Просто друзья... или нет?

Пролог

Я вижу его на ступеньках, и мои пальцы на руках начинают мелко подрагивать, словно электрический ток пробегает по венам. Его пронзительный взгляд, эти глаза цвета грозового неба, приковывают меня к месту, не давая пошевелиться. Сердце колотится в груди, как пойманная птица, а в голове вихрем кружатся воспоминания о тех моментах, когда я позволяла себе утонуть в этом взгляде. Но я не могу, не сейчас. Собираю всю волю в кулак, срываюсь с места и трусливо, как загнанный зверёк, направляюсь в сторону дома, стараясь не смотреть назад.

– Саша! – кричит он вслед, и его голос эхом отзывается в моей душе, полный отчаяния и гнева.

Я не останавливаюсь, продолжаю почти бегом идти вперёд, чувствуя, как ноги подкашиваются от напряжения. В уголках глаз уже собирается предательская влага, слезы, которые я так стараюсь сдержать. Знаю, что долго не смогу избегать его – он всегда находит способ пробраться в мою жизнь, в мои мысли. Но сейчас я ещё не готова столкнуться с тем хаосом чувств, который он во мне вызывает. Я боюсь, что если остановлюсь, то потеряю себя окончательно.

– Саша, стой, мать твою! – опять кричит он, и в его тоне сквозит ярость, смешанная с мольбой.

Я ускоряю шаг, почти переходя на бег, ветер хлещет по лицу, а в ушах стучит пульс. Дохожу до своей комнаты, и только касаюсь ручки, собираясь открыть дверь, как вдруг чувствую сильную руку, сжимающую мой локоть, словно железные тиски. Боль пронзает кожу, но это ничто по сравнению с тем, что творится внутри меня.

Догнал. Не успела. Моё сердце пропускает удар, а дыхание становится прерывистым.

Он резко поворачивает меня к себе лицом, придавливает к холодной стене, которая обжигает спину сквозь тонкую ткань одежды. Смотрит гневными глазами, шумно дышит, ноздри раздуваются, как у разъярённого зверя, который наконец поймал свою добычу и сейчас готов разорвать её на куски. Его грудь вздымается, а от близости его тела исходит жар, который проникает в меня, заставляя кожу гореть.

– Хватит! – рычит он мне в лицо, его дыхание обдаёт щеку горячим воздухом. – Зачем ты ведёшь себя как ребёнок? – наклоняется ещё ближе, позволяя мне вдохнуть его любимый запах: смесь сигарет, свежего ветра и той мускусной ноты, которая всегда сводила меня с ума.

Этот аромат будит во мне воспоминания о ночах, проведённых в его объятиях, о тех моментах, когда мир сжимался до размеров нашей постели. Но сейчас он только усиливает мою внутреннюю бурю – смесь желания и страха.

– Чего ты хочешь, Дим? – дрогнувшим голосом спрашиваю я, стараясь не показать, как дрожит все внутри.

– М-м-м, – мычит он, усиливая хватку на моем локте, и боль смешивается с возбуждением, которое я пытаюсь подавить.

– Скажи мне, чего ты от меня хочешь? – по щекам уже бегут слезы, горячие и солёные, а губы я кусаю в кровь, чтобы не закричать от отчаяния.

– Тебя! – без раздумий говорит он, его голос хриплый, полный первобытной страсти.

– Меня? – я истерически смеюсь, но в этом смехе больше боли, чем веселья. – Конечно, Саша всегда готова, как только Котов щёлкнет пальцами, да? – смотрю на него с вызовом, пытаясь защитить себя этой колкостью, хотя внутри все разрывается.

– Ты что несёшь? – прищуривается он, и в его глазах мелькает обида, смешанная с гневом.

– Правду несу, – кричу сквозь рыдания, голос срывается, а слезы текут рекой, размывая мир вокруг.

Он меня отпускает, делает шаг назад и смотрит так, будто я его по лицу ударила. Его плечи опускаются, а на лице появляется выражение, которое я редко видела – уязвимость, скрытая за маской уверенности.

– Вот как ты обо мне думаешь? – горько усмехается он, и в этой усмешке столько боли, что моё сердце сжимается ещё сильнее.

– А что, давал другие поводы? Или, кроме как трахнуть меня, хотел когда-то что-нибудь ещё? – вытираю слезы рукавом и опускаю голову, не в силах выдержать его взгляд. Воспоминания о наших встречах накатывают волной: быстрые, страстные, но всегда без обещаний, без будущего. Только тела, сплетённые в жаре ночи, и пустота наутро.

– Да! Да, блять! Хотел! – он начинает орать, его голос эхом разносится по коридору. – Всегда хотел, – чуть тише добавляет, и в его тоне проскальзывает нотка отчаяния, которая трогает что-то глубоко внутри меня.

– Что? – смотрю на него, и в моих глазах мелькает надежда, смешанная со страхом. – Хотя нет, я не хочу этого знать, – поднимаю руку вверх, заслоняясь от него, как от удара. – Пожалуйста, давай не будем…

– Не будем что? – нервно прерывает он, делая шаг ко мне, его глаза горят, а тело напряжено, как струна.

