Семья из прошлого

Глава 4

— Что? Куда?!

— В северную столицу. Я сейчас обитаю в основном там. Отличный город для моей работы и жизни в целом.

Керн, кажется, говорил о главной столице страны… Мм, да неважно! Сейчас мне нужно подумать о другом.

— Я рада за тебя, Святослав, — в мой голос возвращается твердость, — но причем тут мы? Ты же… Ты даже насчет дочки мне не веришь! Ведь так?

Думаю, сейчас узнаю ответ на главный вопрос. Но не тут-то было.

— Для тебя важнее отцовство или ее безопасность?

Удар под дых. Раньше Свят не был таким закрытым… Но жизнь внесла коррективы. О своих мыслях он так и не сказал.

— Хочется определенности, — не сдаюсь.

— У тебя есть право подать в суд.

Прикрываю веки. Я не хочу с ним судиться! Пусть мы и были разлучены на несколько лет, он не стал мне чужим человеком! Не представляю, как я пойду и подам заявление… И потом мы реально нуждаемся в его помощи! Он уже сделал столько… А от меня будет подобная благодарность? Плюс, мы снова останемся совсем одни. Сплошные «но».

— Зачем мы тебе в северной столице? — выясню хотя бы эту информацию.

Аверин делает глоток чая, с любовью приготовленного моей мамой.

— Мне нужна семья.

— Почему ты не завел ее естественным путем? — с языка слетает смелый вопрос.

А еще не очень логичный. Ведь Святославу всего двадцать пять.

— Как-то не до этого было, — мрачно поясняет он.

Мне становится его жаль. Хоть этот красавец за моим столом далеко не жалкий.

— Ну так… У тебя все впереди.

Святослав берет печеньку, энергично ее пережевывает. Как будто хочет что-то выплеснуть в этом движении.

— Мне и сейчас не до создания семьи. Нет такой цели. Зато в некоторых кругах это вызывает вопросы. А мне нужно попасть в то общество и стать там своим.

— Ты говоришь о государственной власти?

Свят приподнимает уголки губ.

— Для начала о городской. Город довольно крупный — избраться там депутатом тоже довольно непросто. Но мне нужно. И еще мне необходимо показать, что я начал новую, светскую жизнь. Что с военным прошлым покончено.

— Ты же преподаешь в военном училище, — щурюсь.

Аверин кивает.

— Да, это минус. Но отказаться я не могу и не хочу. А вот перевезти вас вполне реально. Тем более, твоей семье нужна защита.

Твоей… Я опять вспоминаю о его странном отношении к Альке.

— Свят, я…

В прихожей раздается шум двери. Потом сразу детский голос.

— Мама! Папа тут?!

Кидаю взгляд на Аверина. Тот невозмутимо смотрит мне в глаза.

— Где подарки?! — не утихает Аля.

— Договорим позже, — ставлю сумасшедший диалог на паузу.

Свят лишь кивает.

Мама меня, конечно, не послушалась и привела внучку так быстро, как смогла. Еще и про подарки ей наговорила. Чувствую, от предложения Аверина она придет в восторг. Хотя… По его плану ей одной придется остаться здесь. Думаю, любовь к потенциальному зятю махом поубавится. Даже жалко, что не могу ей сразу все рассказать.

Пока на первом месте дочка. Бабушка проследила, чтобы та помыла руки, и Алька несется навстречу мне в кухню.

— Мама, где папа?!

Подхватываю ее на руки. Малышка обнимает меня и сразу видит за моей спиной отца. Смущенно хихикает.

— Ты принес подарки? — говорит уже ему.

Аверин откликается тут же.

— Да, принес.

— Ма-ма, где подарки-и-и? — спрашивает Алька нараспев.

Вздыхаю.

— Идем, покажу.

С Алей на руках иду в комнату, которую мы с ней занимаем. Святослава не зову, хотя меня бы не смутило, что он увидит спальню. Там порядок. Часть мебели мы привезли из особняка, так что комната обставлена добротным деревом.

