Северное сияние моего сердца (СИ)

Глава 6. Часть 2. Я залечу твое сердце

Любой человек в этом мире никогда бы не хотел почувствовать всю боль и разочарование от отказа любимой девушки. Ты словно оказываешься в трюме, где кислорода с каждым вдохом становится все меньше и меньше. Все мечты и фантазии о счастливой жизни со второй половинкой рушатся одномоментно. Печаль и досада изъедают тебя изнутри, а на глазах предательски выступают слезы. Ты не можешь трезво мыслить, не можешь спокойно спать и есть. Вокруг твоей шеи уже завязана черная петля, а сердце заковано в цепи.

“- Германия, я хочу тебе кое-что сказать… Ты прекрасный парень. У тебя хорошее будущее. Но для меня, Гер, ты как Украина, как Азербайджан. Просто любимый брат. Прости…”

Слова, что соизмеримы с ударом кинжала, пронзили сердце немца. Веря до последнего во взаимность со стороны России, он почувствовал на себе всю мощь разочарования. Брат. Всего лишь брат. А ведь он так старался. С самого детства парень бегал за ней, оказывал знаки внимания, старался преподнести себя с лучшей стороны, лишь бы русская смотрела только на него. Америкашка был прав. Он застрял во френдзоне навечно.

«— Ничего… Я понимаю. Все-таки шанса у меня было не так уж и много.»

От ее взгляда у немца сжалось сердце. Сколько жалости и раскаяния он увидел в этих васильковых глазах. Россиянка явно корит себя в отказе.

«— Германия…

— Рос, все хорошо. Я справлюсь. Главное, что ты ответила честно.»

Ему не хочется, чтобы она осталась с этим проклятым чувством вины. Надо просто подыграть. Маленький спектакль для его любимой девушки. Он справится с этим. Германия не такой уж и тряпка, каким считает его пиндос.

И как бы не было больно или обидно, немец до последнего играл свою роль. Гордо держа голову, он также улыбался России, делился новостями, шутил, работал рядом с ней. А она, заметив его полное безразличие, немного успокоилась и расслабилась, искренне веря, что Германия действительно в порядке. Ох, если б русская знала, какая внутри него буря отчаяния.

«— Рос, если что-то случится, обязательно звони.»

Расставание для немца было смертеподобно. Он не хочет ее отпускать. Но отказ россиянки мгновенно отрезвил его разум, и, стараясь придать своему лицу строгий вид, парень смотрел ей в след, желая, чтобы девушка поскорее ушла. Нет больше сил сдерживать эти эмоции.

«— Гер. Хочешь, как в детстве?

— Братские объятия?

— Они самые».

И все же она слишком хорошо его знает, либо у него не получилось нацепить маску равнодушия. Эти объятья всегда придавали ему силу и спокойствие. Германия понимал, теперь у него есть невидимая граница в отношениях с Россией. Ему придется сдаться, отпустить это чувство рано или поздно. Смотря на то, как самолет русской взлетает в небо, скрываясь за серыми облаками, он почувствовал внутри себя бездну, в которой, возможно, скоро утонет. Да еще кто-то растрепал о его признании. Ох, как страны ополчились на него. Все из-за дурацкого плана. Если б не он, то, возможно, россиянка отдала свое сердце ему.

— Германія. Ты як?*

Со всеми своими переживаниями и душевными страданиями немец совсем забыл о младшей сестре России, Беларуси. Она единственная из семьи Союза кто остался с ним, хотя чему удивляться. Работа есть работа, ведь они договорились укрепить сотрудничество между органами государственного управления, бизнесом и гражданским обществом. Летать на самолетах времени нет, да денег жалко. Поэтому они и договорились немного задержаться в Вене, а после вернуться в Берлин.

— Alles ist gut.* — Спокойно произнес Германия, быстро удаляясь из зала ожидания.

Узнав о его признании, белоруска нашла время поддержать друга детства, выслушать его. Хоть это не помогло залечить разбитое сердце, но немец почувствовал небольшое облегчение. Девушка, столь милая и веселая, сколько он это помнил, встала на его защиту. Семья СССР всегда была на стороне Германии, даже несмотря на войну в прошлом.

