Проклятый фараон

3

Утром мне предстояло выбирать цветы для свадьбы. До торжества оставалось меньше месяца, так что приготовления шли в усиленном режиме. Джордж решил также внести свою лепту, а потому сразу после завтра удостоил меня своим визитом.

— Мари, — жених остановился в дверях, прислонившись плечом к косяку. Светлая прядь упала на безупречно выбритую щеку. Мерзавец был красив настолько, что хотелось послать все к черту, взять топор и эту самую красоту поправить, чтобы лицо хотя бы частично соответствовало уродливой душонке. — Ты уже готова?

— Почти, — я стояла у трюмо, поправляя заколку, которая никак не хотела держаться на волосах. Не позаботившись вчера об укрощении непослушных прядей, сегодня приходилось пожинать плоды подобного пренебрежения.

На мне была белая рубашка и песочного цвета шорты. После обязательных мероприятий я планировала заняться собственными делами, например, еще раз сходить на рынок или удостоить таки вниманием местные музеи. Если удастся через месяц таки покинуть эту страну, то будет грустно, если мной не будет выполнен хотя бы минимальный туристический план.

Джордж прошел в комнату и, остановившись у меня за спиной, перехватил заколку из пальцев.

— После флориста нам придется заехать к нотариусу, — мужчина на удивление сноровисто подцепил прядь волос и закрепил заколку, которая тут же начала сползать. Такое поведение со стороны жениха было настолько странным, что я даже не сразу поняла смысла произнесенной им фразы.

— Зачем? — наконец, благодаря совместным усилиям упрямая заколка заняла положенное место. Посмотрев на собственное отражение, я поняла, что непроизвольно нахмурилась. В последнее время визиты к нотариусу не приносили ничего хорошего.

— Отец приезжает. Сказал, что вскрылись какие-то подробности касательно завещания твоего деда.

— Да? — я повернулась к мужчине, тщательно скрывая, как взволновали меня его слова. — Надеюсь, ничего серьезного?

— Пока не знаю. Отец не доверяет серьезные разговоры телефонам.

— Значит, скоро все узнаем прямо от него. Я готова, можем идти.

На выезде из поместья нас ждал неприятный сюрприз. Стоило воротам открыться, как машину окружила толпа журналистов. Даже через закрытые окна я слышала их вопросы.

«Мистер Саммэрс, правда ли, что сегодня приезжает Саммэрс старший?», «Мистер Саммэрс, как вы относитесь к интрижке вашей невесты с помощником?», «Мисс Воланкова, вы действительно собираетесь отменить свадьбу?»..

Люди, словно мухи, облепили машину, плотно прижимаясь лицами к стеклам и стараясь друг друга перекричать. Часть вопросов задавалась на английском, а часть на французском. Последний язык я не знала, зато Джордж на нем говорил свободно, равно как и на немецком и итальянском. Обучением сына Саммерс старший занимался серьезно.

Я с испугом смотрела на журналистов, судорожно соображая, что происходит. Один из минусов помолвки с Джорджем это пресса. Первую неделю после официального оглашения мне пришлось выдержать столько раундов этой игры, что становилось дурно при одном только воспоминаний. Потом как-то все стихло, к чему, как я полагаю, приложил руку Саммерс старший. А теперь все начинается вновь, да еще и со сплетнями. Слава богу, стекла в машине тонированные, журналисты хотя бы не видели наших лиц.

— Езжай, — скомандовал Джордж водителю и повернулся ко мне.

— Джордж…

— Успокойся. Я знаю, что вы с Мартином вчера весь день провели в городе. Журналистам только и нужно, что повод. Все, о чем я тебя попрошу, не давай им фотографий. Надеюсь, их нет? — мужчина нахмурился и я совсем потерялась под пристальным взглядом.

Чувство вины и стыда было абсолютно нелогичным. Оправдываться? Зачем? У нас брак по расчету, мы вольны выбирать себе любовников и не обязаны отчитываться друг перед другом. Почему же так и хочется, как провинившаяся школьница, опустить глаза и вымаливать прощение? Видимо, все мысли были написаны у меня на лице, потому что Джордж взял меня за руку и крепко сжал.

