Глава 7

Пинк больше разговаривать со Смертником не захотела. Видно было что девушка очень устала. К тому же проклятый почувствовал негативное отношение к себе мамы Рады. Девочка отнеслась к Смертнику намного лучше. Вот только её слова… Он не хотел верить что его жизненный путь совсем скоро закончится. Может быть через несколько часов его не станет. Одно дело рисковать жизнью не зная что ждёт тебя впереди и совсем другое услышать страшное предсказание.

В таких вот расстроенных чувствах он выбрался из бункера в компании десятка стронгов. Он даже не смотрел на них. Бурчал что-то невразумительное в ответ на приветствия, и вяло крутил педали ещё около километра по лесным тропинкам. Потом оставив где-то велосипед и забравшись снова под землю по деревянной лестнице, он угрюмо брел за Беретом по тёмному холодному подземному коридору.

Он не знал точно сколько прошло времени однако тоннель закончился и вместо лучей от фонариков которыми пользовались бойцы на потолке длинной узкой землянки загорелась тусклая лампочка. Двухярусные лежанки тут же заполнились стронгами и их не громкий храп начал убаюкивать проклятого. Он присел на лежанку и не заметил как уснул.

Разбудил его чей-то толчок. Он открыл глаза. Рядом ходили люди, кто-то кого-то подгонял. Через несколько секунд почти все они куда-то пропали. Берет подсев на лежанку потрепал Смертника за плечо.

— Выходим, — произнёс здоровяк. — Ты как?

— Нормально он, — где-то рядом произнёс Телескоп. — Только киснуть уже заканчивай и живчика хлебни. Ты живчик-то взял? Понятно, не взял.

— У меня фляжка и спека три шприца — Берет ждал когда Смертник встанет с лежанки.

— Вот, учись — одобрил Телескоп. — Нигде не пропадёт.

— Ну где вы там? — из далёкого коридора донёсся громкий голос Земляка.

— Шевелись, шевелись давай — Телескоп помассировал Смертнику затылок и сонливость проклятого как рукой сняло.

— Я готов — Смертник встал на ноги. — Рюкзак мой где?

— Я понесу — ответил ему Берет. — Автомат на шею повесь. Пистолет в подсумок.

На этом последние приготовления были закончены. Когда вылезли на поверхность их встретила ночь. Солнце уже взорвалось чёрными кляксами и теперь только великолепная луна и яркие звезды освещали путь тринадцати путникам. Фонарики не требовались, но никто ими пользоваться не стал бы в принципе. Контрольная точка была уже позади. Теперь они находились на вражеской территории. Для начала нужно было миновать минное поле.

Когда Смертник услышал это словосочетание ему все стало ясно: это и есть его конец. Сомнений не осталось уже совсем никаких когда они поползли, надев откуда-то взявшиеся пуховики, прямо по середине сумрачной поляны сплошь усеянной баночками с противопехотной смертью. Смертник закрыл глаза и… Получил кулаком по голове от Телескопа.

— Ползи прямо за мной — прошипел он в лицо проклятого. — В сторону не откланяйся. Слушать надо внимательно что говорят. Нас Никифор проведёт. Тут полоса мин обезврежена, Сапер постарался. Противопехотные собирать не стали, так и лежат.

Смертник снова пришёл в себя и старался ползти точно за сенсом. Внезапно ночную тишину разорвал звук выстрела. Затем ещё один и ещё.

— Глыба по первому бункеру работает — объяснил Телескоп. — Не обращай внимания.

Страх Смертника немного взбодрил и он отвлёкся от своих траурных мыслей. Поляна наконец-то закончилась и начался сосновый лес. И хотя сосны, которые приходилось постоянно обходить стараясь не запнуться об кочку, хранили нейтралитет, за ними могли скрываться муры и внешники. Сенсы поэтому постоянно проверяли местность при помощи своих даров. Никифор мог издалека засечь мины и растяжки так что за это не нужно было беспокоиться. Телескоп же лучше всего справлялся с поиском живых объектов и потому уверенно направлял движение предупреждая о возможных неприятностях.

— Зомбак на два часа, примерно полтора километра. Идёт на северо-восток.

— И кто это? — уточнил у Телескопа камуфлированный боец с южным акцентом.

— Или топтун или жрач. Не могу точно сказать, далеко.

— Может я сгоняю? — стронг готов был немедленно сорваться.

— Совсем не по пути, Коба — ответил Земляк на ходу изучая карту. — Лучше вот эти минные поля проверим.

Боец спорить не стал и группа продолжила движение не сбавляя темпа. Команда у Земляка была достаточно опытная и ходить они умели намного быстрее чем новички. Даже Телескопу приходилось не легко. Смертник хотя и был в общем-то в не плохой спортивной форме, но довольно быстро взмок. Самым медлительным в группе оказался Берет. Уже через полчаса гонки здоровяк взмолил о пощаде.

— Пять минут дайте передохнуть — попросил он.

— Привал пять минут, — скомандовал Телескоп. — Ты точно помнишь место где тебя накрыл сенс?

Эти слова он адресовал Никифору.

