Путешественник Книга 8

Глава 8 Возвращение блудного отца

Когда в воздухе запахло жареным, мои подопечные мигом подорвались с места, только спросив, что мне надо, хозяин. Попросил устроить обстрел Орлова обломками мебели, а сам постарался закрыть образовавшуюся брешь в мироздании. На это ушёл уже пятый накопитель, но ритуалистику я применил. Призыв был бы завершён, если бы не закрыл брешь в инфернальный план раньше времени.

— Как ты это делаешь? Неужели научился общаться с призраками? — отбивался Орлов от летящих в него булыжников. Пришлось подпитать магией призрака, что поначалу бросал в моего соперника мелкими камушками. На это ушло сразу два накопителя, но призрак суицидального парнишки мигом заматерел. Джинну подпитка не требовалась, хотя он был не прочь её получить. Накопители и без него расходовались с огромной скоростью, так что обломал в этот раз Хоттабыча. Орлов сейчас бегал по разрушенному поместью и прикрывал руками голову от летящих в него обломков.

— Оболенский, скажи своим призракам, чтобы перестали бросать в меня не пойми что. Дерись уже по-человечески, у меня же нет в отличие от тебя никаких помощников, — так-то он прав, удивить я его удивил, но у меня ещё не все сюрпризы закончились, пришло время иллюзорной магии. На поле боя создал ещё две моих копии, что начали атаковать с разных сторон. За качество созданных мной прототипов мне жутко стыдно, но в утреннем сумраке и той пыли, что мы подняли, мои косяки можно и не заметить.

— Оболенский, как ты смог растроиться? Неужели открыл дар иллюзий? И когда ты все успеваешь? — теперь Орлов не спешил, внимательно приглядывался к каждой копии и, как я уже говорил, с лёгкостью нашёл несколько несоответствий. Он перестал обращать внимания на мои копии, ведь иллюзия не может никому причинить вред. Наш бой перешёл в иную плоскость, теперь мы сражались друг с другом с помощью ментальной магии. Я давил на него, заставляя встать передо мной на четвереньки, а он усиленно сопротивлялся ментальному приказу. Конечно, я смог бы Орлова загипнотизировать, и тогда он бы делал всё, что я прикажу. Но этот было бы нечестно с моей стороны, поэтому просто давил своей волей. Здесь не нужно быть магом ментала, дабы мне противостоять. Достаточно иметь крепкую волю, чтобы не прогнуться под навязанное желание упасть на колени.

У Орлова из носа пошла кровь, капающая на землю с характерным звуком. Он вытер нос рукавом и продолжил стоять на дрожащих ногах.

— Оболенский, ты победил, я сдаюсь, но на колени не встану. Посмотри, у меня даже пошла носом кровь, прекращай этот гребанный поединок, — я рассмеялся, убрав ментальное давление.

— Не шла у тебя никакая кровь, посмотри на свою руку. Это тоже была иллюзия, что когда-то применила на мне Фиалка. Имена она сломила твою волю к победе, а не моё лёгкое давление на разум, — Орлов посмотрел на рукав, потом потрогал ещё раз нос и широко улыбнулся.

— Ну, ты вообще настоящий монстр, если считаешь, что твоё давление было лёгким. А как тогда выглядит серьёзный поединок с магом-менталистом?

— Эээ, лучше вообще избегать такого воздействия без длительных тренировок, он просто сломает психику и станешь ты безвольной игрушкой в чужих руках, — уроки у архимага ментала были весьма неприятными, я часто оказывался в роли прислуги, ловя себя за руку, когда начинал вытирать в комнате пыль или натирать полы.

— Как за такое короткое время ты превратился в настоящего монстра? — Орлов опустил руки и больше не пытался на меня нападать, окончательно смирившись со своим поражением.

— Ты сильно ошибаешься, я ещё далеко не монстр, всего лишь маг — универсал с девятью способностями, пользующийся до сих пор накопителями. Лиши меня заёмной маны и можно брать голыми руками. Но если смогу сегодня открыть источник, то тогда сможешь называть меня смедо настоящим монстром.

— А что, ты ещё не все свои способности проявил? — съязвил парень, ведь проигрывать в очередной раз Орлову было обидно.

Я опустился рядом с Денисом, положив ему руку на грудь.