Конечно, услышав его ответ, Беларусь не поверила ни единому слову немца. Она не ослепла и не оглохла, прекрасно видит его подавленность и печаль. И дураку ясно — он пытается скрыть в себе свои чувства. Как же Германия не понимает, ему от этого только хуже. Но разве он ее послушает?

— Как скажешь.

Лучше сейчас с ним соглашаться, не стоит давить на немца, а то он может совсем закрыться от белоруски.

Берлин — столица и крупнейший город земель Германии, её политический и исторический центр. Здесь можно увидеть достопримечательности разных исторических периодов: от нескольких сохранившихся средневековых зданий недалеко от Александерплатц до ультрасовременных металлических конструкций на Потсдамской площади. Это город потрясающего архитектурного и культурного разнообразия, на исследование которого можно потратить месяцы.

Беларусь всеми фибрами своей души хотела побывать хотя бы у Берлинской стены, что являлась одним из символов “холодной войны”. Отец как-то рассказывал им об этом, но с огромным нежеланием. А сейчас, когда она могла в любой момент поехать и посмотреть собственными глазами на ограждение, которое делило Берлин на две части: восточную и западную, белоруска намекала немцу об экскурсии. Все же он лучше всех знает об этой достопримечательности. Однако сердечные дела воздвигнули вокруг него непроницаемый купол, и девушке стало намного сложнее общаться с ним. Парень словно находился в совершенно другом месте, стал более неряшливым, невнимательным. От прежнего Германии осталась лишь оболочка. Ужасное зрелище. Но стоило позвонить России, как он мигом оживал и, ссылаясь окружающим на важный звонок, вылетал из кабинета, только бы услышать голос старшей сестры Беларуси. Она не могла противостоять ни ему, ни своей родне. Белоруске оставалось только сжимать со всей силы руки под столом. Немец, словно верный пес, бежал к своей хозяйке, стоило ей лишь пальцем его поманить. Как же девушка хотела, чтобы он заметил ее. Только она всего лишь номер два в его списке. Как бы Беларусь не отрицала и не сопротивлялась, истина снимала с нее розовые очки — она всегда будет в тени своей яркой и известной сестры. Даже если ей говорили, будто белоруска самая веселая и счастливая из своей семьи, она лишь грустно мотала головой, отказываясь от этих слов. Всем и так ясно кто в этом доме лучший. И это не Беларусь.

Целый месяц она старалась привлечь внимание Германии, только попытки были бессмысленны. Он все также находился мыслями далеко отсюда. Однако белоруска не сдавалась. Разыскивая темы для разговора в интернете, она при каждой их встрече первая начинала беседу, а тот вяло ей отвечал. Последней каплей было, когда на очередную встречу по подписанию договора Германия вовсе не пришел. Внутреннее Я трубило ей — он пропадет, если ничего не предпринять. И веря в плачевный исход, девушка прямо из зала заседаний направилась к нему в спальню.

Она ожидала увидеть его в постели или сидя на диване со стаканом виски в руке, обычно так молодые люди залечивали свое сердце. Только вот слухи оказались ложью. Парень, удобно расположившись на подоконнике, разглядывал совместную фотографию с русской, тяжело вздыхая. Это переходило все границы! Влюбленный дурак — иначе не скажешь!

— Германия! — воскликнула Беларусь, заставляя того удивленно обернуться. — Ты ничего не забыл?

— Вроде, нет… — тихо ответил немец, убирая фотографию во внутренний карман пиджака.

— Точно?

Хитрый и одновременно строгий взгляд белоруски заставил его на мгновение задуматься, а вдруг и правда что-то вылетело из дырявой головы Германии? В последнее время он уж слишком рассеянный.

— Сегодня среда, а на нее у меня не было планов. Может мой подчиненный что-то напутал.

— Какая среда?! — ужаснулась девушка. — Гер, уже пятница!

Надо же, а он даже не заметил. Так быстро летит время, когда у тебя голова забита мыслями.

— Пятница…. А какие у меня дела в пятницу?

— Германия. Мы же договорились собраться в кабинете. Что с тобой? Соберись!

