Глава 11

Дэн открыл глаза и уставился в нежное салатовое небо с двумя светилами, спешащими на встречу друг другу. Он был дома. Как и говорил Аэрон. Смерть для них — лишь перемещение между мирами. Тяжело вздохнув, он прижал руку к груди. Чёртов маг его всё-таки достал. Больно было даже сейчас. Но с этой болью он сможет жить, а вот если с Кэм что-то случится, он себе никогда не простит. Нужно вернуться туда, найти её и плевать на возможный шок, у неё через пять дней день рождения, и ей уже можно будет всё рассказать. Нужно найти мага, способного его переместить. Он с трудом поднялся и сориентировавшись на местности, взял самый сильный из ближайших следов. Вот только нужно приодеться, в добротном костюме из того мира, он здесь, как бельмо на глазу. А привлекать излишнее внимание к своей персоне в мире, где каждый Охотник вне закона, совсем неуместно. А ещё отдохнуть нужно, с таким запасом энергии — он не то что уговорить мага на перемещение, ходить не может.

По плечу пробежал холод, мышцы напряглись и кровь начала замерзать. Татуировка на плече запульсировала и начала разрастаться. В этом мире, это был не аккуратный рисунок, это была связь с магическими истоками, и оказавшись поблизости она зажила своей жизнью. Дэн знал, что скоро всю его спину покроют древние надписи, лучше прилечь, этот процесс довольно болезненный. Зато он сразу возобновит почти все свои резервы. Он будет впитывать магию до тех пор, пока не восстановится полностью. Скрепя зубами, от сдерживаемой боли, мужчина лёг на траву, предоставляя магии делать своё дело и обдумывая следующее действие. Схроны Охотников разбросаны по всему миру, нужно просто отыскать один из них и немного передохнуть. Всего несколько часов нормального сна и пища, смогут сотворить чудо. А потом на поиски мага. Спустя несколько часов, он уже шёл, по следу магии, которую могут считать только такие как он. Охотники. Их магия не принадлежала к стихийной, она просто была, совсем другой, ее не могли воспринимать прочие существа, пока не становилось слишком поздно или пока Охотник сам не раскрывался. Его успокаивала лишь мысль, что здесь недалеко, всего день пути и потом сразу назад. Только бы не опоздать.

К вечеру следующего дня он всё-таки добрался до затерявшейся в глухом лесу неприметной землянки. Маленький охотничий домик для всех живущих в этом мире мог стать временным пристанищем, чтобы укрыться от дождя или переждать бурю, но для Охотников, там было припрятано всё необходимое. Стоило мужчине коснуться одной из половиц, на спине вспыхнула татуировка. Процесс опознания длился несколько мучительно долгих мгновений, когда ментальная магия прощупывала потревожившего её человека. А потом всё закончилось, Дэн с легкостью потянул на себя скрытый под половицей рычаг, скрипнули старые петли и в полу открылся лаз. В тайнике было всё необходимое вернувшемуся с задания в свой мир: одежда, обувь, оружие, несколько амулетов, чистая вода и удобная лежанка. Дэн переоделся, утолил жажду, и заперев путь наверх растянулся на кровати. Нужно немного поспать, пока спадёт маска и он вернёт свой, естественный для этого мира, облик. Способности Охотников спать в любой ситуации и в любом положении частенько вызывали зависть у всех прочих существ, стоило им лишь оказаться в нужном месте и принять удобное положение, как они провались в глубокий сон. В отличии от магов, которым необходим был контакт со своей стихией, чтобы восполнить энергию, Охотникам достаточно было хорошего сна, или чужой энергии.

Но, обычно безмятежный сон Даниэля, в этот раз обернулся кошмаром. Он проснулся от собственного крика. Вспомнить, что его так напугало мужчина не смог, только темнота и страх. А после пробуждения отчаянно ныл старый след от чужой магии, застывший ожогом на плече. О происхождении этого шрама Дэн ничего не знал, Аэрон утверждал, что это врожденное. Некоторое время Дэн потратил на то, чтобы прийти в себя окончательно, а потом нашёл запасы провианта, подкрепился и засобирался в путь.

Собирая в хвост на затылке гриву курчавых черных волос, Дэн сожалел, что в этом мире нет барбершопов и нельзя ходить с аккуратной стрижкой, а ещё придётся отпускать бороду. Дэн почесал ещё гладкий подбородок, а жаль. На его взгляд борода и конский хвост выглядели неряшливо, хотя чего ожидать от мира, застрявшего в магическом средневековье? Варварство, да и только. На стёганную куртку лег кожаный доспех, место дорогих, начищенных до блеска туфель заняли высокие сапоги, спрятав притаившийся на лодыжке кинжал. Рабство, разбитые тракты, лошади, горные тролли, гномы, эльфы, маги… Дэн тяжело вздохнул и забросил в наплечные ножны меч, в этом мире огнестрельное оружие — арбалет с магическими болтами, всё остальное просто не функционирует. Удостоверившись, что хижина пуста, Дэн покинул убежище. Теперь нужно найти мага и вернуться.

