С улыбкой про серьёзное

Хочу вам сон свой рассказать.

Простите, что по фене.

Иначе слов мне не связать —

Я вор, а не Есенин.

Короче, жил один пацан.

На воле, не на зоне.

С обычным погонялом «Ян».

Ну, типа, был в законе.

Он «Южный рынок» крышевал,

А рынок был не хилый.

Там тёрлось множество кидал,

Путаны и терпилы.

Текли там водка и вино,

Картежники катали.

И кабаки, и казино,

И все бабло листали.

Он не по-детски их давил,

И богател как в сказке.

Однажды кто-то из терпил,

Решил пойти в отказку.

Пришла братва его карнать,

А он затеял драку.

И говорит: «теперь башлять»

Мне хочется Бараку.

Начался тут базар-вокзал.

Барак был тоже в силе.

Он страх на «Южных» нагонял,

И Яна прокатили.

Но Ян был тоже не профан,

И настучал Вавану.

А тот козырный был пахан,

И не любил нирвану.

Ваван понятий строгих был,

И не любил проделки.

Он, что бы поделить терпил,

Забил Бараку стрелку.

Пришла на стрелку вся братва.

Судили и рулили.

Перетерали до утра,

И рынок поделили.

Ваван забрал себе притон,

И пару ресторанов.

Барак сказал, что будет он,

В руках держать братанов.

Но в пару-тройку кабаков,

Ботву, что на задворках.

Забрались несколько лохов,

И начались разборки.

Сломали дверь, сожгли кабак,

И вывеску разбили.

Кентов немало в порожняк,

Шестерки замочили.

Ваван волыну слал лохам,

И на лавэ не жался.

Он хочет, что бы тарарам,

Там долго продолжался.

Барак не против, он и сам

Терпил не уважает.

Но, что бы досадить лохам,

Терпилам помогает.

Ну, кто бы стрелку им забил,

Или прислал маляву.

Терпил с лохами примирил,

И разрулил предъявы.

Проснулся я, слезаю с нар,

И клифт свой надеваю.

Балдею, что такой базар,

В натуре не канает.