Глава 20.

Сука!

Алиса эта, моя жизнь, отношение Любы ко мне и все планы на будущее – абсолютно все можно охарактеризовать этим словом.

Я должен что-то придумать, чтобы выбраться из всего дерьма. Но пока в голове неясный раздражающий шум от навалившихся проблем, и он не дает мыслить здраво.

- Ваш кофе. – улыбается премилая девчушка с бейджем и передает именной стаканчик.

- Благодарю.

Выхожу из кафе и подношу стаканчик к губам – крепкий кофейный напиток обжигает рот.

- Чтоб тебя… - морщусь от неприятных ощущений и останавливаюсь на секунду.

Здание офиса маячит серым пятном перед глазами и заставляет тяжело вздохнуть. В его стенах находиться та, которая больше жизни ненавидит меня и причиняет невероятную боль тем самым.

И больше всего бесит, что я не причастен к тем гнусным делам, которые по незнанию понавесила на меня Люба.

Эта женщина думает, что я трахнул ее, зная о том, что являюсь отцом ребенка ее дочери… Боже мой… На ее месте я бы пристрелил меня, но по итогу обошелся простой пощёчиной и презренным взглядом.

И как она кричала, собственными глазами видел, как ей было больно… И я бы все отдал, чтобы рассказать ей правду от и до. Но сейчас уже дело не в правде, а в том, поверит ли эта женщина мне? Способна ли вообще?

Алиса – маленькая дрянь, и сейчас на ее стороне все тузы. Я ее парень? Да. Именно так я представился перед Любой. Для чего? Чтобы испортить впечатление. Вот была моя главная задача.

Я испортил. Как парень дочери, я был невыносим и противен, папенькин сынок, заглядывался на других, говорил о свободных отношениях и даже посматривал на мать… В последнем пункте произошел сбой. Ведь это было совсем незапланированно.

И Алиса не в курсе, что я имею виды на ее мать. Да я и сам не понял, когда неконтролируемо начал пялиться и хотеть Любу. А как ее не хотеть, объясните? В свои тридцать шесть она охренительно выглядит – точенная фигура с аппетитными формами, шикарная шевелюра волос, которые любит прятать в строгий пучок и эти сексуальные пухлые губы, которые каждое утро тщательно промазывает красной помадой.

Всегда шпилька, если платья, то идеально сидящие по фигуре и акцентирующие внимание на выгодных женских местах. А как маячит ее зад, когда идет от бедра по коридору… туда-сюда, туда-сюда. Как тут вообще можно работать?

Нееет, Алиса и рядом не стоит рядом со своей матерью.

На корпоративе я позволил себе снять все видимые и невидимые рамки между нами. Потому что был уверен, что на следующий день Алиса все расскажет Любе! Она должна была, пообещала…

Вспоминаю скорченную лицо Алисы и ее последние угрожающие слова, и закипаю изнутри. Сучка!

И Люба поверит Алисе! Меня она даже слушать не станет. Родная дочь или залетный любовничек, который хочет трахнуть все что движется? Именно так обо мне думает Люба… По-моему, тут все очевидно.

Надо копнуть глубже, найти и вырвать корень зла… Дело и сама проблема ведь началась не с Алисы.

- Артур… Пс! – кто-то окликнул меня пока шел по этажу, копаясь в своих мыслях.

Я оглянулся и увидел Карину, которая жестом подозвала к себе.

- Привет, что такое? – подошел к секретарше с интригующим взглядом.

Карина продолжала шепотом:

- Говорят, Любовь Сергеевна решила уволиться после стольких лет работы… Ты не в курсе?

- Чего? – ее слова, как треск разбившегося стекла.

Карина прицокнула и закатила глаза.

- Все понятно. Из тебя ничего не вытянешь. – она отмахнулась на меня листами бумаги, выпроваживая.

- Хватит собирать сплетни, Карина. – укорил строгим взглядом, а у самого по венам растеклась паника. – Она здесь?

- Ну да… Вроде у себя была.

Я на всех парах помчался к кабинету Любы. Что за глупости влезли тараканами в ее голову. Уволиться? Из-за меня? Не позволю.

Без стука врываюсь в кабинет, но никого не обнаруживаю.

Где она может быть? Неужели уже у Борис Борисыча? Надеюсь, мой дядя не дурак, и не даст просто так уйти ценным кадрам. Хотя после последнего нашего разговора с ним, сложилось впечатление, что Любу он жестко недооценивает.

Я не иду, а бегу на этаж выше, где сидит Львов.