Вот только я не уверена, что Свят хочет идти с нами и наблюдать за реакцией дочки.

Впрочем, он ее и так наверняка слышит.

— Это малыш! Ура! Он живой?!

Смеюсь. Я достала пупса из коробки, и он в розовом костюмчике лежит на кроватке Али. Издалека и правда можно принять за настоящего.

— Это куколка, дочь. Но она умеет плакать, смеяться, пить.

— Ура! Какая она красивенькая, — дочка говорит с придыханием, берет пупса на руки, убаюкивает, — а-а-а-а-а.

Маша продала Аверину небольшую куклу, можно сказать, новорожденную. Наверное, чтобы Альке было удобней держать. Малышка и правда качает своего малыша ловко и с трепетом. Такая трогательная, у меня чуть слезы не наворачиваются.

Вот только кое-кто отвлекает. Замечаю, что в дверях нашей комнаты уже стоит Свят. Он пристально смотрит на Алю. А его лицо… Меня как будто машиной времени откинуло в прошлое. Тогда он так смотрел на меня, да и на саму жизнь. Легко, открыто, с широкой улыбкой. Не могу отвести от нее взгляд.

— Кажется, ей понравилось.

Он замечает мой взгляд. Но мрачным не становится. Перестает улыбаться, а в глазах все равно мягкость.

— Конечно.

Может быть, нужно принять его приглашение? Я смогу его отогреть, мы сможем… И мы все будем счастливы? Если он поверит, почему я вела себя так. Если сможет понять…

Господи, что за мысли!

— Папа, как расстегнуть?

Аля снова положила куклу на кровать. Сама стоит рядом и пытается снять костюмчик.

— Давай посмотрим.

Ух, забраться бы к нему в голову! Он же прекрасно видит, как Аля тянется к нему. И не то что не отталкивает. Он как будто поощряет это.

Вот они уже разобрались с кнопками. Порылись в гардеробе куколки, и теперь на ней красуется белое кружевное платье.

— Ма, налей!

Пока я зависла, Алька выудила из коробки бутылочку. Мне нужно сгонять и налить воды. Свят пока натягивает на нового члена семьи пинетки. Неплохое распределение ролей. Дочка очень счастлива.

— Папа, мы пойдем с ней на улицу гулять?!

— Ну а почему нет…

Так, у меня голова кругом. Иду на кухню, там мама вовсю колдует над ужином. Пока строгает капустный салат, в пароварке томятся котлетки.

— Мам, не делай много, прогоркнет, — говорю о капусте.

Там еще будут помидоры, сладкий перец, оливковое масло. Но все равно завтра уже это блюдо не поешь.

— У нас и едоков много, — отмахивается маменька.

В ее мечтах Аверин уже остался на ужин!

— Мам!

Ладно, а то Аля сейчас тоже замамкает. Набираю воды для ее прелести и возвращаюсь в спальню. Нужно ли уточнять, что папа и дочь упоительно играют в пупса?

По комнате разносится скрипучий кукольный плач. Да, он вполне себе напоминает младенческий. Алька командует: — Папа, качай!

Наш доблестный военный исполняет приказ. Дочка берет из моих рук бутылочку — не с первого раза, но все же умудряется напоить свою малышку.

— Пап, а кроватку деточке купишь?

Аля невинно хлопает глазенками. Пусть Аверин и не признает дочь, но отцовство уже пробует по полной. Сейчас маленькая ему выкатит список покупок.

— Купим потом в… — мужчина осекается. Смотрит на меня.

Я качаю головой, поджав губы. Аверин все же не моя мама и осознает, не нужно забивать малышке голову раньше времени. Я ведь еще не согласилась на переезд.

— У тети Маши купим? — деловито уточняет Аля.

— Да, посмотрим там, — соглашается Свят.

А я стою и жду, когда он начнет собираться домой. Не то что бы хочу этого… Просто считаю неизбежным. Однако все идет по другому сценарию.

