Глава 15

В самый разгар погрузки боеприпасов из схронов на грузовики, которые пригнали из восточного леса, Компасу доставили потрясающую новость. Сенсы повторно, после рейдеров, прочесав коридоры южного загазованного сектора, похоже нашли виновника беспрецедентно удачного движения «треугольника» южных внешников по их скрытым люкам. Ментат пригнал на «Ошке» как на крыльях, чтобы посмотреть на их бывшего приятеля.

— Ну привет, Великан, — тоном не предвещавшим ничего хорошего проговорил Компас вплотную подходя к трясущемуся крепко сбитому коротышке. — Это ты их привёл?

Отвечать бывшему рейдеру не потребовалось. Ментат уверенно кивнул приехавшим с ним бойцам.

— И как это он успел так быстро муром стать? Ума не приложу. Ну жадный был, ну дерганый. И что с того? Ты мне скажи, зачем эту ракетку подтянул? — снова повернулся к Великану внешне спокойный Компас. — И почему друзей в землянке бросил?

— А почему я должен был с ними умирать? Им не повезло осколков нахвататься. Я-то тут при чём?

Голос у коротышке был очень нервный. Он даже не много срывался. Великан прекрасно понимал что последует дальше. Но Компас хотел сначала все выяснить детально.

— Пошёл бы на базу за помощью.

— Так ведь я и хотел так сделать. Побоялся просто, что когда со стронгами вернусь, ничего в землянке уже не будет. Килдинги что, такую землянку бы бросили? Вот я на всякий случай боеприпас и заныкал. Как вернулись, его бы и нашёл.

— Одну ракетку?

— Ну, там ещё неподалёку пять сотен патронов крупного калибра, и так по мелочи…

— Вот же гнида, — один из рейдеров уже правил охотничий нож о точильный камень. — Мы с тобой будем долго работать. Не сомневайся.

— Нет, Шалый, — остановил рейдера Компас. — Это дело стронгов. Он нам чуть всю базу не угробил. Я на эту тварь ведро живчика выделю. Что бы раньше времени не сдох. У него впереди несколько недель весёлых приключений.

— Надо будет расписание составить, — вклинился в разговор Земляк. — У нас Леший под спеком лежит. Я этого так обработаю, пожалеет что на свет уродился.

— Я свой шприц один для него пожертвую, — поддержал приятеля Шварц. — У нас Харя едва коньки не отбросил. Выстрелом «Абрамса» тяжело контузило.

— Ладно, вы тут разбирайтесь, — Компас собирался возвращаться к своим бесценным боеприпасам. — Я поехал на юг.

— Тебя Пинк искала, — серьёзным голосом сказал Шварц и все вдруг принялись хохотать. — Поговорить хочет.

— Некогда мне, некогда, — ментат довольно поспешно направился к своей «Ошке».

— А что ей передать то? — крикнул вдогонку Земляк. — Если будет искать. Ты на юге?

— Нет, нет — махнул головой Компас. — Я на севере, или на западе… В крайнем случае я на востоке.

— Принято, командир, — басом даванул Глыба, и бойцы посыпались по траве держась за животы.

Психологическая разрядка после самой опасной в истории базы битвы была не обходима.

— Скрипач с Барином где? — вдруг вспомнил Компас и тут же вернулся. — Арестовать немедленно.

— Уже, — отозвались рейдеры.

Они вывели из своих рядов вперёд испуганного толстяка и худого Скрипача.

— Знаете, что вас ждёт за такое? — поинтересовался Компас. — Я вас прикрывать не намерен. В тот раз я вас пожалел. Думал, что этот Великан или куда-нибудь свалит, или его муры поймают… Поймали, мать вашу. Сказать ничего не хотите перед смертью? Нет? Последнее желание?

Рейдеры угрюмо молчали. Вокруг стояли их бывшие друзья готовые в любой момент привести приговор в исполнение. Всего несколько человек смотрели на них не с ненавистью, а с сочувствием.

— Живчика налейте перед смертью, — попросил Барин, и Компас громко выругался.

— Вот же дурак, — громко сказал он. — А ты, Скрипач? Может хочешь чего? Поговорить с кем нибудь?

И только тут до худого рейдера наконец дошло, что Главный ментат изо всех сил пытается их спасти.

— Со Смертником дайте поговорить, — попросил он.

— Ну хоть один из вас что-то соображает. Хотя… Крысу в живых оставлять…

Компас махнул рукой.

— Подожди, Компас, — позвал ментата Базай, пока бойцы уводили троих рейдеров. — Долго нам ещё в этом коридоре торчать?

