Путь строителя 6

Глава 5

Ручей журчал под ногами, лопата лежала на плече и приятно оттягивала мышцы, а я шёл вверх по течению тихонько тыкая в каждый подозрительный наплыв глины. Пока ни один из них не проявил желания встать и побежать за мной, что одновременно и радовало, и разочаровывало.

Мысли тем временем бродили далеко от ручья, и всё крутились вокруг одного и того же. Хорг сейчас, если прикинуть грубо, с щедрым округлением в меньшую сторону, руководит сотней работяг. Вся деревня плюс беженцы, кто физически способен держать в руках лопату или кувалду. Остальные трудятся у меня: жгут известь, лепят кирпичи, подвозят материалы. Кто-то при башнях, там тоже народу хватает. И при всех этих ресурсах частокол строится мучительно медленно.

Деревня ведь крупная, домики посажены тесно, участки мизерные. Изначально, насколько я разобрался, это была охотничья деревушка на самом краю королевства. Граница проходит по кромке леса, а дальше уже не людские территории. Чьи именно, тоже вопрос открытый, но суть простая: заходи в эти земли кто хочет, а вот выйти смогут только достаточно сильные. Закон джунглей в чистом виде, тут все просто.

Опять мысли улетели не туда… Я ведь пытался понять другое: почему единственные ворота выходят на север, а основная дорога сразу сворачивает на запад и потом уходит на юг, ведь город именно там. Но ответ, если подумать, лежит очень даже на поверхности.

Изначально ворота нужны были, чтобы ходить на работу, то есть в лес. Охотников город интересовал мало, они тут жили ради леса, а не ради торговых трактов. Ну и частокол возвели исключительно чтобы звери не подглядывали за мирной жизнью деревни. Или вообще это звери его возвели, чтобы хоть по ночам спать спокойно без охотников.

Шутка, конечно, но и оборонительной функции старый забор не несёт, создавали его просто чтобы сдержать заблудших животных. Или надеясь на их лень, что не полезут через ограду, а обойдут и пойдут дальше по своим делам.

Потом деревня разрослась, появились простые люди, и вот мы получили то, что получили. Старый гнилой частокол, ворота, которые смотрят не в ту сторону, и довольно крупная, но при этом тесная деревушка, где еду в основном тащат из леса, выменивают у торговцев или закупают у соседей за рекой. Там, к слову, вполне плодородные земли, растёт всё что посадишь, и Основа с близостью леса этому только помогает.

О, жирный наплыв, надо бы тыкнуть… Подошел, вогнал лопату по самый черенок, но никакой реакции снова не последовало. Хотя все равно стоит запомнить, хорошая тут глина, чистая, для каких-нибудь поделок точно сгодится. Тот же горн лепить можно из нее и получится очень даже надежно.

Ладно, возвращаемся к сотне работяг и частоколу. Хорг выстроил процесс грамотно, никто не отлынивает, все знают своё дело. Плотник из Валунков занимается кольями, несколько человек их устанавливают и заливают раствором, остальные преимущественно копают и занимаются валкой леса.

Периметр деревни, если считать грубо, четыреста-пятьсот хоргов. Может больше, но тут тоже округлим вниз. Деревья пока таскать издалека не приходится, вырубка ближайшей части леса идет полным ходом, и некоторые стволы попадаются аж в два обхвата, так что из каждого поваленного дерева получается несколько метров частокола, правда особо толстые стволы все же идут к Ольду, чтобы баловался там с ними сам. Траншею под бревна копают рядом со рвом, из которого достают суглинок, а сам частокол по идее должен расти со скоростью примерно пара метров в час.

Или это я мыслю слишком оптимистично? Берем округленный периметр, среднюю толщину ствола сантиметров в двадцать, хотя по факту будет больше, и… На периметр потребуется порядка четырех-пяти тысяч бревен. Серьезное количество, учитывая, сколько это всё весит.