Она не приказывала, Беларусь умоляла его. Ей надоели эти сопли с сахаром. Надо как-то отвлечь немца, придать ему сил. А то так и до депрессии недалеко.

— Бел, я в полном порядке. Не надо за меня волноваться.

— Скажи мне эти слова прямо в глаза, и тогда я поверю.

Она знала, что он не справится. Уж слишком хорошо белоруска его знает.

— Teufel…*

— Гер, я же говорила — если что-то гложет тебя, ты всегда можешь все мне рассказать. Мы ведь… семья.

Сколько потребовалось сил, чтобы произнести это слово. “Семья”. Что за глупости. Девушка уже давно не видит в нем брата.

— Прости. Я повел себя не очень красиво по отношению к тебе. Пойдем. Надо поработать.

— Забудь. Уже поздно. Давай завтра?

— Как скажешь.

Казалось, что парень согласится с чем угодно, лишь бы его оставили в покое. И это совершенно неправильно.

— Гер, сядь рядом. — Позвала того девушка, похлопав рукой по дивану.

Тяжело вздохнув, Германия аккуратно приземлился возле нее, уставившись пустым взглядом в пол, сложив руки в замок.

— Рассказывай, почему ты до сих пор такой кислый. — Выпалила Беларусь, наблюдая за нервным немцем.

— Бел, это не важно…

— Германия! Ну, я же не дура и не ребенок. Все отлично вижу.

И правда, парень уж больно наивен, раз думает, что она ему поверит. Белоруска, как и россиянка слишком догадливая. Еще в детстве, когда Германия только переступил порог дома СССР, она встретила его с улыбкой и понимающим взглядом, что было редкостью для такого смышленого ребенка.

— Как же ты похожа на Рос. Обе видите меня насквозь.

Девушка не знала, радоваться ей или плакать, воспринимать его слова как комплимент или унижение.

— Ну? Я уважліва цябе слухаю.*

Все также смотря прямо в душу немца своими янтарными глазами, она ждала от него хоть слова, хоть маленького писка.

— Бел. Что-то у меня не выходит… Я сказал России, что справлюсь с ее отказом, но с каждым днем становится все хуже. Просто, нет сил сдерживать все внутри. Я и Рос звоним друг другу, но мне невыносимо слышать ее голос. Да и она вечно говорит об америкашке. Als gäbe es keine anderen Themen! *

— Тогда зачем ты это вообще делаешь?

— Не знаю. Когда Рос мне отказала, я увидел в ее взгляде столько сожаления и вины. Мне захотелось как-то успокоить ее. Вот и ляпнул, что первое в голову пришло.

Растерянный, загнанный в угол, погибающий внутри себя парень — таким видела его Беларусь. То, что он запутался совсем не секрет. Надо бы что-то сделать. Как-то его отвлечь.

— Гер. Отказ — не конец света, пойми. Зачем себя истязать? В этом мире никто от такого не застрахован. В твоей жизни еще появится та, что полюбит тебя. Ты ж парень хоть куда! Взбодрись! Надакучыла бачыць твой кіслы твар!* Где наш строгий и собранный Германия?! Куда ты его дел?!

Ее жесты и нелепое поведение вынудили Германию слегка улыбнуться. Как же он мог забыть об оптимистке белоруске?! Она и мертвого на ноги поставит, да добрым словом вспомнит. Лучик счастья, это уж точно.

— Ich bin immer hier.* — Усмехнулся немец.

— Где? Не вижу.

— Бел. Ну, правда хватит. Я все понял. — Засмеялся он, потрепав девушку по голове.

Давно ее щеки не пылали так сильно. Достаточно одного прикосновения парня и смущение с головой поглотило Беларусь. Было бы прекрасно, если б Германия забыл о России и обратил внимание на нее.

Видимо их разговор пролетел мимо немца. Да, он вновь взялся за работу, к нему вернулись собранность и строгость. Однако все государственные дела встали у парня на первое место. Вместо апатии у него бумаги, встречи, бесконечные разговоры. Он мог не спать сутками, ел лишь, когда вспоминал об этом, что бывало редко. Все стало только хуже. Так можно и в могилу себя загнать. У белоруски разрывалось сердце от вида замученного Германии. Надо что-то делать, срочно!