В глаза ударил солнечный свет. В этом мире не бывает зимы как таковой. Два ярких светила обеспечивают постоянное тепло, смены времен года практически нет. Всегда голубая трава и зеленое небо. И это его мир. Никакого интернета, баз данных, вай фая, телевиденья и атомного оружия. Мечи, луки, арбалеты, натуральные продукты, охота и собирательство. Тоска зелёная! Нужно быстрее возвращаться!

Несколько часов Даниэль просто бродил по округе в поисках хоть какого-нибудь следа. Нет, следов, конечно, было много, но ему нужен был достаточно сильный маг, способный осуществить перемещение, а таких с каждым годом становилось всё меньше. И в большинстве своём они были на службе у короля Моргана, а значит, категорически не подходили для его целей.

Когда нужный след был найден Даниэль тяжело вздохнул. Путь предстоял непростой и совсем неблизкий. Кроме того, маг, след которого взял Даниэль, явно был эльфом, а с этими придётся ещё повозиться, чтобы убедить сделать необходимое. Но в сложившейся ситуации были и явные плюсы: эльфы никогда не служили ни одному из королей, предпочитая жить по собственным правилам, а значит, предательство ему точно не угрожает. К Охотникам эльфы относились снисходительно, можно сказать даже тепло, пока соблюдались их законы.

Бессмертные вечно молодые утонченные натуры давно уже прекратили все контакты с людской расой, с тех самых пор, когда непредусмотрительно подарили первому королю и всем его наследникам вечную молодость. Вечная жизнь и безграничная власть превратили слабого человека в монстра, объявившего, спустя пару сотен лет, войну своим дарителям. С тех пор границы эльфийского леса были закрыты для людей. Лишь очередной король, добровольно передавший власть своему наследнику после ста лет правления, мог перейти эту границу, чтобы обрести покой или смерть, никто не знал, что происходит с ушедшими королями. Эльфы никогда не появлялись во владениях людей и никого не допускали на свои земли.

— Придётся просить о помощи этих всезнаек, — вздохнул Даниэль. — Но, враг моего врага — мой друг, надеюсь, здесь эта истинна пока не забыта. Только бы маг был отшельником!

Путь до эльфийских лесов занял гораздо больше времени, чем Дэн рассчитывал. Если бы у него была машина, он добрался бы туда уже к вечеру следующего дня, но здесь в его распоряжении не было даже лошади. Незаметно прошёл день рождения Камиллы. Теперь ей придётся учиться жить без защиты. Это тревожило Даниэля, но изменить что-то он уж не мог, оставалось лишь продолжать путь и надеяться на её благоразумие. Дэн вздохнул. Это точно не про его напарницу, там благоразумием и не пахло.

Несколько раз разбойники преграждали путь одинокому путнику, но едва глаза Дэна приобретали красный оттенок, спешили отступить. Связываться со странствующим магом люди, лишённые дара, боялись, о том, что им повстречался вовсе не маг, они не могли догадаться. Мерцающая красными отблесками магии татуировка, отличительный знак Охотников, пока была надежно скрыта под одеждой, но скоро придётся повязывать шарф, прикрывая шею. Витиеватое плетенье разрасталось, Аэрон говорил, что массивность этого «украшения» зависит от силы Охотника, чем больше сила, тем больше площадь рисунка. В последний раз, когда Дэн был в этом мире, разрисована была лишь верхняя часть спины, от плеча и чуть ниже лопаток, теперь же узоры настойчиво перебрались на плечи и тянулись к шее, плотная вязь уже вилась по бедрам. Придётся быть предельно осторожным с принятием водных процедур, если кто-то заметит его со спины, беды не миновать. Если наставник был прав, значит сила Даниэля многократно возросла, что не удивительно, ведь он впервые очутился в своем мире после того, как достиг рассвета своих сил. Свой двадцать пятый день рождения, как и шесть последующих он встречал в мире науки и техники. А сколько чужой магии он впитал за время своей службы, он бы даже и не смог вспомнить. Соблюдая осторожность Дэн продолжил свой путь.

Уже через три недели после своего перемещения, Дэн вошел в полосу вечнозеленых лесов. По его расчетам до эльфийских лесов было еще две недели пути и их придётся преодолевать по этому бурелому. Эльфы специально вырастили этот лес у своих границ, чтобы как можно меньше случайных прохожих могли набрести на заповедные земли. Чертыхаясь на каждом шагу, Дэн уже два дня пробирался по дурацкой чаще. Если бы не необходимость, что подгоняла его, он бы с удовольствием наслаждался этой прогулкой по непроходимому лесу. Ндаа, в том мире у него не было времени на такие мелочи как удовольствие от созерцания совершенства природы, да там и лесов таких уже не осталось. Дэн криво усмехнулся. Городские джунгли заменили людям того мира природу. Вечная спешка, боязнь упустить шанс или выгоду, погоня за мелочными удовольствиями и пустыми наслаждениями. Здесь это казалось совсем смешным. В этом мире не имело значения кем ты хочешь быть, ты то, что ты есть и не более того. Охотник не может стать магом, Убийца — никогда не превратится в Инквизитора, сколько бы ни пытался. Ты живешь тем, кем был рожден и проживаешь свою жизнь в соответствии со своим ремеслом, определенным всемогущим проведением в момент твоего рождения, или даже зачатия. Купец не станет горняком, рыболов не начнет обрабатывать поля… У каждого рожденного своя роль, свое место, свои проблемы. Разводя огонь, чтобы поджарить свежего зайца подстреленного всего пару часов назад, Дэн пытался понять какую роль проведение отвело ему, но все его мысли так или иначе всегда возвращались к непутевой напарнице. Ночной сумрак быстро сгущался под сенью этого непроходимого леса и рассмотреть что-то было уже просто невозможно. Но Охотнику не нужны глаза, у него есть чутье и Дэн почувствовал приближение существа, наделенного огромной силой и, продолжая заниматься ужином, приготовился отразить или нанести магический удар. Но его предосторожность оказалась излишней из глухой чащи в свет его костра сделал шаг высокий блондин лет сорока и приветливо улыбнулся.