Так есть. Она тут. Люба стоит пред кабинетом Борисыча и теребит в руках листок. Наверно, заявление на увольнение. Ее губы нервно подрагивают и сминаются… Словно шепчет что-то себе под нос. Репетирует прощальную речь для босса?

- Люба… Любовь Сергеевна. – прокашливаюсь я, и подхожу к ней близко, чтобы разговор был слышен только нам двоим.

Она отстраняется от меня и уводит взгляд.

Я насильно поворачиваю ее к себе, чтобы заглянуть в синюю пучину красивых глаз, в которых плещется отчаяние, обида и презрение ко мне.

- Убери свои руки. – шипит она и вырывается из моих рук. - Я не разрешаю тебе притрагиваться ко мне.

- То есть нашла выход и решила уволиться, да? – еле сдерживаю эмоциональную агонию.

- Не могу тебя видеть больше. – морщиться она и отворачивается, смахивая слезу. – Уйди, Артур, я все решила.

- Именно, Люба. Именно это я и сделаю. Не хочешь видеть меня? Тогда уйду я.

С этими словами, я решительно дернул за ручку кабинета, чтобы войти и написать заявление. Но дверь оказалась заперта.

Сзади послышался Любин смешок.

- Уволишься? Как же агентство лишиться такого золотого сотрудника… - язвительно заявляет она.

- Именно такой сотрудник стоит передо мной, и если причина только во мне, то я не позволю этому случиться.

- Хм, не строй из себя благородного принца… Тебе совсем не к лицу. – фыркает она.

Презрение в словах так и сквозит. Не заслуживаю я этого… И желание справедливости так и вырывается наружу.

- Знаем про ваши сказки про принцев… - вспоминаю слова Алисы. – Но в жизни, Люба может быть не все так однобоко и однотипно.

- Что… - она озадаченно хлопает ресницами.

- Иногда нужно все перевернуть все с ног на голову, чтобы понять, что есть что. И кто есть кто…

- Да, ты мастак в этом деле… - усмехается она, потому что понимает мои слова под своим углом. – Как только появился в нашей жизни, все перевернул с ног на голову.

Я звучно испустил воздух…Это же каламбур какой-то. Причем не смешной, а вызывающий слезы.

- Решил уволиться, значит… - Люба востро взглянула на меня. – А будущую семью кто будет обеспечивать? Или решил ребенка бросить?

Просто удар под дых. Я сжал кулаки, сдерживая переполняющую меня злость. Все не так и не туда… Черт подери!

- СВОЕГО ребенка я никогда не брошу. – твердо заявляю я, акцентируя первое слово.

- Ах, ну да… Ты же папенькин сыночек. Денег куры не клюют, можно не работать. – начинает специально укалывать она меня.

Жестко. Несправедливо. Но я терплю… Пока терплю.

- Если бы можно было не работать, я бы не работал. – выдавливаю я и стреляю сердитым взглядом в Любу.

Эта женщина намерена вывести меня из себя? Пока у нее не плохо получается.

- Ты не уточнил, на ком работать, а? Сразу залезть на начальницу, чтобы укоротить путь к мягкому креслу? Это твои методы, Артур?

А вот это совсем зря. Она первая бросила вызов. Я не хотел отвечать, но она сама вынудила.

- Прошу заметить, что начальница была совсем не против того, чтобы на ней поработали… Даже несмотря на то, что это парень ее дочери.

Обезоруженная, Люба оскорбленная ахнула. Ее растерянные глаза забегали по моему лицу, которое уже изображало сожаление… Но было слишком поздно. Она занесла руку наверх, чтобы зарядить пощечину, но я остановил ее.

- Хватит уже, Люба. – раздраженно пыхчу в ее заалевшее лицо. - Остынь и не делай глупостей!

Я одернул ее руку, и та обреченно плашмя ударилась о бедро хозяйки. Ее плечи затряслись, а губы задрожали в попытке ответить.

- Люба…

- Глупости… Самую главную ошибку я совершила, когда увидела тебя и позволила остаться рядом!

- То есть я ошибка?

- Да. Грубая и неисправимая.

- Понял. – гнев ударил по вискам и начал барабанить с неимоверной силой и скоростью. – Я понял тебя, Люба.

Не в силах больше адекватно разговаривать с неадекватной женщиной, я пошел прочь.

Больно. В груди. Острее ножа, ее слова ворвались в мягкую плоть и ожесточенно раскромсали ее в клочья.

Как успокоить эту боль? Чем залечить раны?

Я должен искоренить корень зла. Вырвать его и заставить пожалеть. Я найду этого гада Костю и вытрясу из него его подлую душонку. Из-за него началась вся эта заварушка, значит, ему и отвечать.

Загрузка...