Секс-гостеприимство

Секс по принуждению

Я испуганно оборачиваюсь и вижу плотоядные взгляды мужчин. Они направляются ко мне, одновременно расстегивая и снимая черные брюки. Один из них кидает меня на постель и ложится сверху, лапая мое тело своими руками.

Он бесцеремонно сдавливает мою грудь, кусает меня за кожу на спине, а потом раздвигает мои ягодицы и силой входит в мой анус. Я кричу от неожиданности, но тут же мой рот затыкает член другого охранника.

Я непроизвольно хватаю его и начинаю сосать, пока он двигается, погружая свой член глубже и глубже в мое горло. Из моих глаз текут слезы, но я снова и снова принимаю их члены: один в рот, а второй — в зад.

Чьи-то руки переворачивают меня на спину, и тут же член вылетает из меня. Надо мной склоняется лицо третьего охранника, который лыбится и машет своим стоящим членом. Я пытаюсь вытереть рукой слезы, текущие по щекам, но властные мужские руки отодвигают их, и я получаю пощечину, от которой на время темнеет в глазах.

Мои ноги раздвигают, и в меня входят сразу два члена, которые двигаются каждый со своим ритмом, от которого мое тело вздрагивает. Тот охранник, которому я делала минет, снова впихивает мне в рот свой твердый член, и я снова беру его, захлебываясь собственной слюной и пытаясь не задохнуться, потому что мое лицо кто-то хватает руками, а кто-то бьет по щекам.

Мужские руки ползают по моему телу, грубо хватая то за грудь, то за живот, два члена со свистом трахают меня, а я не могу выдавить ни звука, потому что мне в горло упирается третий член.

Наконец, тот, которому я делала минет, выдергивает свой член из моего рта и начинает поливать меня спермой, которая летит мне в глаза и рот. Я начиная сглатывать, кашляю и слышу жуткий мужской смех, а потом снова кто-то шлепает меня по щекам.

Едва отдышавшись от спермы, попавшей мне в горло, я получаю в рот следующий член, который выскользнул из моей вагины и теперь тычется мне в горло.

— Соси, шлюха! — выкрикивает один из охранников, член которого погрузился ко мне в рот. — Делай это так, как будто никому и никогда так не отсасывала!

Я сосу его член, он грубо втыкает его мне то в горло, то в щеку, при этом придерживает меня за волосы, больно дергая за них. Теперь он кончает мне в рот, даже не вынув из него член, и я задыхаюсь от спермы, которая сильнейшим потоком врывается мне в горло.

Снова слышу смех, теперь смеются двое, кроме того, который продолжает трахать меня в вагину и при этом часто дышит и что-то тихо говорит сам себе. Через несколько секунд и он кончает в меня, поток спермы горячей струей ударяется мне в низ живота, заставляя вздрагивать от резких толчков струи.

Все трое довольно ухмыляются, кто-то из них гладит меня по лицу, другой дает пощечину, а третий успевают засунуть палец мне во влагалище и долго роется в нем, дроча свой член.

— Я хочу еще, — говорит тот, что лапает меня между ног, и я слышу согласие Азата, который, судя по всему, беспристрастно наблюдает за всем происходящим.

— Зови следующих, — слышу я голос Азата и понимаю, что это еще только начало, — а ты можешь трахать ее дальше.

Радостный охранник, который получает разрешение на еще один половой акт, раздвигает мои ноги и долго рассматривает мою промежность. Я смотрю ему в лицо и вижу довольное выражение, как будто он ребенок, который только что увидел интересную игрушку.

Правой рукой он гладит свой снова вставший член, готовясь вставить его в меня. Я слышу, как дверь в спальню распахивается, входит кто-то еще, но я не вижу ни количество людей, ни их лица. Глаза щиплет от попавшей в них спермы, а горло болит от ударов членом.

— Трахайте эту дрянь, — командует Азат, и тот, который изучал мою вагину, тут же врывается в меня, широко разведя мои ноги и стараясь получить максимум удовольствия.

Я отворачиваюсь от него, а он стонет и часто дышит, лапая меня своими руками. Потом он резко переворачивает меня на живот и медленно вводит свой член в мой анус. Я закрываю глаза, снова стараясь представить, что это не я, а кто-то другой испытывает все то, что происходит с моим телом, я просто боюсь сойти с ума, ощущая всю грязь, которой покрывается мое тело вместе со спермой этих незнакомых мне мужчин.

Повернув голову, я вижу мужские обнаженные ноги и руку, которая мастурбирует член, готовя его к соитию со мной. Тот охранник, который трахает меня уже на протяжении долгого времени, стремясь к очередному оргазму, вытаскивает свой член и поливает спермой мою спину и ягодицы. Теплая жидкость, тут же превращающаяся из вязкой в водянистую, стекает по бокам на кровать.

