8

Четыре дня спустя Эмили слезала со своего велосипеда возле бунгало Айрин, которая уже открыла дверь.

— Привет! Глэдис уже здесь, мы устроились на заднем дворике.

— Я привезла бутылку вина, — сообщила Эмили.

— Прекрасно! Цыпленок уже жарится.

В бунгало Айрин царил вечный беспорядок. Она тренировала университетскую баскетбольную команду и крутила роман с парнем по имени Джерри, живущим неподалеку со своей матерью. Выйдя на залитый солнцем задний дворик, Эмили на секунду зажмурилась.

— Привет, Глэдис!

Низенькая, полная и ленивая Глэдис была замужем за Мартином, океанографом, который летом почти все время находился в плавании. Увидев Эмили, она махнула ей рукой.

— Выглядишь, как всегда, великолепно, — отметила Глэдис с легкой завистью в голосе. — Правда, под глазами круги. В чем дело? Студенты замучили?

На самом деле после решительного разговора со Стивом Эмили совсем потеряла сон.

— Ты же знаешь, как это бывает, — с беспечным видом ответила она. — Все внезапно поняли, что курс вот-вот завершится, и решили выучить английский за оставшиеся три занятия.

Глэдис преподавала на курсах французского языка и вполне понимала подругу.

— Бедняжка, — посочувствовала она.

В это время Айрин разложила цыпленка по тарелкам и вытащила из холодильника салат и любимые Глэдис высококалорийные сласти.

— О, кремовый торт! Пища богов! — воскликнула Эмили. — Хорошо, что мне придется возвращаться домой на велосипеде… Да, Глэдис, забыла тебя спросить о сестре. На прошлой неделе ты говорила, что ей сделали анализы.

Глэдис помрачнела.

— Результаты получены только вчера. У нее опухоль щитовидной железы, на следующую неделю назначена операция.

— Это серьезно?

Подруга грустно улыбнулась.

— Могло быть и хуже.

— Почему ты ничего не говорила раньше? — спросила явно расстроенная Айрин. — Какая жалость!

— Я собиралась, просто не хотела портить вам сегодняшний вечер. Кроме того, вчера мне удалось переговорить с Мартином — на следующей неделе, как раз к операции Сары, он будет здесь. Так что будем надеяться, что все образуется.

— Никогда не знаешь, чего ожидать, — философски заметила Эмили. — Живешь своей обыденной жизнью, и вдруг случается нечто, что буквально выбивает тебя из колеи.

— Да, тут есть над чем задуматься, — согласилась Айрин. — Сара всегда выглядела такой здоровой. Кто бы мог предположить, что она больна? Возьмем, например, меня — я уже начинаю подумывать: а не разорвать ли помолвку с Джерри? Стоило ему сказать матери о том, что мы в июле собрались отдохнуть недельку на море, как у нее тотчас же случился приступ астмы. Сейчас она опять выглядит здоровой как ломовая лошадь и, вероятно, переживет меня.

Глэдис рассмеялась.

— Можешь попытаться. Разорвать помолвку, я имею в виду. Может быть, это немного встряхнет Джерри и заставит понять, что ему не век куковать с мамочкой, надо и о своей жизни подумать.

— Иногда он бывает очень мил, — вздохнула Айрин. — Ох уж эти мужчины! Почему мы не можем жить ни с ними, ни без них? Кстати, Эмили, что у тебя там случилось с тем парнем, со Стивом?

— Да, Айрин рассказала мне о нем, — оживилась Глэдис.

— Ничего особенного, — ответила Эмили.

— Выкладывай все! — потребовала Айрин.

Многие годы у них троих не было друг от друга секретов, и это доверие никогда не было предано. К тому же Эмили не сомневалась, что подруги разделят ее точку зрения.

— Мы поужинали вместе. Он хотел, чтобы я провела некоторое время в Англии, вроде бы для того, чтобы встретиться с его дочерью, которая там учится. На самом же деле подразумевалась любовная интрижка.

— И когда ты улетаешь? — спросила Глэдис.

— Никуда я не улетаю, — удивилась Эмили. — Я отказалась.

— Что ты сделала? — взвизгнула Айрин.

— Но почему? — недоуменно спросила Глэдис.

— Я не собираюсь вступать в интимные отношения с человеком, которого совсем не знаю.

