Раздвоение соседки

Глава 39. Мила и белый конь

Лифт полз как черепаха, но все же добрался до 17-го этажа. Я ворвалась в свою квартиру, сбросила кроссовки, зашвырнула подальше рюкзак и упала на диван. По щекам текли слезы, а в груди застыл комок сдерживаемых рыданий.

Все. Все заслоны рухнули. Я перестала стискивать зубы и разревелась.

Я рыдала долго и прочувствованно, так, что даже устала. Я думала, мои слезы никогда не кончатся, но они все же иссякли. Оказывается, у меня там вовсе не бездонный колодец!

Плакать я перестала, но облегчения не чувствовала. Все плохо независимо от того, рыдаю я или нет.

После того, что сейчас случилось, у меня нет никаких шансов вернуть Гошу. Он считает, что я над ним жестоко посмеялась. Что мы смеялись над ним всей редакцией и даже делали ставки! Как только это вообще могло прийти в голову Миле? Она чудовище!

А еще он думает, что у меня есть жених... И в этом косяке виновата я сама. Надо договаривать фразы, даже если этому мешает шум лифта, даже если перед глазами неожиданно появляется твой главный враг... все равно надо договаривать фразы!

Как я теперь ему все объясню? Уверена, он даже видеть меня не захочет, не то что разговаривать со мной.

Я услышала осторожный, какой-то даже робкий стук в дверь. Или мне кажется? Замерев на диване, я прислушалась. И правда, стучат! Неужели Гоша? Ну уж точно не Мила. Если бы она и решила подняться, то не стала бы так скрестись. Скорее, барабанила бы в дверь ногой.

А вдруг этот стук раздается уже давно? Я могла не услышать его из-за своих не очень-то тихих рыданий. Вскочив, я бросилась к двери и распахнула ее, даже не посмотрев в глазок.

Мила.

Мое разочарование было безграничным, и я его не скрывала, сразу же попытавшись захлопнуть дверь.

- Да подожди ты! – воскликнула Мила.

В этот раз она не пыталась вставить в зазор двери свою туфлю. И правильно делала – я бы, не задумываясь прищемила ей ногу.

- Я же сказала: никуда не пойду!

- И не хочешь узнать, что сказал Георгий?

Я услышала ее слова как раз перед хлопком двери. И теперь не могла решить: открывать или не открывать? Я совершенно не уверена, что ей есть что сказать. Скорее всего, она пытается манипулировать мной, как обычно.

А вдруг все же?.. Терять мне нечего. Открою и послушаю.

Я нехотя распахнула дверь снова.

- Я сказала ему, что никаких ставок не было, - заяввила Мила.

- А он?

- А он проорал, что это неважно. И не стал слушать дальше.

Да уж, не особо ценная и не особо обнадеживающая информация. Можно было и не открывать дверь.

- Вообще не понимаю, почему вы оба такие нервные? – продолжила Мила. - Ну, пошутила я слегка. Чего сразу взрываться?

Пошутила она... Шутница нашлась!

А она ведь не слышала мою фразу про жениха и не знает, в какую огромную калошу я села. Если бы речь шла только о переодевании в Анфису! Теперь ко всем моим бедам добавился еще и не существующий жених.

И все равно – я совершенно не хочу с ней общаться.

Я хотела закрыть дверь у Милы перед носом, но на пару мгновений задумалась и потеряла бдительность, и она просочилась в мою квартиру. Прошла в комнату, посмотрела на разворошенный диван с разбросанными подушками, на кроссовки и рюкзак, разбросанные где попало. И уселась, как у себя дома.

И как мне ее теперь отсюда выкуривать?

- Я никуда не поеду, - выпалила я.

- Почему? – спокойно спросила Мила.

- Сама знаешь, - буркнула я и удалилась на кухню.

Где принялась мыть чашку, из которой утром пила чай.

Может, если игнорировать Милу, она уйдет?

