Пятый великолепный. Нейлоновое сердце

Глава 3 Секретная миссия

Войдя в просторный кабинет, Чэнь поприветствовал генерал-полковника Ма Юна по уставу и вытянулся по стойке смирно. Руководство обычно требует прибыть к самому началу рабочего дня не для благодарностей за хорошую службу. И секретарша в приемной дала понять, что генерал не в духе.

Подчиненные знали, что Ма Юн – человек строгих правил, которые неукоснительно соблюдает сам, требуя того же от других. Удивительно, но принципиальность не помешала ему сделать блестящую карьеру. Причем многолетняя служба в разведке и контрразведке не оставила ни одной лишней морщины на его суровом лице.

В пятьдесят четыре Ма Юн выглядел гораздо моложе своих лет и удивительно молодо для своей должности.

Генерал ответил на приветствие и указал Чэню на стул. Интерьер был стандартным для служебных кабинетов: массивные деревянные шкафы, удобное кресло с прямой жесткой спинкой, портрет известного китайского руководителя на самом видном месте. Сторонний наблюдатель мог бы отметить только необычный аскетизм – лишь края огромного стола были заняты письменными принадлежностями и стопкой чистой бумаги. Чэнь знал, что все документы обычно лежат в сейфе, замаскированном под один из шкафов.

И дело было не в чрезмерной подозрительности. Все знали, что ни в здание, ни тем более в этот кабинет не просочился бы никто неблагонадежный. Но генерал Ма Юн предпочитал порядок. И потому сейчас он старательно сдерживал свое раздражение.

– В Казахстане похищена гражданка Китая, сестра очень влиятельного бизнесмена, – перешел к делу Ма Юн. – Он обратился к руководству за помощью. Ты отправляешься в Алматы. Билеты и сопроводительные документы получишь в приемной. Материалы по делу уже загружены на сервер, ознакомишься в дороге.

Чэнь Кунь не проронил ни слова. Он не любил тратить время на очевидные вопросы, о чем Ма Юн прекрасно знал.

– Брат, если говорить мягко, очень опекает младшую сестру… – Губы генерала дрогнули в подобии улыбки. – Когда она пропала на несколько часов, он поднял все свои связи сначала на месте, потом у нас. И никто ничего бы не делал, если бы на всякий случай не запросили «Цилинь», а тот дал ответ, что с высокой вероятностью она стала жертвой серийного убийцы.[1]

Чэнь удивленно приподнял бровь, но продолжал молчать. Генерал хмыкнул и, похоже, немного расслабился.

– «Цилинь» нашел два казахстанских уголовных дела. Обе жертвы – молодые, очень красивые, из влиятельных семей. Одинаковый почерк убийцы. И тот же стиль похищения, что и у Ван Сюли – пропавшей девушки. Но даже не это главное.

На лице Ма Юна появилась горькая улыбка.

– И в прошлых убийствах, и в похищении есть следы применения технологий самого высокого уровня. Много стертых записей – камер наблюдения, телефонных звонков, платежных операций. Теперь понимаешь, почему это поручили нам?

– Разведка вероятного противника?

– Очень похожий почерк, – кивнул генерал и встал из-за стола. – Сиди, сиди.

Он подошел к шкафу, вытащил пухлую красную папку с гербом КНР и положил ее на стол. Но раскрывать не стал.

– Бо'льшая часть сотрудников в этом здании считает подполковника Чэня Куня роботом… – Ма Юн старался говорить спокойно, но его злость, похоже, вернулась. – Другие считают тебя счастливчиком, к которому преступники сами прыгают в машину, когда ты едешь на работу.

В этот момент Чэню некстати вспомнилось утреннее приключение, и он, чтобы подавить улыбку, уставился на красную папку. Генерал понял его взгляд иначе.

– Да, кое-кто наверху знает тебя как правнука знаменитого председателя Чжоу Энлая и как потомка великого Чжоу Дуна.

Теперь Чэню не требовалось притворяться, что его интересует папка. Он удивленно посмотрел на Ма Юна.

