Сборники стихов

Жила в чьем-то сне забытом,

Должна была стать монашкой,

Деревом, птицей, ромашкой,

Смятой его копытом,

Не солнцем и не невестой,

Не светлым дарящим летом,

На странных ингредиентах

Замешано мое тесто.

Проснулись — куда пробиться,

Проснулись — как давит обруч,

Кого мне позвать на помощь,

Кто б мог за меня молиться?

Руками его раздвинуть —

Да стать мне колдуньей надо!

Но жажда сильнее яда,

Как страшно тебя покинуть.

Как страшно вот так покинуть,

Когда по кусочку светом,

Когда мне нашепчут — где-то

Тебе никогда не сгинуть,

В твоих небесах ответом

Живет неделим твой облик.

Как жадно ты ловишь проблеск

Кусочком, отрывком, светом.

Только преодоленье,

Только проникновенье,

Ветром шальным подует,

Что-то шутя подскажет,

Не объяснит и даже

После не продиктует.

Будешь ходить дурная,

Ждать, пока снег растает,

Вечер, неделю, месяц,

Попросту надсмехаясь,

Бога и черта хая,

Снежная, отогрейся!

Все принимай без если,

С чаем устройся в кресле,

Смертные не пророчат,

Уши твои не слышат...

Врешь, кто-то возле дышит,

Все досказать мне хочет.

Только боюсь — такого

Я языка не знаю.

Только сорвать сгоряча не дано,

Что лепетать из-за печки?

Узкое, узкое это окно —

Осень, весна, человечки...

Бремя святой земли —

Сослепу не снесешь,

Сослепу ветра вой

Карою назовешь,

Скрытое — пустотой...

Век тебе не прозреть:

Вязче корням — в земле,

Горче смола — коре.

Вырви — а то гроза?

Выдери — будто смерч?

Вырвись — корнями прочь,

Выдерись — пренебречь

Видом — или водой,

Горем — или горой,

Карой — или корой,

Солнцем — или собой.

Глина святой земли,

Комья святой земли —

Накрепко приросли,

Вместе с тобой пошли:

Корни — тяжелы,

Комья — тяжелы,

Сучья — крючья,

Ствол — гол.

Ну, подумаешь, комья глины —

Брось на крышку чужого гроба:

Булку хлеба с кистями вора,

Цепи с ножками каторжанки,

В память, в детство, в мешок и в воду,

Ты другая — меняешь кожу!

А пристанет ли — отомрет ли?

Избежать зараженья крови —

Или порченой возгордиться?

Приспособиться, раствориться?

Обособиться, затвориться?..

Пусть потерпят — не помешаешь,

Не отнимешь и не сломаешь,

Кровью порченой — не испортишь

Блага их, недоразуменьем —

Тишины не обеспокоишь.

Колдуй, тихая,

Колдуй, светлая,

Не черни

Света белого.

Добровольное

Претворение —

Перелом

Сердца надвое.

Ствол раздвоенный

Не на радостях —

Как дышать

Разделенною?

Поколдуй себе,

Чтоб не плакалось,

Не спалось,

Не отчаялось,

Поколдуй себе,

Чтобы виделось,

Разошлось

И разъяснилось,

Жгло по-черному —

Жаром, стужею,

Торжеством

Мнимознающих,

Но не смей себе —

Переломленной

Колдовать

Дуба крепкого!

Шумно у вас,

Душно у вас —

В углу посижу,

Брежу ли я,

Бредите вы —

Пока не скажу.

Что-то не так,

Зубы в кулак —

Увидит ли кто? —

Дикой росла,

Вкривь изросла,

Да черный платок,

Черный поток

Где-то у ног,

И где-то у губ —

Злость Колобка,

Ох, на века:

От Лиса сбегу —

А уж от вас,

А уж от вас...

Кто имел палачей,

Кто терпел палачей —

Не отплакал вотще.

Не любил палача —

Возлюби палача:

Сей науки горчат

И колючат плоды,

И ударом под дых —

Где они, а где ты? —

Разноликих глаза:

Черносердых глаза,

Светлодухих глаза

Прямо в душу — искус,

Раздирающий груз

Так похожих на вкус

Разноречестей, свойств

Человечьих устройств,

Как твоих — беспокойств,

Как твое — в-темноте,

Как твое — не-у-дел,

Как твое — быть-беде,

Как твое — как-я-мог,

Как твое — спаси-Бог,

Как твое — хоть-глоток!

Осуждайте, вольны...

Хоть глоток — без вины!

Хоть денек — без войны!

И вас, тиранящих меня,

Я выбираю для огня —

Для пытки адовой,

Вот так и надобно!