— Нет, остались самые сложные. Мне ещё необходимо тебя исцелить, так что сиди и не дергайся. Для того чтобы сломать печать, сдерживающую мой источник, необходимо в определённой последовательности применить все девять способностей. Сегодня я начал со своего врождённого дара путешественника, переместившись из третьего отражения в четвёртое. Потом спровоцировал тебя на поединок, активировав физическое усиление тела. Далее подключил боевое предвидение и использовал пространственную магию против стихийной. Не удивляйся, у путешественников как раз пространственная магия является родной стихий. Далее скакал как белка по полю, используя магию телепортации. После почти открыл инфернальный портал, ты же слышал мои песнопения. Хотел призвать кого-то покруче, а то мой джинн и знакомый призрак, получив от меня прорву маны, совсем обнаглели и не желали в тебя бросаться предметами. А когда применил иллюзорную магию, то ты меня раскусил. Согласен, проецирую я самого себя очень плохо, надо мне в зеркало чаще смотреться. Этот дар у меня открылся совсем недавно, наверное, и недели ещё не прошло. Ты неплохо держался, когда я тебя пытался взять под контроль. Ментальную магию

мы с ребятами открыли давно, когда две недели жили в горах среди алконостов и гарпий. Научились даже мысли читать окружающих. Но сразу скажу, противостоять менталисты довольно непросто, у меня был хороший учитель, он целую неделю разными способами подавлял мою волю. Пока вы искали способы меня спасти, сам смог победить Оркуса в ментальной дуэли. Условием было покинуть моё тело, он и покинул, но совсем не так, как бы мне этого хотелось. Теперь ищи его в теле, которое я даже и не запомнил, — пока рассказывал Орлову как собираюсь открыть источник, смог исцелить почти все у него гематомы. Наливающиеся синяки под глазами стали намного светлее. — Почему целительская магия является одной из самых сложных способностей, ты сам прекрасно знаешь, как непросто ей овладеть. Здесь необходимо умение диагностировать пациента, то есть чувствовать, где в его теле возник очаг боли. А ещё лучше, как Клавдия, сканировать и уметь направить в этот очаг ману, дабы она начала бороться с болезнью. Необходимо хорошо понимать, как именно должен исцелиться сам орган, и передать эту информацию клеткам. Ещё нужно уметь активировать регенерацию в организме больного. Каждый человек может и сам исцелиться, правда, скорость выздоровления будет разная.

— Ну всё, хорош, кажется, у меня уже больше ничего не болит, а у тебя практически не осталось маны, — Орлов был прав, у меня закончились все накопители, что мне спонсировал Оливер Беллами. Остался лишь кулон матери, который архимаг смог заполнить лишь наполовину.

Посмотрев снова на разрушенный дом, прикрыл глаза и представил, каким он был до его разрушения. Память, как я уже говорил, у путешественников отменная. Я помнил почти каждый камень, каждый предмет мебели и даже весь тот хлам, что находился у меня в комнате ненужных вещей. К сожалению, сокровищница тоже была разрушена вместе с артефактами, что там находились. Вот их, наверное, восстановить у меня не получится. Зато в пространственном кольце лежит большая груда занятных вещей, которые необходимо подзарядить. Стал восстанавливать дом, начиная с фундамента, мысленно поднимаясь всё выше. Почувствовал, как мана из кулона уж очень быстро расходуется, её не хватило и на десять минут моего творения. Но я продолжал начатую работу, ощутив, как что-то в груди лопнуло, и мне стало работать легко. Отвлекаться на это не стал, дабы не потерять концентрацию. Стены вместе с мебелью в доме продолжали восстанавливаться из той груды мусора, что осталась после ангелов. Я лишь отметил, что теперь сам могу вырабатывать ману, продолжая заново отстраивать дом…