— До свадьбы ты обязана вести себя подобающе моей невесте. Никаких интрижек, никаких пятен на моей репутации. Поняла? — сильная ладонь сжалась, заставив зашипеть от боли.

— Ясно, — на душе стало противно, словно искупалась в помоях. Когда Джордж вот так демонстрировал свою власть, я заново осознавала, что все это лишь игра сильнейших. Пешками в партии легко жертвуют. И в этой партии мне уготована именно роль пешки.

«Нужно обратиться к наместнику, чтобы тот запретил брак».

Мысль всплыла в голове неожиданно и была определенно странной. Я нахмурилась, глядя в окно. Видимо, стресс плохо сказывается на умственном состоянии.

Наверное, вчерашние рассказы Мартина о фараонах оказали свое действие и теперь в голову лезет всякая чушь. При мысли о мужчине на душе стало теплее. Когда весь этот кошмар со свадьбой закончится можно будет уехать с Мартином куда-нибудь подальше. Конечно, брака у нас не получится. По условиям дедушкиного завещания компанией могут управлять либо прямые родственники, либо законные супруги наследников. Для этого Саммерсами и затевалась вся эта катавасия со свадьбой на безродной чешке. Развестись мне никто и никогда не позволит. А вот постоянный любовник и жизнь в тишине и довольстве, это пожалуйста.

За размышлениями о будущем дорога пролетела незаметно. Флористическая мастерская, естественно, оказалась большой, светлой и безумно дорогой. Моим делом было лишь выбрать вид цветов, тогда как цвет и расположение уже было согласовано сестрой Джорджа, Асторией.

Она тоже приехала сегодня и когда мы вошли поприветствовала Джорджа дружелюбным кивком, тут же вернувшись к каталогам оформления. Моя персона приветствия не удостоилась. К Астории я испытывала смешанные чувства. С одной стороны, единокровная сестра Джорджа выступала против нашего брака, не желая, чтобы в семью входила такая вот фиктивная единица. В этом наши цели совпадали. С другой же — выступала она отчасти и оттого, что не переносила меня на дух. Лощеную красавицу и богачку черт знает в каком поколении раздражало во мне буквально все: манеры, неумение вести себя в высшем обществе, полное невежество в отношении моды. В общем, с одной стороны Асти могла быть полезной, как возможная помощь против надвигающейся свадьбы, а с другой — иногда хотелось ее утопить прямо в Ниле. Вместо этого, увы, приходилось радушно улыбаться и соглашаться с отвратительным фиолетовым декором свадьбы.

— Джорджи, папа уже приехал?

Когда с цветами было покончено, Асти подошла к нам. Женщине было двадцать пять, но выглядела она не старше восемнадцати. Природная блондинка, хрупкая, с короткой стрижкой, в легком зеленом сарафане — сестра Джорджа выглядела настолько безобидной, насколько это вообще было возможно. Но за милой внешностью скрывалась акула. Стальной блеск серых глаз выдавал характер с головой. Иногда мне казалось, что Джордж взял от отца гораздо меньше, чем сестра.

— Да, мы сейчас как раз к нему. Хочешь с нами?

— Пожалуй. Хотелось бы с ним повидаться.

Я уныло проследила взглядом за девушкой, элегантно садящейся в нашу машину. Да, никогда мне не освоить такой грации, ведь у нее фора, длиной в целую жизнь. Интересно, сравнивает ли нас Джордж? Хотя, что за глупости, конечно сравнивает, Асти просто не даст забыть о таком вопиющем различии, хоть и прекрасно понимает, что дело только в деньгах. Я опустилась в машину словно куль с картошкой, заработав неодобрительный взгляд будущей золовки.

Асти — идеальна. Вот такую жену должен был получить Джордж, безукоризненную леди. Однако судьба и жадность распорядились иначе, так что богатому семейству приходилось терпеть недостатки будущей невестки. Возможно, другая на моем месте могла бы вволю позлорадствовать над Асторией, буквально тыча той в нос плебейскими замашками, но мне хотелось только одного — чтобы меня оставили в покое.

Саммерс старший уже ожидал нас в приемной юриста. Высокий худощавый старик с серыми проницательными глазами всегда пугал меня. Казалось, этот человек вообще не умел улыбаться — сурово насупленные брови и презрительные складки у губ, казалось, родились вместе с ним. Дорогой костюм сидел идеально. Черная трость, нетерпеливо постукивающая по полу, неизменная его спутница, сегодня была украшена головой льва.