– Мне нужно, чтобы в этом деле ты проявил себя как все три этих человека, – жестко сказал генерал. – Преступник не оставляет следов на месте и подчищает их в Сети. Но все вычистить невозможно – ты должен, как робот, найти каждую пылинку. Если это действительно серийный убийца, то без удачи не обойтись. А если подтвердится след чужой разведки, то почти наверняка она вычислит тебя и попытается либо завербовать, либо обезвредить.

Чэнь молчал. Его чувства словно погасли. Мозг впитывал новую информацию и планировал следующие шаги.

– Хотя на самом деле ты пижон с кучей гаджетов. – Сердитым тоном генерал явно пытался скрыть теплоту. – Я очень не хочу потерять своего лучшего сотрудника. Но и послать с тобой кого-то тоже не получится.

– Секретность, – кивнул Чэнь.

– Да, секретность. Целая иностранная бригада создаст слишком много шума. Наши службы согласовали порядок взаимодействия, ты получишь доступ ко всем данным на месте. Тебя включат в следственную бригаду – получишь «руки» и «ноги». Наши ресурсы тоже в твоем распоряжении – загружай данные в «Цилинь», общайся с нашими службами. Понятно, с соблюдением мер безопасности. То же касается России.

Чэнь опять молча уставился на Ма Юна.

– Последнее. – Ма Юн явно понимал, что Чэню не терпится прочитать данные по делу, но не спешил его отпускать. – Проверь все версии, чтобы мы не приняли за маньяка успешного вербовщика, который использует похищения и убийства как аргумент в переговорах. Мы знаем про убитых, но не знаем, скольких жертв он отпустил, когда их родные поддались давлению.

– Ясно, – коротко кивнул Чэнь.

– Конечно, крайне важно спасти девушку, – продолжил генерал, будто ничего не заметив. – Но не менее важно найти преступника. И очень было бы хорошо его доставить к нам. Живым, для допроса. Теперь можешь идти.

Озадаченный Чэнь поднялся через пару секунд. Он кивнул генералу и только в приемной вспомнил, что попрощался не по уставу. А Ма Юн, похоже, даже не обратил на это внимания.

После взлета Чэнь начал читать досье, но краем глаза заметил сразу несколько любопытных взглядов. Сопровождающих охранников явно заинтересовало необычное устройство в его руках. Планшет ZTE был складным и в разложенном состоянии достаточно крупным. Поэтому вблизи можно было заметить, как встроенная камера отслеживает движения глаз пользователя и формирует трехмерное изображение.

Чэнь не понимал тех, кто бездельничал в дороге. Он пять с половиной часов полета до Алматы планировал провести с максимальной пользой. Да, в прошлом веке пассажиры часто скучали или развлекали друг друга пустыми разговорами и легкой литературой. Сейчас же у каждого была возможность работать или учиться – не тратить впустую ни секунды. Он отвернул планшет от любопытных охранников и углубился в чтение.

Последней жертве всего девятнадцать лет. Ван Сюли, студентка, на каникулах приехала в Казахстан в составе международной научной группы по проблемам климата и водных ресурсов. С большой вероятностью поспособствовал ее брат: он занимался грузовыми перевозками из Китая в Казахстан, Узбекистан и Кыргызстан. Успешный бизнес и крупное состояние обеспечили брату хорошие связи в высших кругах. Неудивительно, что спецслужбы сразу нескольких стран немедленно подключились к поиску его красавицы-сестры.

Ван Сюли стала третьей похищенной. Первые две были гражданками Республики Казахстан. Марина Ким, двадцать один год, кореянка, дочь мажоритарного акционера одного из крупнейших казахстанских банков. И Айсулу Жумабекова, двадцать восемь лет, казашка, супруга высокопоставленного чиновника таможенной службы Казахстана.

Чэнь рассматривал фотографии и короткие ролики. Все три жертвы были очень красивыми и успешными, поэтому выкладывали много снимков в Cеть. Но досье первых двух заканчивалось жутко.

Протокольные фото с мест обнаружения тел, описание страшной инсталляции, в центре которой лежала мертвая украшенная жертва. Заключения экспертов. И общая важная деталь: вместо сердца – нейлоновый 3D-муляж.