Естественно, она не ушла. Так просто она не сдается. Видимо, я ей зачем-то очень нужна. Наверное, неудобно перед заказчиком: обещала привезти исполнителя, а приедет ни с чем.

Кстати, она говорила, что встреча через полчаса. Мы точно давно опоздали. Потому что ревела я... целую вечность!

- Ты не ответила, - проговорила Мила, появляясь в дверях кухни. – Почему ты решила забить на работу?

- Сама знаешь.

- Нет, не знаю. Не наблюдаю достаточно веской причины плюнуть на перспективную карьеру из-за какого-то мужика. Даже самого распрекрасного.

- Не из-за мужика, а из-за тебя!

- Неужели из-за моей невинной шутки? Знаешь, что я тебе скажу?

- Не знаю и не хочу знать!

Чашку я давно домыла, но осталась стоять у раковины. Я не знала, куда деваться в собственной квартире, потому что ее оккупировала главная стерва нашей редакции!

- Это непрофессионально, - все же высказалась Мила. – Мужчины приходят и уходят. А любимая работа – это то, что всегда с тобой. И то, что всегда приносит радость. Конечно, если ты не ведешь себя как истеричка. И не теряешь из-за этого самые перспективные проекты.

- Это я истеричка?!

- Вы оба истерички, - неожиданно заявила Мила. – Георгий этот твой тоже хорош. Разобиделся, убежал... нежная барышня, а не мужик!

Я уставилась на Милу во все глаза. Вот уж не ожидала от нее таких высказываний в адрес Гоши. Я так удивилась, что даже не стала возражать. А Мила продолжила.

- Ну, притворилась ты своей сестрой, ну сходила с ним пару раз на свидания в образе женщины-вамп... это же забавно! Нормальный мужик посмеялся бы над ситуацией. И над собой. Зачем тебе тот, кто не умеет над собой смеяться? С таким сдохнешь от тоски.

- Гоша... – начала я.

И замолчала.

Я не буду рассказывать Миле, почему он болезненно относится к любому обману. И о моем косяке с «женихом» тоже ничего не скажу.

Она заливается соловьем, но надо помнить, что она печется лишь о собственных интересах. И сейчас она, возможно, просто хочет отвлечь меня от Гоши. Потому что он ей тоже нравится.

- Мне все равно, что там у тебя будет с твоим красавчиком-соседом. И, знаешь, в принципе, я могу обойтись без тебя. Макет у меня уже есть, поправить его сможет... да тот же Егор.

Я почувствовала укол ревности. Мне бы не хотелось, чтобы мой макет кто-то правил. Даже Егор. Я хочу доработать его сама!

- Ты хороший специалист. Очень хороший. У тебя сложилась определенная репутация на фриланс-бирже, которую ты слегка подпортила, когда исчезла на несколько месяцев. Но ты можешь снова вернуться, и все будет нормально.

Зачем Мила все это рассказывает? Я в курсе, меня не надо просвещать о вехах и перспективах моей карьеры.

- Но в нашем городе у тебя репутации нет, - выдала Мила. - А между тем работа на «Ривьеру» - это солидный плюс к твоему портфолио. Местные заказчики выстроятся в очередь, если сотрудничество будет успешным.

- В очередь не ко мне, а к тебе.

- В наше новое рекламное агентство, которое будет существовать параллельно с журналом.

Мила выглядела чрезвычайно довольной. Она носится с этим агентством, как курица с яйцом! На все ради него готова. Даже на то, чтобы уговаривать меня...

Я понимала, что она права. Я веду себя непрофессионально. Отказываюсь встретиться с заказчиком, срываю работу из-за личной обиды. «Ривьера», действительно, перспективный клиент. Это самый крупный курортный комплекс в нашем городке, с самыми богатыми владельцами. Если я поработаю на них, меня будут с руками отрывать, даже если я уйду из агентства Милы.

Ну что ж. Надо уметь признавать свои ошибки. И вовремя исправлять их.

Я поеду с Милой.