— Успокойся, Охотник. Я не враг тебе, если, конечно ты не идешь по моему следу с целью убить меня. А ты, как я вижу совсем не спешишь. Немудрено что мне пришлось тебя столько ждать!

Дэн еще раз взглянул на незнакомца и проверил след, по которому шёл. Перед ним стоял тот самый маг, которого он искал.

— Разделишь со мной ужин, маг? — спокойно предложил Даниэль.

— С удовольствием, Охотник, — улыбнулся эльф и устроился у костра.

«Да уж, около сорока лет», усмехнулся своим первым мыслям Дэн. Этому моложавому блондину с таким же успехом может быть и сотни и тысяча лет. Эльфы бессмертны и сохраняют внешность молодых всю свою жизнь. Изучая лицо мага Дэн искренне позавидовал полному отсутствию растительности на щеках и бороде мага, он уже смирился с густой порослью жестких волос, торчащих во все стороны на его лице.

— Ты ждал меня? — продолжая переворачивать кролика спросил Дэн. — Не думал, что обо мне кто-то знает и тем более ждет.

— Я почувствовал тебя, как только ты взял мой след, Охотник и поспешил к тебе навстречу, чтобы облегчить поиски и избавить тебя от необходимости встречаться и общаться с нашими старейшинами, — очень дружелюбно пояснил эльф. Мое имя Валдерман ВанКан. Можно просто Кан.

— Ты знал, что я иду по следу? — удивился Дэн. — Все маги могут это?

— Нет, Охотник, но я оставил свой след у всех ваших схронов специально, чтобы тот, кому потребуется помощь смог меня отыскать и ждал. Ждал, когда ты вернешься, чтобы взять след. А что в том мире не принято представляться при знакомстве? — едва заметно нахмурился эльф.

— Прости, я немного отвык от светских бесед за время одинокого путешествия. Мое имя Даниэль. Рад знакомству, Кан. И зачем же ты оставил свой след?

— Чтобы оказать тебе помощь, Даниэль, — беззаботно пожал плечами маг, так словно это всё объясняло.

— Именно мне?

— Ты же хочешь побыстрее вернуться в тот мир? Так что да, именно тебе. Хотя тебе там уж нечего делать. Твой путь в том мире, на данный момент, завершён, Дэн. Теперь ты нужен здесь, — задумчиво проговорил Кан опуская свои почти бесцветные глаза вниз.

— Я-то уж решил, что меня минует необходимость выслушивать нравоучения и загадки, но, видимо, это у вас в крови, — проворчал Дэн. — Что ты хотел этим сказать?

— Лишь то, что сказал, ничего больше. Тебе нет нужды туда возвращаться. Ты нужен здесь, нужен сопротивлению, ты должен их возглавить.

Даниэль лишь презрительно хмыкнул.

— У меня там остался друг, — признался Дэн. — Боюсь, что без меня, она попадет в беду. Я должен помочь ей. Сопротивление уже много лет ведёт свою безнадёжную борьбу, боюсь, что я ничем не смогу им помочь.

Эльф поднял на Даниэля взгляд и напряженно всматривался в лицо собеседника.

— Ты ничего не знаешь, не понимаешь и даже не представляешь, что происходит. Спроси у своего наставника, когда встретишь его, может быть на сей раз у него найдутся нужные слова. Я не буду делать за него эту работу, — Кан вздохнул и посмотрел на огонь костра. — Так мало осталось тех, кто знает истину. Даже среди нас. Наша ненависть к людям затмевает разум, мы терем связь с реальностью, а между тем, сейчас судьба нашего мира в ваших руках, как бы глупо это ни звучало. Если ты хочешь, Даниэль, я отправлю тебя туда немедленно, вот только тебя ждет разочарование, там нет того, что ты ищешь.

— Ты не знаешь что я ищу! Ты не слышал меня? Там есть человек, которому нужна моя помощь! Я должен вернуться!

— Я всё слышал! — прервал его гневную тираду эльф. — Это ты не слышишь меня, Охотник! Ты нужен здесь! Я попробую тебе объяснить, магия уходит из нашего мира. И это не случайность. Это закономерность. Такое происходит не в первый раз и не в последний, если мы пройдём через это через несколько тысяч лет всё повторится. Магия опять начнёт умирать и ей опять нужна будет подпитка…

Эльф задумался, закусив губу, изучал мерцающие в высоте звёзды.