Чэнь быстро понял, почему «Цилинь» предполагает, что Ван Сюли еще может быть жива. Айсулу была убита через восемнадцать дней после исчезновения, а Марина – почти через месяц.

Но само похищение было предположением. Не было ни одного свидетеля, следов борьбы, тревожных звонков. Родные не получали требований выкупа или угроз. Каждая девушка одна выходила на улицу, садилась в такси и исчезала, пока не находили ее тело. На месте обнаружения не было ни чужой ДНК, ни отпечатков пальцев.

Поскольку в деле не было и цифровых следов, Чэня и привлекли к расследованию. Отчеты лишь скупо сообщали о неработающих камерах наблюдения или стертых записях. Понятно, что именно в этой части казахстанцы рассчитывают на его помощь.

Чэнь отложил планшет и закрыл глаза. До посадки оставалось около часа, и это время он решил посвятить медитации. Информация должна уложиться в голове, выстроиться в гипотезы и породить важные вопросы. Но для этого нужно отключить все эмоции, сосредоточиться на бесстрастном поглощении данных и их анализе.

Получалось не очень хорошо. Вспомнились слова генерала Ма Юна – его считают роботом? Возможно. По крайней мере, что-то похожее говорила ему Ни Ни перед разводом. Назвал бы его кто-то бесчувственным, когда они оба не смогли дождаться окончания университета и поженились еще студентами? Чэнь делал стремительную карьеру. Но Ни Ни не сумела смириться с тем, что работа оттеснила ее на второе место в жизни мужа. И пять лет назад они расстались.

Его сердце забилось чуть быстрее. У той, юной Ни Ни наверняка было много общего с Ван Сюли. Обе полны жизни, надежд, любви. С Ни Ни они остались друзьями и после развода, иногда встречались, вспоминали прошлое. Чэнь знал, что его любовь к бывшей жене растаяла. Но никого другого он так и не нашел за эти годы. А каково тем, кто потерял супругу или сестру вот так – неожиданно, без предупреждения, навсегда? На что готовы они пойти, чтобы не увидеть потом любимую безжизненной, с нейлоновым сердцем в груди?

Чэнь сделал над собой усилие и отправил эмоции в привычное место на краю сознания. Для них еще будет время. А сейчас главное – усвоить факты и сделать первые наброски профайла похитителя.

Самолет покинул небо, оставив его птицам, и вернул людей на землю. Сел он удивительно мягко, дав повод всем в салоне искренне поаплодировать экипажу. Почти сразу после посадки Чэнь заметил симпатичную кареглазую стюардессу, которая спешила к нему через салон.

– Будьте добры, поторопитесь. Вас уже ждут, – тихо сказала она, склонившись к его креслу.

Перехода в аэропорт не было – трап спускался на взлетную полосу. Перед Чэнем раскинулось огромное забетонированное пространство с полным отсутствием растительности и глубокой лазурью неба от линии горизонта. Возле нескольких самолетов деловито сновали люди в спецовках, вдалеке здание аэропорта сверкало хромированными поверхностями и панорамными окнами.

Встречающих было двое. Мужчина в военной форме чем-то походил на монгольского воина: узкие суровые глаза, смуглая кожа, взгляд из-под прямых бровей направлен точно на Чэня. Его спутницей была изящная китаянка, одетая по европейской моде, – скорее всего, переводчица. Метрах в пятидесяти от них стоял большой черный автомобиль.

Экипаж самолета наблюдал в иллюминаторы, как Чэнь спускается к встречающим. Подполковник – как понял Чэнь по знакам отличия – сказал несколько слов и слегка поклонился.

– Приветствуем от имени нашего государства, – перевела девушка и представила офицера: – Серик Кабдулин.

Чэнь оценил уважение к китайским традициям: подполковник не протянул по-европейски руку, а поклонился.

– Подполковник Чэнь Кунь. – Он поклонился в ответ. – Рад посетить Казахстан. Жаль, что при таких обстоятельствах.

Серик внимательно выслушал перевод, кивнул и жестом предложил пройти к подъехавшему автомобилю. Пограничный контроль прошли за несколько минут, – похоже, приезду Чэня местные спецслужбы придавали большое значение и не хотели тратить время на формальности.

Вскоре они выехали на дорогу в город.