— С тобой, Базай — сразу откликнулся ментат. — У меня отдельный разговор будет. Вот на хрена ты месячного новичка под муров хотел подставить? Я тебя за такие вот косяки восточным коридором наказал. А ты опять за своё.

— Вы-то лучше что ли? — обиженно буркнул бородатый, с наколками на пальцах в виде рун, Базай. — Берета под ракеты поставили…

Ментат, который уже практически залез в бронеавтомобиль, остановился.

— М-да — протянул он. — Ты прав… Ладно, Базай. Можешь вахту Бинго передать. А сам дуй за обозом. Найдёшь. где они прячутся, приведешь. На западной дороге их точно нет… По аккуратней идите. Внешники с мурами конечно свалили, но не ровен час…

— По южной дороге будем подъезжать?

— Нет, лучше через карьеры. На юг у них слишком много техники отошло. Рада пока в нерабочем состоянии… Сейчас солдат пошлю дорогу на карьерах ровнять. Чего ждёшь? Свободен.

Базай кивнул и довольный рванул на велосипеде в сторону восточного коридора. Удача наконец-то повернулась к нему лицом. Собственно говоря почти все на базе были уверены, что их жизнь изменилась к лучшему.

Кроме Даши. Девушка сидела сейчас в женской пограничной землянке обшитой аккуратной вагонкой, и находилась в полной прострации. Её пытались успокоить София с Амалией. Клава сидела рядом с опустошенной девушкой на пластиковом стуле и о чем-то размышляла.

— Я знаю что нужно делать, — наконец произнесла Главная Нимфа.

Даша на её слова не отреагировала.

— Удача теперь Нодачи нужна. Очень большая удача. И только ты ему можешь помочь.

Девушка снова не проявила никакого интереса. Она уже ни во что не верила.

— Главное держать их не разжимая, — продолжила Клава. — Я один раз недодержала, и разжала. В туалет сильно захотела… И все, конец. Удача сорвалась. Пришлось мне из того сектора когти рвать. Так что если кушать захочешь или в туалет, то я тебе помогу. Главное ни за что не разжимай. Иначе твоему Нодачи конец. А он того стоит, чтобы за него помучиться.

Даша наконец проявила какой-то кислый интерес.

— Ты о ком? — произнесла девушка не своим голосом. — Кого разжимать?

— Не кого, а чего. Кулачки держи на удачу. И разжимать не вздумай. Хоть элитник на тебя на прыгнет, хоть «Абрамс» дуло наведёт. Поняла?

— Ты это серьёзно? — Дашин голос был по прежнему довольно кислым.

Клава не ответила. Если у человека нет веры, — ему в Улье не выжить. Это она знала точно. Нимфа верила в удачу. И поколебать её веру не смог бы ни кто.

— Я попробую — кисло проговорила девушка. — Если не поможет, я не знаю что с собой сделаю.

— Если не поможет, тогда конечно — согласилась Клава. — Только такого быть не может. Ты ему свою удачу передашь. Две удачи — это гораздо больше чем одна. Согласна?

Даша кивнула. Неистощимая клавина энергия наконец на неё по действовала. Девушка сжала кулачки и принялась ждать результата.

Жемчуг с Кубань, стоя в лесу возле своего танка наблюдал, и как очередной «Урал» с партией боеприпасов отправляется на север.

— Не взорвался, — Жемчуг при хлебнул из фляжки. — Иногда хорошо когда Рада ошибается. А я все ждал когда он заглохнет.

— Ты бы лучше стрелял поточней, — Кубань крутил в пальцах сигарету.

— С тобой постреляешь, — покачал головой стронг. — Только наведу, ты назад сдаёшь.

— На ходу учись стрелять, — Кубань затянулся и стряхнул пепел в гигантскую лесную воронку.

— А ты ездить плавно сначала научись, а не рывками. Компас нам за эти три промаха обязательно шею намылит.

— Да ничего не на мылит. Мы у пяти танков сегодня гусеницы подрезали. Ему с нами не рассчитаться.

— Их ещё продать надо, — Жемчуг тоже достал сигарету и прикурил от пальца. — А до этого подремонтировать и транспортеры найти.

— Да уж. Эти козлы их все сожгли или забрали когда отступали…

Как только перевозка нескольких сотен снарядов, сотен ящиков с патронами и минами, тридцати двух «Джавелинов», а также почти двадцати тысяч упаковок сухого пайка была завершена, Глыба поспешил домой к своей любимой, наконец-то пришедшей в себя дочке. На Компаса он сильно не обижался. Но если бы случилось худшее, то он убил бы Главного ментата нераздумывая.

