Сразу после окончания Великой Отечественной войны советский агитпроп пустился во все тяжкие, отмазывая палачей, убийц и прочих военных преступников. Все преступления войны валились исключительно на этнических немцев. К отмазкам были подключены генералы и маршалы, десятками издававшие свои мемуары, написанные «черными перьями».
Подключались самые знаменитые писатели и режиссеры. Вот, к примеру, в 1969 г. в журнале «Юность» была опубликована повесть Бориса Васильева «А зори здесь тихие…» Через два года повесть была инсценирована Юрием Любимовым в Театре на Таганке. А в 1971 г. за экранизацию повести взялся «классик советского кинематографа» Станислав Ростоцкий.
Причем натурные съемки происходили в деревне Сяргилахта в Пряжинском районе Карелии, западнее Петрозаводска.
Суть повести общеизвестна. В Карелии вблизи Мурманской железной дороги (ошибка, тогда дорога называлась Кировской) высадился десант из 16 германских парашютистов. Их всех убивают или берут в плен инвалид войны старшина Васков и пять девушек-зенитчиц. Вопрос о том, позволили бы это сделать с собой 16 парашютистов (вспомним Крит, Монте-Кассино и еще десятки эпизодов), я оставлю в стороне.
Главное же то, что германских парашютистов там не было и не могло быть. Их туда никогда не пустил бы Маннергейм. Ведь Карелия — исконно финская территория!
Но и Васильеву, и Любимову, и Ростоцкому нужны были именно немцы, а с финскими парашютистами их бы просто никто не понял. Я уж не говорю о том, что в Карелии практически никто не прыгал с парашютом на «остроконечных елей ресницы», а наоборот, советские и финские гидросамолеты садились в «голубые глаза озер», и на надувных лодках десант спокойно высаживался на берег.
Придирки к автору художественного произведения? Нет, это не художественное произведение, а одна из операций прикрытия.
А вот еще одна операция прикрытия. Финны якобы не стреляли по Ленинграду. Я с детства не мог понять, как кольцо вокруг Ленинграда могло состоять из одной половинки — германской. Нельзя же таким хорошим финнам ставить в вину гибель сотен тысяч ленинградцев в дни блокады.
Но наша книга-то о Белоруссии? Ну, так вот, 9 января 1942 г. с фронта у Смоленска был снят 638-й пехотный полк «Легиона французских добровольцев» (ЛФД). С самого начала солдаты ЛФД были вовлечены в серию карательных операций, проводившихся генерал лейтенантом Рихертом с августа 1942 г. до начала 1943 г. с целью подавления возрастающего партизанского движения. Разбросанные по различным пунктам, расположенным на линиях сообщения Витебск — Смоленск — Орша — Борисов, подразделения легиона несли патрульную службу, постоянно активно вступая в схватки с партизанами и устраивая локальные акции. Их по необходимости собирали для осуществления крупных операций в тактические группы, лишь изредка поначалу применяя батальоны целиком.
В задачу первой операции, получившей название «Гриф», где были задействованы легионеры, входило уничтожение скрывавшихся в лесах между Сенно и Оршой партизан, действия которых угрожали коммуникациям, проходившим через Витебск и Оршу. За две недели, с 16 по 30 августа, карателям удалось основательно потрепать бригаду Заслонова и уничтожить формирующуюся бригаду Зюкова, а также, уничтожив около 900 местных жителей, на несколько месяцев «умиротворить» данный район.
Одной из следующих стала операция «Карлсбад», проведенная с 10 по 23 октября, для которой выделили группу из первого батальона майора Лакро в составе минометного взвода лейтенанта Самбофа, третьей роты и взвода лейтенанта Фалсу из второй роты. Здесь они вступили в бой с партизанами, дислоцировавшимися в лесах к югу от дороги Борисов — Орша между реками Березина и Днепр, вместе с солдатами СС 1-й моторизованной бригады, 14-го полицейского полка и спецбатальона Дирлевангера.
В 1943 г. в ходе карательной операции «Майская гроза» удалось окружить шесть бригад Суржской партизанской зоны. Большинство партизан, разделившись на малые группы, смогли прорвать окружение и уйти.
