Сделка на совесть

Глава 11 — Про доверие

Утром к Ён Хи в домофон позвонил курьер, сообщив, что у него доставка на её имя. Девушка сперва напряглась, ведь она ничего не заказывала, но курьер объяснил, что заказали для неё. В небольшой аккуратно упакованной коробке оказался увлажнитель воздуха, сделанный в виде горящего камина, с имитацией дров и пламени. Ён Хи удивилась подарку, ведь вчера они не купили этот прибор и она уже не собиралась даже.

Когда это Хёншик успел его заказать? Да ещё заморочился, выбрал что-то нестандартное. Надо же.

Быстро изучив инструкцию, девушка налила в отсек воду и установила увлажнитель на столике возле кровати. Включённый, он выглядел ещё более очаровательно, даже издавал звуки потрескивающих дров. Выходящий через верхнее отверстие пар и правда был похож на дым от огня.

Телефон пиликнул сообщением.

«Понравился подарок?» спрашивал Тэгён.

«Очень! Он потрясающий!»

«Я рад. Выбрал самый необычный и уютный».

«Так это ты выбирал?»

Ён Хи почему-то расстроилась.

«Да. Он сказал вчера, что вы собирались приобрести, но не успели и попросил меня заняться этим вопросом».

«А платил тоже ты?»

«Да. Можно считать, что это мой подарок тебе на Рождество? Ты не возражаешь?»

Она задумалась, но не нашла причины отказываться. И хотя разочарование ещё не прошло, увлажнитель действительно оказался очень приятным, поэтому девушка написала:

«Спасибо тебе большое! Мне очень нравится!»

«Может поужинаем как-нибудь? Всё-таки период праздников, хочется немного повеселиться, развеяться. Выходить нам особо нельзя, но можно заказать еду на дом и посмотреть какой-нибудь фильм. Я живу один».

«Думаю, будет странно, если я поеду к тебе. И кто-то из фанатов может увидеть. Лучше давай у меня. С тебя еда, с меня фильм, квартира и выпивка. Немного пива подойдёт? Я обычно не пью».

«Конечно! Когда?»

«Да можно сегодня. У меня нет планов на ближайшие три дня».

«Я буду. До вечера».

Ён Хи только отложила телефон, как он снова пиликнул. Это было сообщение от Хёншика без текста с одной только ссылкой.

— Вот же, — фыркнула девушка. — Даже не поздоровался.

Ссылка была на статью об их вчерашнем свидании с крупным заголовком

«Пак Хёншик вывел в свет свою фиктивную невесту».

Далее шли фотографии, довольно профессиональные, с нескольких локаций, которые они вчера посетили. Ён Хи стала читать. Автор статьи уверенно утверждал, что невеста у актёра ненастоящая, приводил свои доводы в подтверждение, и под конец сослался на некоего свидетеля их разговора, в котором сама парочка обсуждала фиктивность своих отношений. Никакой заметки о нападении фанатов не было. Наверное намеренно игнорируют.

Ён Хи стала вспоминать, когда такое могло случиться. Обычно, если они были в толпе, то говорили на нейтральные темы или молчали. А когда обсуждали что-то личное, это было на удалении от других людей, либо очень тихо. Разве что ссора в ресторане за ужином. Но вроде ресторан приличный и люди, его посещающие, не должны сплетничать. Или могут? Кто-то слышал их разговор? Даже если так, они спорили, да. И что же тут странного? Милые бранятся — только тешатся, все ведь знают. Она лишь раз упомянула слово «фиктивный» и то негромко. Кто вообще сидел за соседними столиками? Или это была официантка? Может она тоже его фанатка и поэтому подслушивала их, а они, увлеченные спором, не заметили её?

«Нам надо быть осторожнее и прилагать больше усилий». Гласило ещё одно сообщение от Хёншика.

Подумав, Ён Хи открыла ту самую папку, которую не собиралась ему показывать, и выбрала оттуда пару фото.

«Можно опубликовать вот эти».

«Их нет в той папке, что ты скинула».

«Я думала, они будут неуместны. Но в свете статьи, само то».

«Хорошо. Я подумаю».