— Точно. На карте вот отметил.

— А это что такое?

— Грунтовка, одна из четырёх по которой внешники боеприпас подвозят и топливо.

— Это минные поля?

— Они самые.

— А это что?

— Тут растяжек они новых на втыкали. Группа Бинго сегодня сообщила.

— Ты как думаешь где они сегодня поедут?

— Сенс с мурами на пикапах вчера одну дорогу проверяли, но колонны не было. Скорее всего сегодня по ней поедут.

— Вот была бы Рада по надежней — вступил в разговор один из крепко сложенных бойцов. — На колонну бы тогда точно выходили.

— Мечтай, Крюк, мечтай, — отозвался другой, более худой, и очень гибкий юноша. — Она не редко ошибается.

— И видит не про все, — согласился с ним ещё один не высокий парень.

Эти слова Смертнику понравились, настроение слегка улучшилось.

— Всё, подъем — скомандовал Телескоп, и Берет начал тяжело подниматься. — Через полчаса ещё привал сделаем.

Информация явно была предназначена для здоровяка.

— А далеко идти? — поинтересовался он.

Он только сейчас понял, что с таким темпом передвижения на долго его не хватит.

— Да нет, тут рядом — ответил кто-то из стронгов. — Километров десять осталось.

— А зачем мы тогда так спешим? — поинтересовался Берет.

— Подготовиться к встрече надо, — бросил через плечо Земляк.

Как именно будет готовиться встреча он не уточнил. Видимо для этого требовалось время раз все так торопились. А может это был обычный прогулочный шаг у стронгов? Берет не задал этот вопрос вслух, но Телескоп понял настроение новичка.

— Они могут намного быстрее, — сказал он Берету.

— Так может нам не стоит их тормозить… — начал говорить Смертник.

— Опять ты за своё — не стал даже слушать Телескоп. — Расслабься и получай удовольствие.

— От чего это? — Смертник был удивлён и ещё у него начало что-то совсем неприятное закипать в груди.

— Успокойся, говорю — уже строже сказал Телескоп. — Думай о жизни, а не о смерти. Если ты все время будешь думать о смерти, то значит ты и не жил вовсе.

Смертник хотел ответить, да так чтобы этот наглый сенс понял, что он тут не самый умный, но ход его мыслей Телескоп снова перебил.

— Впереди два кусача. Кило четыреста метров.

— Куда идут? — Никифор видимо не умел работать на таком расстоянии.

— Если немного левее возьмём — прямо на них выйдем.

Земляк взглянул на карту и скомандовал:

— Коба, Хват, эти ваши. Только не стреляйте.

— Само собой — ответил атлетично сложенный Коба и стартовал как метеор.

За ним последовал коренастый Хват. Остальная группа продолжала движение в прежнем направлении. Через несколько минут к ним присоединились отлучавшиеся на охоту бойцы.

— Аккуратно сделали? — поинтересовался Земляк.

— Нормуль — ответил Хват похлопав по разгрузке. — Потом подарки посчитаем.

«Как они умудряются ещё на ходу разговаривать?» — подумал Смертник. «Тут бы как-нибудь до привала дотянуть».

Со Смертником похоже был совершенно согласен Берет который упал как подкошенный как только скомандовали привал. Смертнику даже показалось что сначала Берет упал, а уже потом Телескоп разрешил всем отдохнуть.

Проклятый присел к другу и достал из рюкзака фляжку с живчиком. Он ему был очень нужен. Без этого вонючего эликсира жгучая боль в груди становилась чересчур опасной. Было ощущение что ещё немного и он на ком-нибудь сорвётся. После живчика зуд уменьшался, а хмель ударявший в голову помогал забыть о… Черт, сегодня ему придется умереть! Проклятье.

У него ничего не получилось. Он так и не смог вырваться из этого жуткого Стикса, и не смог увидеть жену и дочь. Даже это дурацкое задание конторских он не выполнил. Хотя оно и не могло быть выполнено.

«Какая ещё добровольная торговля органами? С людьми нельзя по хорошему. Они этого не понимают. С ними можно только по плохому. Тогда они боятся и уважают. О чем это я думаю? Злость меня просто разрывает. Надо успокоиться, набрать побольше воздуха в лёгкие и живчика в желудок. Думать надо о хорошем, о жизни. И не думать о… Черт, мне же сегодня конец. Конец! Как можно с этим жить? С этими мыслями парализующими волю и отравляющими само существование.»

Заворочавшийся рядом Берет протянул руку и Смертник дал ему фляжку. Пусть хоть немного поправится. В сорок лет такие марш броски бегать явно не просто. Или сколько там ему? Смертник поймал себя на мысли, что в общем-то ничего и не знает о новом друге. Чем он раньше занимался, есть ли у него семья? Он только упоминал о каком-то мясокомбинате… И монстров в городке потрошил не морщась, и свое попадание в Улей пережил легко. Или нет?

— Берет — Смертник посмотрел на уже отдышавшегося здоровяка. — Тебе как в Улье?

— Нормально.

«Да уж, любимое его слово.»