В начале 1980-х годов во Франции возникла общественная ассоциация «Узники Тамбова».
Бедные французские парни решили посетить Россию по путевке туристической фирмы «Гитлер и К0», а их там нехорошо встретили и отправили в концлагерь под Тамбовом.
И о них опять у нас никто не пишет. Другое дело — эскадрилья «Нормандия—Неман». Она-то и побила люфтваффе на Восточном фронте!
Риторический вопрос, неужели советские, а сейчас «демократические» историки, выгораживающие финских, польских, французских и иных военных преступников, перекладывая их вину на немцев, не понимают, что сами совершают преступление против всех народов бывшего СССР, против сотен тысяч, а может и миллионов людей, убитых всяким сбродом, сбежавшимся со всей Европы. Еще раз замечу, что ни в СС, а тем более в вермахт никого и никогда силой не загоняли!
Если свидетель видел, что жертву убил Сидоров, а на суде показывает на Иванова, то он сам становится преступником. И по законам всего мира должен сесть в тюрьму за лжесвидетельство.
Вот я открываю энциклопедию Великой Отечественной войны, изданную в 1985 г. под редакцией генерала армии профессора М.М. Козлова. Там на странице 770 говорится: «Хатынь, бывшая деревня Логайского района Минской области БССР. 22 марта 1943 г. батальон немецко-фашистских карателей окружил деревню. Согнав всех жителей в сарай, фашисты подожгли его. Пытавшихся спастись расстреливали из автоматов. Погибло 149 человек (в том числе 75 детей)»{104}.
В 1986 г. в СССР кинорежиссер И. Гутман снял фильм «Нюрнберг: 40 лет спустя», где хроники выступлений Гитлера перемежаются с кадрами памятников в Хатыни, а затем показывается Нюрнбергский трибунал. Сожгли Хатынь. Вот и пришло возмездие в Нюрнберге.
Но в том же 1986 г. в Минске в здании Военного трибунала Белорусского ВО шел закрытый процесс над хауптштурмфюрером (капитаном) СС Григорием Васюрой. Именно он был начальником штаба 118-го полицейского батальона СС и лично руководил акцией в Хатыни. Эсэсовец со странной для арийца фамилией был приговорен к высшей мере.
Для газеты «Известия» был подготовлен специальный репортаж о судебном процессе. Еще бы! Хатынь была любимым антигерманским брэндом советской пропаганды. Однако репортаж так и не появился в «Известиях». И вообще о Васюре было запрещено упоминать в СМИ. Вето на публикации было наложено членом Политбюро, первым секретарем ЦК Компартии Украины Щербицким.
А почему? Да потому, что 118-й полицейский батальон СС был сформирован в Киеве и полностью укомплектован украинцами, большинство из которых были уроженцами Западной Украины.
Неукраинцев в батальоне было только два, и оба командира — поляк Смовский и немец майор Эрих Кернер. Причем Кернер был старым и больным, и все дела передал Васюре. 118-й батальон участвовал в расстреле евреев в Бабьем яру и в иных «благотворительных акциях».
Поводом для расстрела жителей Хатыни стал обстрел партизанами в 40 км от Минска германской автоколонны, в ходе которого был убит гауптман СС Ганс Вельке.
Васюра решил выслужиться, и без приказа, в инициативном порядке (!) провел карательную операцию.
Замечу, что Хатынь — не исключение. В годы войны в Белоруссии действовал 21 украинский полицейский батальон СС. В 1943 г. часть украинских полицейских батальонов была включена в состав полицейских стрелковых полков (№ 31—38) трехбатальонного состава.
К лету 1944 г. полицейские батальоны в боях с партизанами понесли большие потери, поэтому 109-й расформировали. Действовавшие на территории Белоруссии 57-й, 61-й (им. Богуна) и 62-й (им. Тараса Шевченко) батальоны вошли в состав 30-й гренадерской дивизии СС (русская № 2).
Объективности ради отмечу, что латышских полицейских батальонов в Белоруссии было больше, чем украинских, аж целых 26! Литовских батальонов СС было только 8, а эстонских — вообще один.