На этом разговор был окончен и он вышел из сети. Вот же странный. Вчера ей показалось, что они немного сблизились, что ей удалось смутить его. Но сегодня девушка уже не была так уверена. В конце концов ей бы со своими чувствами разобраться для начала. Кажется, он стал ей немного нравиться. Или не немного. А это уже проблема.

💠

Хёншик отложил телефон. Его раздирал гнев, хотелось накричать на Ён Хи, обвинить её в провале миссии, но он сдержался. Зачем она использовала вчера именно это слово?! Зачем спорила в людном месте? Что была за необходимость в заполненном ресторане доказывать ему свою правоту? Впрочем, он сам не лучше. Мог же закончить этот спор быстро или вообще не начинать. Мог напомнить ей, что вокруг люди могут подслушать. Почему вообще эта девушка вызывает у него так много эмоций?

И всё-таки зачем она вчера ляпнула в ресторане про «фиктивность»?! Случайно или специально? Может ей надоело изображать из них пару и так она пытается насолить ему? Расторгла бы тогда контракт. А ну да. В этом случае она потеряет деньги, а ведь ради них она и согласилась. А если он расторгнет, то она ничего не теряет. Хитро. Если она намеренно делает это, то она та ещё... И почему он решил, что можно ей вот настолько доверять?

— Чёрт. Даже посоветоваться не с кем! — раздражённо произнёс Хёншик, в который уже раз перечитывая эту треклятую статью. — Тэгён вообще в неё влюбился и плевать хотел на мои сомнения.

Вчера её рассуждения показались мужчине достойными, сегодня он сомневался в каждом слове. Наверное стоит пойти к ней и снова переговорить, но теперь с глазу на глаз, чтобы уж точно без свидетелей. Это получится только вечером. Весь день у него уже расписан. Сейчас к Хан Бёль на укладку и макияж, потом интервью о дораме, фотосессия с актёрами и репетиция к новым съемкам. В промежутках придётся иногда просто ждать, но уезжать смысла не будет. Чтобы скоротать время, он на всякий случай бросил в сумку книгу, которую она дала, вдруг зайдёт.

Можно было бы посоветоваться с Хан Бёль насчет Ён Хи, ведь она тоже подозревала неладное, но тогда придётся раскрыть карты. Он конечно доверял своему стилисту, однако лишь в том, что касалось её работы. Но сегодня Хан Бёль словно мысли читала.

— Как твоя девушка? Сумел разгадать её секрет?

— Я же говорил тебе, что знаю о нём.

— А я всё ещё сомневаюсь, что ты знаешь именно тот секрет. Насколько у вас серьёзно? Кольцо уже присматривал?

— Нет, пока нет. Видишь, люди скандалят насчёт нас. Она волнуется. Думаю, сейчас время не подходящее.

— А, то есть в своих чувствах ты пока не уверен?

— О чём ты?

— Если бы был уверен, чужие толки тебя бы не волновали.

— Думаю, что не совсем тебя понимаю. Что ты пытаешься сказать?

— Мне кажется, вы не любите друг друга.

— А что, в современном мире, чтобы спать вместе, обязательно надо любить? — выскочило у актёра, хотя он не собирался это произносить вслух.

— Ты прав, — сказала стилист после некоторых размышлений. — Люди разучились строить отношения на любви, часто всё начинается с секса. Впрочем говорят так же, что секс полезен для здоровья. Так что почему бы и да?

На этом разговор закончился. Хёншик всё ещё был раздражен, но теперь больше на себя, что ляпнул, не остановился вовремя. С другой стороны, может и хорошо, мало ли, с кем Хан Бёль станет это обсуждать. По дороге на интервью они попали в пробку. Навигатор показывал, что стоять придётся минут 15 на одном месте. Разговаривать с Дже Уком не хотелось, поэтому Хёншик достал книжку и принялся читать. Это был не роман, а скорее сборник историй. Главный герой, журналист, описывал свои еженедельные встречи со старым профессором, который учил его в университете. Во время встреч они обсуждали смысл жизни, говорили о ценностях, любви, смерти и прочих вечных вещах, если судить по оглавлению. Что ж, не торт, но скоротать время сойдёт.

