Глава 30

– Прости, – сказала Сэм, когда они вышли из ее кабинета.

– За что, черт возьми? – изумился Ник.

– За то, что использовала тебя и наши отношения, чтобы его достать. Я не знала, что ты там был. Неприятно, что ты услышал.

– Думаешь, меня волнует? – Карие глаза вспыхнули. – Главное, ты его прижала. Так что же ты сказала ему, что он слетел с катушек?

– Неважно.

– А мне важно.

Сэм неохотно повторила, что сказала бывшему.

– Не хочу, чтобы ты думал…

Словно не в силах больше сдерживаться, Ник обнял Сэм.

– Что?

Снова щеки ее запылали от смущения и неловкости.

– Что я считаю, будто то, что у нас… с тобой… просто траханье.

– Милая, брось. Я знаю.

– Потому что между нами большее, - подняв на него глаза, пояснила Сэм.

– Да. – Он легко чмокнул ее. – Так и есть.

– Я тоже тебя люблю.

Он застыл как столб.

– Да?

Довольная, что застала его врасплох, Сэм кивнула.

– Я тоже люблю тебя с той самой ночи после вечеринки. Мне не стоило выходить замуж за Питера по многим причинам, но в основном потому, что я всегда любила тебя. Всегда.

– Саманта, – прошептал Ник ее имя, глубоко и страстно целуя.

– Никаких нежностей на людях и в другое время, – пробормотала она, придя в чувство и вспомнив, где они находятся.

– Только по очень особым случаям. – Он сжал ей ягодицы и тесно прижал ее к себе. – Эта дверь закрывается?

Упершись руками ему в грудь, Сэм попыталась его оттолкнуть.

– Даже не думай!

– Да я вообще не могу думать.

Она приподнялась на цыпочках и прикусила ему нижнюю губу.

– Я потом отработаю. Обещаю.

Простонав, он отпустил Сэм.

– Я тебе напомню.

– Э, насчет того, что он сказал обо мне... в конце… Нам, наверное, стоит об этом поговорить.

Ник приложил палец к ее губам.

– Потом.

Возблагодарив отсрочку, Сэм перевела дух.

– Так что там между тобой и папой? – спросила она.

– Мы в некотором роде достигли соглашения.

Подняв бровь, Сэм с подозрением изучала его.

– Какого рода?

– Это останется между нами.

– Мне не нравится, как это звучит.

Ник чмокнул ее в нос.

– А тебе и не должно нравиться.

От стука в дверь они вздрогнули.

– Войдите, - пригласила Сэм.

Дверь открыл Гонзо.

– Простите, что прерываю…

– Ты ничему не помешал, – сказала Сэм, многозначительно глядя на Ника. – Что случилось?

– Там пришла какая-то женщина, хочет видеть тебя. Не назвалась, настаивает, что будет говорить с тобой и только с тобой. С виду расстроенная.

– Ладно. Приведи ее. – Обращаясь к Нику, попросила: – Не возражаешь, если отвезешь отца домой? Я скоро буду.

– Конечно.

Ник наклонился поцеловать ее.

– Не обсуждай с ним меня.

– Размечталась, – заявил он и, смеясь, покинул комнату. – Приложи к шее лед.

Сэм проводила взглядом его упакованную в джинсы задницу и вздохнула от удовольствия. Он принадлежал ей, весь, с ног до головы, и этому она никак не могла поверить. Хотелось пуститься от счастья в пляс, ее просто распирало изнутри.

Гонзо сопроводил до двери смущенную женщину и пригласил войти.

– Это сержант Холланд.

– Садитесь. – Сэм указала на стул и благодарно кивнула Гонзо, отпустив его. – Как вас зовут?

Женщина теребила ухоженными пальцами модную сумочку, глядя на Сэм темными потерянными глазами.

– Андреа Дейли.

– Чем могу быть полезна, мисс Дейли?

– Миссис Дейли. – Женщина вперила взгляд в пол и затряслась от рыданий. – Я совершила ужасный поступок.

Сэм вышла из-за стола и прислонилась к краю.

– Расскажите, может, я смогу вам чем-нибудь помочь.

Андреа вытерла с лица слезы.

– В ту ночь, когда убили сенатора…

У Сэм закололо в затылке.

– Вы знали его? Сенатора О’Коннора?

Андреа помотала головой.

– Я никогда ничего подобного не делала. Моя семья значит для меня все. У меня дети.

Миссис Дейли, я не смогу вам помочь, если вы мне не расскажете, что вы сделали.

– Я была с Терри О’Коннором, – прошептала та. – Провела с ним всю ночь в «Дейз Инн» в Лисбурге. – Она вытерла нос. – Когда я увидела сегодня в новостях, как его уводят полицейские… Я не могла позволить. Он ничего не делал.

– Я знаю.

Андреа недоверчиво уставилась на Сэм.

– Я рисковала своим браком, семьей, а вы уже знали?

– Вы поступили мужественно, придя сюда, – протянула ей руку Сэм. – Правильно сделали.