Таким образом, в общей сложности более 20 тысяч украинцев приняли участие в карательных акциях против мирных жителей. Их действия на территории Белоруссии были связаны с многочисленными военными преступлениями в отношении гражданского населения.
Не зря у белоруссов есть горький анекдот:
Украинец наезжает на белоруса:
— Вот у нас на Украине все есть. И хлеб, и уголь, и руды всякие, и даже нефть в Карпатах нашли. А у вас? Только одна картошка и есть…
— Да, — отвечает белорус. — Усе верно. В войну немцам даже полицаев приходилось с Украины завозить…
Сейчас на Украине «оранжевые» историки оправдываются, мол, приказы о массовых уничтожениях мирных жителей отдавали немцы, а несчастные украинцы, силой загнанные в батальоны СС, были вынуждены их выполнять.
Я не буду говорить о том, что силой в СС никто никого не тянул, и что украинские полицейские батальоны действовали в большинстве случаев автономно от немцев и могли легко перейти к партизанам. Куда важнее то, что организация украинских националистов ОУН-УПА еще до начала Второй мировой войны требовала создания Великой Украины от Сана (правый приток Вислы) до Волги.
Объединить в едином государстве всех восточных украинцев (схидняков), русских, белорусов, русинов Закарпатья, поляков, румын, молдаван и другие народы должны были «настоящие украинцы» — галицийцы.
Руководство ОУН-УПА сравнивало галицийцев с пьемонтцами. Как известно, в середине XIX века королевство Пьемонт объединило Италию. Разница с Галицией в том, что Пьемонт был экономически более развитым районом, нежели юг Италии. Главное, Пьемонт дал Италии династию, но его граждане имели те же права, что и остальные итальянцы.
Ну а по мнению руководства ОУН-УПА, галицийцы должны были стать избранным народом «в Украине от Сана до Волги».
В октябре 1941 г. ОУН(б) выпустило листовку, которая призывала: «Хай живе Велика Незалежна Украiна без жидiв, полякiв i нiмцiв; полякiв за рiчку Сян, нiмцiв до Берлiну, а жидiв на шибеницю»{105}. (Шибеница — кол.)
Белорусы тут не упомянуты — их ОУН и за нацию-то не считала.
Ну, мало ли какой политик-экстремист выдвигал территориальные претензии к соседям? Увы, у руководства ОУН-УПА в отношении Белоруссии слова с делом не расходились.
«На территории Белорусского полесья ОУН начала создавать свои структуры еще в 1930-е гг. С началом же Великой Отечественной войны, когда южные районы Беларуси были включены германскими оккупационными властями в состав рейхскомиссариата “Украина”, деятельность украинских националистов на белорусской территории значительно активизировалась. В итоге к моменту полного освобождения территории БССР от немецко-фашистских оккупантов в Беларуси располагались значительные силы ОУН, объединенные Брестским окружным проводом под кодовым названием “Кричевский” или “№ 100”. Возглавлял его Зиновий Савчук (“Шварц”, “Александр”). Брестский окружной провод входил в состав краевого провода ОУН на северо-западных украинских землях (ПЗУЗ) с кодовым названием “Москва”, включавшим помимо территории Белорусского Полесья Волынскую, Ровенскую, Житомирскую и Винницкую области Украины. Руководили проводом Чупринка (“Смок”) и Максим Дубовый. В свою очередь, краевой провод ПЗУЗ подчинялся Центральному проводу ОУН во главе с Р. Шухевичем (“Тур”)»{106}.
Только с 1944 по 1946 г. «ОУН-УПА совершила на территории Беларуси 2384 диверсии и террористических акта, в результате которых погибло 1012 человек, в том числе 50 сотрудников НКВД 8 офицеров, 28 солдат и сержантов Советской Армии, 171 партийный и советский работник, 298 гражданских лиц»{107}.
Украинские националисты нападали, убивали и грабили крестьян. Причем, часто виноватыми выставляли советских партизан. Так, «группа националистов в количестве 100 человек ворвалась в деревню Дуброва Столинского района и уничтожила 10 семей польской национальности и быстро скрылась в Ровенскую область, а потом выпустила листовку, что польские семьи расстреляны якобы партизанами»{108}.
