Сделай мне приворот

Я больше так не буду, и меньше тоже

Семён не особо торопился домой, Лиля придет только после восьми вечера, так что можно было еще немного поработать. Он запросил отчеты по всем отделам, что были в его подчинении, вполне возможно, что и там творился кавардак. Вся компания уже знала про Карину и ее способности умыкнуть из фирмы некоторую сумму денег. Так что к шести часам у него на электронной почте скопилось несколько отчетов.

Он просмотрел парочку, ничего криминального там не нашел, кроме парочки лишних премий для протеже начальников отделов. Однако посчитал, что в этом ничего страшного нет. Суммы по сравнению с тем, что украла Карина, были незначительными. К тому же после выписанных премий эти сотрудники стали работать лучше и принесли многомиллионную прибыль предприятию.

В начале восьмого он собрался и отправился домой. По дороге зашел в магазин, в местной кулинарии прикупил себе ужин, готовить он не особо любил. Дома он разогрел еду и проглотил все за десять минут. Все убрал и помыл за собой.

В дверь позвонили, пришла Лиля. Она прямо около порога протянула вперед руку.

— Здравствуй, Лиля, проходи, — сказал ей Семен.

— Здрасте, так мне некогда лясы точить. У меня дома два школьника голодные сидят, да мужик мой сейчас придет с работы, — топталась она около порога и посматривала на него исподлобья.

— Так ты даже мне пять минут не уделишь? — усмехнулся Семен. — К тому же я так и не нашел, где ты свое дорогое чистящее средство спрятала.

— Да и шут с ним, там все равно на донышке оставалось. Потом приду убираться, найду и до конца его использую, — отмахнулась Лиля.

— Пять минут, Лиля, — улыбнулся он.

— Так я же хорошо убираюсь, никуда не лажу, в ваши дела нос не сую. Вы мне премию отдайте, и я побегу.

— Вот и молодец, что нигде не лазиешь. Умница, работница хорошая. Идем на кухню, не стесняйся, — настойчиво пригласил ее в квартиру Семен.

Она тяжело вздохнула, скинула туфли и пошла вслед за хозяином квартиры. На столе лежало свернутое полотенце.

— Садись, — кивнул Семён на стул.

Лиля плюхнулась на него и охнула.

— Спина проклятущая, достала уже, — пояснила она.

— А теперь скажи, Лиля, что это?

Семён натянул хозяйственную перчатку и стал разворачивать полотенце. В середине лежал тот самый сверток, который он нашел в кровати. Женщина побледнела.

— Это не мое, — мотнула она головой и икнула, — Это не я.

— А чье? Кто подложил? Баб я сюда не вожу, в спальню доступа никому нет, кроме тебя. Матрас новый, я вот только недавно его купил, и под ним ничего не было. Чьё это, Лиля?

Женщина молчала, опустив голову.

— Я мало тебе платил? Я плохо к тебе относился? Я доверял тебе так, что дал ключи от своей квартиры. Сколько лет ты, Лиля, у меня убираешься?

— Семь, — шмыгнула она носом.

— На все праздники я даю тебе премию, периодически повышаю оплату за работу, плачу тебе лично, а не в агентство, в котором ты числишься. Что не так, Лиля? Какие претензии у тебя ко мне? За что, Лиля? — с горечью в голосе спрашивал ее Семён.

— Это не я, — мотнула она головой.

— А кто? Ты кого-то пустила в мое отсутствие? Кого?

Семен точно знал, что это не его родственники. Мама всегда забегала на несколько минут, чтобы попросить денег у него. Брат заходил к нему всего один раз, в основном они встречались на нейтральной территории.

— Мне тяжело у тебя сидеть, слишком тихо и чисто, как в больнице. Я привык к бардаку и шуму, — говорил он.

У брата было четверо детей, две собаки, три кота и одна канарейка. К тому же с ними жила старенькая бабушка жены. Братья редко общались. Семен холодно относился к племянникам, может из-за отсутствия своих детей, а может из-за того, что его в гости звали очень редко. В семье все считали, что Семён везунчик и ему все просто так в руки идет.

Мужчина отвлекся на свои мысли, а потом снова вернулся на свою кухню к домработнице Лиле.

— Лиля, так я тебя спрашиваю, кто надоумил тебя на такое? — спросил он с нажимом.

— Ваша бывшая девушка, — шмыгнула она носом, — Она ко мне на улице подошла и попросила, чтобы я впустила ее в квартиру. Сказала, что помириться с вами хочет и готовит для вас сюрприз. Я и не смотрела, что она там в спальне делала. Потом, когда она ушла, заглянула, но ничего не обычного не увидела. Мало ли что она там в ящики или в шкаф спрятала. Я сама женщина, я понимаю, как это больно расставаться с мужчиной.

Лиля заплакала.

