Пятый великолепный. Нейлоновое сердце

Глава 5 Планерка

Здания спецслужб всех стран неуловимо похожи друг на друга. Сдержанный интерьер, государственные символы в декоре, серые оттенки, строгая охрана, технологичная защита и суровые лица сотрудников.

Чэнь шагал по коридору в Алматы, словно и не покидал родной Китай. Знакомая обстановка была очень кстати. Он готовился к активной стадии расследования, мозг работал на полную мощность. Данные, полученные от Серика, выстраивались в логические цепочки – Чэнь уже готов был дать несколько распоряжений местным оперативникам. Их сильная сторона – сбор информации, а информации никогда не бывает слишком много.

Просторный зал для совещаний встретил Чэня тихим гулом. Сотрудники сидели за длинным столом, переговаривались, шелестели документами в папках, делали пометки в блокнотах. Полупустые бутылки с водой на столе и спертый воздух говорили о том, что совещание длится уже давно. При появлении Чэня в сопровождении Серика и переводчицы разговоры стихли.

К магнитной доске посреди центральной стены были прикреплены фотографии жертв и деталей с мест обнаружения тел, бланки экспертиз с яркими пометками. Чэнь едва не поморщился – такой архаики он давно не встречал. При этом в середине стола притаилась выпуклая полусфера консоли управления. Ни один ее индикатор не светился, – похоже, цифровыми устройствами никто здесь не пользуется.

– Знакомьтесь, – обратился Серик к опергруппе, – подполковник Чэнь Кунь. Профайлер, специалист по работе с компьютерными данными. Знаменитый Агент ноль-ноль-пять.

Один из сотрудников хихикнул, но подавился смешком под взглядом начальника.

– Прибыл к нам для усиления. Подполковник Чэнь – специалист по серийным преступлениям и автор методики, которую с успехом используют в Китае. Теперь начнем ее применять в нашей стране. Поэтому дальше будем работать вместе.

Девушка-китаянка вполголоса переводила Чэню слова Кабдулина.

– Рустам, – представил Серик высокого большеглазого мужчину, который кивнул, услышав свое имя.

– Суният.

Симпатяга Суният широко и дружелюбно улыбнулся. Чэнь вернул ему улыбку.

– Судмедэксперт Альбина. За подробностями по вскрытиям – к ней.

Девушка лет тридцати коротко кивнула.

– Наши IT-специалисты: Виктор и Тахир. Думаю, с ними вы найдете о чем поговорить.

– Рад познакомиться. – Чэнь улыбнулся обоим и указал на стол: – Я вижу проектор. Могу вас попросить развернуть для него экран?

Сотрудники выслушали перевод и посмотрели на Серика. Тот кивнул.

Чэнь отметил добросовестность айтишников. Пока Виктор устанавливал экран, Тахир подключил проектор, попутно сдвинув стопку папок на край стола, и убедился, что все работает.

– Свежие отчеты оперативников даже я еще не успел прочитать, – пояснил Серик. – Можете ознакомиться.

Верхняя папка съехала с покосившейся стопки и громко шлепнулась на пол.

Кабдулин представил остальных – техников, криминалистов, оперативников. Чэнь укладывал в память новые лица, имена, род деятельности каждого.

Серик дошел до кресла во главе стола, уперся руками в твердую поверхность и обратился к группе:

– Нужно собирать максимальное количество информации о подозреваемых, местах преступлений, жертвах. Существенной может оказаться любая мелочь. Поэтому особое внимание по-прежнему уделяем кропотливой оперативной работе. Любые версии, даже самые невероятные, не отбрасываем, а проверяем. Это дело имеет высший приоритет, нам дают все нужные ресурсы, но и спрашивают по полной. Подполковник Чэнь уже пришел к некоторым выводам и, как я понимаю, готов с нами поделиться.

Кабдулин замолчал и посмотрел на Чэня. Остальные тоже замерли в ожидании. Чэнь кивнул, подошел к Серику и встал рядом.

– Данные, которые мы получили от вашей группы и по своим каналам, позволяют сделать несколько выводов. – Пока звучал перевод, Чэнь достал планшет, развернул его и подключил к проектору. – Разумеется, все выводы предварительные. Новые факты и улики могут изменить картину. Но вот что нам известно сейчас.