К Гоше это не имеет никакого отношения.

- Я так понимаю, мы уже опоздали? – спросила я.

- К твоему счастью, Руслан, это коммерческий директор, перенес встречу, - ухмыльнулась Мила.

Она поняла, что победила, но не стала злорадствовать по этому поводу. Не знаю, почему. Может, боялась, что я передумаю. А, может, она иногда все же ведет себя как нормальный человек.

Когда мы оказались в кабинете коммерческого директора «Ривьеры» я поняла, почему Мила так старалась заманить меня сюда. Ей необходим был повод для встречи с Русланом.

Он хотел побеседовать со мной, рассказать свое видение и концепцию компании – чтобы я использовала эту информацию для доработки макета. Мила, вроде бы, была не нужна. А она страстно желала быть здесь – потому что запала на этого Руслана.

Это было заметно невооруженным глазом. Я никогда раньше не видела главную стерву нашей редакции такой милой и приветливой! Это была вовсе не та самоуверенная коварная соблазнительница, какой я ее привыкла наблюдать. Она даже смущалась! Точно, я видела, как на ее щеках появился румянец, когда коммерческий директор сделал ей нехитрый комплимент - что-то по поводу ее обворожительной улыбки.

Вот это чудеса!

Руслан, конечно, производит впечатление. Высокий, стройный, харизматичный. С почти седыми волосами, но молодым лицом. Из-за этого несоответствия было непонятно, сколько ему лет: то ли двадцать пять, то ли сорок...

Мы побеседовали, я, почти как Мила, смутилась от его похвал. Правда, хвалил он не мою улыбку, а мою работу.

Вроде бы после этого можно было уходить, и я даже развернулась к двери. Но не ушла – Мила задержала меня каким-то вопросом. Они продолжали говорить о каких-то пустяках, сверля друг друга многозначительными взглядами. Ну и зачем я здесь нужна?

Я точно третья лишняя! Вроде бы, Мила должна была меня выпроводить, но она, вроде бы, хотела, чтобы я осталась. Ничего не понимаю...

Когда мы, наконец, вышли, я спросила свою спутницу:

- Что это было?

- Наш самый перспективный клиент! – радостно провозгласила Мила. – И сейчас важно не испортить все с самого начала. Торопиться не надо...

Интересно, она о проекте или о личном?

Ее глаза сияли, ее было не узнать. Вот что влюбленность делает с людьми! Даже стерв превращает в милых девушек. У меня же все не как у людей: влюбившись, я превратилась в стерву. И все испортила.

Разговор с Русланом меня отвлек, но сейчас депрессивные мысли навалились с новой силой. Я почти потеряла главного мужчину всей своей жизни! И не знаю, что можно сделать, чтобы его вернуть.

Пока мы ехали к моему дому, Мила что-то там щебетала – о работе, о Руслане, о том, что у нас с Гошей все наладится. Или не наладится. Если он будет вести себя как кисейная барышня. Ну и зачем он тогда нужен, такой обидчивый?

Естественно, этот вопрос задала Мила. И, естественно, я на него не ответила. Она многого не знает, да и не надо ей этого знать.

Неизвестно, в какой момент в ней снова проснется стерва и как она себя поведет.

Не успели мы подъехать к моему дому, как раздался звонок моего телефона. Я доставала его из рюкзака с робкой надеждой, что это Гоша... но это был Аркадий.

- Мне нужна твоя помощь, - с ходу заявил он. – У тебя есть длинное платье, наподобие свадебного?

- Что?

- Платье. Длинное. Надо порепетировать заскок на коня.

- Что?!

- Ты дома?

- Да.

- Я через десять минут подъеду. Можешь уделить мне час времени?

- Ну, если надо...

- Очень надо! Возьми платье.

Час от часу не легче! Заскок на коня... Что за бред? Мне совсем не этим надо сейчас заниматься. Моя личная жизнь лежит в руинах. А я, нарядившись в платье, буду заскакивать на коня!