– Ничего! – кричу я, голос дрожит от эмоций. – Ничего больше не будем, – выдыхаю, чувствуя, как воздух выходит из лёгких с хрипом. – Тот поцелуй был… ошибкой, – сердце сжимается на последнем слове, словно в тисках, и я еле сдерживаю новый поток слез. Тот поцелуй, который случился в порыве, под дождём, когда мир вокруг исчез, и остались только мы. Но теперь он кажется предательством самой себя.

– Ошибкой? – уточняет он и сводит брови к переносице, его лицо искажается от боли и непонимания.

– Да, – уверенно отвечаю, хотя внутри все кричит обратное. – Ошибкой, минутной слабостью, помутнением, называй как хочешь… – Мои слова звучат фальшиво даже для меня, но я цепляюсь за них, как за спасательный круг.

– Я не собираюсь никак его называть, – он подходит вплотную, прижимает меня к стене, его тело плотно прилегает к моему, и я чувствую каждую мышцу, каждое биение его сердца.

Впивается мне в губы с такой силой, что я на миг теряю дыхание. Я отталкиваю его, руки упираются в его грудь, но он не сдаётся, берет мои запястья и поднимает их над головой, держит стальной хваткой, которая одновременно пугает и возбуждает. Второй рукой залезает мне под футболку, обжигает кожу ладонью, и от его прикосновений я начинаю дрожать всем телом. Волны жара расходятся от его пальцев, заставляя кожу покрыться мурашками, а дыхание стать прерывистым.

– Не надо, Дим, – еле говорю я, несмотря на реакцию предательского тела, которое уже тает под его руками.

Соски затвердели и ноют, требуя ласки, между ног зудит нестерпимо, низ живота скручивает тугим узлом желания. Я борюсь с собой, но каждый его касание подрывает мою решимость, будит воспоминания о том, как он доводил меня до безумия одним лишь взглядом.

– Надо, нам обоим это надо, Саша! – хрипит он мне в шею, его губы касаются чувствительной кожи, посылая импульсы удовольствия по всему телу.

А я не могу. Не могу противостоять этим чувствам, которые накапливались месяцами, годами. Я жажду его ласки, его поцелуев, его всего – каждой клеточкой тела, каждой мыслью. Не могу и не хочу сопротивляться, потому что без него я чувствую себя пустой, неполной. Это как наркотик, от которого невозможно отказаться.

Он отпускает мои руки, и я тут же обхватываю его шею, прижимаясь ближе, вдыхая его запах. Дима подхватывает меня под попу, поднимает на свои бедра, и я обнимаю его талию ногами, жадно отвечая на поцелуй. Его губы солёные от моих слез, но это только усиливает страсть. Он поворачивает ручку и ногой толкает дверь в мою комнату. Заходит внутрь, не отрываясь от моих губ, медленно опускает меня на кровать, раздвигает мои ноги коленом и вклинивается между ними, его вес приятной тяжестью придавливает меня к матрасу.

Придавливает всем своим весом и продолжает терзать мои губы, углубляя поцелуй, исследуя языком каждый уголок. Дыхание учащается, сердце, кажется, выпрыгнет из груди, стуча в унисон с его. Тянусь к нему, требуя его ближе, больше, царапаю спину под рубашкой. Хочу, чтоб он заполнил меня своим естеством, чтобы мы слились в одно целое. Хочу чувствовать, как сильно он меня хочет, как его тело реагирует на моё. Хочу голос сорвать, крича от удовольствия, которое только он может мне подарить – то, что никто другой не смог повторить.

Окунуться в пучину страсти, где нет места сомнениям. В эпицентр похоти и порока, где правила мира перестают существовать. Не думать о последствиях, о том, что будет завтра, когда рассвет разлучит нас снова. Остановить время и прожить этот миг. С ним. Только с ним! В этой комнате, пропитанной ароматом наших тел, под приглушенным светом лампы, которая отбрасывает тени на стены, словно свидетели нашей запретной любви.

Чувствую, как его распирает, как в мои мокрые трусики упирается его твёрдый член, пульсирующий от желания. Как он сжимает до боли кожу на моей талии, оставляя следы, которые завтра напомнят о этой ночи. Как прерывисто дышит, его грудь вздымается против моей. Целует нежную кожу на шее, спускаясь ниже, кусает мочку уха, вызывая мурашки по всему телу, от макушки до кончиков пальцев ног.

Дима поднимает мою футболку, оголяя грудь с торчащими сосками, которые уже болят от возбуждения. Припадает губами к ним, посасывая и покусывая, вырывая из меня глухой стон, который эхом отзывается в комнате. Прикрываю глаза, не веря, что это происходит на самом деле. Что мы на самом деле сделаем это прямо сейчас, здесь, в моей постели, где я столько ночей мечтала о нем. Что опять переступим порог и пройдём через дверь порока, от которого не будет спасения, – дверь, за которой ждёт либо рай, либо ад, но точно не равнодушие. Мои мысли кружатся в вихре, тело извивается под ним, и я сдаюсь полностью, позволяя страсти поглотить нас обоих.