Самокопающим до дна

Вы — лишь ничтожная цена

За взгляд — незрящему,

За сон — неспящему,

Всем вашим крайностям во мне —

В одной крови, в одной броне —

Кипеть наречием Противоречия,

Мой приводя порочный круг

В движенье, дело ваших рук —

Мой взгляд незрящего,

Мой сон неспящего.

Так, деревянная!

Весной заброжена,

На кровь похожими

Гуляет соками

Душа сосновая,

А стонет-мечется —

Что ветер в ставенках,

А треснет веточка —

Что лед над треснувшим

Апрельским омутом.

Сбегайтесь, сивые!

Пугаться нечего —

Пусть деревянная,

Да не железная,

А нынче — нежная,

А нынче — слабая,

И шепчут мудрые —

Что слишком женщина,

И шепчут юные —

Что слишком грустная.

- Да что вы, милые,

Совсем не грустная —

То ветры зимние

Сказали, что я не

прикосновенная,

Что я не женщина,

А будто дерево,

Что нет мне парного

Такого дерева,

И нет мне места здесь,

А как дотронетесь —

Кольцом свиваются

И держат лапами...

Пружина сжатая,

Губа надутая —

Как под охраною,

Как в заточении —

Горю горячечно,

Дышу бесправною,

Живу бескровною.

Да кем задумано,

Чтоб стать мне кучкою

Золы, на внутреннем

Сокрытом пламени

Перегоревшею?!

Кем заколдована?

Какою силищей,

Рукой безумною —

Моя, смертельная,

Перекрывается?

Спасайте, милые!

Пугаться нечего —

Пусть деревянная,

Да не железная,

А нынче — нежная,

А нынче — слабая,

Так разожмите же

Пружину крепкую

И сока терпкого

Испейте древнего.

«Бери, раз дадено...»

И тут же явится —

Не знаю возраста,

Красив? — не ведаю,

Умен? — наверное,

Лишь знаю — верует

В свое могущество,

В благодеяние,

С какою легкостью

Подрубит деревце...

О благодетели,

О боги нежные!

Ко мне — два способа:

Один в тупик ведет,

Другой — длиннее нет,

Никто по длинному

Ко мне не хаживал,

А кто отважился —

Давно соскучился,

Да не отвадился

Уж больно первый-то

На вид близехонек...

Ходи по первому! —

В ладони сжатое —

Бери, раз дадено...

Берет как должное

(Пока не пуганый),

И пальцы белые

И онемевшие

Дыханьем греются.

Дает как должное

(Пока не пуганый) —

Все, что за лучшее

Им почитается,

За радость высшую,

За что бы сам в огонь...

Огнем наказана —

Сейчас лишь холодом

Могу ответствовать,

В награду — мукою!

Прости, уязвленный,

Что тупиковая —

Дорожка легкая,

Что вместо радости —

Кощунство дикое,

Что недонежностью

Окоченелою

Свожу к отчаянью

И пуще прежнего —

Недосягаема.

И недопонята.

Да, недочуяна,

Недопостигнута!

Гляди: целована —

Не расцелована,

Поймешь ли: люблена —

Да не возлюблена! —

Со всеми бесами

И недотрогами,

Со всею жаждою

Неутоленною...

Что понял, пуганый?

Что слишком женщина.

Что понял, раненый?

Что слишком грустная.

- Да что вы, милые,

Совсем не грустная,

Приму как должное,

Дай Бог забвения —

На ВАШИ головы!

А я — привычная

И добровольная,

И все в науку мне,

Глядите: таяла —

Да не растаяла!

Поймете ль: падала —

Да распрямилася —

Живее прежнего,

Неутоленнее

В горячке внутренней.

- Куда, сосновая?

Сгоришь непознанной...

- Коль нету парного

Такого дерева —

Не страшно пламени.

Коль нету парного...

Такого дерева

Не заслужила я?

Что ж, недостойная,

Пойду, мытарствуя,

Тьма непочатая

И свет нетронутый —

Глазам распахнутым,

Преображенная —

Узнать осмелится:

За что испытана,

Кому задумана,

Как обособлена —

От прочих — мукою

Невоплощения,

Неотдавания,

Необладания

И непленения,

Себе — в горение,

Себе — в познание...

Кому задумана?

Лишь всхлипнут мудрые —

Что слишком женщина,

Лишь буркнут юные —

Что слишком грустная.

Спасайтесь, милые!

Пугаться есть чего —

Хоть деревянная,

Да не железная,

А нынче — нежная.

То ли во граде первом — денно и нощно — Слава!

- Трудной тебе дороги, сердце мое...

То ли во граде втором — Колокол самый звонкий!

- Вот тебе луч-поводырь, сердце мое...

То ли во граде третьем — раненой Птицы крик!

- Вот тебе боль-попутчик, сердце мое...