9

Эмили проснулась рано, проспав целых восемь часов подряд. Шторы остались незакрытыми, и в комнату проникал бледно-розовый утренний свет. Поднявшись с постели, она выглянула в окно. В низинах еще стелился туман, однако верхушки деревьев уже освещали первые лучи солнца. Легкий ветерок доносил аромат роз.

Не раздумывая, Эмили натянула джинсы, свитер и спортивные туфли, стараясь не шуметь, спустилась в холл и, выйдя на террасу, с наслаждением вдохнула чистого воздуха. Окончательно решив вступить со Стивом в интимные отношения, она спала в эту ночь как убитая.

Хотя откуда ей знать, хочет ли этого он сам? Стив вел себя скорее как брат или дядя. Целуя, он даже не прикоснулся к ней руками и, не переставая, говорил весь вечер, словно пытаясь избежать возможных осложнений в отношениях.

Правда, отвечая на вопрос о своем самочувствии, Эмили тоже слегка погрешила против истины. Она сказала, что устала, но это было отнюдь не всей правдой. На самом же деле намерение забеременеть от Стива, показавшееся в разговоре с подругами за бутылкой вина таким осуществимым, при встрече с предполагаемым отцом ребенка представилось далеко не столь разумным и легко выполнимым.

Не надо было ей сюда приезжать. Вот тебе и подруги! Разве настоящие подруги уговаривают человека согласиться на идиотскую авантюру, не имеющую ни малейшего шанса на успех?

Спустя полчаса совершенно проснувшаяся и испытывающая зверский голод Эмили вернулась в дом так же тихо, как и покинула его. Уверенная в том, что Стив еще спит, она направилась к ванной комнате, надеясь чуть позже поживиться чем-нибудь в кухне.

Внезапно дверь ванной распахнулась и на пороге появился Стив, на котором было лишь обвязанное вокруг бедер полотенце. Вскрикнув от неожиданности, Эмили уткнулась в его обнаженную грудь и внезапно для себя оказалась в его объятиях. О Боже, подумала она, какое блаженство!

Руки его сомкнулись еще крепче. Что-то пробормотав, Стив зарылся лицом в ее волосы и стал покрывать поцелуями шею, затем, оттянув ворот свитера Эмили, проследил губами контур ключицы.

Закинув руки ему за шею, она ласкала горячую кожу тугих рельефных мышц, ощущая запах хвойного мыла и чувствуя всем телом его возбуждение. Ей хотелось Стива. Хотелось прямо здесь и сейчас. Хотелось узнать о нем все, что только может узнать женщина о мужчине, и отдать ему себя всю.

— Стив, — прошептала Эмили, — о, Стив, люби меня…

Приподняв голову, он заглянул ей в глаза.

— Я тоже хочу этого, не могу выразить, как хочу… Но ты уверена, Эмили?

— Больше, чем когда-либо в своей жизни, — прошептала она.

— Ты так откровенна, это просто замечательно.

— Вчера вечером мне показалось, что я тебя больше не интересую.

— А я подумал то же самое о тебе, — усмехнулся Стив.

— Действительно?

— Значит, я был не прав?

— Мы оба были не правы, — заверила Эмили, глубоко тронутая его словами, и положила его руку себе на грудь. — Приласкай меня, Стив…

Сегодня утром, торопясь спуститься вниз, она не стала надевать бюстгальтер. Почувствовав это, Стив изменился в лице и, медленно проведя пальцами по мягкой выпуклости до ее вершинки, наклонился для поцелуя. Призывно открыв губы, Эмили встретила его на полпути.

Даже сейчас, еще до того, как заняться с ним любовью, она знала, что Стив охотно примет все, что ей захочется отдать, поэтому доверилась ему, вручая свои тело и душу. И когда он довольно грубо задрал на ней свитер, торопясь добраться до обнаженного тела, лишь заметила:

— Это нечестно.

От его ответной улыбки ноги ее сразу стали как ватные.

— Что нечестно, дорогая?

— На тебе только полотенце, а на мне масса одежды. Будучи женщиной современной, я требую равенства.

— К тому же полотенце уже упало.

Опустив взгляд, Эмили покраснела.

— Действительно…

— В интересах соблюдения равенства я должен уложить тебя в постель и снять с тебя все до последней нитки.

— Звучит многообещающе, — сказала она с улыбкой.

Взяв ее на руки, Стив отнес Эмили в спальню, открыв дверь ногой.

— Хочу, чтобы ты знала… я принес тебя сюда не просто для того, чтобы переспать. Если честно, я еще не знаю, что ты для меня представляешь, но между нами есть нечто особенное.

Но Эмили не хотелось разговоров, особенно разговоров о будущем. Потянувшись к нему, она поцеловала его в губы, отметив горящий желанием взгляд. Остановившись возле кровати, Стив положил ее на смятые простыни.

— Этой ночью я мечтал о тебе. И вот ты здесь, в моей постели.

— Там, где мне хотелось быть, — прошептала она.