Понемногу он продолжал читать в промежутках между интервью и фотосессией, а потом по дороге на репетицию. Книга была небольшая, главы занимались всего несколько страниц и мысль обычно прерывалась, а в следующей начиналась новая. При этом общий сюжет не терялся. Порой автор пускался в воспоминания, эти части были выделены другим шрифтом. Книга на удивление хорошо отвлекала от собственных невесёлых размышлений, заставляя задумываться.

В очередной главе профессор рассказывал об исследовании, согласно которому студентам предлагалось стать друг другу спиной и падать на руки того, кто сзади, с закрытыми глазами. Самое сложное было как раз закрыть глаза и довериться, не размышляя о том, а поймают ли, успеют ли подхватить. Из всей группы только одна девушка в итоге и решилась, а стоящий сзади парень её поймал. Вовремя.

В конце главы шла цитата профессора. «Если вы хотите, чтобы другие доверяли вам, вы должны чувствовать, что можете доверять им даже с закрытыми глазами. Даже когда падаете.»

Хёншик задумался. Вот он постоянно сомневается в Ён Хи, подозревает её. А каково ей? Она ведь наверняка тоже в нём не уверена и возможно тоже подозревает в чём-то. С другой стороны, она уже не раз его выручала без всяких просьб, просто потому что сама так решила. И в этих случаях нельзя сказать, что она желала провала их миссии, наоборот старалась сделать всё правильно. Не любя прикосновений, она позволяла себя обнимать, даже иногда сама льнула к нему, когда было нужно. Не стеснялась говорить при посторонних правильные слова, в целом к своей работе относилась ответственно.

Так почему он не может начать доверять ей? Почему всё ещё сомневается? Дело ли в её прошлом? Или в той тайне, о которой так настаивает Хан Бёль? Возможно, это как-то связано с нетактильностью Ён Хи? Или с её нелюбовью к выпивке? Она как-то упоминала, что однажды напилась и потом было сильное похмелье. В похмелье ли дело? Может это связано с тем папашей, который устроил ей травлю и заставил уволить из школы со скандалом? Может они вместе выпивали и случилось нечто стыдное для неё? То, что она позже отрицала.

Слишком много вопросов. Кажется им и правда стоит поговорить наедине, чтобы лучше понимать друг друга.

Поздно вечером, освободившись от съемок и репетиций, и с трудом добравшись домой по пробкам, Хёншик быстро обмылся в душе, надел удобную домашнюю одежду. Как показывала практика, откладывать серьезные разговоры было нельзя. Поэтому, не предупреждая, он отправился в квартиру Ён Хи. Девушка обычно работала допоздна. Они нередко сверяли графики через переписку и в 11 ночи и в полночь. Сейчас было как раз 11. Постучав в дверь и не дождавшись ответа, Хеншик всё-таки набрал её номер.

— Ён Хи, открой, надо поговорить.

Через минуту она открыла с веселой улыбкой, которая почти сразу погасла при виде его. В комнате слышался мужской голос и звон бутылки о стакан. Хёншик быстро вошёл, чтобы понять, с кем она проводит время. Неужели привела постороннего человека в эту квартиру? Она вообще думает головой?!

— О, привет, — поздоровался Тэгён. — А мы тут Рождество отмечаем.

— Вот как? — ответил Хёншик, зависнув от неожиданности.

— Смотри, какой красивый увлажнитель Тэгён мне подарил! — похвасталась Ён Хи, указывая на прибор в виде маленького настольного камина.

— Подарил? — уточнил актёр, пронизывая взглядом своего менеджера.

— Да. Ты ведь попросил меня этим заняться, а тут цена небольшая и я решил сделать этот подарок от себя. Ён Хи не возражала. Надеюсь, ты тоже не против. Тем более, не было указаний, что он должен быть куплен за твой счёт.

Короткая битва взглядов между ними закончилась капитуляцией Хёншика. Менеджер уже говорил, что будет аккуратно ухаживать за Ён Хи, чтобы добиться её расположение. И актёр на это согласился, даже сказал, что ему плевать. Почему же сейчас он так возмущен тем фактом, что они вдвоем пьют пиво дома у девушки? Да, всё выглядит прилично, оба одеты и никаких намеков на интим. Но что-то ему не нравится такое положение вещей. Не нравится, как Ён Хи улыбается Тэгёну, а ему совсем не улыбается. Хеншик снова напомнил себе, что отношения у них фиктивные, и он уже обещал девушку своему менеджеру, если тому удастся её очаровать. По окончанию их контракт, конечно. Что ж.