Сидя за компьютерным столом, подперев голову рукой, она пыталась придумать что-то, что поможет немцу развеяться, забыть о печальном и озарить этот мир своей улыбкой. Только идей совсем не было. Он объездил полмира, и удивить его почти невозможно. Мозги уже закипали от напряжения, еще немного и они расплавятся, но внезапно на девушку снизошло озарение. А ведь парень давно не был на ее земле. А что? За спрос не бьют в нос. Можно и испытать удачу, пригласив погостить у нее в Минске. Тщательно взвесив «за» и «против» Беларусь все же решила спросить Германию за ужином о небольшом путешествии.

Все братья и сестры называли ее безбашенной и прямолинейной, она без стеснения задавала вопросы на различные темы, белоруску не волновало, как на это отреагируют люди. Так отчего она мнется как школьница у доски? Что ей мешает спросить прямо, а не сидеть тихо за столом, опустив взгляд на тарелку? Вот же шанс! Если она не сделает это сейчас, то немец попросту уйдет.

— Гер, у меня тут назрел вопрос…. — тихо произнесла девушка, отложив ложку в сторону. — Даже скорее не вопрос, а предложение….

— Слушаю. — Посмотрел на нее парень, поправив очки.

— Ты в последнее время уж слишком сильно погрузился в работу. У тебя мешки под глазами уже образовали гармошку. Мне не очень это нравится. И похудел ты знатно. Австрия и Лихтенштейн тебя не узнают.

— И что ты предлагаешь? — удивился Германия.

— Тебе надо развеяться. А лучше уехать куда-нибудь подальше. Отдохнешь, поспишь, вкусно поешь. Гляди и силы вернуться, и жить легче станет.

— Да я и не уставал.

— Не хлусі мне.* Я с тобой не первый день знакома.

Этот строгий взгляд, эти надутые от обиды щеки. Она выглядит очень забавно, словно маленький ребенок.

— Беларусь. Я тебя тоже тебя неплохо знаю. И обычно ты говоришь прямо, чего хочешь. Так чего вдруг такая мнимость?

— И ничего я не мнусь! Всего-то хочу пригласить тебя погостить в Минске.

Слова сами вырвались из ее рта, она даже этого заметить не успела.

— А как же работа, Бел?

— У меня все закончим. Это не проблема. Ну, дык што? Мы едзем?*

Оперевшись о спинку стула и скрестив руки на груди, немец изобразил задумчивость на своем лице, размышляя над предложением Беларуси. А что он собственно теряет? В последнее время парень действительно слишком сильно погрузился в дела. Кофе стал его эликсиром жизни, а мысли о работе не позволяют ему расслабиться.

— Если мы будем попутно решать наши вопросы, то почему бы и нет?

Счастье подхватило белоруску, унося как можно дальше от этого бренного мира. Он согласен! Германия приедет к ней! Как же она этого хотела. Надо столько всего подготовить!

— Это замечательно! Я сейчас же обо всем позабочусь. Надо заказать билеты, выделить тебе комнату, придумать, куда тебя свозить. Столько дел, столько дел!

Улыбка украсила лицо немца, видя, как девушка радостно подорвалась с места, мчась в свою комнату. Он и не думал, что своим ответом так сильно ее обрадует. Так тепло и приятно на душе. Не зря парень решился на эту поездку.

Комментарий к Глава 6. Часть 2. Я залечу твое сердце.

— Германія. Ты як?* — Германия. Ты как?

— Alles ist gut.* — Все хорошо.

Teufel…* — Черт…

Я уважліва цябе слухаю.* — Я внимательно тебя слушаю.

Als gäbe es keine anderen Themen! * — Будто других тем нет!

Надакучыла бачыць твой кіслы твар!* — Надоело видеть твое кислое лицо!

Ich bin immer hier.* — Я всегда здесь.

— Не хлусі мне.* — Не ври мне.

Ну, дык што? Мы едзем?* — Ну, так что? Мы едем?

Спасибо, что прочитали новую часть.

У меня уже упадок сил. Вдохновение послало меня нахер. Совсем нет идей что писать…..

Не знаю, сколько вам придется ждать новую часть.