Делать было нечего, я поднялась к себе, взяла то самое выпускное платье, в котором, по мнению Гоши, похожа на эльфийскую принцессу. Чуть снова не разревелась от сладости и горечи воспоминания... я не хочу, чтобы все вот так бесславно закончилось!

Уже выйдя из квартиры, я вернулась и взяла туфли на каблуке. Судя по всему, я буду изображать Русалку в свадебном платье. А ведь она будет не в кроссовках! Аркадий об этом не подумал, но я, к счастью, предусмотрительна.

Так он и сказал, когда я, сев в его машину, сообщила ему свои предположения.

- О, точно! Туфли. Я забыл.

- Что за заскок?

- Я приеду за Ланой на белом коне, - произнес Аркадий.

И посмотрел на меня с видом победителя.

- Я в курсе. И она должна будет к тебе запрыгнуть.

- Что-то вроде этого. Не ставить же стремянку...

Я фыркнула.

- Русалка – девушка спортивная. Запрыгнет.

- Даже в длинном платье? И в туфлях?

- Думаю, да.

- Я хочу порепетировать. Чтобы знать, как будет лучше. Где подхватить, куда потянуть. Чтобы ей было удобнее.

- А я, значит, тренажер.

- Ну да.

- Эх, чего только не сделаешь для любимой подруги!

Конь, и правда, был белый. С темным выпученным глазом, которым он косился на меня. Я его немного побаивалась, видимо, он это чувствовал.

Аркадий же обращался с этим величественным животным, как с каким-нибудь псом – безо всякого почтения. Чесал за ухом, разговаривал, командовал.

- Мы с Пегасом два месяца дружим, - заявил он.

И протянул мне руку.

Я поставила ногу в стремя, ухватилась за его ладонь, он резко дернул руку вверх... раздался хруст ткани, а я рухнула поперек седла, как мешок с картошкой.

- Попробуем еще раз, - спокойно произнес жених моей подруги.

- Ты порвал мое платье!

- Ты сама на него наступила.

- Оно попало в стремя!

- Давай еще раз.

Я, сползла с коня, осмотрела потери – платье порвалось чуть ли не до талии! Хорошо, что надела его прямо на джинсы. И плохо, что я не смогу его больше носить...

- Слушай, купим потом тебе десять таких платьев. А сейчас давай репетировать. Мне еще на работу надо.

- А у меня встреча с твоей будущей женой!

- О! Зачем?

- По поводу платьев, - вздохнула я.

И снова вставила ногу в туфле в стремя.

Через полчаса мучений я научилась запрыгивать на коня и красиво садиться боком. Аркадий же научился дергать меня за руку в нужный момент, тянуть не слишком резко, но и не слабо.

- Как думаешь, все получится? – с надеждой спросил он, когда мы шли к машине. – Я страшно волнуюсь.

- Все будет отлично. Даже если Русалка сначала повиснет как мешок. Вы просто посмеетесь и попробуете еще раз. Моя подруга – не какая-нибудь фифа. У нее прекрасное чувство юмора.

В этот момент я почему-то вспомнила тираду Милы о Гоше и его неумении смеяться над собой. Она неправа. Ей просто неизвестны все обстоятельства!

Всю дорогу до дома я думала о том, что скажу Гоше при встрече. Но я не ожидала, что наша новая встреча произойдет так быстро и в такой неподходящий момент.

Мы подъехали к дому. Аркадий остановился, я замешкалась, доставая пакет с платьем и кроссовками с заднего сиденья.

Аркадий, тем временем, как истинный джентльмен, вышел из машины и помог мне выбраться. Только я оказалась обеими ногами на асфальте, как рядом с нами притормозил автомобиль Гоши.

Мой сосед окинул нас с Аркадием насмешливым взглядом и произнес:

- Поздравляю.

- Гоша! – только и успела воскликнуть я внезапно севшим голосом.

- Жених что надо, - добавил он.

И, взревев мотором, умчался прочь.