Но проблема в том, что это даже не самая сложная часть работы. Куда сложнее будет набить пустоту между двумя рядами грунтом с известью. Вот здесь совсем беда, сечение набивки получается два метра вширь и три в высоту, итого шесть квадратных метров, и умножаем на длину стены. Получается не просто цифра, а очень грустный факт: за месяц даже сотня человек с таким не управится, и придётся искать дополнительную рабочую силу.

Тыкнул лопатой в очередной наплыв, но глина как глина, ничего интересного, и пошел дальше.

Ладно, мы не знаем, когда появится враг, так что остается только работать на полную и надеяться на лучшее. А если надежды не оправдаются, всей деревней спрячемся в моих башнях, больше ничего не остается. Утешение так себе, конечно, но других вариантов нет, и думать об этом прямо сейчас бесполезно, потому что от дум частокол быстрее не вырастет.

Тыкнул лопатой в берег… Но в этот раз берег поднялся и уставился на меня удивленными сияющими глазами.

Некоторое время мы смотрели друг на друга, мысли из головы улетучились мгновенно, и в следующий момент здоровенная лапа со свистом расчертила воздух. Я машинально отскочил назад, потратив единичку Основы на прыжок. Пролетел хорошо, метра на четыре, и лапа с грохотом врезалась в дно ручья, разметав в стороны мелкие камни.

[Основа: 4/15 → 3/15]

Вот это силища! Но плевать на неё, все равно не попадет. Голем сделал несколько шагов в мою сторону, и от каждого земля дрожала так, что по воде расходились волны. Не стал медлить, развернулся и побежал, думаю так будет безопаснее.

Правда шаги за спиной остановились… Обернулся в последний момент и увидел, как в меня летит ком грязи. Монстр вырвал кусок берега и метнул как пушечное ядро! Уклониться тупо не успел, ком снес меня с ног, и я покатился по ручью, отбивая конечности о камни. Лопата вылетела из рук, нож только чудом не воткнулся в ногу.

Но отлеживаться времени нет, земля задрожала снова, голем приближается! Подскочил, потянулся за лопатой, но монстр слишком близко, не успеваю! Еще единица Основы, отскок в сторону, и дальше бежать.

[Основа: 3/15 → 2/15]

Грохот снова прекратился. Даже не оборачиваясь ушел вбок, и мимо прогудел здоровенный ком грязи с глиной. Вот же собака такая, а в прошлый раз кидаться дерьмом не мог? Я бы хоть подготовился!

Так и несся дальше, но вскоре шаги стали отдаляться и затихли вовсе. Тоже остановился, обернулся, голема не видать. Постоял, отдышался и подумал. Нет, лопату свою я так просто не оставлю. Развернулся и сердитой походкой отправился обратно.

Голем уже шел к себе домой, так что прилетевший в спину камешек заставил его удивленно обернуться. Ладно, на самом деле морды у него нет, глаза это две точки на глиняной вросшей в туловище башке без шеи и никаких эмоций не выражают, но все равно я бы на его месте как минимум удивился.

Голем тем временем повернулся всем корпусом, медленно потянулся к берегу, спокойно вырвал ком весом, пожалуй, килограмм в сто, и метнул в меня. Но когда знаешь наперед, что так будет, уклониться уже не проблема. Я же в ответ метнул ещё камешек, предварительно напитав его каплей Разрушения. Никаких спецэффектов из этого не вышло, разве что маленькая искорка в момент попадания, но голема это разозлило и он продолжил погоню.

Так мы и неслись с периодическими остановками на отдышку, но голем все равно велся на провокации. И вот, не прошло и получаса, как я прошмыгнул меж натянутых прутьев железного дерева, показал голему язык и продолжил бежать, пока сзади не послышался грохот. Ха! Попался!

Голем врезался в ловушку на полном ходу, глина на груди, голове и руках разошлась глубокими бороздами. Ещё бы, гончары именно проволокой или нитями режут глину, и натягивал я тонкую проволоку не просто так.

К каждому материалу нужен свой подход, и у каждого есть слабые места. Масса огромная, глина податливая, а проволока тонкая и жёсткая. Нашинковать его на куски таким образом, правда, не получилось, слишком большая площадь контакта, но раны действительно глубокие.