— Я его видела, — заявила Айрин. — Такие мужчины встречаются не часто. Особенно в наших местах.

— Он спас тебе жизнь, — добавила Глэдис. — Ты его должница!

— Отвергнуть его было безумием!

— Совсем свихнулась!

— Кроме того, тебе действительно необходимо отдохнуть!

— Мы одолжим тебе денег на поездку!

— Конечно, одолжим. Отличная идея, Глэдис! Эмили зажала уши.

— Прекратите немедленно! Я никуда не еду!

— А мы считаем, что ехать надо, — решительно заявила Айрин. — Ты должна нас послушаться.

— Ты же ведь разлюбила Станисласа еще при его жизни, — заметила Глэдис. — Так что с этим все в порядке.

— Но Стив тоже ныряльщик, — привела Эмили самый веский аргумент в пользу своего решения.

— Что ж, значит, у тебя будет шанс удержать его от этих дурацких экспедиций, — не сдавалась Айрин. — Взгляни на себя, ты прекрасно выглядишь, у этого человека явно губа не дура.

— Но…

— Пора тебе оттаивать, Эмили.

— Глэдис, ну как мне вам объяснить… — огорченно начала Эмили, но подруга тут же перебила ее:

— Мы с Айрин уже начали беспокоиться, что в нашей дыре тебе совершенно не с кем знакомиться. А если хотя бы половина из того, что мне рассказывала Айрин, правда, то это парень что надо. Соглашайся.

— Знаешь, Эмили, главное даже не в этом, — сказала Айрин. — Допустим, ты не хочешь снова выходить замуж, но тебе нужен ребенок.

Это было правдой. Она хотела иметь ребенка с тех пор, как себя помнила.

— Вот он, твой шанс, — продолжала увещевать Айрин. — Поезжай в Англию, забеременей и возвращайся домой.

— А мы пока будем вязать малышу пинетки, — добавила Глэдис. — Розовые и голубые.

— Вязать будешь ты, — отрезала Айрин. — А я куплю ему хорошенькие ползунки, детям они нравятся… Махровые с какими-нибудь забавными рисунками, — подумав, уточнила она.

— Прекратите! — закричала Эмили, стискивая голову ладонями. — Вы что, напились — мне ехать в Англию, чтобы сделать себе ребенка!

— Мы трезвы как стеклышко, — возразила Айрин. — Так что прислушайся к нашим советам.

— Плюс ко всему получишь удовольствие, — лукаво добавила Глэдис, заставив Эмили густо покраснеть. — Ага, значит, ты не так уж безразлична к нему. Это внушает некоторые надежды.

— Стоит ему только взглянуть на меня, как колени мои подгибаются, а сердце замирает от восторга, — призналась Эмили. — И это у меня, решившей больше не иметь дела с мужчинами!

— Я отвезу тебя в аэропорт, — решительно заключила Айрин.

— И не забудь то, что мы сказали о деньгах, — добавила Глэдис.

Сердце Эмили сжалось.

— Это очень благородно с вашей стороны. Но я…

— Не будешь же ты просить у него денег всякий раз, когда тебе захочется купить плитку шоколада, — перебила ее Глэдис.

— Не забудь привезти нам сувениры, — поддразнила Айрин.

— Если я поеду, — все еще не сдавалась Эмили.

— Конечно, поедешь! — воскликнули подруги хором.

— Но у меня никогда не было любовной связи, — беспомощно произнесла Эмили. — Я совершенно не знаю, как себя вести.

— Доверься природе, она подскажет, — заявила Глэдис, театрально закатив глаза. — Хотя вреда не будет, если ты захватишь с собой ночную рубашку посексуальнее.

— А ну-ка помогите загрузить посудомойку, — вмешалась в разговор Айрин, с улыбкой глядя на вновь покрасневшую подругу.

Поднявшись с плетеного кресла, Эмили начала собирать тарелки. О чем она только думала, терпеливо выслушивая нелепые советы подруг? Поехать в Англию с тем, чтобы забеременеть?!

Вечеринка закончилась через полчаса. И всю дорогу назад, глядя на маленький кружок света, отбрасываемый велосипедной фарой, Эмили думала не о сексуальных ночных рубашках, а о детях.