— Магия — это энергия, Даниэль. Она практически живая, она течёт и изменяется, наращивает могущество и истощается, и когда источник магии иссякает, ему нужна подпитка, внешний толчок. В такие времена рождаются особые дети. Их всегда несколько, всегда есть возможность всё исправить и всё погубить. Если они сделают верный выбор, пойдут по нужному пути, магия получит подпитку и продолжит существовать, но, если они совершат неверные поступки, примут не те решения, откажутся принимать условия этой игры, магия погибнет и никогда больше не возродится. Всё, что питается магией в этом мире умрёт. Не будет больше эльфов, троллей, гоблинов и прочих волшебных тварей, не будет Охотников, магов, Инквизиторов и Убийц. Ты был в том мире, ты знаешь к чему это приведёт, наш мир станет таким же, и мы больше никогда не сможем путешествовать между мирами, каждый пойдёт своим путём. Отдаляясь с каждым днём. Я не могу предсказать, чем это закончится, никто не может.

— Я-то тут при чём? — искренне удивился Дэн. — Я — простой Охотник. Выслеживаю магов, нарушающих законы и устраняю опасность, берегу так сказать порядок и не имею ни малейшего представления о тех высоких материях, о которых ты тут ведешь речь.

— Ты прав, Дэн, в одном, это высшая магия, тайное знание, доступное единицам. Но вот во всём остальном, ты ошибаешься, — загадочно улыбнулся маг. — Я не смею тебе прекословить, Даниэль, впрочем, как и задерживать тебя, чем быстрее ты убедишься в правоте моих слов, тем быстрее вернёшься. Я буду ждать тебя, когда ты будешь готов, то без труда сможешь меня разыскать, Охотник.

Маг опять загадочно улыбнулся и Даниэля окутало мягкое рубиновое свечение. Дэн едва успел отбросить вертел с надетым на него зайцем и сделать глубокий вдох. Перемещение хоть и происходит быстро, но вдохнуть в это время нельзя. Дэн закрыл глаза, чтобы избежать головокружения от калейдоскопа мелькающих перед глазами картин. Когда он открыл глаза и сделал вдох, то стоял уже по пояс в воде грязной реки, протекающей в центре города. Его оглушило многоголосие улиц, автомобильные сигналы, протяжные гудки поездов, далёкий, но в данный момент ощутимый гул пролетающих над городом самолетов. Пришлось зажмуриться, яркие огни реклам после тишины и темноты глухого леса вызывали приступы паники. Он быстро справился с собой и осмотрел себя выйдя из воды. Сейчас он был похож на бомжа, в мокрых штанах и такой неуместной в этом мире одежде с копной грязных волос, собранных в хвост на затылке и густой бородой.

— Хорошо, хоть кролика успел оставить этому полоумному магу, — вздохнул Даниэль. — А то картинка бы сложилась ещё та, если бы в руках у меня остался дымящийся на вертеле кроль. Нда, но есть и неоспоримый плюс, в таком виде меня точно никто не узнает, а значит не придётся пускаться в долгие объяснения, как мне удалось выжить и выбраться из могилы.

Первым его заметил бездомный, который спал под мостом. Окинув быстрым взглядом промокшего «собрата» тот без лишних слов протянул ему старый плащ из ближайшей кучи тряпья.

— Зря ты в воду полез, братишка, там нет рыбы, — посочувствовал Дэну старик. — Мы уже давно всю выловили, что там водилась, а то что плавает кверху брюхом я бы тебе есть не советовал, даже если хорошо прожарить, вкус бензина не исчезает. А потом такие проблемы с животом, что лучше уж голодным ходить.

— Спасибо, — принимая наставления и одежду проговорил дрожащий от холода Даниэль.

— Да не за что, парень. Никто, кроме таких же как мы, нас не замечает, мы не существуем для них, а значит, нужно держаться вместе. Помогать друг другу. Заботится.

— Я верну, — пообещал Даниэль, указывая на плащ. — Мне нужно попасть в одно место, а потом я обязательно верну его тебе, отец.

— Отец? — старик утёр грязной ладонью нос. — Когда-то у меня была семья, была жена и двое детей, работа, дом и даже собака. А потом пришла беда. И я потерял всё. Давно меня никто так не называл, мои дети и не вспоминают обо мне, наверное, думают, что я спился и проиграл всё имущество, они не знают, что я отдал всё, чтобы спасти их мать. А её так и не нашли. Но не бери в голову, парень, это лишь брюзжание старика, у тебя-то ещё все наладится, просто не сдавайся, не опускай руки.

Даниэль кивнул и пошёл в сторону центра. Скоро начинается рабочий день, нужно подождать Кэм у входа в участок, убедиться, что с ней всё нормально, а потом связаться с Аэроном и потребовать объяснений и помощи.

Дэн удивлялся сам себе, но до участка он успел добраться вовремя, бывшие сослуживцы только начинали рабочий день, все спешили по своим местам и, конечно, никто не мог узнать в заросшем бородатом бездомном, который околачивался у входа в участок, франта Даниэля Варика. Капитан даже дал ему милостыню, но попросил отойти от участка, пригрозив арестом. Дэн послушно заковылял прочь, Камилла так и не появилась, нужно сразу идти к её дому, но он бы точно не успел на другой конец города. А значит остаётся лишь одно, нужно звонить Аэрону. Дэн уже переходил улицу в поисках подходящего телефона, когда с ним поравнялись двое бывших сослуживцев. Их разговор насторожил Даниэля и он стал прислушиваться.

