поднимать. Одна из них, с рыжими хвостиками, в порыве сочувствия поделится с ним своим номером телефона. Понаблюдай пока, а мне пора…

Почему она на меня не смотрит? Мне что, подойти и встряхнуть её? Я же для нее воздух. Она даже не знает, что я существую.

Ну вот, опять этот научный довел меня до слез… Как же стыдно…

Почему он мне не звонит? Самой набраться смелости?

Надо уходить, срочно…

Напряжение достигло пика. Напрочь позабыв, что мой пропуск остался в рюкзаке, который по-хозяйски носил Алекс, я прошмыгнула прямо под турникетом, за что и была немедленно облаяна охраной. Но мне было плевать, что мне выпишут предупреждение, — мне отчаянно нужен был воздух.

Это пройдет. Пройдет. Дыши, Аля. Спокойно. Все хорошо.

Вдох-выдох. И так раз десять, пока я не почувствовала, как медленно отпускает спазм в груди. На улице хоть уже и не зима, но было жутко холодно без куртки. Я могла запросто заболеть. Но сейчас мне был нужен этот отрезвляющий, колкий холод. Обхватив себя за плечи, я с наслаждением вдыхала весенний воздух и радовалась наконец-то наступившей тишине в собственной голове. Слава Богу.

— Он действительно упал, — прозвучал прямо за спиной голос Алекса, и парень внезапно опустил мне на плечи свою теплую, пахнущую свежим ветром толстовку. — И та девочка… ей позвонили. Но ты могла остановиться и раньше. Я знаю Андрея и видел его прошлый бой с Ником.

— И ты бы мне поверил? — хрипло спросила я, кутаясь в мягкую ткань. — А если бы я просто видела тот бой и сделала умные выводы?

— Такие девочки, как ты, на бои не ходят, — парировал он.

Он неожиданно взял мои озябшие ладони и аккуратно вложил в них свои кожаные перчатки. Они были на пару размеров больше, но в них было невероятно тепло.

— Я не знаю, что ты за фрукт такой, но это было… интересно. Жутковато, но интересно. Ты не думала на этом делать деньги?

Я лишь покачала головой. Сил рассказывать ему о том, что дар нельзя использовать во вред, не оставалось. Вряд ли этот прагматичный парень верил в карму и энергетический баланс.

Мы молчали. Он стоял в пальто, наброшенном на тонкую футболку, без шапки и шарфа, и задумчиво разглядывал меня, перебирая в руках ключи с брелоком.

— Хорошо, — наконец сказал он, видимо, решив что-то для себя. — Когда я только восстановился после травмы, мне рассказывали байки про некую сумасшедшую девчонку на нашем потоке, которая читает людей как открытую книгу, предсказывает судьбы налево и направо и раздает советы с видом провидицы. О тебе говорили с благоговением и страхом. Думал, это просто легенды. Оказалось, нет.

— Вот только не говори, что ты тоже вдруг испугался.

— Я? — и столько удивления в голосе, будто ему вообще чужд любой страх. — Мне чего бояться. Особенно если ты действительно не можешь ничего увидеть из моего прошло или будущего. Это правда так?

Вяло кивнула головой, поплотнее укутываясь в чужую одежду. В висках начало громко стучать.

— И знаешь, как именно я могу помочь?

Растерянно захлопала ресницами.

— А… Э… надо поговорить с родными. Тогда точно скажу.

— Как узнаешь — найди меня. И подумай, чем сможешь расплатиться.

Он ушел, по своему обыкновению не прощаясь. Я ошеломленно смотрела ему вслед и мучительно соображала. Вот тебе и добрый самаритянин. За бутерброды и пирожное, которыми он меня угощал, тоже потом деньги возьмет или пронесет?