— А мне вот совсем не нормально, Берет. Всё время думаю про слова этой девочки.

— Много про себя думаешь — неожиданно ответил Берет. — Думай про других, легче будет.

«А может он и прав? Хотя я о жене и дочке часто думаю… Только им ничем помочь уже не могу».

— Давай я рюкзак понесу — вдруг вспомнил Смертник. — Ты уже с ног валишься. И с Телескопом я сейчас поговорю.

— Не надо. Все нормально — сказал Берет, но Смертник уже принялся втолковывать сенсу свой взгляд на скорость передвижения отряда.

Для большей ясности он немного добавлял злости так и льющейся из груди.

— Ладно, ладно. Я все понял — мягким голосом ответил Телескоп. — Переходим в щадящий режим.

Двадцать минут через десять. Хорошо, и темп снизим.

— Устанешь, говори — Смертник вернулся к Берету. — Я этого садиста остановлю.

Телескоп нарисовался тут же.

— Ну вот, уже получше выглядишь — заявил институтский сенс проклятому. — А то зациклился на этой смерти и забыл про главное.

— Про что? — не понял Смертник.

— Бороться за жизнь. — Телескоп махнул куда-то рукой. — Вот там на новом кластере сейчас мечется белка. Она, похоже, никак не может понять куда делось дерево с её дуплом. Но она не сдаётся. А вон там понемногу регенерирует подорвавшийся на минах пустышь. Он почти мёртв, но ворочается. Когда он сможет двигаться получше, то конечно же сдохнет окончательно.

— Ты издеваешься? — Смертник задал вопрос очень холодным тоном.

— Это не я, — парировал сенс. — Это мир вокруг издевается. А я в нем выживаю. Присоединяйся.

Пока Смертник думал что ответить, Телескоп уже скомандовал подъем. Гонка в этот раз сменилась бодрой прогулкой. Берет смог отдышаться и его уже не мотало из стороны в сторону. Двадцать минут он смог продержаться, а Смертник почувствовал себя лучше. Он понял — чрезмерное физическое утомлёние увеличивает зуд.

— А почему на велосипедах не поехали? — задал Смертник очевидный вопрос немного передохнув и глотнув воды из бутылки.

— С ними через минное поле ползти? — ехидно уточнил Хват. — Бункер внешников в пятистах метров.

— Зачем мне вэласыпэд? Я быстрее лубого вэласыпэда бэгаю — южный акцент разгорячившегося Кобы стал ещё ярче. — И плаваю.

— Да — согласился один из бойцов. — Велосипед плавает медленнее.

— Э, дарагой. Ты что, надо мной смеёшься? Хочиш провэрим кто быстрее до дороги добежит? На что спорим?

— Коба, Патриот, успокойтесь — беззлобно окрикнул Земляк. — Ещё набегаетесь. Сейчас к минным полям и отправитесь. Проверите новый урожай гороха и споранов.

— А мы поможем — предложил Хват кивая на Крюка.

— Ваше следующее поле — не согласился Земляк.

— Подъем — скомандовал поднимаясь Телескоп в то время как два бойца растворились в лесу.

«Уже десять минут прошло? Блин, так бы лежал бы и лежал».

Смертник поднялся и накинув рюкзак продолжил путь через заросли крапивы росшей на краю поляны. Потом пошёл какой-то осот, бурьян или как он там называется. Потом начались кочки и под ногами захлюпало.

— Всё умеют плавать? — вдруг опомнился Земляк. — Вопрос он адресовал идущим в хвосте Смертнику и Берету.

Замыкающий отряд гибкий юноша плавать наверняка умел.

— Я умею — отозвался Смертник. — Хотя сколько плыть?

— Озеро в ширину небольшое, ста метров не будет.

— Переплыву — буркнул Берет и провалился в жижу по колено.

— По кочкам старайтесь — подсказал Земляк. — По большим.

— В обход нельзя было? — задал Смертник очередной вопрос.

— Справа мины, а в лево — крюк давать километра на два — ответил юноша идущий сзади. — Там заболочено.

— Лучше бы крюк — пропыхтел уже довольно мокрый Берет вставая с колен.

Он снова ухитрился свалиться с кочки. Заросли наконец закончились и все окунулись в прохладную воду. Смертник плыл без особых усилий, Телескоп тоже справлялся не плохо. Берету плавание давалось с трудом. Юноша плывущий рядом на всякий случай присматривал за новичком. Ему самому похоже и руками грести было не нужно, в воде он двигался как угорь.

Помощи Берету не понадобилось, он справился сам. Пришлось только сделать дополнительный привал как только выбрались на берег. Одежду отжали, а Телескоп с Никифором обсудили маршрут. Выйти они решили к грунтовке возле не большой поляны. Смертник убедился что больше водных преград не предвидится и что за час с лишним они до этого места доберутся. Эту информацию он и доставил Берету.

Когда добрались до места одежда успела немного подсохнуть. Только мокрые носки в берцах доставляли неудобство. Как только сделали окончательный привал Смертник повесил их сушиться на ветку дерева. Берет свои берцы снимать пока не стал, а лёжа на траве перекусывал сухариками из хрустящей пачки.