Голем уперся руками в прутья, отстранился, и глубокие разрезы тут же затянулись. Некоторое время он стоял и смотрел на меня, потом попытался порвать рукой прут, но в итоге два толстых пальца плюхнулись в воду, а разорвать преграду не удалось.

Монстр постоял еще, повернулся и вылез из ручья, после чего обошел деревья, спрыгнул обратно, и вот нас уже ничего не разделяет. Разве что пальцы свои поднял и прирастил обратно.

— Не догонишь! — Не знаю зачем крикнул ему, кинул камень и побежал прочь. Так и несся, иногда уклоняясь от комков грязи и бросая в ответ камни, просто чтобы раззадорить монстра, а он мчался следом, но теперь уже не так быстро.

Первая петля на пути не сработала, голем махнул рукой в неподходящий момент и она не затянулась. А вот вторая петля получилась лучше. Закрепленная на уровне плеча, она поймала голема за руку. Прут натянулся струной, петля стянулась и лапа с чавкающим звуком отделилась от тела, плюхнувшись в воду.

Голем резко остановился и потянулся к отсеченной конечности единственной рукой, но тут уже я не стал стоять в стороне. Развернулся и вогнал ему в спину покрытый Разрушением нож, а как только лезвие проникло глубже, пустил ещё один импульс, ровно как делал с толстыми железными деревьями.

[Основа: 2/15 → 1/15]

Сверкнула яркая вспышка, и в спине голема образовалась дыра, а в разные стороны брызнула глина. Монстр тут же махнул рукой, забыв про отсеченную конечность, но я уже отбежал и приготовился нанести еще удар, если он снова отвлечется.

Но теперь голем и не думал поворачиваться спиной, а наоборот, окончательно взбесился и метнулся вперед.

Следующие петли отработали лишь частично. Одна отсекла ему пальцы на оставшейся руке, и метать комки грязи он больше не мог, а остальные не стянулись как надо. В одну петлю голем даже попал головой, но оторвал ее от дерева, видимо узелок получился слабым.

И вот последний рубеж, дальше ловушек нет. Я сам споткнулся об натянутую внизу проволоку и кубарем покатился по ручью, рассек ногу, но быстро вскочил и рванул дальше. А вот голем не споткнулся, а зацепился ногой за растяжку, потерял равновесие и рухнул. Я тут же вонзил ему нож в затылок. Удар, ещё удар, вот только глина стягивалась с той же скоростью, с которой я ее разрезал, и вскоре голем, не обращая на мои потуги никакого внимания, дотянулся лапой до отсечённой ноги и просто прирастил ее.

Вот теперь, кажется, его глаза уже выражали какие-то эмоции… Даже цвет, кажется, слегка сменился. Голем медленно встал, припал к земле и рванул вперед. А я так быстро стометровку еще никогда не бегал.

Мы неслись вниз по течению, и теперь голем больше не думал и не отвлекался, просто бежал. Я же вообще думать разучился, выбило эту привычку еще первым комком земли, так что тоже бежал со всех ног. Задумался только когда надо было поднырнуть под свою же растяжку, прокатился под ней прямо по воде, подскочил и побежал дальше.

Спустя буквально секунду сзади послышался плеск, голем налетел на тонкий прут всем телом, и тот пришелся ему ровно по пояс. Глина разрезалась проволокой как раскаленным ножом масло, верхняя часть пролетела по инерции, а ноги и часть торса остановились и плюхнулись в воду там же.

Обежал однорукий обрубок по широкой дуге, а тот за это время уже начал ползти к ногам. Но я опередил, начал отмахиваться ножом, подхватил отрубленные ноги… Ага, как же! Ноги под два центнера весят, мне такое не утащить!

На голове голема все так же болтался обрывок от петли, так что схватился за свободный конец, намотал на руку и потянул в другую сторону. Петля начала затягиваться, но отсечь голову своими силами не удалось, там и шеи-то нет, петля вот-вот соскочит. Привязал конец к кусту, а сам побежал заниматься разделкой.