– Вот будет хорошо, когда муж прочтет об этом в газетах.

– В газетах ничего не будет. Если ваш муж узнает, то только от вас самой.

– Неужели?

– Терри О’Коннор вас не запомнил. Он был настолько пьян, что даже не смог описать женщину, с которой был. Простите, если это вас задевает, но такова правда. Поэтому лишь двое в этой комнате знают, что он был с вами. Я знаю, как поступлю с информацией. А как поступите вы – дело ваше.

Андреа повесила голову.

– Я никогда прежде не изменяла мужу. За девятнадцать лет я никогда даже не взглянула на другого мужчину. Но он много путешествует, и последние два года мы отдалились. Мне было одиноко.

– Я вас понимаю лучше, чем вы можете представить. – Сэм потерла синяки на горле, которые уже начали болеть. – Но если вы любите мужа и хотите сохранить брак, держитесь подальше от баров, ступайте домой и займитесь семьей. Вам повезло, вы еще легко отделались.

– Поверьте мне, я понимаю. – Андреа встала и протянула руку: – Спасибо.

Сэм сжала ее ладонь обеими руками.

– Спасибо, что пришли. Вы правильно сделали. Я на девяносто девять процентов исключила его из подозреваемых. Вы просто добавили мне такой нужный один процент.

– Что ж, полагаю, оно стоило того.

– Удачи, миссис Дейли.

– И вам, сержант. Сенатор О’Коннор был хорошим человеком. Надеюсь, вы найдете того, кто убил его.

– Найду. Можете на это рассчитывать.

Сэм стояла в дверях и смотрела вслед уходящей Андреа.

– И кто она? – спросил Фредди.

– Алиби Терри О’Коннора.

Глаза Фредди зажглись.

– Не может быть.

– Ага.

– Ты сделала официальное заявление?

– Нет.

– Почему?

– Потому что мне это ничего не даст, а она потеряет все. Леди рассказала мне, что нужно. И этого довольно.

– Преклоняюсь не только перед твоей интуицией, но и перед добротой.

– Иди на хрен, Круз, – фыркнула Сэм, закатывая глаза. – Ты послал Питера приложить лед?

– Ага. Послал парамедиков взглянуть его разбитый шнобель. Он вопил о полицейской жестокости.

– Чистая самооборона. – То, что она спровоцировала Питера напасть на нее, для федерального прокурора не будет иметь значения в свете улик, подтверждающих, что он причастен к подложенным бомбам.

– Именно это, черт возьми, и было.

– Что слышно от Гонзо и Арнолда?

– Мать Натали сказала, что дочь хочет побыть одна и не может подойти к двери. Они не стали настаивать, поскольку ты хотела лишь убедиться, что она у родителей – наши люди видели, как она выглядывала из окна на верхнем этаже. Ноэль провел время, работая на дворе и мою машину... Гонзо просто забрал его для проверки на детекторе лжи.

– Давай устроим и ей то же самое завтра после похорон.

– Идет.

– Итак, на чем мы остановились? – Сэм сняла заколку и пропустила волосы сквозь пальцы. – Наши главные подозреваемые, оба с мотивом и возможностью, указывают пальцем друг на друга, но мы пока не нашли ничего на них.

– Кроме ее умершего бойфренда. Подозрительный факт.

– Если бы она имела к этому отношение, знал бы об этом ее муж? Стала бы она ему все рассказывать о дружке, который трагически погиб при пожаре?

– Трудно сказать. Убийцы порой весьма самонадеянны. Они часто хотят, чтобы люди знали о том, что они совершили, ну, потешить самолюбие.

– Я не уловила никаких флюидов от Ноэля. Скорее уж ощущение, что у него разбито сердце. – Сэм проверила часы и увидела, что уже второй час. – Я хотела еще раз поговорить с Натали, но думаю, что отложу, пока не проверим ее на детекторе, чтобы понять, нужно ли выкладывать карты касательно ее умершего парня. Пусть Гонзо запишет ее подозрения насчет мужа на диктофон сегодня в течение дня. Я не расположена подозревать Ноэля, но хочу, чтобы это приобщили к делу.

– Похоже, план хороший. Считаешь, что никто из них не имеет отношения к убийству, и она просто пытается избавиться от мужа, за которого ей не стоило выходить замуж?

– В настоящий момент я бы сказала, все возможно, но я все еще остаюсь без главного подозреваемого на третьем дне расследования. Вот шеф-то обрадуется.

– Как насчет того, что я напишу подробный отчет с утра?

– Буду признательна. – Сэм подумала секунду и решила, что сейчас настал благоприятный момент. – Можешь зайти на минуту?

– Конечно. – Фредди захлопнул за собой дверь кабинета. – Что такое?

– Знаешь, я тебе благодарна за помощь в отчетах.

– Да без проблем.