— Пинк дала — объяснил он проклятому. — Пока ты с девочкой гулял. Твоя пачка в рюкзаке.


Смертник есть не стал, а направился к редким кустам на краю леса где бойцы начали копать яму сапёрными лопатками.

— Это схрон будет? — спросил он у Никифора.

— Да, поглубже сделаем. Лестницу из сучьев гвоздями сколотим. Землю в лес мешками таскать приходится чтобы тут не разбрасывать.

— А если муры лес прочешут и землю увидят?

— Тогда в бой придётся вступать. Только восемьдесят километров дороги прочесывать перед каждой колонной — это для них не вариант.

— Так много?

— Да, и у побережья засады делаем. Но последние тридцать километров трассы для внешников самые опасные.

— А нельзя подальше от дороги сесть и подойти когда колонна появится.

— Эффекта неожиданности не будет — Никифор решил немного передохнуть и подошёл к приятелям. — Нужно в земле скрываться иначе сенс их предупредит. Бензовозы и грузовики с боеприпасом остановят. Технику на нас двинут…

— А мы где будем сидеть? — спросил Берет и у Смертника возник тот же вопрос.

— Всё вместе и будем сидеть, — ответил Никифор. — Мы с Телескопом будем сканер сенса муровского анализировать.

— Ты тоже попробуй к своему сенсу подключиться — Телескоп обратился к Смертнику. — Учись работать через него.

Проклятый кивнул и подошёл по ближе к не широкой, уходящей далеко вглубь яме. Наблюдая как работают стронги Смертник вызвался им помочь, но его любезно отстранили. Спидеры умели быстро работать не только ногами, но и руками. Землянка для всей компании четырёх метровой глубины была готова менее чем за два часа. Сколоченные гвоздями сучья с дерном сверху закрыли вход в крохотное убежище идеально.

— А это что там такое? — проклятый показал на какую-то странные конструкции видневшиеся в лесу за полянкой. — Не могу понять.

Он только сейчас их заметил.

— Я тебе скажу что это, — ответил Никифор. — Колонна внешников. Бензовозы и грузовики в очень обгоревшем состоянии.

— А БТРы там есть?

— Нет. Сейчас с фугасами очень плохо. Сегодня нам всего две штуки выделили. Сапёр не справляется с обеспечением всех групп.

— Ясно. А если никакой колонны сегодня не будет?

— До ночи сидим и возвращаемся.

— Вот с этим сухим пайком сидим? — для Берета это было видимо наиболее серьёзное испытание. — Кипятка даже нет. Да и мало тут.

— Ты ешь, Берет, — сказал Смертник пока несколько стронгов убежали проверять границы окрестных минных полей. — Я не буду. На меня нет смысла теперь продукты переводить.

— Ну вот опять заныл — прокомментировал Телескоп. — Лучше съешь что-нибудь и живчика хлебни. А то ты нас ядом своим отравишь.

Смертник подумал и согласился. Он принялся копаться в плоских светло-коричневых упаковках изучая маркировку.

— Здесь просроченных не бывает — Телескоп следил за действиями проклятого. — Всё свежее им привозят. Видишь круг в центре пока светлый…

— Так, курица-фахита, еще свиная колбаса с соусом есть — Смертник начал перечислять и у Берета потекли слюнки. — Одна штучка «Овощная лазанья» и две «Фрикадельки под соусом Маринара». Ты что будешь, Берет?

Вопрос был риторический, здоровяк просто вырвал из рук один пакет и теперь наслаждался его содержимым.

— Мне больше сырные тортеллини нравятся — ответил завтракающим приятелям сенс. — И курица с макаронами тоже ничего. Мы с Боцманом на юге когда ходили все время их брали.

— Мне на границе сунули какую-то кашу сухую и сосиски с чечевицей, — Берет приступил к дегустации второго пакета. — Я это все кипятком залил, нормально получилось.

— То были немецкие пайки — кивнул сенс. — А это амерские. Если удастся во время штурма склады у внешников захватить, то ещё расживемся. Дай ка мне тоже пакет.

После завтрака Телескоп предложил новичкам немного поспать.

— Не бойтесь — успокоил их сенс. — Если какая опасность я вас разбужу.

И хоть все было спокойно, Берет со Смертником проснулись намного раньше полудня. Выспались отлично. С живчиком, кормежкой и отдыхом силы восстанавливались довольно быстро.

— А ты спать не будешь? — поинтересовался Смертник у сенса.

— Мне на задании нельзя — ответил Телескоп. — Потом отосплюсь.

— Раньше я поспать любил — вдруг произнёс Берет. — В молодости.

Смертнику стало очень любопытно.

— Расскажи про себя, Берет. Я совсем про тебя ничего не знаю.

Берет подумал, подумал и начал рассказывать. Говорил он спокойно, незатейливо и за несколько минут рассказал про всю свою жизнь. Телевизионным мастером он начал работать ещё до армии после окончания училища. Отслужив снова вернулся к любимой работе. Жил он с мамой и сестрой. Своей семьи завести не получалось. С девушками он иногда встречался, но отношения как-то не строились.