Обнаженный Стив склонился над ней и поцеловал со страстным нетерпением. Притянув его к себе, Эмили наслаждалась близостью их тел и силой желания партнера. Сердце ее билось как бешеное, что было сил она прижалась грудью к обнаженному торсу Стива.

— Кажется, ты что-то говорила насчет одежды? — пробормотал он.

Она счастливо рассмеялась.

— И что ты собираешься с ней делать?

Стив приподнялся на руках.

— Сейчас покажу.

Медленно, с тщательно сдерживаемым нетерпением, он потянул вверх ее свитер, пока груди не оказались на свободе.

— Я и не представлял, что ты настолько красива. Скажи, что это не сон, Эмили, — попросил Стив после минутного молчания.

— Не сон, — подтвердила она и добавила: — Теперь я покажу тебе.

Приподнявшись на кровати, она сняла свитер через голову. Черные как смоль волосы упали на груди, полуприкрыв и одновременно подчеркнув их совершенство. Взяв одну из прядей, Стив щекотать ее кончиком напрягшиеся соски, затем, нагнувшись, продолжил делать это губами до тех пор, пока Эмили не застонала от удовольствия. Тогда, уложив ее обратно на подушки и расстегнув молнию джинсов, он стянул их с нее.

Почувствовав его пальцы на своих бедрах и не в силах сдержать довольного возгласа, Эмили выгнулась навстречу и тут же почувствовала всем телом вес и возбуждение Стива.

Как глупо с ее стороны было думать, что ему ее больше не хочется, когда каждое нетерпеливое прикосновение, каждое содрогание тела свидетельствовало об обратном. Желая поскорей ощутить Стива внутри себя, Эмили подалась к нему и внезапно подумала: «Сейчас я получу то, зачем приехала сюда: совокупление со Стивом. И возможную беременность, ребенка, о котором всегда мечтала…»

А ведь в последние несколько минут мысли о ребенке совершенно вылетели из ее головы. Отвернувшись, Эмили закрыла глаза, чувствуя себя так, будто ее окатили холодной водой. Стив не скрывал своих намерений, тогда как она собиралась обмануть его, использовать в своих целях. Можно ли было так поступать — ответить на искренность ложью?

— Эмили, что с тобой? Я сделал тебе больно?

В голосе Стива звучала такая забота, что стыд охватил ее с новой силой. Она не могла поступить подобным образом, как бы ей ни хотелось ребенка, лгать ему словами или делами было просто невозможно. Он этого не заслуживал.

— Мне… мне нужно кое-что тебе сказать, — пробормотала Эмили.

Приподнявшись на локте, Стив отвел упавшие ей на лицо волосы.

— В чем дело, дорогая?

— Дело в причине, по которой я приехала сюда, — торопливо начала он, боясь передумать, — Стив, мне так стыдно говорить тебе это!

— Говори, Эмили.

— Я всегда мечтала стать матерью. Но Станислас не хотел детей, хотя сказал мне об этом только после свадьбы. А мне скоро уже тридцать. Поэтому-то я и решила приехать сюда, переспать с тобой и, может быть, забеременеть… О, Стив, я понимаю, что это звучит ужасно, прости меня!

Его лицо помрачнело.

— Но что заставило тебя признаться мне? Потому что, должен сказать, я даже не подумал о том, что надо предохраняться.

— Я не могла использовать тебя подобным образом, — ответила Эмили еле слышно. — Или обманывать. Это было бы нечестно.

Стив повернул ее лицо к свету.

— Так, значит, все это было лишь игрой? — хрипло спросил он. — Ты только имитировала страсть, надеясь забеременеть?

— Нет!

— Ты в этом уверена?

— Стив, поверь, мне хотелось тебя так, как никогда не хотелось Станисласа. Я не могу ни объяснить этого, ни понять, но это правда. Неужели ты полагаешь, что я легла бы с тобой, если бы было по-другому?

— Может быть… В конце концов, что я о тебе знаю?

— Я никогда не спала ни с кем, кроме Станисласа. Да и секс с ним стал мне ненавистен почти с самого начала. В постели он был так же эгоистичен, как и во всем другом. — Слова потекли словно сами собой. — Как бы я могла лечь с тобой, если бы не хотела? — Она нахмурилась, подбирая более точные выражения. — Это походило бы на то, как если бы я написала книгу не с помощью моего воображения, а списала бы ее у кого-нибудь другого. Неужели ты этого не понимаешь? К тому же, — добавила Эмили с вызовом, — если бы мне нужно было только забеременеть, я просто промолчала бы.

Стив подавил вздох облегчения.

— Полагаю, что так.

— Мне действительно очень жаль, — с грустью сказала Эмили. — Я улечу первым же рейсом… Да и вообще не стоило прилетать. Должно быть, на меня просто нашло умопомрачение. Разумеется, мне не надо встречаться с Долли, — это лишь усугубит ситуацию.

Однако Стив явно не слушал ее, у него был вид человека, о чем-то напряженно думающего. Сев на кровати, Эмили схватила свитер — несмотря на свое признание, ей все еще хотелось его, все тело ныло от неудовлетворенного желания.