Исцелённый Орлов осознал, что зря он затеял из-за девушки конкуренцию с Оболенским. Вера из них двоих однозначно выберет самого сильного, коим он себя уже не считал. Чем больше он узнавал своего соперника, тем больше понимал разверзшуюся между ними пропасть в умениях. Наблюдая, как из кучи обломков начинает прямо на глазах восстанавливаться большая усадьба, Орлов окончательно пришёл к выводу, что с Оболенским стоит дружить. А ещё лучше стать его учеником, ведь парень обладает знаниями, как открыть в себе ту или иную способность. Магов- универсалов всего с двумя способностями в империи можно было по пальцам пересчитать. Вот только предложить Орлову за наставничество было нечего. Деньгами Оболенского не удивить. Единственное, что он мог — это помочь спасти из плена ребят. Одному Оболенскому, как бы он ни был крут, с ангелами точно не справиться. Зато он сможет в нужный момент отвлечь пернатых на себя, дав шанс спасти ребят из плена. Оставаться без любимой девушки Денису в этом мире совсем не хотелось, так как жизнь без неё совершенно теряла смысл. За последнее время он сильно к ней прикипел, восхищаясь стойкостью молодой ведьмы. Хоть у неё был и нелёгкий характер, но она всегда была весела, остра на язык и безрассудно смела. Не побоялась прийти в ковен к ведьмам и пройти сложное испытание. От такой девушки просто так не отказываются.

Когда дом обрёл целостность, Оболенский рухнул теперь уже на голую землю, потеряв сознание. Орлов улыбнулся, так как сейчас ему придётся впервые помочь Оболенскому и попытаться его исцелить. А ещё телепортировать парня в более приятное место, для этого он набрал номер такси…

Хоттабыч впервые осознал за свою многовековую жизнь, что его новый хозяин теперь в нём не нуждается. И у него есть на джинна управа, парень может в любой момент призвать и посильнее инфернальную сущность. Оболенский, побывав в сокровищнице, не взял ни одной драгоценности, лишь разряженные артефакты для изучения своим друзьям. А это говорило о том, что парень в деньгах не нуждается, богатством его не прельстишь. С открытием источника хозяин и сам мог переместиться куда угодно и создать себе всё что угодно. И это было чертовски хреново. Ведь джинну больше нечего ему предложить, чтобы и дальше получать халявную ману. Хоттабыч понял, что с хозяином нужно менять стратегию поведения и срочно вновь становиться полезным…

Князь Оболенский, потерявший сына, больше не мог находиться в усадьбе, где всё о нём напоминало. А ещё там были его друзья, в глазах которых плескалось отчаяние. Он не смог сохранить сыну жизнь, несмотря на все его усилия. Какой-то древний архимаг решил воспользоваться телом сына и заставил его покончить с собой. Если бы он заранее знал, чем всё дело закончится, то не позволил парню гулять по мирам. Отчасти отец понимал, что в этом обманывает сам себя. Он бы не хотел, чтобы Леонид оставался слабым, зная, что однажды за ним придут путешественники. Даже сейчас он не стал бы останавливать сына в попытках изучить миры, дабы обрести новые силы.

Своё горе старший Оболенский глушил спиртным вот уже вторую неделю, посещая злачные места в столице. Ночевал же он каждый раз в разных гостиницах, чтобы никто из знакомых не смог его отыскать. Вот и сейчас, находясь в закрытом стриптиз-клубе, он бессмысленно смотрел на плавные движения танцовщицы, не получая никакого от этого удовольствия. Лишь музыка здесь немного его успокаивала. Посещение ночных клубов он чередовал с боями на подпольной арене, где проходили бои без правил. Каждый раз он одерживал победу над соперником и каждый раз об этом жалел. Не было в этом мире теперь того, кто смог бы отправить его на тот свет. Боевое предвидение, сокрушительный удар усиленного физически мага, прочтение мыслей противника превращали соперников в малых детей. Научившись вместе с ребятами исцелять, он первым оказывал медицинскую помощь пострадавшим от его кулаков бойцам. Про него уже ходили легенды, и всё меньше желающих вызывались к нему на ринг. Вот и сегодня, когда на душе скребли кошки, организатор боёв без правил так ему и не позвонил. Предложений подраться за этот вечер не поступило, поэтому Оболенский старший коротал время в стриптиз-баре.

За соседним столиком сидели трое мужчин, что тоже равнодушно смотрели на танец стриптизерши. Они с увлечением обсуждали последние новости. Обладая усиленным слухом, князю не составило труда, сквозь музыку уловить суть разговора.

Вся столица сейчас обсуждала нашествие ангелов, что до основания разрушили усадьбу какого-то князя. Почему-то мужчины были на стороне этих самых ангелов, радуясь разрушению особняка зажиточного князя, который ещё оказался смутьяном и пошёл на прямой конфликт с императором.