На экране появился первый слайд с фотографией Ван Сюли. Чэнь бросил взгляд на слушателей – все замерли, ручки не бегали по страницам, бланки с госсимволикой не шелестели, никто не отвлекался.

– Девушка не найдена. С высокой вероятностью она жива, но счет идет на часы. Преступник умен и хорошо организован – это первое. Он умело зачищает следы – и материальные, и цифровые. Второе: у него есть жесткий план. Он действует дерзко, но однотипно.

Чэнь сделал пас рукой – фотография сменилась на размеченную карту Алматы.

– Красным я отметил участки, связанные с похищением или обнаружением тел. То есть это места, о которых мы точно знаем, что Нейлон или его жертвы были там…

– Нейлон? – вырвалось у Рустама.

– Кодовое имя подозреваемого, – пожал плечами Кабдулин. – Почему бы и нет.

– Это материал, из которого были напечатаны искусственные сердца-муляжи, – пояснил Чэнь. – Нейлон легкий, приятный на ощупь, внешне похож на шелк, но крепче. По некоторым свойствам превосходит металлы. Но главное – очень удобный для 3D-печати.

– Нейлон… – попробовал слово Тахир. За ним повторили еще несколько.

– Коттеджный городок «Эдельвейс», место похищения Марины Ким. – Чэнь обвел на карте один из красных участков. – Ботанический сад, место ее обнаружения. Улица Оспанова, Центральный парк отдыха, здесь похитили и нашли Айсулу Жумабекову. Жилой комплекс President’s Park, похищена Ван Сюли.

Пока китаянка переводила, Чэнь заметил, что напряжение у оперативников немного спало. Он еще не сообщил им ничего нового. Только Тахир и Виктор смотрели во все глаза на его планшет. Чэнь сменил слайд.

– Здесь та же карта, но с отмеченными цифровыми следами в дни похищения или обнаружения тел. Чем больше данных генерируют камеры наблюдения, микрофоны, компьютеры или обычные смартфоны, тем оттенок зеленого темнее.

Атмосфера за столом изменилась. Суният и Рустам переглянулись и замерли, словно пара матерых волков перед прыжком. Альбина чуть скривила губы: эксперты всегда сомневаются в чужих выводах. Айтишники что-то записывали. Кабдулин хмурился и ждал продолжения.

– Обратите внимание на самые светлые участки. – Чэнь обвел несколько на окраинах города и в центре. – Там цифровых следов почти нет. В малонаселенных местах это естественно: некому снимать, а в центре такого не бывает без внешнего воздействия. Подобные артефакты мы называем цифровой тенью.

– Кто-то уничтожил данные? – уточнил Кабдулин.

– С высокой вероятностью, да. Этим объясняется повсеместный якобы сбой камер наблюдения, пропажа файлов из облачных хранилищ и прочее. Это работа технологий очень высокого уровня.

Суният покачал головой. Рустам беззвучно выругался.

– Вопросы в конце, – отрезал Серик, когда заметил, что почти все хотят спросить о чем-то.

Чэнь сменил слайд. Теперь на карте сложились красные и зеленые зоны. Альбина ахнула.

– Все красные участки совпадают с белыми, что понятно. Нейлон зачищал следы. Но есть и белые без красных меток. Там тоже нет цифрового следа. Это торговые центры Esentai Mall, Dostyk Plaza, Mega Alma-Ata.

– Мы же здесь были сегодня. – От волнения Кабдулин забыл собственный приказ не мешать. – Почему не осмотрели сразу?

– Это не так срочно, – пояснил Чэнь. – Тень идет от мест похищения к торговым центрам, а потом от них за город. Видите?

Он провел линию по нескольким извилистым участкам.

– С высокой вероятностью это была перевалка. Такси привозило жертву на стоянку, Нейлон ее забирал и увозил из города.

– Но это означает, – продолжил Серик, – что она добровольно села в такси, потом вышла и пересела к своему убийце или его сообщнику. Зачем ей это делать?

– Часть ответов могут дать таксисты. Для каждой поездки мы знаем время, маршрут, имя пассажирки. Можно найти машину и показать фотографии жертв водителям. Все девушки очень красивые, их должны были запомнить.

Рустам закивал и начал что-то помечать в блокноте. Суният энергично листал свои записи. Они почуяли след.