— И ты вот меняла постельное белье и застилала кровать, и не видела этого сюрприза? — строго спросил он ее.

— Нет, — замотала она головой, — Вот те крест, — перекрестилась она.

— Когда это все произошло? — спросил мужчина, — Когда она вот это подложила?

— Ну, недели три тому назад, наверно, — женщина пожала плечами.

Семён тяжело вздохнул.

— А чего ты вчера приперлась? Нет же никакого чистящего на самом деле.

— Так она мне позвонила, и молила срочно забрать то, что лежит в кровати, — опустила глаза Лиля, — Сказала, что все уже не актуально, и мириться с вами она не хочет. Дескать нашла себе другого мужчину.

— И ты бы вот это в руки взяла? — кивнул на сверток Семён.

— Так у меня всегда перчатки с собой. — ответила она.

— А если там какие-нибудь запрещенные вещества находятся? И повязали бы тебя, Лиля, и под белые рученьки повели бы в кутузку. Мало ли, что моя бывшая сюда подбросила.

Женщина видно не понимала о чем речь и просто хлопал глазами, периодически хлюпая носом, и смахивая слезы.

— Я могу идти? — спросила она.

— Пока нет, позвони моей бывшей и поставь на громкую связь. Хочу лично убедится, что это она, а не твои фокусы.

Женщина кивнула, достала телефон и позвонила бывшей подруге Семена. Подружка сразу же взяла трубку.

— Привет, Лилька. Забрала то, что я просила? — спросила Алена.

— Привет, Алена. Вчера не получилось, он весь день был дома. Сегодня тоже, загрузка на работе большая. А что там нужно забрать, как оно выглядит? Я сейчас к Семену заскочу, да заберу.

— Вот ты склерозница, сколько раз можно повторять: сверток газетный, черными нитками перемотанный. Лежит прямо посередине кровати, под матрасом. Я не пойму, тебе деньги что ли не нужны? Ключи от квартиры есть, давно бы уже заскочила и забрала все. Все, Лилька, давай, мне некогда сейчас разговаривать. Как заберешь, так скинь мне смс-ку, а я тебе денежки переведу.

Алена отключилась.

— Я же говорила, что это не я. Так я заберу эту фигню? — спросила Лиля и потянулась к полотенцу.

— Нет, — мотнул головой Семён, — Это лежало в моей кровати, значит, предназначено для меня. Сколько она тебе заплатила?

— Пять тысяч. Но у меня двое детей, муж то работает, то не работает, — запричитала женщина.

— Вот тебе пять тысяч за хорошую работу, так сказать, премия. Ключи на стол клади и чтобы духу твоего тут больше не было, — спокойно сказал Семён.

— Но как же так, я столько лет у вас отработала, и никаких нареканий не было, а вы меня за чужой проступок вот так выгоняете, — Лиля снова заплакала, — Я больше так не буду.

— Лиля, вы взрослая женщина, ну какой на фиг я больше так не буду. Ей-Богу, детский сад какой-то. Забирай деньги и убирайся из моего дома, иначе и это не получишь, еще и в контору твою нажалуюсь, что ты в обход им работаешь, — раздраженно сказал Семён.

Она даже не пошевелилась и продолжила рыдать.

— Лиля, меня слезами не проймешь, не ведусь я на все эти манипуляции. Не нужны деньги, тогда я их заберу, — Семён протянул руку к купюре.

Лиля ловко перехватила бумажку, вскочила со своего места, вытерла сопли и слезы.

— Да и черт с вами, тоже мне цаца нашелся. Стирай его простыни с трусами. Пусть тебе кто-нибудь другой это теперь делает. Козел, и профурсетка твоя кошка драная.

Она побежала в коридор. Быстро сунула ноги в туфли, открыла дверь и выскочила в подъезд.

— А ключи? — крикнул ей вслед Семён.

— Вот тебе, а не ключи, — женщина показала средний палец и рванула вниз по лестнице.

Споткнулась и полетела кубарем вниз. На площадке между этажами охнула и растянулась во весь рост. Семён спустился за ней следом и помог встать. Она кое-как поднялась, зло на него посмотрела и оттолкнула от себя. Лиля порылась в сумке и бросила ему ключи прямо в лицо.

— Подавись, чтобы тебе твои деньги поперек горла встали, — прошипела она и, прихрамывая, стала спускаться по лестнице.

Мужчина поднял с пола связку с ключами и пошел к себе в квартиру.

— Вот что за люди пошли, сделали пакость, и никакого раскаяния, никаких угрызений совести, никаких извинений. Словно в туалет сходили и не смыли за собой. А потом спрашивают, и за что это мне, — покачал он головой, — Что эта Карина — звезда, пожалела, что не успела квартиру купить на украденные деньги, что эта коза, никакого раскаяния, а что такого. Твою же налево.

Алене он решил сегодня не звонить, ему за весь день и этих двоих хватило.