— Ты прав, указаний не было, я об этом не подумал. Хороший подарок. Надеюсь долго прослужит.

— Выпьешь с нами? — спросил Тэгён, но очевидно исключительно из вежливости. По лицу Ён Хи вообще было не понять, что думает на этот счёт, но к предложению она не присоединилась.

— Нет, я поговорить хотел, но это не срочно. Тем более, сегодня был насыщенный день, я очень устал. Пойду лучше спать. А вы отдыхайте. Ён Хи напомню, что послезавтра благотворительный вечер и мы идём туда как пара.

— Я помню, хорошо. Всё будет в лучшем виде.

— Договорились. Можешь не провожать, не хочу вам мешать.

Уходя из её квартиры, он бросил взгляд на парочку на диване и отметил, как легко и комфортно им в обществе друг друга. С ним Ён Хи всегда была напряжена, мало улыбалась. А с Тэгёном смеётся. Они ни разу вот так не смеялись вместе. Да и не выпивали, если не считать того вечера совместной готовки и вчерашнего ужина. Но оба раза им не было комфортно, всегда присутствовало напряжение. Тэгён не прикасался к ней, напротив, держал руки перед собой, может поэтому она чувствовала себя так спокойно с ним? Но как далеко у них зайдёт? Вряд ли сегодня, хотя кто знает… Впрочем, это тоже не его дело. И девушка эта не его.

💠

Каждый год Хёншик жертвовал часть своих доходов на благотворительность. В этом году он выписал крупный чек фонду помощи онкобольным женщинам для борьбы с раком груди. Обычно фонды устраивали ужины после крупных пожертвований. Такой ужин состоится за один день до календарного нового года.

Для вечера Хёншик надел классический смокинг с белой рубашкой. Ён Хи ездила к Хан Бёль, чтобы ей сделали сложную укладку под выбранный на сегодня наряд. Это было белое шёлковое платье в пол с одним разрезом спереди до середины бедра. Платье имело нестандартный покрой, рукава-накидки, частично открывавшие руки и плечи. При этом оставалось довольно скромным, полностью скрывая грудь. Оно подчёркивало силуэт, но не облегало всё тело. По бокам шли чёрные вставки, создававшие видимость очень тонкой талии, которые соединялись чёрным же поясом, тонкой линией спускавшимся к подолу. Из украшений на ней были лишь длинные висячие серьги и браслет. Для защиты от холода Ён Хи надела белую куртку до середины бедра.

Образ получился элегантным и соблазнительным. Её волосы были сложно сплетены на затылке и уложены через одно плечо таким образом, что казались вполовину короче чем на самом деле.

— Удачное платье. В меру скромное и элегантное, — прокомментировал Хёншик, когда они сдавали верхнюю одежду сотрудникам.

— Ну не знаю… Чувствую себя голой, — поёжилась Ён Хи.

— Но голой ты точно не выглядишь. Всё закрыто, ткань совсем не просвечивает. И соблюдено твое желание не носить брюки.

— Ты думаешь, я не понимаю, что это платье должно подчеркивать фигуру и делать образ сексуальным? Я ведь не дура, — прошипела девушка и тут же улыбнулась кому-то знакомому в зале.

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, где взяла все эти комплексы?

— Нет.

— Тогда расслабься и получай удовольствие от вечера. Платье отличное и ты в нем выглядишь именно так как должна выглядеть моя девушка.

Мужчина с улыбкой предложил ей согнутую в локте руку и как только Ён Хи положила на неё свою ладонь, сразу повёл в зал.

На вечере было немного его знакомых. С некоторыми Ён Хи уже встречалась и они узнали друг друга. В основном приятели актёра относились к ней с добротой и девушка платила им тем же. Такие мероприятия предполагали много бесед, совместных фотографий и фуршетов. Первые пару часов вечер проходил по плану. Хёншик красиво ухаживал за своей девушкой, постоянно держал за руку, приносил ей бокал белого сухого, про которое только они двое знали, что это яблочный сок. Она и сама не хотела отходить от него, чувствовала себя неуютно, если его не было рядом. Весь день Ён Хи одолевала непонятная тревожность.