– Для полноценного профайла Нейлона пока мало сведений. Поэтому будет нужна каждая мелочь, каждый штрих, который удастся найти. Обработка данных идет удаленно, в Китае, и всегда будет небольшая задержка. Но без искусственного интеллекта было бы еще медленнее, выбирать не приходится.

– Можно вопрос? – Альбина по-школьному подняла руку и продолжила только после разрешения Кабдулина. – При всем уважении к новым технологиям, это одни косвенные данные, следы, как вы говорите. Оперативникам нужны проверяемые факты: рост, вес, возраст, семейное положение – что-то такое. Нельзя же разыскивать человека, который умеет «отбрасывать цифровую тень».

Последние слова Альбина произнесла с легкой иронией. По довольному лицу Серика было ясно, что он согласен с ней.

– Каждая достоверная характеристика проявляется и в объективных фактах, – спокойно объяснил Чэнь. – Высокий уровень цифровой грамотности означает, что Нейлон получил отличное профильное образование. Он тратит много денег на украшение жертв и мест преступлений, то есть относительно богат. Не совершает ошибок – мы не знаем ни одной неудачной попытки похищения. То есть умен. Не оставляет генетического материала на жертвах – чрезвычайно аккуратен. Имеет доступ к служебной и закрытой информации, даже может ее незаметно уничтожить. Он хороший аналитик…

Чэнь замер, когда уловил в себе легкое беспокойство. Он знал это чувство – нарушения гармонии данных. Тренированная память упорно выпихивала какую-то мысль, которая не могла пробиться сквозь уже сложившуюся картину.

Он понял, что вокруг стало очень тихо. Все смотрели на него.

– Простите, задумался, – виновато улыбнулся Чэнь. – Мы собираем данные, отправляем их Deep Seek, она находит связи и наиболее вероятные паттерны поведения. То есть получаем ту же ориентировку, но более полную.[2]

– Компьютер может предсказать поведение человека? – хмыкнул Серик. – Это же не шахматы.

– Да, лет десять назад я тоже относился к искусственному интеллекту как к всего лишь модному тренду, – кивнул Чэнь. – Но один случай изменил мое мнение. Я хороший игрок в го, как и мой отец и дед. Главное в этой игре – стратегия. Это не шахматы, не математика, не перебор вариантов. Знатоки го считали, что против человека у компьютера нет шансов. Пока он в 2017 году не победил чемпиона мира. Я знал, что в го нельзя выиграть только математическими расчетами, и решил разобраться, как это стало возможным. И выяснил, что разработчики заложили в нейронную сеть базовые ценности игры. А затем внесли сто шестьдесят тысяч партий, сыгранных лучшими игроками. Искусственный интеллект выиграл, потому что научился понимать своих соперников, узнавать их почерк и слабые места.

Лица айтишников сияли. Оперативники уже ерзали на креслах – им явно не терпелось заняться таксистами. Серик и Альбина слушали с интересом, но и с легким скепсисом. Чэнь решил, что пора заканчивать совещание.

– Тогда я осознал мощь искусственного интеллекта и возможности, которые он дает. Если закладывать вместо партий действия подозреваемого, а вместо правил го – факты о нем, то можно просчитать его профайл и поступки. Тогда я начал сотрудничать с разработчиками будущего «Цилиня» – это имя нашего ИИ.

В лице Серика что-то дрогнуло. Он повернулся к столу, и все снова затихли.

– Подполковник Чэнь – один из лучших сыщиков Китая, – отчеканил он. – Все должны сделать выводы, нужно взять на вооружение его методы. Проще говоря, учитесь, пока он с нами.

Он повернулся к Чэню и протянул руку.

– Добро пожаловать в команду. Это честь для нас.

Чэнь отрешенно смотрел, как Кабдулин раздает краткие указания подчиненным и заканчивает совещание. Обычная рабочая суета, шум, телефонные звонки – все это отвлекало от главного. Он что-то упустил.

Чэнь не сразу услышал тихий голос переводчицы:

– Зря вы так жестко с командой. Они одни из лучших и работали не покладая рук по этому делу. А Кабдулин – образец для многих, отличный следователь, прошел все ступени, не искал легких путей. Он честный, но на хорошем счету у начальства – это очень непросто. Он считает, что присяга – обещание каждое дело доводить до конца.

Ответить Чэнь не успел: к ним подошел Серик.