— Чей именно особняк разрушили до основания? Как зовут этого князя? — нехорошее предчувствие заставило Оболенского старшего подойти и задать этот вопрос. Хотя интуиция была абсолютна уверена, что дома у него больше нет, и возвращаться ему будет некуда.

Когда князь вошёл с

замирающим сердцем в открытые ворота, готовый увидеть разрушенную усадьбу, то был сильно удивлён, обнаружив свой дом в целости и сохранности. Он медленно пошёл к дому в полной темноте, так как во дворе больше не горели фонари. Дверь оказалась незапертой, позволив беспрепятственно войти внутрь. Найдя выключатель, князь им пощёлкал, но свет так и не зажёгся. Дом казался пустым, в нём было слишком тихо. Его не встретили ни охрана, ни обслуга, что выглядело весьма подозрительным. Ещё Оболенский не услышал во дворе питомцев, что всегда издавали звуки, когда кто-то заходил в усадьбу. Его сын говорил, что таким образом они приветствуют всех знакомых людей, и молчат, когда проникает посторонний, чтобы тихо откусить ему голову.

Что-то в доме было не так, он это чувствовал, но не мог объяснить. Жалел и злился одновременно, что вовремя не смог вернуться в поместье, и вся обслуга покинула дом, хотя он им заплатил на месяц вперёд. Вспомнил про алконоста, что обитала в саду, и открыл в одной из комнат окно, желая услышать сладкий голос девы-птицы. Света в саду и оранжерее тоже не было, стояла полная тишина, давившая неприятно на душу. Ещё князь ощутил какое-то несоответствие, что бессознательное уже считало, а мозг ещё не мог переварить информацию. Закрыв глаза, он постарался мысленно успокоиться, дабы понять, что его во всём этом смущает больше всего.

«То, что нет света, вполне объясняемо, слуги, покинув дом, должны были отключить его от питания. Питомцев могла забрать Кайла на время, чтобы за ними удобнее было ухаживать. У семейства Беллами есть крепкие загоны, специально предназначенные для таких монстров. Алконост либо спит, раз нет света в саду, либо кто-то из ребят тоже забрал её к себе временно. Тогда что же меня так беспокоит?» — князь попытался закрыть окно, из которого сильно тянуло холодом, и замер на месте. Совсем недавно, после того, как вороватый алконост стащила божественные артефакты из комнаты сына, он заменил во всём доме окна на усиленные рамы и бронированные стёкла, установив сигнализацию. Теперь ничего этого не было, рамы были, как прежде. С момента их установки прошло более двух месяцев, что отметало версию об откате времени. Да и все божественные артефакты пропали. Видно, сын, чтобы избежать очередного прорыва в пространстве, спрятал их в иных отражениях. Как маг, он не мог найти этому объяснение. От вспыхнувшей догадки мурашки пробежали по спине князя, ему захотелось спросить у Кайлы, не она ли отстроила его особняк заново? После смерти сына девушка целую неделю возводила склеп вместе с рабочими. Она создала уникальные камни с пожеланиями учеников магической академии на языке третьего отражения. Бредовая мысль, что усадьба была отстроена заново, не давала князю покоя.

— Но как тогда такое возможно? — он снова вышел во двор, чтобы через портальную арку сходить к семейству Беллами в гости. Вот только самой арки не обнаружил, словно её здесь никогда и не было.

Это лишь подтвердило его теорию, что с его домой явно что-то произошло. Он включил телефон, что держал две недели отключённым, и набрал номер сына. На том конце пошли длинные гудки, словно абонент продолжал пользоваться устройством.

— Папа, привет. Хорошо, что ты вернулся домой. Я смог восстановить по памяти нашу усадьбу, но не смог подключить электричество и подать воды в трубы, для этого уже сам наймёшь нужных специалистов. И переставай пить, неужели ты смог поверить в то, что твой сын просто умер? Мне нужно срочно уйти ненадолго в нулевое отражение, так как ангелы похитили весь мой отряд, а Оркус взял в заложницы Анастасию. Когда спасу всех, то обязательно вернусь домой. Очень скучаю по тебе и сильно люблю. А ещё я попробую найти маму и попрошу вернуться к тебе. Ты меня хорошо слышишь? — Оболенский старший промычал что-то невнятное, комок застрял в горле, а по лицу текли слёзы. Князь не смог совладать с чувством радости, до сих пор не веря в то, что его сын по-прежнему жив…