— Переверни ее, — слышу я голос Азата, я хочу, чтобы она смотрела вам в лицо, когда вы трахаете ее.

И снова меня переворачивают на спину, как будто я отбивная, которую жарят на сковородке. Надо мной нависает очередной мужское тело, и я с ужасом осознаю, что это Андрей. Он испуганно смотрит на меня, а его член непроизвольно входит в меня, без осознания того, кто под ним находится.

— Это ты? — почти беззвучно спрашиваю я, и он накрывает мой рот поцелуем, чтобы я замолчала.

— Убери свой рот от нее! — рявкает Азат. — Она глотала члены и сперму, ее губы — это помойка, не смей в нее лезть!

Андрей отрывается от меня, а его движения становятся медленными, и я понимаю, что возбуждение покидает его. Его член внутри меня становится мягким, а на лице написана смесь жалости и отвращения. Такие же чувства испытываю и я сама, понимая, что мой любимый человек — это один из охранников Азата, который периодически участвует в таких «мероприятиях».

Я отворачиваюсь от Андрея, не понимая, что я чувствую. Мне противно за себя и за него, а особенно мне противно осознавать, что все мои мечты и надежды так и остались засыпанными грязью и дерьмом, которое сейчас происходит.

— Смотри ему в лицо! — кричит Азат, и голос его нервный и напряженный.

Я машинально поворачиваю голову и упираюсь взглядом в лицо Андрея. Он елозит во мне, но при этом я понимаю, что ни он, ни я не испытываем при этом никаких физических ощущений, кроме глупых движений его упавшего члена.

Андрей делает вид, что кончает и отстраняется от меня, а я остаюсь лежать в ожидании следующего претендента на секс. После того, как Андрей отходит от меня, я уже не могу отвести взгляда от его фигуры, которая судорожно одевается и, с разрешения Азата, покидает спальню. Меня снова трахают двое новых охранников, анально и вагинально, а не чувствую ничего, кроме глубокой пустоты где-то внутри себя.

Когда все заканчивается, и я лежу в луже спермы и прочих мужских выделений, уставшая и обессиленная, ко мне подходит Азат. Он смотрит на меня с презрением и усмешкой:

— Натрахалась?

Я ничего ему не отвечаю, поэтому он повторяет свой вопрос на более повышенных тонах.

Я поворачиваю к нему лицо, по которому стекают слезы обиды и отвращения и молча киваю.

— Я не слышу ответа! — голос Азата повышается, но он все еще стоит поодаль от меня и не прикасается ко мне, как будто я прокаженная.

— Да, я натрахалась, — отвечаю я, и из моего горла рвутся рыдания.

— Так тебе и надо, шлюха! Собирайся и выматывайся отсюда. Ненавижу тебя, грязная, подлая тварь, которая за деньги делает вид, что любит и хочет. Пошла ты в задницу!

Он кидает мне в лицо мое платье и резко выходит из комнаты, а я уже не могу остановить рыдания, рвущиеся из меня и содрогающие все мое тело. Я дрожу, вытирая лицо и все тело своим дорогущим платьем, перед моими глазами стоит искривленное от отвращения лицо Андрея.

Еле встав с кровати и ощущая во всем теле боль, я иду в ванную, чтобы умыться. Потом я одеваюсь и также медленно выхожу из спальни. Меня тут же нагоняет один из охранников, который дважды отымел меня.

— Иди рядом со мной! — приказным голосом говорит мне он и резко хватает за локоть.

Я пытаюсь выдернуть свою руку, но он резко вдавливает меня в стену и, раздвинув ноги и отодвинув ткань трусиков, нагло шарит между ног пальцами. Я с ненавистью смотрю ему в лицо, но он не сдерживает себя и, насильно пришпилив меня к стене, снимает ремень, достает член и засовывает его в меня в третий раз.

Он долго и нежно трахает меня, прижав к стене и целуя в шею, щеки и губы, я чувствую запах пота, которым разит от него, но он все больше и больше увлекается процессом.

— Шлюха, дрянь, грязная девка, — бормочет он, двигая бедрами и доставляя мне все большую и большую боль.

Я не смотрю ему в лицо и старательно избегаю его поцелуев, но его губы снова и снова касаются моей кожи на шее и лице. Он кончает в меня и резко отходит, и я едва не падаю на пол. Застегнув штаны, он хватает меня за руку и толкает в сторону лестницы. Несколько раз он пихает меня в спину, и я, держась за перила, чуть не качусь вниз, потому что все перед глазами плывет, а толчки в спину довольно сильные и болезненные.

— Шевели своей задницей! — грубо говорит он и снова толкает меня.

Возле выхода меня ждет машина и, отъезжая, я вижу в окне довольное лицо Азата. Он приподнимает руку и машет мне на прощание. Я смотрю на него невидящим взглядом и думаю о том, как сдержать себя и не натворить глупостей, настолько сильно я ненавижу саму себя и свою никчемную жизнь.