Впрочем, знать ему об этом было ни к чему. Хорошего понемножку.

— Послушай, — наконец сказал Стив каким-то не своим голосом, — все это может обернуться даже к лучшему.

— Совершенно не понимаю, каким образом, — возразила она. — Я возвращаюсь домой, Стив. Сегодня же.

— Ты можешь получить ребенка, Долли — мать, а я… а я могу каждое утро просыпаться рядом с тобой в постели.

Сердце Эмили словно сжала чья-то ледяная рука.

— Что ты имеешь в виду?

— Брак, — заявил он.

— Брак?! — воскликнула она.

— Совершенно верно. Между тобой и мной. Мы поженимся. Я с радостью стану отцом твоего ребенка, а Долли будет в восторге, если у нее появится брат или сестра. Уверен, ты ей понравишься. Она сможет вернуться домой и жить с нами, так что проблема ее тоски по дому отпадет сама собой. Тебе тоже не придется подрабатывать на стороне. Я оплачу твои долги, и ты целиком посвятишь себя творчеству. Так что все складывается просто превосходно.

— Но я не хочу выходить замуж!

— Разумеется, хочешь. Тебе ведь нужен ребенок?

— Ты что, никогда не слышал о матерях-одиночках?

— Зачем же так, если есть прекрасная альтернатива, — решительно возразил Стив. — Гораздо лучше, если у ребенка будут оба родителя. Это основная причина моего желания жениться на тебе: я хочу, чтобы у Долли была мать.

Прекрасная альтернатива! Впечатление такое, будто речь идет не о таинстве брака, а о рынке акций.

— Ты не желаешь меня слушать! — сердито воскликнула Эмили. — Может быть, тебе и хочется жениться. Зато мне — нет!

— Сколько можно повторять тебе: я не Станислас!

— Может быть, и так. Хотя откуда я могу знать, пока не станет слишком поздно? Что представляет собой Станислас, я тоже поняла только после брака.

— Тогда мы можем пожить немного вместе, чтобы узнать друг друга лучше.

У него на все были ответы. Чувствуя себя несколько растерянной и крайне разочарованной, Эмили натянула свитер через голову.

— Возможно, я вообще никогда не выйду замуж, и уж ни в коем случае за еще одного ныряльщика. И хватит об этом! Давай позвоним в аэропорт, а потом позавтракаем.

К ее крайнему неудовольствию, Стив рассмеялся.

— Ты сейчас похожа на взъерошенного воробья. Остынь и подумай немного. Нам троим… нет, четверым, если родится наш ребенок, будет от этого только лучше. Все так просто.

Наш ребенок… В сердце больно кольнуло.

— Знаешь, что плохо в твоем сценарии? В нем все время говорится об удобствах… и ровным счетом ничего о чувствах.

— Хочешь сказать, что ничего не испытывала, когда я тебя целовал? — огрызнулся Стив.

— Любовь, Стив, — вскипела Эмили. — Я говорю о любви! Ты не любишь меня, а я не люблю тебя. Как же мы можем пожениться?

— Насколько я понимаю, выходя за Станисласа, ты его любила… так же, как я любил Луизу. Станислас чуть не довел тебя до ручки. Луиза сделала то же самое со мной. Пойми, соглашение, к которому мы можем прийти, гораздо лучше, чем все эти разговоры о любви. Потому что именно этим она и является — разговорами.

Нельзя было не заметить прозвучавшей в его словах горечи.

— А что сделала тебе Луиза?

Стив помолчал.

— Она так и не стала взрослой, — наконец ответил он. — Тоже не хотела иметь детей. Долли родилась по ее неосторожности. Все, что надо было Луизе, так это чтобы я продолжал нырять, заниматься своими аукционами и не вмешивался бы в ее дела.

Наступила долгая пауза.

Наконец решившись, Эмили рывком поднялась на ноги.

— Нет, Стив, мне очень жаль, но я не могу так. Нам необходимо расстаться — это лучше для нас обоих. Подумай, насколько ужаснее будет, если по прошествии времени мы обнаружим, что кроме официальных отношений нас ничего не связывает. Ты начнешь все больше времени уделять своим экспедициям, оставляя меня в постоянном ожидании телефонного звонка, извещающего о трагедии. Нет, с меня хватит, этого больше не повторится!

Подхватив остальную одежду, она направилась к двери.

— Подожди минутку, — мрачным голосом остановил ее Стив. — Прошу только об одном: побудь, сколько намеревалась… Пойми, я уже рассказал о тебе Долли. Она пришла в восторг от того, что познакомится с настоящей писательницей, не надо ее разочаровывать. Обещаю, что даже не прикоснусь к тебе все это время.

Эмили помедлила.

— Хорошо… я не хочу ничего плохого ни тебе, ни твоей дочери. Только не тешь себя напрасными иллюзиями, Стив, не пытайся начинать все сначала. Это бесполезно.

Резко повернувшись, она вышла за дверь.

Загрузка...