Взял нож, начал резать глину. Отрезал кусок килограмм в двадцать, под звонкий хруст спины подхватил и откинул подальше от голема. Снова отмахнулся от него и давай резать дальше. Нет, так не успею, отгонять голема все сложнее. Размотал прут с деревьев и дальше начал резать уже им. Дело пошло на лад. Прутком отсекать глину оказалось куда удобнее, так что прошло всего несколько минут, и ноги были разделаны и отброшены подальше.

Переключился на обрубок голема, который все так же тянулся в мою сторону лапой, постепенно высвобождаясь из петли и срезая с головы слой глины. Быстро завязал ещё одну петлю и стал пытаться накинуть ее на единственную руку. Получилось не с первого раза, но как только петля стянулась, дернул на себя, и… глина будто бы расплавилась. Весь голем сразу стал жидким, упал на дно бесформенной лужей и спустя буквально секунду начал вставать полностью обновленный, с налипшими камешками, песком, и значительно меньше в размерах.

— Да хорош… — Я обреченно выдохнул. Теперь он ростом с меня, пошире раза в два, но на голове все так же сверкает руна и горят злые огоньки глаз.

Тебе это все равно не поможет, дружок. Даже движения стали заметно медленнее. Вот только голем поднял с земли камень, замахнулся, метнул в меня, и пока я уклонялся, развернулся и побежал прочь!

К себе домой, вверх по течению. И что, бежать за ним? А то ведь добежит до своей руки, прилепит, станет снова сильным. Ну и пальцы соберет, они где-то там как раз лежат. Да и сердце голема ценнейшая штука, упускать нельзя…

Так что бросился следом и как самозваный ковбой начал кидаться петлей. Ковбой из меня так себе, не попал ни разу, зато голем наступил в одну из петель, оторвал себе ногу, упал, а я сразу напрыгнул сверху. Нож покрылся последними каплями Основы, один точный удар в спину, хруст, и вместо спины осталась здоровенная дыра. Запустил руки внутрь, разорвал глину и нащупал пальцами горячий камень.

Камень лёг в ладонь как влитой, чуть крупнее грецкого ореха и раза в два тяжелее, чем кажется на вид. Поверхность гладкая, горячая, и где-то внутри пульсирует что-то живое, ритмичное, как маленькое сердце.

Голем обмяк мгновенно. Глина потекла с обрубка, расползаясь по дну ручья грязными ручейками, и через несколько секунд передо мной лежала просто бесформенная куча мокрой глины, ничем не отличающаяся от тех наплывов, которые я всю дорогу тыкал лопатой.

[Путь Разрушения I: 54 % → 89 %]

Я же лег прямо в ручей, не обращая внимания на мутную воду и грязь вокруг. И валялся, глядя на постепенно темнеющее небо, проступающее между густыми кронами деревьев.

Это было… Легко? Ну не знаю, по ощущениям лучше бы голем все-таки прибил меня тем первым броском грязи, настолько отвратно мне сейчас. Но я справился, причем даже легче, чем с первым. Правда тут стоит понимать, что в этот раз я использовал слабые стороны материала, из которого сделан враг. С прошлым, возможно, это бы тоже сработало, но далеко не так эффективно, ведь чтобы проволока разрезала глину, на нее надо хорошенько надавить, а у мелкого масса не та.

Ладно, нечего разлеживаться. Поработал, подрался, помылся… Теперь надо искать лопату брать глины сколько смогу увезти и бежать домой, пока окончательно не стемнело. А вот завтра уже собирать остатки глины и думать, что с ней делать.

Колесо скрипнуло, тележка подпрыгнула на корне, и одно из ведер стукнуло о борт так громко, что я невольно втянул голову в плечи. Лес вокруг уже потемнел, тропа угадывалась скорее по памяти ног, чем по глазам, и только черная полоска утоптанной земли впереди хоть как-то указывала направление.

