С улыбкой про серьёзное

Аскетом жить — какая жуть.

Ему для счастья нужно много.

Мечтал и Он когда ни будь,

Проникнуть в царские чертоги.

Сбылась заветная мечта.

И, словно юная невеста,

Вдруг покорилась высота —

Он на вершине Эвереста.

Он долго шёл по головам.

Сменялись маски, сёдла, кони.

Не верил клятвам и словам.

И вот весь мир как на ладони.

Морям и облакам под стать,

Пожалуй, выше сосен ростом.

Он должен миром управлять,

И это оказалось просто.

Чтоб дала больше молока

Худая рыжая корова,

Ей нужно чаще мять бока,

Не тратя на неё полову.

Не стоит тратить отрубей.

Он понял истину простую:

— Дои, ладони не жалей,

А сдохнет — заведи другую.

А люди — это тот же скот.

Как их стенанья надоели.

Пусть гордо шествует народ,

На паперти и на панели.

Им место там, Его ж удел,

Купаться в серебре и злате.

Чего-то Он всегда хотел,

Но скудно у Него в палате.

Всего лишь тысяча картин,

А золота лишь пять КАМАЗов.

Парчи обычной палантин,

И небо не в сплошных алмазах.

Его огромный стол накрыт,

Любыми яствами планеты.

Вот только жаль, что аппетит,

Не позволяет съесть всё это.

Он дев прекрасных уложить,

На ложе может пару дюжин.

Но всех нет сил перелюбить.

И вот уже никто не нужен.

Не лезет осетрина в рот.

От сытости померкло небо.

А под окном стоит народ,

И просит хоть краюшку хлеба.

Делить с людьми свой скудный стол?

Он даже не желает слушать.

Не для того он к власти шёл,

И отдал Люциферу душу.

Но Он, не веря в чудеса,

Не слушал слог высокопарный.

И вдруг поднял на небеса,

На вилы — люд неблагодарный.