— Вот же судьба-злодейка, кто бы мог подумать, что так всё выйдет, — проговорил один из полицейских.

— Да уж, жалко их обоих, — вздохнул второй.

— Вместе ловили эту тварь и погибли тоже вместе, с разницей всего в пару недель.

— Она не перестала её искать, даже когда её выперли, наверняка хотела отомстить за напарника. Упрямая была, земля ей пухом…

— Я на похоронах не был, дежурил, хочу завтра наведаться на кладбище, хоть цветы им отвезу, почту память…

— Так может вечером соберемся всем отделом, помянём, как положено?

— Хорошее дело. Нужно ребятам предложить. Её хоть как копа похоронили?

— Да, со всеми почестями, как положено. Как она умудрилась вырваться и пристрелить эту тварь? Ведь совсем хрупкая была, мы гроб когда несли, так только его вес и чувствовали, а её словно и не было там…

— Она мстила, а месть придаёт силы, — философски заметил его собеседник и позвонил кому-то по телефону. — Слышь, Том, мы тут решили вечерком посидеть, выпить за храбреца Варика и упрямицу Прад, вот и собери там ребят, а мы место закажем.

Даниэль остолбенел и потерял их из виду. Камилла погибла, пытаясь отомстить за него? Неужели эта безумная девица выследила Инквизитора и… поплатилась за это жизнью?! Глаза защипало, он не помнил, когда он плакал в последний раз, не помнил плакал ли он вообще когда-нибудь, но сейчас, он готов был выть от переполнявших его чувств. Всё напрасно! Он опоздал! Эльф, черт его дери, был прав! Этот остроухий маг знал? Знал, что Камилла погибла и потому сказал, что ему не стоит возвращаться?

— И кто же ты тогда такой, Кан? Пророк? И что мне должен рассказать Аэрон в таком случае?

Он почти подбежал к телефону и набрав номер оператора быстро произнёс:

— Вызов за счёт вызываемого абонента. Номер, — прослушав несколько длинных гудков, он услышал в трубке раздражённый голос наставника.

— Тебе что заняться нечем? Кто такой? Откуда у тебя этот номер?

— Забери меня, Аэрон, — спокойно ответил Даниэль. — Я недалеко от участка буду тебя ждать. И постели что-нибудь на сиденье, если не хочешь, чтобы я запачкал тебе машину, я не в лучшем виде.

— Дэн?! — сразу изменилась тональность разговора. — Я скоро жди.

Аэрон примчался через тридцать минут, быстрее проехать на машине по городу, забитому пробками, было просто невозможно. Когда Дэн устроился на переднем сиденье рядом с наставником, тот лишь недовольно поморщился.

— Выглядишь отвратительно, сынок!

— А чувствую себя ещё хуже, Аэрон! Поверни к мосту, нужно плащик вернуть хорошему человеку, — распорядился Дэн. — Как ты мог это допустить, Аэрон? Она нуждалась в твоей защите? Как ты мог её оставить?

— Так ты уже знаешь? — нахмурился старый охотник. — Это хорошо, а то я не знал, как тебе сообщить. Я не успел ничего предпринять, Даниэль. Её убили в тот же день, когда я вернулся, я просто не успел… Я никак не мог подумать, что она найдёт её сама, ведь даже ты не смог, а эта девчонка выследила Инквизитора и сама к ней попёрлась! Конечно я тоже поспешил туда вместе с магом, но мы опоздали, Дэн. Мой друг уже не успел её спасти, но Инквизитора я прикончил, она больше не станет её преследовать.

— Преследовать? Камилла умерла!

— Ах, да! Ты же ещё и этого не знаешь… Камилла не умерла, Дэн, её нельзя убить таким образом, не в этом мире…

— Так значит она всё-таки — наследница, — едва сдерживая вздох облегчения произнёс Даниэль.

— Нет, мальчик мой, она не наследница. Всё несколько хуже для тебя и для неё, — печально произнёс Аэрон. — Но это долгий разговор, давай отложим его до приезда домой, тебе не помешает горячий душ и хорошая еда. Разговор будет неприятный…

Дэн лишь кивнул.

— Я попрошу тебя об услуге, Аэрон. Найди родственников человека, чей плащ сейчас на мне, они не знают о нём ничего, а мне кажется, что им стоит узнать правду и помочь ему. Он всё-таки их отец.

— Отец, — Аэрон бросил быстрый взгляд на своего ученика и его губы едва заметно дрогнули. — Хорошо, Дэн, сделаю, но некоторых отцов лучше никогда не знать.

— О чём ты, старик?

— Долгая история, очень долгая, Даниэль, но, видимо, тебе пора её узнать! На-ка положи ему в карман деньги, чтоб старик не загнулся, пока я разыщу его детей, — быстро сменил тему Аэрон и протянул Дэну крупную сумму наличностью.