А вот допрос в Гомеле следователем НКВД националиста С.Д. Назарчука:
«Да, я признаю, что я действительно являюсь участником Украинской националистической повстанческой армии. (УПА.)
[…] Вопрос. Почему Ваша “УПА” перешла из Украины в Белоруссию? В каких районах должна расположиться “УПА”?
Ответ. Нам командир говорил, что “УПА” переходит из УССР в БССР потому, что там нужно навести такой порядок, который навели мы на Украине. Нужно заставить белорусов ненавидеть Советы и любить УПА. Для зимы заготовить продукты, одежду и сформироваться»{109}.
Вот несколько типовых действий отрядов ОУН-УПА:
«1 октября 944 г. на хуторе в Повитьевском сельском совете был расстрелян гражданин только за то, что его сын ушел в ряды Красной армии, а не к бандитам…
12 октября 1944 г. в ночное время банда напала на один из сельских советов Ратновского района, граничащего с нашим Осовским и Леликовским сельскими советами. В здании сельского совета находился работник Ратновской раймилиции с б вооруженными гражданами из местного актива, которые бандой целиком были все захвачены и обезоружены, выведены во двор совета, положены на землю и шесть человек расстреляны, а седьмой тяжело ранен. Банда, забрав все документы, зажгла здание сельсовета, начала отходить. В это время прибыл наш батальон и начал преследовать бандитов. В результате боя было убито 26 бандитов, в том числе главарь банды “Орлик”»{110}.
«В ночь с 9 на 10 декабря 1944 г. банда бульбовцев в количестве 20 человек вышла с хуторов деревни Кончицы Дубойского сельсовета, подошла к шлюзу № 1, где выпустила две ракеты и обстреляла из автоматического оружия постройки на шлюзе.
Охраной шлюза был дан ответный огонь, после чего банда вдоль берега канала направилась в направлении деревни Стаховичи Дубойского сельсовета, откуда также была слышна перестрелка»{111}.
«23 ноября 1944 года одна пограничная застава под командованием л-та Васильченко в лесу недалеко от д. Сварынь Радостовского с/совета обнаружила банду численностью до 400 человек, с которой завязала бой. В результате боя л-т Васильченко со своей заставой погибли. На месте боя было обнаружено 28 чел. красноармейцев. Банда скрылась.
6 декабря с.г. группа бандитов в к-ве до 20 чел. по дороге Дивин — Оса напали на военнослужащих 220-го погран. полка, убили старшину тов. Яценко, после чего скрылись»{112}.
Далеко не все нападения УОН-УПА на гражданское население сходили им с рук. Так, «в ночь с 13 на 14 ноября 1945 г. на территории Гланковского с/совета д. Глинка появилась вооруженная группа бульбовцев примерно до 30 человек, ограбила магазин сельпо, окружив дом председателя с/совета тов. Порхимовича, выломали окно, стали лезть в квартиру для того, что бы взять его живьем, но Порхимович, имея при себе винтовку, стал отстреливаться, одного из них убил насмерть и двух тяжело ранил, после чего бандиты дают распоряжение сжечь дом и сами уходят, а тов. Порхимович в это время выскочил в окно и от них скрылся»{113}.
Представим на секунду, если бы сейчас, в 2013 году, к вам в квартиру в окно полезли бандюганы, а вы грохнули бы одного и тяжело ранили двух других. Схлопотали бы за шпану лет 10—15!
Надо ли говорить, что советские партизаны активно противодействовали ОУН-УПА как на территории УССР, так и БССР. Применялись и репрессии против небольших групп мирного населения, поддерживавших бандитов. Из отчета партизанского отряда имени А.В. Суворова бригады имени В.М. Молотова: «27 сентября [1943 г.]. Отрядом под командованием помощника ком. отряда Истомина был выезд по уничтожению украинских националистов в с. Деревок и Пневно, где была проделана следующая операция: прочесывание леса, затем был принят бой, который продолжался 2—3 часа. В результате боя было убито 10 чел. националистов. Взяты небольшие трофеи. После чего ворвались боем в населенные пункты, где было сожжено до 30 вражеских домов, из которых обстреливали националисты. При горении в каждом доме рвались патроны и гранаты»{114}.