Пока Хёншик общался с одной компанией, Ён Хи отошла к барной стойке, чтобы попросить воды. Сейчас его держал за руку именитый режиссёр, уговаривая снятся в своём будущем фильме, и актер не мог прервать этот разговор. В помещении было душно. Хорошо, что Хан Бёль настояла на этом тонком платье, а не на вязанном, которое выбрала Ён Хи. Иначе она бы сейчас уже растаяла.

— Неожиданная встреча, — прозвучал рядом до боли знакомый голос. Ён Хи даже поворачиваться не стала, сделала вид, что не услышала.

— Ли Ён Хи, я вообще-то к вам обращаюсь. Впрочем, как ты была грубой девкой так и осталась.

— Вы бы за собой следили, — процедила девушка сквозь зубы.

— Что ты здесь забыла?

— Как были грубияном без манер и воспитания, так и остались! — огрызнулась Ён Хи, стараясь не выдать своей неприязни и страха.

Хёншик издалека увидел, как Ён Хи разговаривает с невысоким толстым мужчиной. По её напряжённому лицу он понял, что что-то не так и эта встреча ей неприятна. Извинившись перед знакомыми, мужчина поспешил на выручку. Тем более свое согласие на новый фильм он уже дал.

— Дорогая? Не представишь нас? — его рука скользнула на её талию уже так привычно, что Ён Хи даже не вздрогнула. Впрочем, её спина была так напряжена, удивительно, что она вообще это почувствовала.

— Дорогая? — удивился толстяк.

— Мы с Ён Хи встречаемся. А вы, простите кто?

— Лишь старый знакомый, — неприятный тип расплылся в улыбке. Хёншику показалось, что он его где-то видел, но вспомнить никак не получалось.

— Надеюсь, достаточно неблизкий знакомый? — улыбнулся актёр, рассчитывая, что этот человек понимает намёки. Почему-то мужчина внушал ему недоверие.

— О, поверьте! Я не имею никаких видов на вашу… девушку, — последнее слово он практически выплюнул с презрением, огладив ее фигуру похотливым взглядом.

— Прости, мне нужно в уборную, — Ён Хи вымученно улыбнулась спутнику и скрылась за углом комнаты.

— Не стану обременять вас своим присутствием. Но будьте осторожны. Она очень коварна, — толстяк даже подмигнул, как бы намекая, в чём именно это коварство заключается.

Хёншик не понимал, что происходит, но ситуация складывалась странная. Такие вещи ни один воспитанный человек другому не скажет, даже из лучших побуждений. Поэтому он проследил взглядом за толстяком, который подошёл к компании, где его очевидно знали, затем выловил в толпе официанта и вдруг исчез из виду. Актёру что-то не давало покоя, поэтому он направился к туалетам. Стоило ему зайти за поворот, как он услышал, что хлопнула дверь в женский и почти сразу раздался сдавленный крик. Ринувшись туда, он рванул на себя ручку и увидел, как жирная мужская рука опустилась на ягодицу Ён Хи. Девушка тут же ответила пощёчиной, но толстяк схватил её за обе руки и стал прижимать к раковине.

Хёншик ворвался в туалет и с размаху вмазал наглецу в лицо кулаком.

— Ты что творишь?! — тут же завопил толстяк.

— Как смеешь прикасаться к моей девушке?!

— К этой шлюхе?! Да она сама меня сюда позвала! Она, знаешь ли, любит такие игры, типа в сопротивление, принуждение. Ну ты понимаешь. Наверняка же не раз с ней в это играл, раз трахаешь её.

— Подонок, — выдавила из себя Ён Хи, борясь с эмоциями.

— Что, правда глаза колет, детка? А раньше ты была сговорчивее. Правда одевалась похуже. Но нам ведь это не мешало, верно? — толстяк подмигнул вмиг побледневшей девушке. Её испуг казался искренним.

— Заткнись, — прошипел Хёншик, снова толкнув мужика рукой.

— Ой да ладно. Какой-то второсортный актёришка будет защищать отсутствующую честь шалавы? — громко заявил мужик и противно захихикал.

Хёншик сделал шаг вперёд и снова замахнулся.

