Распаковка для Босса

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Маршалл

— А сегодня вечером там будут какие-нибудь горячие девчонки? — Спрашивает Шон, садясь на мой стол и беря мой стеклянный кубок. — Что это, блядь, такое? Стеклянный меч?

— Это награда, — говорю я, меняя рубашку. Я хочу хорошо выглядеть сегодня вечером. На мне мой самый красивый костюм — черный, сшитый вручную лучшим портным штата. Он обошелся в чертову уйму денег, но, надеюсь, оно того стоит.

Шон смеется, читая это. — Лучший предприниматель 2022 года. Кому тебе пришлось отсосать, чтобы заполучить эту гребаную штуку?

Я качаю головой и посмеиваюсь, застегивая пуговицы. — Держи меня подальше от своих фантазий, больной ублюдок.

Во всех книгах по продуктивности и бизнесу (а я прочитал их все) говорится, что нужно бросать старых друзей, которые не разделяют ваших обязательств или целей. Они говорят, что будут тяжестью, тянущей вас вниз, пока вы пытаетесь подняться к своему высшему "я".

Шон — это тот груз, который отказывается сниматься с моей шеи. Ничего страшного. Не знаю, что бы я без него делал. Конечно, он всегда отвлекает меня, но когда ты сосредоточен на лазере, как я, немного отвлечься не всегда плохо.

Мы были лучшими друзьями с третьего класса, когда он подошел ко мне и спросил, не хочу ли я зажечь несколько петард в лесу. После того, как он вернулся ко мне и попробовал домашнее шоколадное печенье моей матери, все было кончено. Он решил, что вошел в мою жизнь навсегда.

— Итак, — говорит он, спрыгивая со стола и подходя к огромным окнам с видом на Чикаго. Вид из моего офиса отвратительный. Я люблю наблюдать за лодками на реке Чикаго. — Ситуация с девушками. Расскажи мне все начистоту.

— Суть в том, — говорю я, надевая запонки, — что все женщины там будут либо моими сотрудницами, либо женами и подругами моих сотрудников.

— И что? — Шон говорит с раздражением. — Киска есть киска. Не имеет значения, к кому она прикреплена.

— Меня шокирует, что ты до сих пор не замужем.

— Я знаю, да? — Он оглядывает себя с ног до головы, начиная со своих поношенных ботинок, мешковатых джинсов и огромной толстовки с капюшоном. — У меня выдался тяжелый год, когда дело касается дам.

— Ты имеешь в виду тяжелое десятилетие?

— Да, — говорит он со смехом. — Что шокирует, так это то, что ты все еще одинок. Если бы я выглядел как ты и у меня были твои деньги, я бы купался в киске.

— Нет, ты все равно все испортишь.

Он смеется. — Да, наверное.

Я надеваю свой черный галстук и разглаживаю его перед зеркалом, пока Шон садится на кожаный диван и наблюдает за мной.

— Должен же кто-то быть, — говорит он. — А как насчет той цыпочки Андреа? Она немного чопорная, но у нее отличная задница.

Я бросаю на него взгляд, который говорит, что ты это несерьезно.

Он закатывает глаза. — Отлично, чувак. Наслаждайся своим успехом, деньгами, наградами и всей этой тяжелой работой, ради чего? Ты даже не собираешься наживаться на добыче.

— Разве тебе не нужно куда-нибудь пойти?

— Неа, — говорит он с широкой улыбкой, ложась на диван, руки за голову, грязные ботинки на подлокотнике. — В этом преимущество работы всего по восемнадцать часов в неделю.

Шон отрабатывает наличные в магазине видеопроката. Очевидно, в мире еще остался один, и Шон работает в нем. Предоставьте ему самому выбирать самую мертвую из мертвых отраслей, чтобы сделать карьеру. Я бы посмеялся над ним, но ему платят за то, что он смотрит фильмы весь день. Может быть, он все-таки во всем разобрался.

— Должен же кто-то быть, — говорит он, глядя на мой высокий потолок.

Мои мысли переключаются на маленький черный квадрат.

Колин Кэмпбелл.

Я никогда не видел ее лица, но в этом голосе есть что-то особенное. Он приторно-сладкий. Он захватывает меня до глубины души, когда я его слышу.

Иногда, в конце долгого дня, когда в коридоре слышен шум пылесосов, а все мои работники дома, в постелях, я развязываю галстук, закрываю отяжелевшие глаза и думаю об этом мягком невинном голосе. Просто в этом есть что-то такое, что всегда заводит меня.

Я знаю, что она будет там сегодня вечером. Вот почему я сделал эту вечеринку обязательной. Я хотел ее увидеть. Мне нужно было ее увидеть.

Возможно, это просто мое разыгравшееся воображение, но сегодня вечером у меня наконец-то будет возможность взглянуть в лицо этому опьяняющему голосу.

Я надеваю куртку, поправляю волосы и бросаю последний взгляд. Довольно неплохо. Этот невероятно дорогой портной стоил каждого пенни.

— Позволь мне присоединиться к этому занятию, — говорит Шон, вскакивая. — Я буду твоим ведомым. Ты наверняка трахнешься.

— Извини, чувак. Рабочая функция. Допускаются только сотрудники и другие значимые лица.

Он обнимает меня за плечи и смотрит на наше отражение в зеркале. — Мы можем сказать, что встречаемся.

Я со смехом отдергиваю руку. — Я так не думаю.

— Да, — говорит он со вздохом. — Никто в это не поверит. Я далеко не в твоей лиге.

— Совершенно верно.

Я закрываю магазин, готовая отправиться на вечеринку. Уже немного поздно, но босс должен появиться с помпой, верно?

— Хэй, ты можешь подбросить меня до Элджина? — Спрашивает Шон, когда я выключаю свет.

Я фыркаю от смеха. — Ни за что. Возьми такси.

— Да, хорошая идея. Эй, могу я одолжить пятьдесят баксов?

Я качаю головой, вытаскивая из кармана полтинник и протягивая его. Интересно, что сказали бы об этом в бизнес-книгах.

Мне все равно. Каким бы безнадежным он ни был, он мой лучший друг, и я забочусь о нем. Он заботился обо мне в седьмом классе, когда некоторые дети постарше издевались надо мной. Я никогда этого не забуду. Он треснул своим скейтбордом по большой толстой голове Кайла Джонсона.

И какой смысл зарабатывать все эти деньги, если ты не можешь на них позаботиться о тех, кого любишь?

Он выходит в коридор, и я поворачиваюсь к зеркалу, чтобы бросить на него последний взгляд.

Да, мистер Кинг.

Я вздрагиваю, когда снова слышу этот теплый приторный голос в своей голове.

Колин Кэмпбелл… Я иду.