Свою дочку он просто обожал и не представлял без неё своей жизни. Чем девочка регулярно и пользовалась. Наэтот раз она попыталась использовать папу для отмены абсолютно не справедливого четвёртого пункта в рецепте этого жулика. Пинк была не преклонна. Все басовитые уговоры разбились о не приступную крепость. Пинк была та ещё глыба.

Наконец Рада успокоилась. В день пограничника после шампанского мама определённо расслабится и можно будет сделать ещё одну вылазку. А пока нужно праздновать победу. Её первый штурм в котором она оказалась главной героиней. С этим были согласны все.

К ней успели уже подойти и поблагодарить почти все стронги, которые могли передвигаться самостоятельно. Мама прибрала в шкаф после этого кучу шоколадок. Даже Лео принёс ей трофейный коричневый израильский берет. И дал себя погладить! Шестка у Леопарда оказалась упругой и очень очень мягкой.

Багира девочку пока не посетила. Она была жива, только лежала в землянке под максимальной дозой оранжевого лекарства. Скоро она придёт в себя и сможет сама постепенно зализать свои раны. За неё можно было не беспокоиться. Рада получила от мамы белый квадрат «Риттер спорта» с йогуртом и раскинулась на диванчике.

— Папа, — потребовала она. — «Пинк» давай.

— Ну нет, только не это — расхохоталась мама. — Он опять в ноты не попадёт. И басом это не поётся…

— Папа — повторила девочка, и Глыба послушно полез доставать микрофоны для караоке.

Последовавший за тем концерт повеселил всех жителей Западного бункера. Гигант и правда не мог успеть за возникающими на экране словами, и его бас звучал странно. Все равно Рада веселились и хлопала в ладоши. Папа старался как мог тщательно выговаривая трудные для него английские слова.

Pink, it's my new obsession, yeah

Pink, it's not even a question

Pink on the lips of your lover (ooh)

'Cause pink is the love you discover

Pink as the bing on your cherry

Pink 'cause you are so very

Pink, it's the color of passion

'Cause today it just goes with the fashion

Pink, it was love at first sight…

Розовый — это моя новая навязчивая идея.

Да! Розовый — это даже не вопрос,

Розовый — на губах твоего возлюбленного

Потому что розовый — это любовь, которую ты открываешь.

Розовый — как удар по твоей вишенке

Розовый — ведь ты просто супер

Розовый — это цвет страсти.

Ах, потому что сегодня он в моде

Розовый — это была любовь с первого взгляда…

После концерта, в котором поучаствовали многие стронги из команды Глыбы, состоялся не большой пир, на котором добили остатки НЗ, и распробовали новые сухие пайки южных. Счастливая Рада попробовала применить свой дар, который начал работать у нее с большим трудом, и сразу полезла в секретную секцию своего «ютуба». Там она наткнулась на просто потрясающую запись разговора Смерти со Смертником. Не поделиться с папой и мамой, и Лео, и дядей Тором и тётей Тарой, и всеми остальными такой информацией было просто не мыслимо.

— Я не понял, — честно признался папа прослушав сбивчивый рассказ девочки. — То есть миссия Смертника в том, чтобы спасти Смерть от Смерти?

— Да не от Смерти, а от Владыки Нолда. Он был её последователем, а теперь сам решил её место занять.

— Предатель значит, — сделал вывод Глыба, и Рада кивнула.

— А почему Смертнику нельзя тяжёлые ранения получать? — уточнила мама. — Ведь для развития дара умирать нужно обязательно. Я правильно поняла?

— Умирать ему нужно, — согласилась девочка. — Только если ранения будут слишком сильные — она помочь не сможет. Она не всемогущая.

— А что там насчёт голосового контакта со Смертью? — спросила Тара.

— Его должен установить хороший сенс с выдающимися ментальными способностями. Разного рода проходимцы, — Рада недовольно посмотрела на нахально греющего уши Телескопа. — Тут не помогут.

Институтский специалист не смутился. Он о чем-то размышлял, полностью погрузившись в свои мысли. Понять его до какой-то степени мог бы Компас, который посещать Западный бункер в данный момент времени опасался. Он сейчас сидел возле Смертника, который лёжа на столе, изучал свой новый облик. На изуродованную левую руку смотреть было невозможно и поэтому он разглядывал правую. Кожа на ней потемнела, и стала жёсткой. Ногти стали более толстыми, и немного заострились.

— Твою же мать, Компас — тихо сказал Смертник. — Вот он твой чёрный жемчуг. Я же говорил, что Квазом могу стать.

Внутренний голос у проклятого усмехнулся, и Смертник вздрогнул. Внутри него явно кто-то находился.

Загрузка...