Рокировка Нимфадоры

Рассказ 4. Некромантия для чайников

— Гарри! По-моему у Гермионы кто-то есть! — отчаявшимся тоном пролепетал Рон, забыв поздороваться. Он вошел через камин и с хмурым лицом уселся в гостиной на диван.

Гарри Поттер отложил учебник по зельеварению, по которому готовился к сдаче экзаменов в академию, и смущенно посмотрел на друга.

— С чего ты взял? — осторожно спросил он.

— Она стала красивей! Одевается хорошо. Даже сиськи стали больше, кажется! — начал перечислять Рон. — И при этом она не позволяет себя трогать! И вообще к нам почти не заезжает. Я даже не знаю, где она живет! Постоянно отмазывается, что, мол, работает в министерстве, делает карьеру. Но при этом морда довольная!

— Может она потому и не хочет с тобой встречаться, что ты её лицо мордой называешь? — спросил Гарри. Рон возмущенно посмотрел на Гарри.

— И ты туда же? Ой-ой! Какие мы нежные! А ей можно меня придурком обзывать?

— Строго говоря, да, можно! — усмехнулся Гарри. — Только без обид. Джинни меня тоже так часто называет.

— Мне мама рассказывала, как грязнокровки карьеру в министерстве делают! — отмахнулся Рон. — Сразу начинают шуры-муры крутить. У них других вариантов нет. Я переживаю за нее! Что за тупая идея насчет карьеры? Муж должен карьеру делать, а жена детей рожать! И жрать готовить...

— Гарри, я обед приготовила! Зови всех! — сказала Гермиона, войдя в гостиную в домашнем халате и с Тедди на руках. Рон, осекшись, по-звериному посмотрел на Гермиону. Слишком по-домашнему она выглядела. Гермиона, увидев Рона, ойкнула и быстро ушла. Рон перевел взгляд, полный звериной ярости, на Гарри.

— Ты мне ничего не хочешь объяснить, дружище? — прорычал Рон. — У меня отличное зрение! Я сейчас видел Гермиону, которая приготовила ОБЕД! В домашнем халате! Под которым даже не было лифчика! Это ведь не глюк? Если мне память не изменяет, ты женат на моей сестре?

— Гермиона нам помогает! — пожал плечами Гарри. — Ты же знаешь, что Джинни ненавидит готовить. А Герми сейчас одиноко. Дом её разрушен, родители со стертой памятью в Австралии живут. Не в гостинице же ей жить? Вот она и живет с нами.

— Она могла бы жить и с нами, — проворчал недовольно Рон. — У нас новый дом куплен на помощь от министерства. Там еще ремонтировать и ремонтировать... Мы тоже нуждаемся в помощи!

— Знаешь Рон, по-моему, у Гермионы есть право выбирать, кому помогать! — начал злиться Гарри. — Если бы вы с мамой поменьше на нее орали, то, может, она бы и согласилась с вами жить.

— Мама сейчас переживает гибель Джорджа, — хмуро ответил Рон. — И поэтому очень раздражительна. Гермиона могла бы понять это. И кстати, Гермиона тоже ненавидит готовку!

— Гермиона ненавидит готовку с твоей мамой, — поправил Гарри. — Потому что та сразу начинает её учить готовить в стиле Снейпа. Ладно, пошли в столовую.

Гарри Поттер встал и пошел в столовую, не слушая бурчание друга, мол: "..как ты смеешь сравнивать..." Рон на автопилоте пошел за Гарри. Он никогда не отказывался от того, чтобы лишний раз поесть.

В столовой его ждали сразу три огорчения. Во-первых, Гермиона не стала обедать с ними, так что заготовленные упреки застряли в горле комом. Во-вторых, обед был вкусней, чем мамин, и, наконец, самое худшее: порции были возмутительно маленькими!

— Куда тянешь лапы! — рявкнула на Рона Джинни, когда он потянулся за добавкой. — Это порция мамы Андромеды! Она сейчас придет из библиотеки! На тебя мы вообще не готовили! Ты сейчас порцию Гермионы сожрал! Предупреждать надо, когда приходишь, тогда и на тебя приготовят, обжора.

— Ты её называешь мамой?! — возмущенно вскрикнул Рон.

— Она бабушка моего сына! Значит, мне приходится мамой! — отрезала Джинни.

— Прикормили всяких сестер пожирательниц... — проворчал Рон, и сразу схлопотал пощечину от Джинни.

— Сам ты пожиратель! — взвизгнула она. — Все сожрать готов!

На Рона было жалко смотреть. Он выглядел, как обиженный пятилетний ребенок, у которого закипают в глазах слезы и лицо пошло красными пятнами, а губы надулись. Гарри успокаивающе положил руку на бедро Джинни.

— Дорогая, ты слишком жестко обращаешься с братом, — мягко сказал он. — Да, мы знаем любовь Рона к вкусной и здоровой пище. Это не такой уж страшный порок. Наш Тедди тоже обжорой растет. Да, Рон невоздержан на язык, но в душе он славный парень. Не обижайся, Рон! Сейчас я вытащу из духовки шарлотку на десерт.

— Можешь отдать ему мой кусок, — примирительно сказала Джинни.

— Но дорогая, Рон не станет его есть! Ведь ты кормящая мать. Ему совесть не позволит объедать тебя! — уверенно сказал Гарри. Рон нехотя кивнул.

— Гермиона тоже кормит грудью Тедди, однако её Рон обожрал! — ехидно сказала Джинни, когда Рон уже сунул кусок пирога в рот. Рон чуть не подавился от этой информации. Гарри спас его, похлопав по спине.