Машина остановилась у моста. Даниэль сразу же нашёл старика и с улыбкой протянул ему плащ.

— Спасибо тебе, отец. Я нашёл свою семью, надеюсь, и ты найдёшь свою.

Бездомный глянул на дорогую машину из которой вышел его ночной знакомый и улыбнулся.

— Я очень стар, но меня всё ещё удивляют хорошие окончания историй. Удачи тебе, парень, пусть она никогда больше тебя не оставит.

— Тебя она тоже скоро вспомнит, отец, просто не опускай руки, продолжай жить.

Даниэль видел, как бездомный надел старый плащ, а потом, уже садясь в машину, услышал возглас удивления и понял, что старик нашёл оставленные в кармане деньги. Дэн не смог сдержать улыбку, если бы его проблемы могли решиться так же просто.

Спустя несколько часов Дэн вышел из ванны в своём доме, где теперь жил Аэрон. На столе в кухне уже дымилась заказанная из ресторана еда и стояла початая бутылка хорошего виски. Дэн налил себе и сел за стол. Аэрон не спускал с него глаз, стоя у другого конца стола и потягивая виски из бокала.

— Ты не побрился, Дэн, — заметил старый Охотник.

— Не вижу смысла, я не стану тут задерживаться, выслушаю тебя и отправлюсь назад. Чёртов эльф был прав, не стоило мне возвращаться, — нарезая стейк проговорил Дэн.

— Эльф? Тебя перенёс сюда эльф? — насторожился Аэрон.

— Его имя Кан, — кивнул Даниэль.

— Что он тебе ещё сказал? — ругаясь сквозь зубы задал следующий вопрос наставник. — Доберусь до этого длиноухого всезнайки, убью.

— Ничего, только то, что ты мне должен что-то рассказать. Я слушаю, — и Дэн приступил к еде.

— Должен! Давно уже должен был, да всё никак не решался.

— Но я бы предпочёл, чтобы ты начал с того, что произошло с Кэм. Это меня интересует на данный момент больше, чем всё остальное.

— Кэм? Беда… Она не наследница, Дэн.

— Это я уже понял. Но это ведь хорошо? Теперь ничто не мешает нам быть вместе? Она принадлежит нашему миру, она не наследница, а значит…

— Нет, сынок, вы не можете быть вместе и никогда не могли… Она не наследница, Даниэль, а вот ты… Ты — наследник.

Даниэль подавился куском, который пытался разжевать, но Аэрон не дал ему задать вопрос и продолжил сам.

— И теперь вы совсем не можете быть вместе, вы даже друзьями быть уже не можете, Даниэль. Теперь вы — враги. Непримиримые, исконные, извечные. Один из вас должен умереть. Или ты, или она. Если умрёшь ты, то вместе с тобой умрёт и магия нашего мира. А смерть Камиллы, которая по нелепому случаю является вместилищем всех истоков магии, всех четырёх стихий, напитает источник, и магия продолжит существовать. Я отправил её поближе к тебе, приказал тебя искать, я надеялся, что ты сам во всём разберёшься, когда придёт время и сможешь принять верное решение…

— Убить Камиллу?

— Ты должен впитать её энергию, когда сила четырёх стихий соединится с силой, что дремлет в твоей крови, равновесие сил будет восстановлено. Камилла — жертва, ей не жить в любом случае. Теперь вопрос стоит лишь в том, кто получит её энергию. Ты, Морган или кто-то ещё. Она не маг, она не может использовать свою силу, Даниэль. Но она больше, чем маг — она источник магии. Дитя четырёх стихий. Рожденная, чтобы умереть. Она отдаст свою жизнь, чтобы могла существовать магия. Мне очень жаль, Дэн, но этого не изменить. Мы пытались, видит Бог, мы пытались, ещё тогда. Если бы её мать не была так упряма!

— Её мать? Ты несёшь полный бред, Аэрон! При чём тут её мать?

— Мать Камиллы была магом земли, но в ней были и капли от мага воды. Когда она появилась на свет мы следили за девочкой. Мы знали, что рожденный ею ребенок, будет обладать необычным набором способностей, особенно если подобрать ей правильного мужа. Она должна была стать женой бежавшего короля. Если бы наследник престола родился носителем магии четырёх стихий, то ему не потребовалось бы впитывать эту магию силой, лишая кого-то жизни. Две древнейшие силы соединились бы в этом ребёнке и всё встало бы на свои места. Но её мать влюбилась в одного из друзей короля и бежала с ним. Мы потеряли надежду, и тогда старый король женился на другой представительнице магов земли, в надежде всё исправить. Ты его первый сын, Даниэль. Когда Морган устроил восстание, твоя мать не погибла, она смогла сбежать, хоть и была тяжело ранена.

— Ударом молнии, — догадался Даниэль. — Вот откуда у меня этот ожог. Она была беременна, когда Морган попытался её убить.

— Да, — кивнул Аэрон. — Я смог вынести её из пылающего дворца, но идти дальше она не могла, она умирала, и ты умирал вместе с ней, мне пришлось… Она просила меня спасти тебя, Дэн. Я исполнил просьбу умирающей королевы и остался с младенцем на руках.

Аэрон опустил глаза.