Из дневника боевых действий партизанского отряда имени Г.К. Орджоникидзе Пинской бригады о боях с украинскими националистами. 26 октября 1943 г.
«10.7.43 года. Группа бойцов под командой Дороша выгнала националистическую группу с националистической деревни Повитье…
4.10.43 года. Группа бойцов под командой Аладьина Г. вела бой с националистами, в результате боя забито 11 националистов и взято в плен 3»{115}.
Из отчета Пинской партизанской бригады о боях с украинскими националистами. (Не ранее 1 ноября 1943 г.)
«Отряд им. Костюшко.
По отряду с августа по ноябрь 1943 г. Проведено боев с украинскими националистами — 3. Убито 18, ранено 5 националистов и немецких солдат в боях и из засад. Подорвано рельсов — 8 протяжением 100 метров. Захвачены трофеи: винтовок — 5 […]
Отряд им. Орджоникидзе.
Октябрь 1943 г. Проведено боев с украинскими националистами — 2. Убито 12 националистов в боях. Взято в плен — 3 националиста. Подорвано рельсов — 32 протяжением 400 метров.
По отряду с июля по ноябрь 1943 г. Проведено боев с карательным отрядом и по разгрому полицейских участков — 4. Убито 23 немецких солдата и украинских националиста в боях и из засад. Взято в плен — 15 полицейских и украинских националистов. Сожжено жел.-дорожных станций — 1. Сожжено складов с продовольствием и с/х машинами — 4. Сожжено полицейских участков — 2. Подорвано рельсов — 32 протяжением 400 метров.
По Пинской бригаде с сентября 1942 г. по ноябрь 1943 г. Спущено под откос в/эшелонов и поездов противника — 8. Разбито: паровозов — 10, вагонов — ПО. Повреждено: паровозов — 5, вагонов — 24. Убито 185, ранен 71 немецкий солдат, полицейские и украинские националисты. Проведено боев с немецко-фашистскими войсками, полицией и украинскими националистами — 12. Взято в плен — 15 полицейских и украинских националистов»{116}.
Я недаром привожу длинные цитаты из донесений партизанских командиров. Здесь мы видим, что боевые действия против немцев велись параллельно с борьбой с украинскими националистами. Притом партизаны не видели особой разницы между оккупантами и бандитами, которые мнили себя потенциальными оккупантами.
А вот любопытный документ: «Радиограмма командования Ровненского партизанского объединения № 1 о концентрации отрядов УПА в треугольнике Ковель — Сарны — Столин, их численности и вооружении» от 2 ноября 1943 г.
Совершенно секретно.
Тов. Хрущеву, Строкачу.
«В треугольнике Ковель — Сарны — Столин в данное время действуют националисты и чешские отряды УПА. Отряд Шавуридо до 150 человек, вооружение: пушка 45 мм одна, станковых пулеметов — 1, ручных пулеметов — 10, автоматов — 3, полуавтоматов — 30, минометов ротных — 1, мин к нему — 50, остальные винтовки, патронов к ним от 50 до 80.
Бегма, Тимофеев»{117}.
Речь идет о пограничном районе между Белоруссией и Украиной. Партизанские командиры не сильны в большой политике и пишут «чешские отряды УПА». А это отряды из граждан Чехословакии украинского происхождения. Их сформировали немцы и отправили на Восточный фронт — еще одна разновидность «пьемонтцев».
Из отчета партизанского отряда им. Калинина бригады им. Молотова:
«Группа партизан заставы д. Горки 11.12.43 года обстреляла движущихся украинских националистов за скотом на Любатинские хутора, под огнем партизан националисты спешно бежали, не взявши скота»{118}.
После освобождения Белоруссии Красной армией отряды ОУП-УПА усилили террористическую деятельность. Нападения на милиционеров, советских чиновников, председателей колхозов и т.д. еще можно объяснить желанием националистов держать под контролем области Белоруссии. Но какого лешего ОУН-УПА настойчиво пыталось сорвать восстановление Днепро-Бугского канала?