— Что?! — просипел Рон. — Почему Гермиона кормит грудью? Как? Где?

— Так же как и я! Где? В спальне, конечно... Стой! Куда поперся! Нечего смущать девушку! Она там не одета!

— Тьфу! Джинни! Может, ты сходишь, позовешь Андромеду обедать? — заговорил Гарри. — А то ты портишь нам с Роном вечер своим ехидством. Он ведь ко мне пришел поговорить.

Джинни встала и, уходя, сказала. — Ладно. Только присматривай за ним, а то приглашу маму, а Рон уже все сожрал!

* * *

Андромеда сидела в дальнем углу родовой библиотеки, обложившись книгами. На полу тоже валялись книги, и войдя, Джинни сразу же о них споткнулась.

— Мама! — недовольно сказала Джинни. — Ну и зачем вам эта некромантия для чайников? Вы кого-то собрались поднимать из могилы? Идемте кушать, пока Рон не сожрал все наши продукты, принесла его нелегкая...

Андромеда вздрогнула, обернулась, прищурилась, разглядывая Джинни. Вдруг она вскрикнула: "Ах ты, мерзавка крашеная!" и попыталась ударить Джинни по голове некрономиконом, который перед тем листала.

— Мама! — попятилась, лепеча, Джинни. — Вы с ума сошли? И почему это я крашеная? У меня все натуральное!

— Нимфадора, не придуривайся! — рявкнула Андромеда. — Я тебя раскусила! Какого Мордреда ты притворяешься Джинни?

— И на чем я прокололась? — хмуро спросила Нимфадора.

Андромеда притиснула её к себе и зашептала на ухо.

— Во-первых, сюда могут войти только носители крови Блек. Как минимум не меньше половины. Так что Джинни с её осьмушкой сюда бы не вошла.

— А во-вторых?

— А во-вторых,"я милую узнаю по походке" — пропела Андромеда, смеясь. — Кто еще может спотыкаться так часто? Только моя раззява-дочь!

Тут её лицо стало свирепым и она схватила Нимфадору за ухо.

— Как ты посмела, дрянь, скрыть от меня, что ты жива? Я чуть с ума не сошла от горя! Все глаза выплакала на твоей могиле! И почему ты прикинулась Уизлеттой? Что происходит? Ты в Поттера влюбилась? Голову потеряла?

— Ой, мама! Ты мне ухо оторвешь!

— Ничего, сама оторву, сама и пришью назад! Рассказывай давай!

— Хорошо, только давай будем потише говорить, — простонала Нимфадора, потирая распухшее ухо. — Мне не хочется, чтобы Рон все понял. Тогда нам с Гарри конец. Навешают на нас всех собак, да так, что не отмоемся. В общем, дело было так...

* * *

Слопав десерт, Рон подобрел и его пробило на воспоминания.

— А помнишь, Гарри, как мы крестражи истребляли! Я по медальону мечом кэ-э-эк тресну! Героическое было время...

— Да уж! Со стороны медальона было тактической ошибкой показывать тебе, как я целуюсь с Гермионой, — усмехнулся Гарри. — Рука у тебя не дрогнула рубануть по мне мечом. Я же не паук!

— Я же не по тебе рубил, а по глюку! — смутился Рон, учуяв иронию.

— Спасибо друг! — хлопнул его по плечу Гарри. — Значит, я могу надеться, что в реале ты меня, если застанешь с Герми целующимися, не зарубишь?

— А ты что? Планируешь? — возмутился Рон. — Вообще-то, ты на моей сестре женат! А я Гермионе предложение сделал! Что вообще за намеки? Что у вас тут происходит? Почему она тебе готовит обеды и все такое?

— Жизнь происходит, — отмахнулся Гарри. — Обычная жизнь. С геройством покончено. Так что, на боевые заслуги и военные трофеи можешь больше не рассчитывать. Халява кончилась. Сейчас надо пахать.

— Пахать! — завистливо буркнул Рон. — Кое-кому, кто наследство загреб от двух родов, пахать не очень-то придется. Неудивительно, что все девчонки вокруг тебя кучкуются. А я, как вспомню, что тогда мне говорил глюк Гермионы: "Кому ты нужен! Ни одна женщина на тебя не посмотрит!", так меня сразу в холодный пот и бросает!

— Кончай чушь гнать! — сморщился Гарри. — Еще в школе, без ордена на тебя девки бросались. А теперь ты личность известная. Орденоносец! Вот чего разнылся? Тебе только свистнуть, любую соблазнишь. Рыжие сейчас в моде! Чего ты к Герми цепляешься? Ну не хочет и не надо! Тебе все равно у неё списывать больше нет нужды. А работать она за тебя не сможет по-любому. Оставь ты её в покое!

— Я бы вернулся к Лаванде, так её убили, ты же знаешь, — хмуро сказал Рон.

— И кроме Лаванды есть девушки! — отрезал Гарри. — Хватит под юбкой матери сидеть, выбирайся в люди! Сходи в кабак или на танцы! Становись мужиком! Жить с Гермионой тебе противопоказано, она из тебя подкаблучника сделает. Радуйся, что она к тебе охладела.

— Ты прав! — кивнул Рон. — Прямо сейчас и пойду, прошвырнусь.

Рон пошел к камину и, уже уходя, услышал в коридоре яростный шепот Джинни "Мама! Прекрати меня называть Нимфадорой! Я Джинни! Запомни это!". Рон покачал головой, подумав, что Андромеда совсем рехнулась. Зря Джинни называет её мамой...