Будучи единственным и горячо любимым ребенком, она всегда мечтала о брате или сестре и очень любила играть в куклы. Позднее, уже подростком, Эмили закончила курсы нянь и во время летних каникул подрабатывала в детских садах. Выйдя замуж за Станисласа, она не сомневалась, что родит ребенка еще по истечении первого года замужества, и была страшно разочарована, когда муж ясно дал понять, что не хочет этого.

Еще до брака Станислас тщательно уклонялся от обсуждения этого вопроса, и только романтическое ослепление, свойственное молодости, помешало Эмили отреагировать на столь тревожный сигнал. Сразу после свадьбы он высказался по этому поводу вполне недвусмысленно: ему, мол, не нужны вопящие маленькие ублюдки. А затем, некоторое время спустя, Эмили узнала, что была далеко не единственной женщиной, с которой он спал. Слезы, обвинения, яростные ссоры не дали никакого эффекта. Вернее, привели к обратному результату — Станислас окончательно потерял интерес к жене.

Иногда ей казалось, что со временем почти непреодолимое желание иметь ребенка пройдет, но не тут-то было. А в следующий день рождения ей исполнится тридцать лет. Время уходило.

Будучи реалисткой, Эмили понимала, что рождение ребенка плохо совместимо с литературной деятельностью. Более того, помешает ей подрабатывать на стороне и вообще жить общественной жизнью. Однако ей хотелось стать матерью, и все остальное не имело никакого значения.

Потеря ребенка восемь месяцев назад явилась для нее страшным ударом. То, что она не любила отца ребенка, не играло никакой роли — беременность воплотила мечту всей ее жизни.

А действительно, не поехать ли ей в Англию с тем, чтобы, заведя роман со Стивом, забеременеть от него?

Сможет ли она поступить подобным образом?

И сможет ли не поступить?

В зале прибытия аэропорта Хитроу было прохладно. Ожидающий у стойки Стив был одет легко — в летние брюки и в рубашку с открытым воротом, — однако на душе у него было отнюдь не легко. Совсем наоборот.

В любой момент могла появиться Эмили.

Разве можно было забыть раздавшийся несколько дней назад звонок? Она сообщила, что согласна приехать в Англию. Даже несмотря на то что ей удалось освободиться от работы только на четыре дня, неожиданное известие доставило ему несказанное удовольствие. Правда, на вопрос, в чем причина столь неожиданного изменения решения, Эмили ответила уклончиво.

Что ж, у него будет четыре дня на то, чтобы выяснить это. Стоит ли ему попытаться соблазнить ее прямо сегодня?

Не надо спешить, Стив, сказал он себе. Всему свое время.

Появились первые пассажиры, и сердце его невольно забилось сильнее. Затем он увидел в дверях высокую черноволосую женщину. Остановившись на мгновение, она огляделась с видом животного, очутившегося в непривычной и враждебной обстановке. Чувствуя себя не совсем в своей тарелке, Стив приветственно помахал рукой и двинулся ей навстречу.

Заметив его, Эмили сделала пару неуверенных шагов вперед.

— Эмили, рад вас видеть, — сказал он, целуя ее по-европейски в обе щеки, показавшиеся ему очень холодными.

Глаза ее были полны неприкрытого ужаса. Неужели она уже сожалеет о своем решении?

— Устали? — спросил он.

— Немного… В самолете мне почти не спалось, к тому же я совсем потеряла счет времени. Понятия не имею, который теперь час.

— Ничего, мы поедем за Долли только завтра. Успеете отдохнуть.

Взяв Эмили за руку, Стив снова удивился, насколько холодны ее пальцы.

— Вы уже жалеете о том, что приехали? — спросил он.

— Не знаю… — неуверенно ответила она.

— А я очень этому рад. Хотите есть?

— Пожалуй, да… Вы же знаете, как кормят в самолетах.

— Я так и думал, поэтому заказал столик в ресторане. Потом мы поедем в мой коттедж и вы сможете отдохнуть. Из его окон открывается прекрасный вид.

— Звучит заманчиво, — пробормотала Эмили. — Смотрите, вот мои чемоданы, — показала она на ленту транспортера.

Взяв багаж, Стив проводил ее на стоянку автомобилей.

— Это ваша машина? — спросила она, усаживаясь на кожаное сиденье.

— Легче держать здесь свою, чем каждый раз брать в аренду.

— За обед буду платить я! — с вызовом заявила Эмили.

— Разумеется, нет. Что это пришло вам в голову?