Глава семьи поприветствовал нас сухим кивком и задержал взгляд на Астории. Девушка, до этого державшаяся надменно и уверенно словно бы сжалась под отцовским взглядом и разом стала походить на маленькую девочку.

— Астория, — проговорил Саммерс старший, жестом приглашая нас пройти дальше. — Разве ты не должна быть в Париже?

— Да, папа. Просто я не могла пропустить свадьбу Джорджа и решила помочь ему с приготовлениями, — в голосе женщины проскользнула нотка неуверенности.

— Надеюсь, у вас с мужем все в порядке?

— Да, конечно, папа, — проскользнувшей тени на ее лице было достаточно, чтобы понять, что Асти лжет. Это было уже интересно. Возможно ли, что сестра Джорджа также вышла замуж не по любви? Хотя, чему тут удивляться? Их семья пойдет на все, чтобы расширить копанию и получить еще больше прибыли.

Саммерс старший кивнул и опустился в кожаное кресло. Вслед за ним мы также заняли свои места. Едва это произошло, как в комнату зашел нотариус. Кристофера я знала и уже почти перестала ненавидеть. Мужчина всего лишь делал свою работу и не был виновен в несчастьях, свалившихся на мою голову. Он был юристом моего покойного деда и именно в его ведении находились все дела, связанные с завещанием и наследством.

— Мистер Саммерс, — поздоровался Кристофер и занял место за столом. — Не буду ходить вокруг да около и тратить ваше время. Как сообщил мне ваш адвокат, после свадьбы мисс Воданкова планирует отдать компанию в управлению мужу, подписать все необходимые бумаги и фактически отказаться от участия в делах. Это правда?

Кристофер пристально взглянул на меня поверх очков.

«Расскажи ему все. Он поможет».

Вновь мысль, появившаяся из неоткуда. Обратиться к Кристоферу — почему раньше это не приходило мне в голову? Близкий к деду человек, он должен помочь. В конце концов, дорогой родственничек боялся именно объединения с Саммерсами, а если нотариус не окажется совсем уже бессердечным и продажным, то поможет. Или, хотя бы, найдет человека, которому не все равно, что произойдет с компанией дальше.

— Да, это правда. Я ничего не понимаю в бизнесе, будет лучше, если все дела возьмет на себя Джордж, — произнесла я заученную фразу. Внутри начало разливаться облегчение. Пожалуй, общение с нотариусом действительно может пойти мне на пользу. Главное, чтобы он не оказался полностью подкуплен Саммерсом и не побежал бы докладывать о моих вопросах хозяину. Вот только как это проверить?

— К сожалению, с этим могут возникнуть некоторые проблемы, — Кристофер пристально взглянул на меня поверх тонкой оправы очков.

— Какого рода проблемы? — подал голос Джордж и я почувствовала, как напряглась его рука под моими пальцами. Какое волнение! Словно о собственном ребенке волнуется. Хотя, так оно на самом деле и есть. Фирма для Саммерсов все равно что ребенок. Любимый, тщательно пестуемый и оберегаемый.

— Я тщательно изучил завещание и из него явственно выплывает, что Мари не может передать компанию в управление никому, кроме кровного родственника. Даже после свадьбы у вас не будет прав на фирму.

— Как это возможно? Муж не имеет право управлять компанией с разрешения жены?

— Именно так и прописано в завещании. Более того, здесь в примечаниях дан довольно точный список тех лиц, которые в разных ситуациях смогут взять управление на себя, но решающее решение будет в любом случае за мисс Воданковой.

— Даже если мой будущая супруга не сможет участвовать в делах фирмы по состоянию здоровья? — от Джорджа начинало веять злостью.

— В таком случае полномочия получит один из людей из одобренного списка, который также прилагается к завещанию.

— И насколько сильно Мари должна быть вовлечена в управление фирмой? Моя невеста не хочет иметь ничего общего с бизнесом и я, как будущий муж, должен принять удар на себя, — Джордж отпустил мою руку и поднялся с места.