Големова глина в тележке навалена с горкой, лопата торчит сверху, как флаг измученного завоевателя, а ведра, болтаясь на ручках, тоже полны до краев и добавляют ко всему этому безобразию ритмичное постукивание. Выглядит все это, наверное, как бродячий цирк на одного актера, только без аплодисментов и с отвратительной дорогой.

Ворота показались внезапно, просто из темноты проступили знакомые очертания частокола, а за ним пустой проем без створок. Не успел я сделать и трех шагов к проходу, как из темноты выскочили двое стражников с копьями наперевес.

— Стоять! — крикнули они в один голос.

Факел качнулся, огонь упал мне на лицо, и оба копья тут же опустились.

— Рей? Ты что тут делаешь в такое время?

— Глину везу, — буркнул я, потому что сил на более развернутый ответ уже не осталось.

— Дурной, что ли? — первый стражник отступил на шаг и оглядел тележку так, будто я привез из леса что-то неприличное. — Ночью в лесу шариться нельзя! Жилы там, звери, мало ли кто еще!

— Ты вообще строить должен, а не по лесу бродить! — подхватил второй, помоложе, и ткнул пальцем в сторону деревни. — Совсем сдурел, парень!

Объяснять, зачем мне три ведра и полная тачка глины посреди ночи, не хотелось совершенно, так что вместо этого молча обогнул обоих и покатил дальше, оставив за спиной возмущенное бормотание.

Деревня давно уснула, ни огонька в окнах, ни голосов, только собака где-то лениво гавкнула разок и замолчала, видимо тоже решила не тратить силы на очевидных идиотов. Дотащил тележку до своего дома, оставил ее прямо у порога и на негнущихся ногах вполз внутрь.

Лежанка встретила меня как родная. Рухнул на нее прямо в мокрой одежде, даже не разуваясь, не разведя огонь и не проверив горшок с углями. Последняя мысль, которая мелькнула перед тем, как сознание провалилось в темноту: завтра будет лучше, а если не лучше, то это уже завтрашние проблемы.

Солнце било в щель между гнилыми вязанками соломы так нахально, будто ему платили за каждый разбуженный глаз. Я перевернулся, уткнулся лицом в подушку и некоторое время пытался убедить себя, что утро еще не наступило, но организм давно перестал верить в такие сказки.

В доме никого, Рект с Улем, видимо, давно убежали на площадку, а я проспал часов двенадцать, не меньше, судя по положению солнца. Встряхнул головой, хотя там все равно было пусто и гулко, ни единой дельной мысли.

[Основа: 5/15]

Ну хотя бы так, а то вчерашний забег с големом высосал все до капли, и теперь тело отзывалось на каждое движение ноющей болью, как будто меня пропустили через жернова вместе с отвердителем. Да уж, погулял вчера… Но если оценивать результат, а не процесс, то погулял более чем продуктивно. Целая тачка ценнейшей глины, новое сердце голема в кармане, и самое главное…

[Путь Разрушения I: 89 %]

Вот это уже серьезно, с пятидесяти четырех до восьмидесяти девяти за один бой, и до второй ступени осталось совсем чуть-чуть. Мой путь требует иногда рисковать, это я уже понял. Одной стройкой обойтись не получится, и приходится вот так, с ножом и проволокой, бегать по ручьям за глиняными чудовищами. Утешает одно, с каждым разом получается лучше.

Пощупал горшок с углями, стоящий в углу. Теплый, и кто-то явно подбросил углей, пока я спал. Собственно, потому и одежда подсохла, и я не задубел за ночь, хотя лег мокрым как выдра. Надо будет выяснить, кто позаботился, Уль или Рект, и как минимум поблагодарить.

Но сейчас не до благодарностей, и так проспал полдня, а дел накопилось столько, что даже перечислять страшно. Подскочил, натянул подсохшие сапоги и выбежал во двор.

Первым делом перетаскал глину из тележки под навес. Ценнейший материал, нельзя оставлять на солнце, высохнет и возможно даже потеряет половину свойств. Подцепил лопату, нож за пояс, и чуть ли не бегом направился к воротам, ведь в лесу еще целая гора этого же материала, вдруг кто растащит и я себе этого не прощу.