— Не надо! — всхлипнула Ён Хи, ухватив его за руку. — Он этого и добивается. Специально тебя провоцирует и шумит, если ударишь, он закричит, чтобы как можно больше людей услышало и пришло сюда.

— А тебе ведь это нравится, да, училка? Когда подсматривают. Нравится же.

— Ублюдок. Каким был, таким и остался, — прошептала Ён Хи, глотая слёзы.

Хёншик решительно сбросил её руку, подошёл к толстяку и с одного удара уложил его в нокаут.

— Ты ведь не убил его?! — воскликнула девушка.

— Не переживай. Драться я учился. Нам лучше уйти, пока никто не увидел. А ему лучше в это время молчать. Согласна?

Она только кивнула.

— Вытри слёзы, а лучше умойся, и постарайся выглядеть спокойной. У нас всего пара минут до того, как он придёт в себя.

Ён Хи сделала, как он сказал, восстановила дыхание и, когда он протянул раскрытую ладонь, ухватилась за неё своей. Хёншик неторопливо повёл её через полный зал, попутно объясняя знакомым, что Ён Хи плохо себя чувствует, поэтому им пора уходить. Когда они уже выходили на улицу, со стороны туалетов послышался крик и началась суета. Не дожидаясь развития событий, пара быстро скрылась в машине. Хёншик решил вести сам. Дже Ук куда-то как назло запропастился и ждать его не было смысла. Всю недолгую дорогу Ён Хи молча вытирала непослушные слёзы, тихо всхлипывая.

Когда дверь её квартиры захлопнулась, девушка раздражённо швырнула на диван небольшой клатч и закрыла руками лицо.

— Кто это был? — как можно спокойнее спросил Хёншик. Он видел, что Ён Хи на грани и вот-вот взорвётся.

— Тот, кто испортил мне жизнь.

— Отец-депутат?

— Да.

— Вот почему его лицо мне показалось знакомым.

Она не ответила, лишь нервно мерила шагами комнату.

— Тебе лучше уйти, — сказала Ён Хи после долгой паузы.

— Нам надо поговорить об этом.

— О чём? О том, как меня снова унизили и возвели очередную напраслину? Ты ещё скажи, что поверил ему.

— Я не знаю, о чём вы говорили, а ты отказываешься рассказать свою версию. Так что я не знаю, что думать.

— Ты ведь сразу меня виноватой счёл. Как только узнал, какие у меня проблемы. Помнишь, что ты мне тогда сказал?

— Сказал, что не думаю, что ты так уж невинна.

— Вот. Тоже самое подумали и другие, в основном мужчины, когда этот человек погубил мою репутацию. Меня вообще никто не слушал! Все поверили ему из-за этой дурацкой мужской солидарности!

— Как бы ни было, он сегодня поступил отвратительно, за что и поплатился.

— Он обязательно раздует из этого скандал, запомни. Уже завтра все таблоиды будут знать, как известный актёр до смерти избил несчастного мужчину, которого обманула женщина.

— Зачем ты так драматизируешь?! Никто ему не поверит и доказательств у него никаких!

— Драматизирую?! Да ты… что ты вообще понимаешь?! Думаешь, твои проблемы серьёзнее? Обвинили в связи с мужчинами? Плохо, но не смертельно. Ты хоть знаешь, в чём обвинил меня этот… этот… Ты понятия не имеешь! В официальные статьи это не пошло, но когда собрали педсовет, он во всеуслышание заявлял, что я спала с отцами своих учеников! Чуть ли не со всеми! И жаловался, что его я тоже соблазнила и обманула, да ещё и деньги выпрашивала! Думаешь это страшно? Да по сравнению со вторым обвинением — ерунда. Он говорил им, что я растлеваю своих малолетних учеников! Я?! Ты хоть понимаешь, что будет, если этот подонок решит довести дело до суда?! Меня не то, что посадят, меня растерзают за такое! И никакие оправдания не помогут. Как ему вообще в голову это пришло?! Как можно такое думать о детях?! Могла я о таком рассказывать, как считаешь?! Другие учителя уговорили его молчать, но только на время. И в этот же день меня уволили и велели на километр к школе не подходить. То есть ему поверили просто так, потому что он мужчина и депутат! А меня даже слушать не стали, слова не дали сказать в свое оправдание!