– Мне сказали, что отдельное место вам не нужно, но всегда можете работать здесь. – Кабдулин показал на большой стол. – В гостинице вам забронирован номер, установлена точка доступа к данным и принтер. Компьютер, как я понимаю, у вас свой.

– Благодарю, – чуть склонил голову Чэнь. – Это все, что мне сейчас нужно. Информация, тишина и небольшой отдых.

– Отчеты и протоколы допросов свидетелей будем загружать в систему оперативно, я распорядился, – хмуро сказал Серик. – Ваши гипотезы и данные тоже оформляют. Методы у вас… непривычные, но, надеюсь, дадут результат.

– Подполковник Кабдулин, мы ловим серийного преступника, очень умного и вооруженного новейшими технологиями. – Чэнь постарался заглушить сигнал тревоги в сознании, и уйти без объяснений нельзя. – Он действует быстро и точно. Его невозможно поймать старыми методами…

– Старые методы еще на что-то годятся, – протянул Серик, сощурившись. – Даже хакеров в итоге на пол укладывают крепкие парни.

Чэнь понял, что Кабдулин обиделся, но на исправление ситуации не было ни сил, ни времени. Особенно времени.

– Нейлон оставляет тела девушек в определенных местах: парковых фонтанах, причем разных. Вы можете взять под наблюдение эти точки? Их всего четыре осталось?

– Думаете, не успеем ее спасти? Даже с вашей помощью? – горько усмехнулся Серик. – Сделаю запрос, возьмем. До завтра же терпит, как я понимаю?

– Да, наши прогнозы совпадают, осталось примерно сорок восемь часов. Но это если мы с вами все учли. – Тревога на мгновение затопила Чэня, он с трудом ее отогнал. – Лучше поторопиться.

– Хорошо. Биоимплантом десять человек подкрепления не вызовешь, но завтра должны выделить. К вечеру поставим.

Они коротко и холодно попрощались, после чего Чэнь наконец-то смог отправиться в отель.

И отель, и номер Чэня вполне устроили. Впрочем, сейчас ему подошла бы и пещера – лишь бы достаточно тихая. Тревога пыталась заставить куда-то бежать, что-то делать, но он умел справляться с ней. Сначала медитация, потом анализ, и только тогда действия. Первое – стать горой, поскольку «как бы сильно ни дул ветер, гора перед ним не склонится».

Времени было мало – об этом кричала интуиция. Придется жестко перезагрузить эмоции. Он вызвал образ Ни Ни в день ее ухода. Лицо, когда-то родное, смотрело на него чужим взглядом. Губы то сжимались, то произносили невозможные, обидные слова. Глаза, в которых попеременно вспыхивала то решимость, то обида, то… страх. Именно ее страх тогда потряс его. Эмоции сегодняшнего дня смылись волной когда-то пережитых чувств. Теперь можно ее убрать, как он делал уже много раз.

Ни Ни позже объяснила, что боялась не его, а собственной нерешительности. И роботом бывшего мужа она больше не считала – слишком живой была его реакция на расставание. Теперь ее лицо снова родное, хотя и чуть иначе. Оно излучает спокойствие.

Заработала память. Надо поймать момент, когда появилась тревога. Это было недавно, да – он говорил на планерке, что Нейлон имеет доступ к закрытой информации и что он хороший аналитик. Но почему сработал триггер?

Он начал проматывать день назад. Здание, торговые центры, парки, автомобиль – все не то. Встреча в аэропорту – теплее. Спуск по трапу… Да, оно.

Он восстановил полную картину встречи с Сериком. Вот Чэнь выходит из салона, оглядывает аэропорт, спускается, смотрит на самолет, замечает лица пассажиров. Они с любопытством рассматривают его. Есть. Теперь нужно понять, как эти два факта связаны. И почему интуиция подала сигнал тревоги.

Чэнь снова успокоил сознание. Он знал, что мог просидеть без движения несколько часов, не думая ни о еде, ни о сне. Сгусток интеллекта, в который он превращался, нуждался только в сложной задаче. И во времени.

Когда Чэнь открыл глаза, он уже знал ответ.

Он вскочил, схватил планшет и составил промпт для «Цилиня». ИИ принял запрос, но сообщил, что ответит через несколько часов, – шла загрузка и обработка новой информации по расследованию. Чэнь понял, что пока сделать ничего не сможет. А завтра силы потребуются, поэтому лучше всего наконец-то отдохнуть.