Потом в его жизни случилась война. Третья Чеченская была наиболее жестокая и кровопролитная. Настолько, что журналистам запретили работать в зоне боевых действий. Потери с обеих сторон были огромны. И вот там-то Берет и научился отрезать противнику уши, носить их в карманах, развязывать языки и много чего еще. Эту войну он иначе как мясокомбинатом потом и не называл. Потому что противники относились друг к другу с крайней ненавистью и при любой возможности кромсали своих врагов на куски. Берету это все не то чтобы нравилось. Просто это стало тогда для него нормой жизни.

Когда война закончилась, он вернулся домой. На одном военном празднике Берет, украшенный медалями, приглянулся женщине с которой сошёлся, и на которой через год женился. У неё была своя квартира, в ней они и жили. Вскоре у них родился сын, которого назвали Иван. Денег теперь стало требоваться гораздо больше, чем он зарабатывал. Городок где они жили был небольшой и вызовов по ремонту было немного. Он попробовал найти работу получше, но так и не смог.

Когда с финансами стало совсем туго и отношения с женой резко ухудшились он неожиданно для себя принялся периодически обчищать квартиры. Вскрывать замки оказалось для него не таким уж сложным делом. Жена, конечно об этом ничего не знала, и когда его поймали и посадили, она была в полном шоке.

Пока он отбывал наказание жена потребовала развод, и на свободу он вышел уже разведенным. Пришлось ему возвращаться в старую однушку, где жила его пожилая мама и сестра с ребёнком. Денег снова не хватало. Ему приходилось платить алименты, и на редкие свидания с сыном без подарка он придти тоже не мог. Еще он старался заботиться о маме и сестре.

Снова пришлось заглядывать в чужие квартиры. Когда у него возникли тёрки с местным уголовным авторитетом, и тот запретил ему работать на его территории, Берет обзавёлся заточкой. В тот день когда городок накрыл кислый туман, здоровяк шёл проверить пару адресов на наличие в них хозяев.

Наглотавшись едкой гадости он сразу понял — если это не технологический выброс, то точно война.


Поэтому первое что он сделал — это направился в военкомат. Совершенно не вменяемый военком так и не смог ему сказать ничего определённого. Возле больницы людей с больной головой нашлось ещё больше, зато там объявился молодой доктор который пообещал помочь. Альтернативы не было, и в стремительном марш-броске Берету пришлось выкладываться по полной. А когда он увидел у этого врача корочки сотрудника ФСБ, то понял кого нужно держаться.

Рубер Берета напугал сильно. Монстр и правда был очень страшный. Он выглядел даже страшнее чем его бывшая тёща. На войне правда бывали вещи и пострашней. Так что этот новый мир не показался Берету таким уж и особенным. Были тут плюсы, были конечно и минусы. К минусам можно было отнести резкое усиление аппетита. А к плюсам — клавино рагу и хорошую компанию бойцов в бункере и на границе.

После рассказа Берета Смертник задумался, и просидел так, наверное, час, как вдруг Телескоп оживился и позвал Никифора. Все отдыхающие неподалёку стронги тут же поднялись с травы.

— Колонна, — уверенно произнёс Телескоп. — Какая техника, пока не знаю. Людей полно — вот это точно…

Смертник пронаблюдал как быстро спустились под землю бойцы, и полез в схрон вслед за Беретом. Сидеть в тесной душной яме в кромешной тьме было неприятно. Вентиляцию стронги сделали крохотную. Хорошо что ожидали подхода колонны не долго. Уже через несколько минут Никифор скомандовал Кобе с Хватом доставать из рюкзаков фугасы.

— Сенса чувствуете? — поинтересовался бородач у Телескопа и Смертника. — И я тоже нет. Все равно выскочим в последний момент, когда они с нами поравняются. Атакуем бензовоз и четвёртый грузовик. В нем снаряды везут.

— Мы по ним сейчас ударим — Земляк дышал в лицо Смертнику. — Вы следом выбираетесь и вглубь леса отходите. Там ждёте.

Коба с Хватом после этих слов исчезли, а наверху появился свет из откинутого люка. По ушам ударили звуки двух мощных взрывов и следом за ними многоголосый грохот из разных стволов. Телескоп полез наружу следом за стронгами. Смертник выбрался из ямы по кривой лестнице, и увидел как из за деревьев в нескольких десятков метров от люка ведут огонь стронги. Их поливали встречным огнём стоявшие на поляне муровские пикапы. По соснам, берёзам и липам били из пушек БТРы. Посредине поляны жутко полыхал огромный факел разорванного в клочья бензовоза.

Пока проклятый с Беретом и институтским сенсом шустро ползли подальше от смертельного ливня пуль стронги их уже обогнали. Двое из них тащили окровавленного друга который сам по всей видимости передвигаться уже не мог. В сотне метров от границы леса все остановились. Телескоп начал вытаскивать из своего рюкзака бинты и шприц, и колдовать над ним. Перевязка в клочья разорванного плеча, укол спеком и пассы руками над бледным лицом раненого.