Напомню, что канал, соединяя реки Припять и Западный Буг, имел важное стратегическое значение. В 1942 г. немцы провели по нему свыше 200 тыс. т грузов. Ну а весной 1943 г. советские партизаны взорвали шлюзы, и до освобождения Белоруссии канал был несудоходен. В сентябре 1944 г. советские строители приступили к восстановлению канала. Какой резон ОУН-УПА вести бои за канал, который физически не мог быть использован в борьбе с бандитизмом в Белоруссии? Тут националисты выполняли заказ своих немецких или англо-американских хозяев. И те, и другие были заинтересованы в нарушении снабжения частей Красной армии, наступавшей в Польше и Германии. Понятно, что и тех, и других не радовала перспектива прохода через канал многочисленных судов Днепровской военной флотилии и выход их на Вислу, Одер и далее на запад, юг и Балтику.
«В ночь с 9 на 10 декабря [1944 г.] банда бульбовцев в количестве 20 человек вышла с хуторов деревни Кончицы Дубойского сельсовета, подошла к шлюзу № 1, где выпустила две ракеты и обстреляла из автоматического оружия постройки на шлюзе.
Охраной шлюза был дан ответный огонь, после чего банда вдоль берега канала направилась в направлении деревни Стаховичи Дубойского сельсовета, откуда также была слышна перестрелка»{119}.
«18 октября [1944 г.] банда сделала налет на Белоозерский канал.
Бандитами убит главный инженер т. Панов и три бойца охраны. Бандиты поломали шлюз и выпустили воду из водохранилища»{120}.
«1 декабря 1944 года на территории Ивановского района Пинской области было совершено нападение на строительство Днепро-Бугского канала, в результате нападения уничтожен шлюз № 2, сожжена кузница с оборудованием и срублена наблюдательная будка»{121}.
27 марта 1946 г. «бандитская группа на хуторе деревни Журавок Ивановского района убила начальника шлюза Днепро-Бугского канала, бывшего партизана Рудого И.Е».{122}.
Канал удалось восстановить к лету 1945 г.
«В окрестностях дер. Повчин Туровского района Полесской области в ночь с 8 на 9 апреля 1945 года были выброшены вражеские парашютисты в количестве 4 человек с задачей связаться с руководством банд УПА и проводить диверсии на железнодорожном транспорте.
Принятыми мерами со стороны члена группы содействия тов. Буда Кирилла Максимовича, начальника Туровского РО НКВД лейтенанта милиции тов. Хохлова и созданной им оперативной группы в количестве 5 человек после ожесточенной перестрелки был захвачен один парашютист и убито два, а один утонул в реке Припять при спуске, труп которого был обнаружен позже»{123}.
Тут стоит отметить два момента. Во-первых, ловили парашютистов исключительно местные жители — милиционеры и бойцы истребительных батальонов. Ну а во-вторых, в документе не говорится о национальности самолета, с которого велось десантирование. Если это немцы, что маловероятно для апреля 1945 г., то налицо тесное сотрудничество УПА с гитлеровцами в последние дни войны, от чего рьяно открещиваются украинские националисты. А вот если самолет принадлежал ВВС США или Великобритании, так это весьма забавно — в апреле 1945 г. воевать против Красной армии?
Части НКВД, охранявшие тыл 1-го Белорусского фронта, вступили в боестолкновения с УПА уже в начале мая 1944 г. Так, «2—3 мая маневренная группа 157-го погранполка совместно с группой 232-го отдельного стрелкового батальона 19-й стрелковой бригады под командой начальника маневренной группы капитана Бородулина, участвуя в операции в районе Ячковичи — Хоточна, вела бой с бандгруппой УПА численностью 600—700 человек, состоявшей из двух куреней, возглавляемых “Балабаном” и “Долбенко”. Несмотря на явное численное превосходство бандитов, пограничники смело вступили в бой, в результате которого было убито 230 бандитов и 5 взято в плен. Наши потери: убито 16 человек, из них 4 офицера, ранено 12 человек, из них 1 офицер»{124}.
Для борьбы с украинскими и польскими националистами в ноябре — декабре 1944 г. экстренно были организованы истребительные батальоны численностью 60—70 человек из партийно-советского районного и сельского актива (бывших партизан) с отрывом от производства, с сохранением за ними заработной платы. В итоге был организован истребительный батальон в составе 200 человек.