— Успокойтесь, мистер Саммерс. Мари должна собственноручно подписывать необходимые бумаги, в то время как фактическое управление будет на вас. Думаю, между супругами в такой ситуации не возникнет проблем.

— Думаю, это не будет препятствием, — обронил Саммерс старший. — Но в этом случае я должен задать еще один вопрос, путь и не очень уместный в преддверии свадьбы. Что будет с наследством в случае смерти супруги?

— Отец, — предостерегающе воскликнул Джордж, но мужчина сделал нетерпеливый жест, призывающий к молчанию.

— В завещании по этому поводу нет специальных оговорок, так что, по всей видимости, имущество перейдет Джорджу, — несколько неуверенно произнес нотариус, глядя при этом на меня. Карие глаза смотрели изучающе и я явным сочувствием.

Мне же впервые стало по-настоящему страшно. Одно дело ощущать себя героиней любовного романа о браке по принуждению, совсем другое понимать, что люди возле тебя только что поинтересовались, что же станет с твоим имуществом после твоей же смерти. Значит, даже после свадьбы я все еще буду жить в страхе. Вот же дед, спасибо тебе большое! Надеюсь, ты жаришься в аду на самой горячей сковородке!

Распрощавшись с нотариусом, я попросила Джорджа отвезти меня в центр. В голове теснилось множество мыслей. Но самая главная и важная требовала немедленного внимания — Кристофер. Окончившийся разговор с Саммерсами не давал мне покоя. Похоже, Мартин был прав и мне нужно срочно что-то делать, если не хочу погибнуть.

Я нашла интернет-кафе в центре и, заказав кофе, села за компьютер. Нужно позвонить Кристоферу, но делать это из своего дома или с мобильного нельзя. Наверняка Саммерсы установили какую-нибудь прослушку, чтобы не упустить момент, когда я попытаюсь сбежать. Оставалось лишь надеяться, что через интернет-кафе они не смогут меня отследить.

Нотариус снял трубку скайпа на четвертом гудке.

— Кристофер, это я, Мари Воданкова.

— Мари? Что-то случилось? — голос мужчины звучал немного растерянно.

— Мне нужна ваша помощь.

В течение следующих двадцати минут я подробно описала нотариусу всю историю, начавшуюся с появления Саммерса старшего на пороге моей мансарды. Мужчина слушал внимательно, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. А я все рассказывала и рассказывала, ощущая, как тяжелое бремя на душе немного слабнет. Оказывается, поделиться печалью с кем-то может значительно облегчить жизнь. А если этот кто-то еще и может тебе помочь, так это вообще замечательно.

— Мари, почему вы не рассказали мне раньше? — голос нотариуса звучал немного устало.

— Я очень боюсь Саммерсов. Они влиятельные люди и не остановятся ни перед чем.

— Помолвка уже оглашена, а значит ее отмена теперь чревата для Саммерсов нехорошими сплетнями. Вы правильно заметили, это очень влиятельная семья. Сейчас, когда дело зашло так далеко, да и доказательств у вас никаких, что-то сделать будет сложно.

— Значит, вы мне не поможете? — облегчение, было разлившееся внутри, моментально испарилось, оставив вместо себя скрученные в напряжении внутренности.

— Судьба фирмы мне небезразлична. Я неплохо знал вашего деда и понимаю, что он бы ни в кое случае не хотел объединения с Саммерсами. Более того, всю жизнь они находились по разные стороны баррикад и только несчастливое стечение обстоятельств позволило им воспользоваться ситуацией. Я попробую дернуть за ниточки и попытаюсь что-либо для вас сделать.

— Спасибо, Кристофер! — счастье, переполнявшее мою душу было почти материально.

— Пока еще не за что благодарить. Вам же нужно сидеть тихо, ничего не предпринимать и по возможности получить доказательства угроз со стороны Саммерсов. Если у вас это получится, то дело можно будет считать закрытым. Я смогу обеспечить вам защиту и поведу дело против них в суде. До этого будьте благоразумны. Стоит Джорджу что-то заподозрить, как вашей свободе придет конец и будет совсем сложно что-то сделать.

— Хорошо. Еще раз спасибо, — поблагодарила я нотариуса и отключилась.

Наконец, впереди замаячила надежда. Дело оставалось за малым — собрать доказательства.