— Ну как он? — голос Земляка передавал общение нетерпение.


Нужно было скорее уходить. Совсем рядом стронги продолжили вести перестрелку. Телескоп покачал головой.

— Крупный калибр. Большая кровопотеря. Трясти его нельзя.

Земляк думал несколько секунд.

— Коба, Хват — сейчас вы его несёте. Всё, быстрее, рванули.

Всё бросились бежать не раздумывая. Смертник бежал рядом с Беретом стараясь не упустить его из виду и ориентируясь на Телескопа чтобы не сбиться с курса. Кусты бросались ему навстречу стараясь затруднить бег, от их ветвей он отмахивался руками. Деревья мешали беглецам вставая на пути и заставляли себя огибать. Сзади стрельба уже прекратилась, но внутреннее напряжение не утихало. Бежали долго пока не сделали привал. Его никто не скомандовал. Он случился сам собой.

Берет от бешеной гонки устал настолько, что ноги перестали его слушаться. Сначала он ещё пытался делать рывки после коротких передышек, но в конце концов просто растянулся на траве. Телескоп и Смертник сразу остановились, очень быстро появился и Земляк. Выяснив, что здоровяк сам передвигаться уже не может, он взвалил Берета на плечо. Пару ему составил Никифор и теперь стронгам приходилось нести уже двоих.

Движение замедлилось. Дело было плохо, враги постепенно приближались. Телескоп на ходу комментировал приближение преследователей.

— Пятьсот метров. Двигаются цепью. Человек шестьдесят, даже больше.

— Давайте быстрее, — подгонял стронгов Земляк передавая Берета Крюку и гибкому юноше. — До воды нужно дотянуть. Там передохнем.

У озера отдышались пол минуты и сразу полезли в воду. Смертник плыл с большим трудом думая о том как бы не утонуть. Погибать так нелепо точно не хотелось. Берету помогал плыть юноша, которого Хват назвал Окунем. Фактически Окунь плыл за двоих. Сам Хват плыл рядом забрав предварительно себе рюкзак юноши. Выбравшись через кусты на берег Смертник упал на траву в полном изнеможении.

— Давайте, вставайте — Никифор с беспокойством поглядывая на кусты за озером. — Они в обход побежали.

— Может засаду устроим? — спросил Телескоп у Земляка критически изучив Смертника.

— Нет, уходим. Их слишком много.

— Техника — возбуждено крикнул Никифор.

— Где? — повернулся к нему Телескоп.

— С севера идут нам наперерез. Семьсот метров.

Земляк взглянул на Телескопа, но тот пожал плечами.

— Я и за пол километра технику с трудом различаю. Черт, сенс! Семьсот метров.

— Он с этой колонной, — подтвердил Никифор.

— Он нас засек? — спросил Земляк и оба сенса кивнули.

— Подъем! — зло скомандовал Земляк, и Смертнику пришлось подняться. — Двигаемся на юг. Быстро.


Дальнейший бег дался бойцам совсем тяжело. Даже сильные стронги устали нести на себе по очереди двух человек. Смертник держался на морально-волевых и чувствовал себя лошадью которую сейчас вот вот загонят. Теперь он тормозил всю команду. Во время очередной передышки Телескоп сообщил новости о преследователях.

— Четыреста метров на север, три БТРа. Шестьсот метров на северо-запад, шестьдесят четыре человека. Идут точно за нами.

— Их сенс по рации ведёт — крикнул Земляк. — Бежим быстрее.

Гонка продолжилась, но скорость передвижения была уже не та. Дистанция до преследователей все сокращалась. Муры сзади торопились как могли, а внешники на БТРах двигались по лесу параллельным курсом уже совсем рядом.

— Бросайте меня, — Смертник услышал как хрипит Берет. — Бросайте, мать вашу. Я вас прикрою.


Такого голоса от Берета Смертник ещё не слышал. Здоровяк начал вырываться, и его уронили на землю. Тут же появился Никифор.

— Давай тебя сменю, Окунь — сказал сенс.

— Я остаюсь, — Берет щелкнул предохранителем. — Уходите, я прикрою.

Смертник бросать друга не собирался и присел рядом с ним. Телескоп взглянув на проклятого поморщился и тоже снял с шеи автомат.

— Где вы там? — Земляк появился через несколько секунд. — Что такое, млять?

— Мы отвлекаем, — объяснил Смертник. — Попробуем задержать.

— Три БТРа, сто метров — отчитался Телескоп. — И цепь нас окружает, триста метров.


Земляк взглянул на Никифора. Потом крикнул своим бойцам, которые находились где-то видимо, неподалёку.

— Пепла сюда кладите и все уходят на юг. Мы отвлекаем.

Бойцы появились тут же, и положили посиневшего Пепла на траву. После этого принялись демонстративно проверять автоматы и гранаты.

— Я кому сказал! — крикнул Земляк. — Никифор, уводи группу.

Бородач молчал.

— Это приказ!

— Мы остаёмся, — Патриот озвучил общее мнение бойцов.