Аверин играет с малышкой. Потом принимает приглашение моей мамы к столу. Дальше снова игры! Мне даже приходится уединиться за столом на кухне, когда все поели, и поработать. Нужно сдать заказ до завтрашнего утра.

Свят же общается с дочкой, с моей мамой. Рассказывает о своих родителях и сестре. Та младше его лет на пять. Его мать и отец так и живут здесь, в пригороде. А сестренка поступила в вуз в столице. Я с ними никогда не пересекалась после его отъезда.

В общем, милый семейный вечер! Собирается домой Аверин лишь тогда, когда засыпает Аля.

Если отбросить абсурдность ситуации, он нас не напрягал. Как-то очень естественно вписался в атмосферу. Тем более при малышке он — сам позитив. Никаких тяжелых взглядов и заявлений, что я должна его слушаться.

Можно было бы и расстаться на такой ноте. Но я все же решаю проводить его до машины и договорить с глазу на глаз. Накидываю куртку, и мы идем друг за другом по лестнице. У нас третий этаж.

— Я хотела еще раз обсудить твое предложение, — говорю его спине.

Аверин не оглядывается.

— Решилась принять?

Ух!

— Нет, наоборот. Ты же видишь, мы вполне нормально живем. Але хорошо в этом городе, квартире. Зачем рушить ее устоявшийся мир?..

Свят выдерживает паузу.

— Ей так здорово, что она тянется к незнакомому человеку и объявляет его папой?

Я резко торможу, потому что мне больно дышать.

— Ты… Ты так это все воспринимаешь? Играешь с ней, а сам…

Аверин, наконец, оборачивается.

— Не накручивай, я искренен с Алей. Но это не отменяет правды в том, что я сказал. Давай спокойно спустимся.

Во дворе смеркается, но еще не темно. День прибавился. Впереди весна. Где и как мы проведем ее?

— Ты не в курсе, но это мама рассказала ей, кто ты. Показала на фотографии.

Мы проходим к его большой серебристой машине. Я не сильна в моделях, но смотрится она недешевой и стильной. В прошлый раз я не разглядела.

— Все равно я был только картинкой. Но ведь очевидно, девочке чего-то не хватало.

Да, я даже знаю чего. Чувства защищенности, покоя дома. Я изо всех сил старалась его создать, но я ведь не робот! В моих обстоятельствах… А тут явился большой и добрый папа.

— Почему ты не вышла замуж, Вера? Ты ведь была помолвлена.

Ох… Да, я курсе, про что он. Папа тогда устроил грандиозный фарс. Пригласил в гости партнера с супругой и сыном, а потом трубил всем, что мы друг другу понравились. Вот только того перекосило от вида годовалой Альки у меня на руках. А я… Дала понять отцу, что это точно терпеть не стану.

Не знаю, как бы я выкручивалась. Но быть близкой с кем-то физически бы не смогла. Благо, та сторона начали морозиться сами.

Папа решил, моя дочка должна немного подрасти. А после на него обрушилась болезнь.

— Я не была помолвлена, Свят, — говорю устало, — и вообще. Нам нужно откровенно поговорить о том, что было в прошлом. О мотивах…

— Я не хочу в этом копаться! Не хочу ковырять.

Его голос совсем бесцветный.

— Но…

— Я смог наладить свою жизнь. И думать собираюсь только о будущем.

Теперь его тон затвердел и стал железным. И как мне пробиться? Чувствую себя без сил.

— Но зачем тебе в новой жизни мы?..

— Я вроде бы все объяснил.

Он говорит спокойно. И так же, ничуть не смущаясь, смотрит на меня. На волосы, глаза, губы… И вот мой запал проходит. Твердое желание расставить точки куда-то испаряется. Мне, как и малышке Але, хочется остаться рядом с ним.

А ведь я думала, что смирилась с нашей разлукой.

— Хорошо, мне нужно подумать, — словно в отместку не даю ему конкретный ответ, — что мы будем делать в ближайшие дни?