Вот только добежать не смог… Остановился как вкопанный, потому что стройка перед глазами выглядела совсем не так, как мне хотелось бы.

Куча кирпичной муки рядом с жерновами заметно подросла. Запасы песка и щебня тоже пополнились, а у стены первой башни трое мужиков уже собирали опалубку для перемычки. Перемычки между башнями, прохода над воротами, и собирали ее так, что у меня задергался глаз.

— Больше распорок, куда так мало-то? — схватился за голову. — И камни под распорки подкладывайте, а то просядет в грунт!

Мужики обернулись, кто-то виновато отвел глаза, а кто-то наоборот обрадовался, мол, наконец появился и сейчас покажет, как надо. Полез сам, потому что объяснять на словах дольше, чем просто сделать руками.

Прогон длинный, между башнями минимум четыре метра, а значит нагромождать бессмысленно. Основа конструкции две бетонные балки, на них и ляжет вся надвратная площадка. Но опалубку под балки сколотили квадратную, а я начал переделывать так, чтобы они получились прямоугольными, вытянутыми вверх. Квадратное сечение хуже работает на изгиб, это знает любой строитель, и объяснять здесь это никому не нужно, потому что никто все равно не поймет, а просто сделает как велено.

— Вот так, видите? — показал на переделанный короб. — Высота больше ширины, значит балка лучше держит нагрузку сверху. Квадратная балка на четырех метрах прогнется под собственным весом, а прямоугольная выдержит и людей, и камни, и все, чем мы собираемся кидаться во врага.

— А чем кидаться-то будем? — поинтересовался один из работяг, почесав затылок.

— Чем найдем, — отмахнулся я. — Главное, чтобы было откуда. — Кстати да, надо будет подумать еще и в этом направлении. Не сюрикенами же бросаться, они дороговато выйдут как минимум по металлу. А вот что-нибудь из глины можно придумать и сваять, но пока не до того. Сперва нужно место, откуда можно бросаться чем-нибудь, а потом уже это самое «что-нибудь».

В общем, пару часов возился на опалубке. Прошелся по арматуре Основой, каждый узел проверил, каждый стык прощупал. Потом погулял по готовой конструкции и попрыгал ровно посередине. Опалубка не шелохнулась, даже на миллиметр не просела.

— Уль! Рект! Сюда!

Оба подбежали, и я заставил их прыгать вместе со мной. Трое подростков как идиоты скачут на деревянном настиле посреди стройки, картина, наверное, со стороны забавная, но дело серьезное. Если опалубка выдержит нас троих, выдержит и бетон, ведь он прыгать не должен.

— Все, заливайте смело, — кивнул работягам, и процесс запустился.

Каменщики на втором этаже второй башни уже вели кладку, и бойницы оставили именно там, где мы обсуждали с Хоргом. Узкие щели, развернутые наружу, достаточно широкие изнутри, чтобы стрелок мог маневрировать, и достаточно узкие снаружи, чтобы в них ничего не пролезло. Уль контролировал процесс, и мало того, нарисовал угольком примерный чертеж обеих башен прямо на стене одной из них.

Я остановился перед этим чертежом и некоторое время разглядывал. Все на месте: этажи, проемы, бойницы, лестничные клетки, даже навесные бойницы на верхнем ярусе, которые мы пока не строим, но запланировали.

— Хорошо придумал, — обронил вслух. — Теперь любой может подойти и посмотреть, что делаем. Вопросов стало меньше?

— Почти не спрашивают, — подтвердил Уль. — Раньше каждый второй подходил уточнять, а теперь смотрят на стену и идут работать.

Вот так, простое решение, а я этот момент даже не учел. Молодец, хорошо соображает, и инициатива в правильном направлении.

Убедился, что процесс пошел как надо, подхватил пустую тачку и направился к выходу. По пути встретил несколько групп подростков, которые тащили бревна от леса к площадке. Махнул им рукой на ходу, они махнули в ответ, и я рысцой двинул дальше.