— Вы совсем охренели?! — Земляк был в бешенстве. — Группа пропадет.

— Не впервой, — Патриот внешне был совершенно спокоен. — Муров будем атаковать или внешников?

Земляк посмотрел на Телескопа и Смертника с Беретом.

— Ладно, — наконец сказал он. — Вы тут отстреливаетесь, а мы мурам во фланг ударим. Посмотрим, кто кого.

— Русский стронга, — бесстрастный голос громкоговорителя отвлек бойцов от броска. — Сдавайся. Мы будем вас кормить и давать бутылка водка. Русский стронга, сдавайся.

— Живьём хотят взять, — уверенно заявил Телескоп. — Из машин повылазили. Их три десятка. Баллоны у них с газом.

— Всё, взяли в кольцо, — подал голос Никифор. — Вон за деревьями маячат. Что будем делать?

— Муров атакуем, — предложил Земляк, и снова все услышали громкий голос громкоговорителя.


— Русский стронга, от лица командования Америка и объединенный Европа предлагаем сдаваться. Каждый второй бывать свободен, повторяем каждый второй свободен.

— Туфта, — уверенно произнёс Хват. — За дураков нас держат.

С ним согласились все кроме Смертника.

— Я сдамся, — заявил проклятый.

Пока стронги смотрели на него с недоумением, он продолжил.

— Мне бы только поближе подобраться. Я по ним проклятьем своим ударю. Вдруг получится.

— Я с тобой, — ответил Берет и начал тяжело подниматься.

— Давай рискнем, — неуверенно промолвил Никифор. — Сможешь по ним широко ударить?

Смертник пожал плечами, ничего не ответил и двинулся навстречу голосу из громкоговорителя. Он прекрасно осознавал, что шансов выжить у него теперь нет никаких. Он на это и не надеялся. Он понял — его время пришло. Он не будет никого проклинать. Девочка сказала, что он умрёт, и он умрёт.

Умрёт не напрасно. Его смерть ударит по внешникам намного лучше его неловких проклятий. Чувства Смертника сразу стали понятны Телескопу. Ясно, проклятый готов умереть. Но институтский ментат не понял, насколько он был прав. Телескоп вместе со стронгами готовился ударить по внешникам следом за Смертником. С проклятым двинулся вперёд один лишь Берет.

— Мы сдаемся, — крикнул Смертник выходя на небольшую поляну. — Дайте двоим уйти. Вы обещали.

— Положите автоматы на земля, — бездушный голос из громкоговорителя был настойчив. — Десять шагов вперёд и лечь на земля.

Смертник с Беретом положили автоматы и прошли десять шагов. В полусотне метров от них стоял пятнистый «Страйкер». Из за него выглядывали несколько солдат в масках. Слева и справа по краям поляны стояли ещё две такие же новенькие машины. Три десятка автоматов были нацелены в общей сложности на друзей. Смертник постоял немного и сделал ещё шагов пять вперёд.

— Ложиться на земля, — громкоговоритель бил по ушам. — Стреляем не предупреждать.

Смертник бросился со всех ног к БТРу. Берет бросился за ним. Внешники поняли, что либо их атакуют сейчас каким-то даром, либо иммунные решили просто умереть. Несколько солдат в масках открыли огонь. Метились они в ноги в надежде только ранить ценную добычу. Берет в последний момент что-то закричал, причём было не совсем понятно, то ли он испытывает страх, то ли гнев. Или же он просто не хочет умирать не прихватив с собой никого из врагов. Его отчаянный крик выплеснулся наружу, и Берет упал.

Он был уверен, что через мгновение его напичкают свинцом, и усталые ноги подкосились сами собой. Смертник продолжал движение. Это было невероятно. Гнев Берета привёл в действие дар, который как невидимый щит прикрыл его и Смертника. Пули просто срикошетили от невидимой преграды. Внешники продолжили стрелять и пули, как только щит исчез, изрешетили тело проклятого. Несколько пуль попали в ноги, и падая он получил ранения ещё в живот и грудь. До БТРа он не добежал метров тридцать.

В это время стронги из за кустов наблюдали за действиями проклятого. Они ждали что он ударит по солдатам своей серой тенью вырывающейся из его рук. Вместо этого они увидели форменный расстрел. Окровавленный Смертник упал на землю. И только затем мощная серая волна пошла как цунами от эпицентра мёртвого тела. Она ударила и по внешникам и по стронгам, и все они упали как подкошенные.

Наступила пауза во время который были слышны только далекие вопли муров катающихся по траве в жутких судорогах. Они были довольно далеко от эпицентра серого взрыва, однако им все равно не поздоровилось. Внешники не подавали признаков жизни, а вот стронги постепенно начали приходить в себя.

Первым поднялся на тяжёлых, трясущихся ногах Коба. Следующим смог встать Патриот. Все остальные стронги были на ногах уже через пол-минуты. Остался лежать только уже мертвый Пепел, не выдержавший проклятого удара, и Берет.

— А, что, где я? — Коба как пьяный пошёл по направлению к лесу.