Вот сухая отчетность действий бандформирований:
«По данным органов НКВД, на территории Полоцкой, Молодеченской, Гродненской, Барановической, Пинской и Брестской областей БССР на учете на 1.1.1945 г. состояло 82 бандгруппы общей численностью 2385 бандитов. Кроме того, по далеко неполным данным, разыскивалось числящихся на учете органов НКВД по этим же областям:
Дезертиров КА — 1132 чел.
Уклоняющихся от призыва — 6299 чел.
В течение 1945 г. бандформированиями только в районах оперативно-боевых действий наших войск было совершено 189 бандоявлений, в результате которых убито — 138, ранено — 25 человек совпартактива, в[оенно] ел. Красной Армии, НКВД и местного населения…
На 1.1.1945 г. в составе войск округа для оперативно-боевого использования имелось три дивизии четырехполкового состава, отдельный стрелковый полк и, кроме того, были прикомандированы отдельный батальон и три отдельных дивизиона.
Общая численность войск составляла 20 910 человек. В семи областях оперативного обслуживания наших войск был выставлен 91 гарнизон. В течение 1945 г., в связи с оперативной обстановкой, дислокация войск подверглась значительным изменениям, так, например, в течение года гарнизоны ВВ НКВД были выставлены в 285 пунктах западных областей, из них: ротного состава — 179, батальонного состава — 86.
После произошедших изменений в количественном составе войск, связанных с отзывом отдельных частей в другие округа и соединения (220-й, 105-й погранполки, 267-й сп, прикомандированных отдельного батальона и дивизионов), демобилизации л/с первой очереди, расформирования 6-й сд, в составе войск округа на 1.1.1946 остались две дивизии трехполкового состава (из них: 12-й сп временно находится в оперативном подчинении УВВ НКВД Украинского округа). Численный состав войск — 10 446 человек»{125}.
В течение 1945 г. в результате проведения чекистско-войсковых операций Белорусского ВО было ликвидировано 189 бандгрупп общей численностью 2577 бандитов. Из них: убито — 958, захвачено — 1619.
Кроме того, изъято бандитов-одиночек и участников антисоветского подполья — 3632 чел.
Бандпособников — 2026 чел.
Обнаружено и уничтожено — 3154 схронов и укрытий банд.
В результате разъяснительной работы во время проведения операций явилось с повинной и сдалось: бандитов — 157 чел., дезертиров — 333 чел., уклоняющихся от призыва — 6316 чел.
В ходе проведения операций изъято: орудий — 1, станковых пулеметов — 18, ручных пулеметов — 175, минометов — 7, винтовок — 1536, автоматов — 449, револьверов-пистолетов — 409, гранат — 886, радиостанций — 9, взрывчатых веществ — 82 кг.
В боестолкновениях с бандами потери советских войск за 1945 г. составили 87 человек. Из них: убито — 35, ранено — 52 человека.
Всеми видами нарядов за 1945 г. было задержано 106 814 человек. Среди них: подозреваемых в шпионаже — 25, диверсантов-парашютистов — 8, дезертиров Красной армии — 4709, уклоняющихся от призыва в Красную армию — 26 063, изменников Родины — 366, немецких солдат, в том числе бежавших из лагерей — 34.
С 1 января по 20 февраля 1945 г. войсками Белорусского ВО в составе 12-го, 264-го, 265-го стрелковых полков 7-й стрелковой дивизии, 267-го стрелкового полка, 1-го батальона 34-го мотострелкового полка 10-й стрелковой дивизии и 220-го погранполка, во взаимодействии с ВВ НКВД УО, проводилась чекистско-войсковая операция по ликвидации банд УПА в Пинской и Брестской областях.
В результате операции: ликвидировано 22 бандгруппы общей численностью 363 бандита (убито 97, захвачено 266), задержано бандитов-одиночек — 138. Кроме того, задержано: изменников Родины — 132, бандпособников — 122, дезертиров Красной армии — 1505, уклоняющихся от призыва — 2159. Трофеи: ручных пулеметов — 9, автоматов — 35, винтовок — 107, карабинов — 10, пистолетов — 10. Потери советских войск составили: убито — 3, ранено — 2 человека.