— Вы и так оплатили мой перелет и вовсе не должны платить за еду.

— Вы моя гостья, и давайте прекратим говорить об этом.

Она сердито надула губы. И только неимоверным усилием воли Стиву удалось удержаться от того, чтобы поцеловать их. Добравшись до центра города, он остановил машину.

— Отсюда пойдем пешком. Посмотрите город.

Продолжая разговор, Стив провел ее по улицам, сверкающим витринами одних из самых шикарных и дорогих магазинов в мире. Вид уникальных ювелирных изделий, наимоднейшей одежды, кожгалантереи и обуви ручной работы заставил Эмили несколько расслабиться.

— Обратите внимание, я даже не предлагаю купить вам какой-нибудь подарок, — сдержанно заметил Стив.

Ее улыбка казалась почти естественной.

— Любое из этих платьев превосходно подошло бы для работы в моем саду.

Лично он с удовольствием купил бы ей вот это роскошное неглиже… с тем, разумеется, чтобы впоследствии медленно и с наслаждением снять его…


С того места, где стоял их покрытый белоснежной льняной скатертью столик, открывался прекрасный вид на реку. Пообедав с большим аппетитом, Эмили вытерла салфеткой губы.

— Превосходно, — сказала она. — Теперь хорошо бы немного отдохнуть, а то я сплю на ходу.

По дороге к коттеджу Стив, желая показать Эмили красоты местных пейзажей, старался держаться менее загруженных транспортом боковых дорог. Одновременно он рассказывал об истории края, населенного в основном мелкими фермерами, сохранившими старинные семейные традиции ведения хозяйства.

— Господи, я болтаю как заправский гид, — наконец запыхавшись, закончил он. — Как вы себя чувствуете?

— Устала, — призналась Эмили с вымученной улыбкой. — Самолеты летают слишком быстро, и разница во времени дает о себе знать. К тому же я не совсем уверена в том, что мне вообще следовало прилетать сюда.

— Вы ведете себя так, будто я собираюсь наброситься на вас в ту же минуту, как мы переступим порог моего коттеджа.

— А это неправда, Стив?

— Да нет же, черт побери! — возразил он, не совсем уверенный в том, кого именно пытается в этом убедить.

— О, взгляните, — восхищенно воскликнула она, как только машина сделала очередной поворот, — какая красота!

Не слишком изощренный способ смены темы разговора, подумал Стив. И зачем только он сказал, что не собирается набрасываться на нее? Разве можно соблазнить женщину, не прикасаясь к ней? Что с ним такое происходит, такое поведение присуще скорее двадцатилетнему юнцу, чем опытному мужчине.

— Из окна моего коттеджа вид гораздо лучше, — сообщил он.

Пятнадцатью минутами позже они въехали в небольшой чистый городок и, миновав его, свернули на проселочную дорогу, ведущую к деревянному дому с двускатной крышей.

— Вот мы и приехали, — сказал Стив.

Оставшаяся часть дня надолго запомнилась ему как наиболее мучительное время в жизни. Он показал Эмили комнату для гостей, в открытое окно которой вливался запах роз, высаженных вдоль забора, и угостил ее превосходным деревенским ужином. Он занимал ее разговором, стараясь при этом так, как никогда ранее. Ему даже удалось заставить Эмили пару раз рассмеяться. Но к концу ужина она уже зевала, не скрывая этого.

— Извините, Стив, но я почти не спала со вчерашнего утра и просто валюсь с ног.

— С горячей водой тут полный порядок, — сказал он, — так что не стесняйтесь, примите душ. И спите столько, сколько вам заблагорассудится.

Внезапно наклонившись, Стив поцеловал ее в щеку, заставив Эмили отпрянуть быстрее, чем это было необходимо, и с вежливой улыбкой исчезнуть за дверью.

План обольщения… Ничего смешнее нельзя было и придумать. Совершенно очевидно, что она уже жалеет о своем приезде сюда и, более того, ясно дала понять, что ни о каком романе не может быть и речи. Неужели весь его замысел лишь пустые фантазии?

Что бы ему ни казалось ранее, все это, по-видимому, осталось в прошлом и больше не повторится. Эмили приехала сюда, чтобы осмотреть местные достопримечательности, познакомиться с Долли и купить друзьям сувениры. Просто на заслуженный отдых, который он ей и обещал. Не более того.

Загрузка...