– Ну, а для меня это вроде проблемы. – Сэм потерла живот. И выпалила: – У меня дислексия. Борюсь с ней всю жизнь. И хотя по большей части справляюсь, но я знаю, что ты, должно быть, изумляешься странным ошибкам и тому подобное.

– Почему ты не сказала мне раньше? Я мог бы взять на себя все отчеты.

– Я вовсе этого не хочу. Хватит того, что ты уже и так много помогаешь.

– Тебе следовало мне сказать. Мы же напарники.

– Разве я о тебе все знаю?

Фредди съежился под ее прожигающим взглядом.

– По большей части все.

– У нас у всех есть секреты, Круз, и я совсем не хочу, чтобы со мной как-то особо обращались. И сейчас, когда ты знаешь, я не хочу, чтобы что-то менялось.

– Попросить помощи – это не слабость, Сэм. Ты просто человек.

– Уже во второй раз сегодня мне говорят, что я просто человек. Не говори никому о дислексии, ладно?

– Кому бы я сказал? – запыхтел он. – Если ты еще не поняла, что можешь мне доверять…

– Если бы не доверяла, то не сказала бы… - Сэм помедлила, прежде чем продолжить: – Прости, что услышал всю эту чушь, которую я говорила Питеру. Я знаю, что поставила тебя в неловкое положение.

– Ты провоцировала, чтобы он выдал себя, – это цель любого допроса.

– Все же…

– Я большой мальчик, сержант. Могу справиться.

Оценив Фредди по-новому, она посмотрела на него:

– Скопируй мне отчеты и можешь с утра отдохнуть, пока я буду на похоронах.

– Понял.

– Закончи бумажную работу и можешь быть свободен.

Фредди вытащил связку ключей.

– Ваша новая лошадка, мадам.

– О, что ты добыл мне? Новый Таурус?

– Ага. Темно-синий.

И продиктовал номер парковки.

– Отлично. Спасибо.

– Может, я подъеду позже посмотреть игру. То есть, если ты не возражаешь.

– Ведь тебя пригласил папа?

– Ну, да, но…

– Но что?

Фредди улыбнулся.

– Ничего.

Сэм натянула пальто.

– Увидимся позже. И спасибо, что уступил мне очередь с этим подонком.

– Да без проблем. – Он вышел вместе с ней из офиса и закрыл дверь за ними. – Сержант Холланд?

Она повернулась к нему, сбитая с толку его формальным тоном.

– Работать с вами – огромное удовольствие.

– Взаимно, детектив. Взаимно.


***


По дороге из участка Сэм задержалась, чтобы заглянуть в кабинет, которому скоро предстояло стать ее собственным. Еще с того дня, как стала детективом, она положила глаз на просторный угловой кабинет лейтенанта. Однако из-за вечной борьбы с дислексией по-настоящему Сэм никогда не позволяла себе надеяться.

Она повернулась, чтобы уйти, и с размаху впечаталась в лейтенанта Стала.

– Спешите сплясать на моей могиле, сержант?

Ошеломленная его внезапным появлением, Сэм отступила в сторону, давая ему пройти, и заметила, что он несет коробку.

– Должно быть, чувствуете полное удовлетворение. – Он включил свет и грохнул коробку на стол. – Снюхалась со свидетелем, получила лейтенанта, украла мою команду. И тебе сошло с рук – и все за одну неделю.

Сэм прислонилась к дверному косяку, позволяя Сталу изрыгать гадости и ядовитые слова, и как загипнотизированная наблюдала за трясущимся жирным подбородком.

– Ты что, в самом деле думаешь, что тебе сошло бы с рук это дерьмо со свидетелем, если твой папочка не был бы дружком шефа? – Стал бросил картинки и сувениры в коробку. – Можешь поспорить, отдел внутренних расследований с интересом присмотрится к этому. Вообще-то, возможно, это будет как раз первое порученное мною дело.

Сэм притворилась, что прислушивается к каждому его слову, когда мысленно планировала, где разместит собственные вещи.

– Ничего не кончено, сержант. Отказываюсь закрывать глаза на вопиющее нарушение основных правил кем-то, кто добивается, чего хочет, пользуясь своим особым положением.

Сэм сжала кулак, ей хотелось впечатать его в самый центр жирной физиономии, но нельзя дать противнику повода. Вместо того она вытащила из заднего кармана блокнот и ручку.

Стал сузил глаза.

– Что ты там пишешь?

– Просто записку уборщикам. Пусть сделают что-нибудь с вонью в этом помещении. – Маленькие красные пятна проступили на толстом лице. Сэм вернула блокнот в карман. – Удачи в крысиной команде, лейтенант, уверена, там вам самое место. – И повернувшись, вышла.

– Остерегайтесь, сержант, – крикнул он вслед. – Папочка не вечно будет подбирать за вами дерьмо.

Она обернулась:

– Если вы хотя бы косо глянете на моего отца, я лично сверну вашу жирную шею. Ясно?

Он поднял бровь:

– Угрожаете, сержант?

– Что вы, лейтенант. Просто обещаю.

Загрузка...