Заглянул к Тобасу на просеке и не стал тратить время на предисловия.

— Режь побольше арматуры впрок, может не хватить. И складывай сразу под навес, а не вали где попало.

— А то я не знаю! — фыркнул Тобас и расправил плечи. — У меня все посчитано!

— Посчитано у него… Ладно, верю. Но если не хватит, отвечать тебе, имей в виду.

Тобас что-то буркнул мне в спину, но я уже катил тачку к ручью. Дел невпроворот, а солнце давно прошло зенит. Надо будет, кстати, к старосте как-нибудь зайти и похвалить Тобаса. Парень ведь вроде постоянно сжимает кулаки при виде меня, стискивает зубы и хочет воткнуть в спину топор, но все равно держит себя в руках и не делает этого. Даже работает вполне сносно, организовал, вон, своих сверсников и заставил тех сделать вклад в защиту деревни.

Интересно, кстати, а какой у него путь?.. Они же очень разные бывают, и методы развития тоже разные. Может у него какой-то социальный путь? Ну, и Основа восстанавливается быстрее только если все вокруг аплодируют тому какой ты крутой. Путь нарцисса какой-нибудь, и кстати, звучит как неплохое название для книги.

Вот знакомый берег, вот место, где вчера лежал, глядя в небо после боя. Пальцы голема разбросаны где-то здесь, а чуть дальше должна быть отсеченная рука. Начал собирать останки, и работа оказалась не из приятных. Пальцы кинул в ведро, каждый размером с хорошее полено. Рука влезла в тачку с трудом, пришлось перекладывать и утрамбовывать, а ближе к концу я поймал себя на мысли, что собираю голема по частям, и если весь конструктор собрать в одну тачку а следом кинуть сверху камень, то голем соберется и побежит.

Дальше обнаружились залежи глины, оставшиеся от нарезанных ног. Куски лежали там, где я их откинул, правда теперь потемневшие и подсохшие сверху, но внутри все еще мягкие и тяжелые. Тележка переполнилась после третьего куска, так что пришлось делать несколько ходок, перетаскивая глину к рощице.

Когда последний кусок лег в общую кучу, я выпрямился и посмотрел на результат. Големовой глины набралось столько, что хватит на десятки экспериментов, а может и на сотни, если не разбрасываться. Осталось только доставить все это в деревню, а для этого нужна лошадь, потому что на себе такой объем не утащить, или придется бегать до утра.

Вернулся в деревню и нашел мужика, который возил щебень от карьера к стройке на крепкой телеге. Широкоплечий, неразговорчивый, зато лошадь у него достаточно крупная и телега вместительная.

— Выручи, надо глину из леса довезти до моего участка. Тут недалеко, у рощицы на тропе.

— В лес? — он посмотрел на меня так, будто я предложил прокатиться до луны. — Сейчас?

— Сейчас. — развел я руками, — Там все собрано, только погрузить и довезти.

Согласился, хоть и без восторга. Лошадь недовольно мотнула головой, когда ее развернули от привычного маршрута, и я ее прекрасно понимал. Но глина ждать не будет, подсохнет на солнце и потеряет пластичность, а мне она нужна в лучшем виде.

Загрузились, довезли, выгрузили у навеса. Поблагодарил мужика, пообещал, что больше в лес гонять не буду, хотя оба знали, что скорее всего вру.

Так, с этим разобрались, теперь сердце голема. Достал из кармана теплый камешек и повертел в пальцах. Примерно представляю, на что способен этот камень, но анализ лишним не будет, но спешить пока некуда.

Хотя нет, спешить как раз есть куда. Спешить всегда есть куда, просто иногда нужно остановиться и подумать, иначе будешь бегать кругами до потери сознания. Вот сяду сейчас, слеплю что-нибудь из свежей глины, восстановлю капельку Основы и тогда прогоню сердце через анализ. А заодно попробую наконец собрать связку из трех рун на одном кирпиче. Сложно, но реально, если не лениться и не экономить материал.