— Нам удалось укрыть тебя, спрятать. Я обучал тебя, но ты не совсем Охотник, Дэн, ты рожден магом.

— Но как же так? Я ведь преследовал магов, убивал их, впитывал магию? — нахмурился мужчина.

— Это так, Дэн. Ты стал Охотником не по рождению, а по стечению обстоятельств. Первым глотком ты попробовал не молоко матери, а её кровь, ты впитал её энергию, потому что это был единственный способ выжить. Так ты изменил свою судьбу, я помог тебе её изменить. Прости меня, Даниэль, но другого выхода тогда не было. Твоя мать не выжила бы в любом случае, а тебя я мог спасти, и я сделал это.

— А мать Камиллы?

— Агата, — Аэрон, сделал большой глоток виски и продолжил рассказ. — Мы даже подумать не могли, что тот, с кем она бежала, тоже носитель двух стихий. Мы не знали его родителей, он воспитывался при дворе твоего отца, рос вместе с ним с пелёнок. А вот как получилось. Она бежала с ним и уже здесь родила девочку, Камиллу, и ребёнок, рождённый в мире без магии вопреки всему что нам известно, не просто унаследовал дар от одного из родителей, она унаследовала всё, от обоих и стала тем, кем является. Живым источником магии.

— Не понимаю, зачем убивать Камиллу, раз она источник магии пусть себе живёт и продолжает быть этим источником, — возмутился Даниэль.

— В том-то и дело, мальчик! Неужели ты не понимаешь? Наследники короля живут вечно, они получили бессмертие от эльфов, а Камилла — смертна! Если бы источником был наследник, он был бы вечным источником, молодым и полным сил, независимо от того жил бы он при дворе или у эльфов. А Камилла рано или поздно, умрёт и магия, источником которой она является, умрёт вместе с ней, если её до этого не впитает наследник!

— Подожди, Аэрон! — перебил его Даниэль. — Эльф сказал, что это случается не в первый раз, как же так выходит?

— Болтливый маг! Раньше, Даниэль, наши наследники не были бессмертны, и у нас не было возможности на что-то повлиять. Честно говоря, именно поэтому эльфы и подарили бессмертие нашему первому королю, чтобы разорвать этот бесконечный круговорот, когда кому-то приходилось жертвовать собой, ради возвращения магии в наш мир. Так уж вышло, что со времен первого бессмертного магия иссякает впервые, и это бремя выпало тебе и Камилле.

— Мы? Ты хочешь сказать, что вы это всё спланировали? Но сколько же тогда тебе лет Аэрон? Если ты всё об этом знаешь и говоришь так, словно принимал участие во всём этом?

Аэрон грозно сверкнул глазами на ученика и сжал кулаки, а потом рассмеялся.

— Я хорошо тебя обучил, мальчик. Могу гордиться собой. Да, Даниэль, мы спланировали всё это. Долгие сотни и тысячи лет мы подыскивали нужных людей, сводили их, получали потомство с необходимыми нам навыками и продолжали свою кропотливую работу по селекции, чтобы обезопасить наш мир однажды раз и навсегда.

— Кто ты, Аэрон? — Даниэль понимал, что совсем ничего не знает о своём наставнике.

— Я, Даниэль, твой предок. Я был королём, многие тысячи лет назад и получил свою долю бессмертия, но в отличии от своих предшественников, я счёл за лучшее прислушаться к совету своего друга-эльфа и отречься от престола в пользу своего наследника после положенной сотни лет правления и уйти к эльфам.

— Кан? — прищурился Даниэль.

— Да, мальчик мой. Кан — мой старинный друг. За моё благоразумие, эльфы наградили меня, я перестал быть магом, но магия, разливающаяся в моей крови, никуда не исчезла. Я стал первым Охотником, Дэн.

— Значит все Охотники — бывшие короли?

— Да, Даниэль. Все, кто нашёл в себе силы отказаться от власти, остаются бессмертными, получают другую жизнь, другую внешность и другие навыки. Мы лишаемся магической силы, но не можем без неё существовать, поэтому мы начинаем ей питаться. По татуировке всегда можно сказать, кто перед тобой. Чем больше был дар, которого ты лишился, тем больше будет рисунок, чтобы компенсировать потерю. Охотники впитывают магию потому что она им необходима, Даниэль. Каждый из нас понимает через что проходят маги, которых мы убиваем, каждый из нас прошёл через это. И это расплата за бессмертие. Кан говорит, что они предупреждали первого короля о последствиях, говорили, что человек не сможет быть бессмертным и оставаться в своём уме, ноша не по нашим плечам, но он не захотел их слушать, забыл о предупреждении, как и многие после него. Мне рассказал об этом Кан, когда я уже был королём. Рассказал потому что я спас его невесту, он был у меня в долгу. Я передал знания своим потомкам, но далеко не все смогли правильно воспользоваться этими знаниями. Когда мы становимся Охотниками, мы отрекаемся от нашей прошлой жизни. Отрекаемся от власти и силы. Наша единственна задача, сохранять мир и порядок, и мы неплохо с ней справляемся.

— Ты всегда говорил, что Охотники — одна семья, — усмехнулся Даниэль. — Но я даже подумать не мог, что ты говоришь буквально.