Не проходит и дня, чтобы российские СМИ не выплескивали на население десятки «ужастиков» о сталинских репрессиях. Мол, НКВД массово расстреливал людей за одно неосторожное слово, а то и просто так, «ради выполнения спущенного Сталиным плана». Да, действительно, были необоснованные репрессии. Но их причинами являлись в первую очередь ложные доносы. Я уже в школе от детей «компетентных» родителей знал, что треть зэков сидели за ложные доносы. Рассекреченные на Украине документы подтвердили это — действительно, около трети сидели за ложные доносы. А вот сейчас правительство РФ, ФСБ и иные организации делают все, чтобы сохранить в тайне имена доносчиков.
Зато по телевидению мы уже четверть века видим парады холеных дедов на Западной Украине и в Прибалтике. Все они ветераны СС и жертвы страшных сталинских лагерей. Но почему эти 70—100-летние деды выглядят здоровенькими и так браво маршируют?
Меня же лично действия госбезопасности в 1944—1950-х годах в Прибалтике, Белоруссии и на Украине удивляют своим… либерализмом. Вот, к примеру, история одного из «атаманов» УПА, некоего Резнюка.
«Материалами следствия установлено, что Резнюк, будучи во 2-м артиллерийском полку, находясь на передовой линии фронта, сдался в плен немцам. В марте месяце 1943 года из плена был освобожден и отправлен по месту жительства в Полтавскую область, в то время уже оккупированную немцами, но по месту жительства не поехал, а установил связь с бандой УПА и впоследствии вступил в ее ряды»{126}.
Бандой Резнюка убиты десятки мирных жителей, включая детей. Ограблено множество населенных пунктов Волынской и Брестской областей.
«В феврале 1945 года на территории Волынской области во время грабежа населения Резнюк со своей бандгруппой встретили группу красноармейцев, с которой, по приказанию Резнюка, вступили в бой. Во время боя банда Резнюка была разбита, а Резнюк и Колтунович были ранены и пленены.
Дело следствием закончено и направлено по подсудности. Военным трибуналом Резнюк приговорен к ВМН, а все остальные к 10 годам л/свободы каждый»{127}.
А вот история некоего Савчука по кличке «Веселый». Перечень зверских убийств, совершенных членами его банды, займет не одну страницу. Вот только один вроде бы рутинный эпизод — 17 октября 1944 г. в местечке Дивин националисты расстреляли зрителей в ходе демонстрации кинофильма.
9 сентября 1945 г. в д. Большие Болоты Кобринского района были убиты две семьи — Бойко Емельяна Александровича, состоящая из четырех человек, и Кислюка Михаила Александровича, состоящая из 6 человек.
«Лично Савчук зверски убил путем удушения уполномоченного сельсовета деревни Шлях-Пуща Вышинского Ивана Александровича, расстрелял бойца истребительного батальона, жителя деревни Повите Бриштень Архипа и ранил в руку жительницу деревни Старая Темра Михалюк Пелагею, мать убитой комсомолки — продавщицы магазина сельпо, которая бежала от зверских издевательств над ней со стороны бандитов»{128}.
К следствию по делу банды «Веселого» привлекли «215 участников ОУН, связных и пособников». «Военный трибунал войск МВД Брестской области приговорил Савчука Николая к высшей мере наказания — расстрелу, 4 человек к каторжным работам на срок 15 лет каждого, а остальных обвиняемых на 10 лет ИТЛ и 5 лет поражения в правах каждого»{129}.
Ну а всего в 1944—1946 гг. почти 500 тыс. человек привлечено к ответственности по делам о бандитизме в БССР, казнено 726 бандитов, осуждено к различным срокам наказания 29 654 чел., отправлено в ссылку или на поселения 115 212 чел.
Что же получается, полмиллиона белорусов выступали против советской власти? Вовсе нет. Среди осужденных к расстрелу или заключению нет и трети этнических белорусов. Как уже говорилось, в республике действовал поистине бандитский интернационал из западенцев, поляков, литовцев, латышей и т.п.