Пошел к навесу, сел на землю, взял ком големовой глины и начал разминать. Материал отзывался на прикосновения охотно, узлы проступали четко, и пальцы сами нащупывали нужные линии. Великолепная глина, даже на половинке кирпича поместятся три руны, если грамотно расположить. Руки так и чесались приступить немедленно, но…

Краем глаза заметил Дагну. Она стояла у большой угольной ямы и вертела в руках что-то темное. Железный уголь ей давно знаком, так что вряд ли именно он привлек ее внимание.

Подошел ближе и увидел, что Дагна держала не уголь, а бесформенный плотный кусок, покрытый окалиной и вкраплениями чего-то металлического. Недокрица, вот что это такое. Когда железное дерево горит, часть металла из древесины спекается и оседает на дне ямы, но температуры угольной ямы не хватает, чтобы расплавить его полностью.

— Температуры маловато, — Дагна повернулась ко мне и постучала пальцем по куску. — А так бы можно было металл из этого дерева выжигать. Тут его немного, но он есть, и если собирать с каждого обжига…

— Понимаю, — пожал плечами. — Сам замечал, что на дне ямы остается всякая дрянь. Но дерево нам нужно для угля, это приоритет.

— Так может, в корнях тоже металл есть? — нахмурилась Дагна и отбросила шлак обратно в яму. — Рей, слушай. В эту деревню ничего не возят, мы ждем подкрепление, и рано или поздно металл закончится. Я у Борна узнавала, говорит, беда полная, уже давно перековывает все, что только может достать. Так может, наплавим металла из этого дерева?

В ее голосе звучала не просьба, а скорее расчет. Дагна привыкла думать наперед, и если она видит источник металла, значит, уже прикинула, что с ним делать. Кузнец без сырья все равно что строитель без раствора, руки есть, а работать не с чем.

— Пожалуйста, занимайся, — не стал спорить. — Но для этого горн нужен, а у тебя его нет.

— Так у тебя кирпичей вон сколько! — Дагна махнула рукой в сторону штабелей. — Давай я сама поставлю горн и все сделаю, тебя отвлекать не буду. Просто разреши похозяйничать с твоим кирпичом и на твоей земле.

— Так я и не запрещал… — начал было я, но тут же осекся и помотал головой. — Хотя нет, горн без меня не клади. Разметь все, выбери место, но я должен хотя бы приглядывать. Там есть нюансы, которые снаружи не видны.

Не стал уточнять, что имею в виду руны и соединения, потому что объяснять долго, а результат покажет сам себя. Дагна молча приняла условие, и на том спасибо, хорошее качество.

— Обдумай пока, какой именно горн тебе нужен, — добавил я. — Не обжиговый, а кузнечный, верно?

— Кузнечный, — подтвердила Дагна. — Небольшой, но с хорошей тягой. Я знаю, какой нужен, отец складывал похожий. Покажу тебе, как размечу.

Мы прошлись по участку, определили место подальше от навеса с кирпичами и обжиговых ям. Дагна вбила четыре колышка, обозначив размеры, а я прикинул на глаз: компактно, грамотно, дым не дойдет до деревни, даже если ветер подует в ее сторону. Выделил кирпич, которого все равно действительно слишком много и на башни весь не пойдет, ну и на этом пока распрощались.

Ну вот, наконец-то можно заняться делом. Сел обратно под навес, Материал мягко лег в ладони, и пальцы тут же нащупали три крупных узла, расположенных почти идеально для моих целей. Сунул ком в формочку, разгладил поверхность, аккуратно извлек мягкий кирпичик. Ровный, плотный, так и хочется что-нибудь начертить. Ну что, приступим…

— Рей!

Под навес влетел Сурик, раскрасневшийся и запыхавшийся, глаза горят, руки машут.

— Рей! Скорее!

— Да что опять… — я обреченно посмотрел на кирпичик в руках. Одну минуту, всего одну несчастную минуту спокойно полепить, неужели это так много?

— Рей, там люди Кральда вернулись! Говорят, принесли материал, тебя ищут!