Аэрон ничего не ответил, лишь печально посмотрел на ученика.

— Да, мальчик мой, все Охотники твои предки. Все мы бессмертные магические существа, все мы бывшие короли, но не ты, Даниэль. Ты отличаешься от всех нас. Ты научился впитывать магию, до того, как стал магом. Это был неожиданный момент, даже Кан не мог этого предвидеть, но ты выжил, и теперь ты знаешь, кто ты. Ты маг, способный впитывать чужую магию. Тебе предстоит стать королём. И ты будешь первым правителем с такими необычными способностями. Если бы всё пошло по нашему плану, — вздохнул Аэрон. — Теперь ты понимаешь? Мать Камиллы совершила страшную ошибку, и теперь её дочери придётся расплатиться за это. Когда я встретил Кэм впервые я ещё надеялся, что она может быть твоей единокровной сестрой…

— Поэтому и предупреждал меня, что я не должен в неё влюбляться?

— Этого не должно было случится ни при каких обстоятельствах, Даниэль. Если бы она была твоей сестрой, это стало бы кровосмешением королевской крови, что из этого получилось бы — страшно представить! Ну, а если она не твоя сестра, то тебе предстоит отнять её силу, чтобы вернуть магию в наш мир, а теплые отношения никак не способствуют принятию единственно верного в такой ситуации решения.

Даниэль рассматривал капли на стенках своего стакана и молчал.

— Мне очень жаль, мальчик…

— Зачем ты бежал сюда? Что на самом деле случилось с моим отцом? Почему Инквизитор убивала брюнеток?

— Я должен был защитить тебя от Моргана, поэтому я предпочёл жить в изгнании. Твой дядюшка не должен был знать о том, что ты выжил…

— Поэтому во время той аудиенции, ты прикрыл меня?

— Я скрыл твою силу, выдал её за свою, чем и вызвал неудовольствие Моргана. Он не очень-то любит тех, кто превосходит его силой, поэтому я и должен был бежать, Дэн. Что случилось с отцом я не знаю. Я искал его здесь, это правда, но он смог скрыть все свои следы, я так и не обнаружил никаких зацепок. А брюнетки… Инквизитор, как и все Убийцы до неё, искала Камиллу. Её задачей было убить дитя четырёх стихий, убить, чтобы она возродилась в нашем мире.

— Но Инквизитор была не первой, ведь Кэм уже пытались довести до самоубийства. Вот только теперь мне кажется, что Морган вовсе не плод её воображения. Камилла была в нашем мире. На ней была печать раба, но её хозяин мёртв уже давно, и кто-то вернул её сюда, и поставил защиту, — Даниэль напряженно пытался сложить в голове все кусочки головоломки. — Кто спас её от Моргана? Кто поставил защиту? Почему брюнетки? Камилла же рыжая?

— Я не знаю, как ей удалось вернуться, Дэн. Не знаю, кто защитил её, но это был кто-то очень-очень могущественный, даже мне сложно себе представить, что за маг, может обладать такой силой. А с цветом волос всё просто, Даниэль. Камилла сама тебе объяснила почему, кто-то изменил её внешность, изменил на столько, чтобы никто не смог ничего заподозрить. Сперва это делала её мать, она не красила дочери волосы в белый цвет, она меняла их путём магического воздействия. А потом, тот кто поставил защиту, решил, что ей лучше быть рыжей. Но Морган искал брюнетку…

— Зачем она ему?

— Для того, чтобы совершить обряд и получить её силу. Для того, чтобы стать источником магии, этим он обеспечит свою неприкосновенность.

— Что-то не так, — задумчиво произнёс Даниэль. — Она была влюблена в Моргана, значит она встречалась с ним, он бы не выпустил её, если бы она была так близко к нему, никто бы не смог её вырвать из королевских лап.

— Я не знаю, Даниэль.

— Я должен вернуться, Аэрон.

— Ты понимаешь, что ты должен сделать?

— Я должен найти Камиллу, не дать Моргану шанса её убить, я должен спасти эту бестию, — грубо ответил Дэн.

— Спасти, чтобы убить, — грустно напомнил Аэрон.

— Нет, — отрезал Даниэль. — Никогда. Я буду оберегать её всю жизнь, никто не сможет причинить ей вред, я позабочусь об этом. И пусть весь мир летит к чертям, я не стану убивать её.

— Даниэль, — попытался вразумить мужчину Аэрон. — Если не ты, это может сделать кто-то другой, и это станет катастрофой!

Даниэль крутил в руках кухонный нож.

— Ты не сможешь меня заставить, Аэрон. Никто не сможет убедить меня в необходимости подобных мер. Я не причиню ей вреда, никогда. Она мой друг, моя напарница. Камилла сумасбродная, но хорошая девушка и она не заслужила такой участи.

Дэн оставил стакан на столе и вонзил нож в свою грудь, чтобы закончить бессмысленный разговор, в котором не будет достигнуто никакой договоренности, каждый останется при своём мнении.

— Мой бедный мальчик, — сокрушённо покачал головой Аэрон, глядя на тело у своих ног. — Никому не дано уйти от его судьбы, мне очень жаль, малыш…

Загрузка...