Ён Хи трясло от несдерживаемой истерики, руки у неё дрожали, по лицу текли крупные слёзы.

Хёншик не особенно знал, что в таких случаях делать, но помнил совет мамы: если девушка плачет — обнимай пока не успокоится. Он пошел к ней навстречу, но Ён Хи выставила вперёд руки и замахала ими:

— Не смей меня жалеть! Только хуже сделаешь! Не подходи! Мерзавец! Ты ничем не лучше их всех! Такой же как этот…

Хёншик всё-таки преодолел её сопротивление, схватил девушку в объятья и удерживал её, пока она колотила его по груди и пыталась вырваться. Ён Хи довольно долго рыдала и вздрагивала, так что скоро его пиджак и рубашка промокли насквозь от её слёз.

— Чшшш, тихо, тихо, — приговаривал мужчина, крепко держа её и слегка покачиваясь. Когда она немного успокоилась, Хёншик усадил её на диван и принёс стакан воды с кухни.

— Теперь можешь говорить?

Она кивнула.

— Я ни в чём тебя не виню. Но у меня действительно не было всей этой информации. Ты ничего не рассказывала, откуда мне было знать? Чего он хотел сегодня?

— Поиздеваться. Оскорбить. Устроить новый скандал. Не знаю.

Она опять начала всхлипывать, плечи затряслись и Хёншик снова притянул её в объятья, поглаживая по спине. Сейчас, когда её руки лежали на коленях, сжимая мокрую салфетку, он обратил внимание, что на запястьях, в тех местах, где толстяк её удерживал, проступили синяки. Стала бы она так сильно сопротивляться, если бы хотела всего того, о чём этот мужик говорил? Верилось с трудом. Да и истерика у неё была настоящая. Не каждая актриса сумела бы такую сыграть, а Ён Хи далеко не актриса.

Скоро рыдания утихли, она замерла, и на секунду он даже испугался, пока не выяснил, что она просто уснула. Мужчина осторожно прикоснулся к синякам на запястьях, Ён Хи вздрогнула и поморщилась во сне. Значит больно. Подняв девушку на руки, актёр отнёс её в спальню, уложил на постель и укрыл одеялом. Надо же, совсем лёгкая, и такая худая. А ведь не сказать, что она морит себя голодом или сидит на диетах.

То, что она рассказала сегодня в порыве эмоций было куда серьезнее, чем он предполагал. А учитывая, каких пошлых гадостей наговорил этот депутат вечером, у Хёншика не было причин сомневаться, что и год назад он легко мог болтать подобное. Видимо у человека очень извращенная фантазия. Хёншик не поверил в его слова.

Вспомнилась цитата, прочитанная на днях. «Если вы хотите, чтобы другие доверяли вам, вы должны чувствовать, что можете доверять им даже с закрытыми глазами. Даже когда падаете.»

Достав из кармана телефон, он набирал сообщение менеджеру:

«Тэгён разузнай побыстрее всё возможное о мудаке, испортившем карьеру Ён Хи».

«Что за срочность?»

«Столкнулись с ним сегодня. Он оскорбил её. А я ему врезал. Завтра будут проблемы со СМИ. Надо бы подготовиться. И узнай сколько этот депутат внёс на благотворительность. Что-то мне подсказывает, что сумма там смехотворная.»

«Вот ты… как обычно, блин. На ночь глядя»

Хёншик отложил телефон. Тэгён знает, что делать и ответа ему не нужно. Перед уходом он заглянул в спальню. Девушка вздрагивала во сне, снова сморщилась, всхлипнула. Ей лучше поспать. Закрыв квартиру, он отправился к себе, размышляя над случившимся, словами толстяка и реакцией Ён Хи. Всё её поведение и вид сегодня говорили о том, что ей страшно и противно. Всегда уравновешенная и терпеливая, этим вечером она выглядела сломанной куклой. Учитывая настойчивость депутата и красноречивость его вранья, Хёншик больше не сомневался, что и в прошлом тоже было только враньё. Но он недостаточно знает, чтобы в этом убедиться. Ничего, Тэгён накопает необходимую информацию, подключит нужных людей и они всё выяснят.