Затем он развернулся и посмотрел на траву под ногами. Возле него лежал слегка мотающий головой солдат в маске. Ему было очень плохо судя по тихим стонам которые он издавал. Коба помог ему прекратить мучения, встав на колени и перерезав горло чёрным армейским ножом. После чего он поднялся и медленно направился к следующему внешнику.

За его действиями наблюдал Земляк. Он пытался вспомнить, кто этот человек и что он делает. Потом он пронаблюдал, как какой-то рыжебородый пытается навести автомат на лежащего на траве солдата. Автомат явно сопротивлялся и совсем не слушался. Наконец ему удалось нажать спусковой крючок и подстрелить…

— Внешники, — тихо произнёс Земляк. — Убиваем внешников.

К тому времени как последним из стронгов Окунь смог прийти в себя и взять в руки автомат, Коба уже носился по поляне как одержимый. Рядом с ним орудовал Хват душа внешников своей стальной хваткой. Мачете рубил солдат просто голыми руками.

— Муры! — закричал Коба оббегав все близлежащие кусты и прилично измазавшись кровью.

Он направился за пределы поляны, и присоединившиеся к нему друзья услышали треск автоматных очередей. Муры тоже постепенно приходили в себя. Их мутило, рвало, перед глазами шли жёлтые круги. Метиться в быстро передвигающихся стронгов им было довольно затруднительно. Несколько муров открыли без порядочный огонь, остальные только пытались хоть как-то разглядеть мутные цели.

Стронги торопились. Они прочесывали лес не жалея патронов и гранат. В рукопашную с мурами они не сходились. Их было слишком много, и те из них что были довольно далеко от эпицентра проклятья уже могли более менее прицельно стрелять. Потратив свой боезапас стронги поднимали автоматы муров и бросив свои бежали дальше. От дерева к дереву, от одного густого зелёного куста к другому.

— Где ещё, Телескоп? — кричал Земляк встретившись с сенсом возле сосны.

— Не знаю. Он мне всю чувствительность выжег. Я — слепой.

— Никифор! Доложить обстановку.

— Вроде все, — невысокий бородач выбежал на поляну через несколько секунд. — У меня дар сенса пропал.

— Потери? — потребовал отчитаться Земляк.

— Пепел погиб. Крюка видел, ранили.

— Что с ним?

— Ерунда, — ответил сам широкоплечий боец выходя на поляну с окровавленным животом. — Зацепило немного.

— Идти сможешь?

— Идти — да. Бежать — нет.

— Собирайте всех и уходим — громко скомандовал Земляк.

— БТРы — напомнил Никифор, и командир тут же повел бойцов за собой.

— Сучья на броню. Поджигай — командовал он вызывая огонь из пальца.

Вскоре на вентиляционных решетках БТРов запылали костры. В них полетели берцы с убитых внешников. Уже не так сильно кричавшие от головной боли внешники оставшиеся в машинах начали голосить вовсю. Кондиционеры и маски с густым едким дымом не справлялись. Через несколько минут внешники полезли наружу через задние двери «Страйкеров». Чтобы тут же быть убитыми ножом в сердце.

— Сенс у них где? — уже более спокойным тоном задал вопрос Земляк как только горящие сучья были сброшены с брони подальше от машин.

Телескоп с Никифором только пожали плечами.

— Может вот этот, — институтский сенс пнул какого-то солдата без маски распластавшегося возле БТРа. — На американца не похож. Они наколки с куполами не делают.

— Сильный сенс был? — поинтересовался Никифор у Телескопа.

— Да вполне не плохой. За семьсот метров нас легко вычислил. До этого видимо за бронёй сидел.

— А что там новички? — Земляк вспомнил и про главных героев боя.

— Берет уже почти очухался — Патриот глотал живчик из фляжки. — Ни одной царапины.

— А Смертник?

— Ты сам не видел что ли? — Патриот передал фляжку кому-то из товарищей.

— Посмотри его, Телескоп — Земляк говорил прекрасно понимая что смысла в этом уже никакого нет.

— Смотрел. Умер он — Телескоп был расстроен сильно. — Дары у меня пока не работают. Но я и так вижу.

— А что Пепел?

— Он тоже — в этот раз Телескоп ответил уже спокойно. — Пока Смертник не ударил, он ещё живой был, а когда…

— Он уже при смерти был. Молодой к тому же — Мачете вытирал окровавленные руки об кусок чьей-то рубашки. — Всего два месяца с нами ходил, а от такого удара и здоровый загнуться может. Муров вокруг как от рад-спекара скумарило.

— Большинство наугад палили — согласился с ним Хват.

— Давайте, ребята, не расслабляемся — Земляк оглядел измученных бойцов.

Полностью от бешеной гонки и проклятого удара они ещё не отошли.

— Собираем боеприпас. Грузим убитых в БТРы и уезжаем.

Собираться долго не пришлось. Боеприпас и так был частично собран во время боя. Автоматы не трогали. Их на базе и так хватало. Оставалось погрузить посеревшего Пепла и покрасневшего от крови Смертника, теперь полностью оправдавшего свое имя.

Загрузка...