Шайя

Эпилог

Прошёл год. Всего лишь год! Но за это время на Алайе произошли значительные перемены.

Конечно, они не случились неожиданно и непредвиденно. Перемены стали возможны благодаря длительному подготовительному этапу, который начался ещё при прошлом правительстве. Но кто об этом вспомнит? Это всё равно, что приписать происходящие заслуги появлению во Вселенной где-то там новой живой планеты, которая замкнула малый круг и началась эпоха созидания!

На Алайе любили практический подход ко всему, и перемены считали заслугой тех, кто непосредственно вкладывал свои силы здесь и сейчас.

Год назад молодое правительство вложило немыслимые деньги в различные проекты − и весьма удачно! Ни одного провала!

Каждый день теперь в новостях сообщали о прорыве в медицине на основе своих разработок и инопланетного материала; о совершенствовании транспортной сферы; о скачке в области космического кораблестроения; об изменениях в робототехнике, которая теперь в основном продвигала направление по изучению необжитых планет, работе на астероидах, а ещё были созданы лаборатории по терраформированию, чем на человеческих планетах раньше в принципе не занимались.

Ходили слухи о планировании расширения имеющихся космопортов, так как Алайя превращалась в культурный центр всего сектора людей. Сюда зачастили представители высших рас, которые на поверку оказались вполне обычными, ну разве что их элита обладала особыми способностями, но алайянцев теперь этим не удивить!

Возле города Мистры целый заповедник отдан под школу для одарённых детей и взрослых. Какие чудеса там теперь только не случаются!

Шаманы со Старка учатся контролировать свою силу, а малыши Драко пытаются почувствовать свою интуицию, развить природное чутьё и говорят, у них уже кое-что получается!

И кто бы мог подумать, что среди алайянцев тоже есть особенные дети! А недавно военные, продолжающие теснить имперцев, привезли ещё необыкновенных ребятишек с других планет, надеясь, что их примут в заповеднике и не ошиблись.

Но обыватели отдают свои симпатии очаровательным маленьким представителям расы Драко. Они начали своё обучение с нуля и продвинулись вперёд, доказывая всем, что нет ничего невозможного. И пусть они не творят чудеса, как шаманы Старка, но на экзамене ребятки показали, что уже безошибочно умеют выбирать верный путь из множества предложенных, находят выход в сложнейших лабиринтах, интуитивно бракуют сомнительные проекты и делают многое другое, что каждому взрослому пригодилось бы в жизни.

Но эта тема близка только жителям южного округа, а вот остальные обыватели Алайи гораздо активнее обсуждали снятие энергетических куполов с пригородов.

Сколько было критики, криков из-за появившихся насекомых, но когда спустя два месяца купол вернули, все закидали мэрии жалобами, сообщая, что задыхаются мёртвым воздухом. Вот и пойми людей!

Полным ходом продолжалось озеленение планеты. Заняв лидирующее положение в человеческом секторе, Алайянцы взялись за строительство недостающих космических станций, которые должны будут значительно расширить географию путешествий − и получился незапланированный отток населения. Тут, конечно, не обошлось без накладки, так как на освобождённые от имперцев территории пришлось посылать своих специалистов, а это тоже утечка народа. Расширение торговых контактов, открытие новых туристических точек в секторах иных рас опять же потребовало немалую порцию людей.

Вот и приходилось всё чаще сносить пустующие дома, благоустраивать свободную территорию, но зато в целом планета становилась краше.

Возле просторного нового частного дома остановился летомобиль и из него вышла пара. Девушка прошла несколько шагов прихрамывая, жалуясь на неудачную обувь, пока мужчина не подхватил её на руки. Она с удовольствием обхватила его за шею и поцеловала в щёку.

— Кацу, с тебя пирожные!

— Сейчас закажу! Какие брать: в кондитерской возле театра или в лавке при шоколадной фабрике?

— Э, нет! Ты приготовишь их сам, на моих глазах! Это тебе в наказание за неправильно сделанные выводы. Родной мой, ну сколько раз я тебе говорила, что мало подслушать, чтобы правильно оценить ситуацию, а ты примчался, аки демон возмездия. Фу, как непрофессионально! — смеясь, высказывалась Шайя.

— Милая, ты флиртовала! — вяло защищался Кацу, любуясь женой.

Она при входе скинула неудобные туфли, отодвинула в сторону элегантную домашнюю обувь, и со стоном удовольствия, впихнула ступни в меховые тапки в виде зайцев.

— Ну да, флиртовала, но это было частью моего коварного плана! — назидательно произнесла она, скидывая пиджак. − Мой любимый тиран, женщины непредсказуемы, и не всегда флирт — это признак симпатии! Я расставляла сети для господина Перфи, чтобы потом утереть ему нос, а ты прибежал и всё испортил!

Мужчина вздохнул, думая, что действительно нехорошо получилось. Ведь Шайя совсем недавно рассказывала ему, что затеяла с молодым дарованием господином Перфи что-то вроде шахматной игры, но он понял всё слишком буквально, а у них, оказывается, многоплановое состязание развернулось на поле профессиональной деятельности.

— Шайя, а что готовить? — покорно спросил он, зная, что полная капитуляция − единственный путь улизнуть от наказания, но, похоже, не в этот раз. — Может, позвать деда? — придумал он выход. — Ты же знаешь, что я…

— Нет, нет и нет! Это только твоя трудовая повинность! И кстати, я не поняла, зачем тебе в кабинете обустраивают ещё одно рабочее место?

— Звёздочка моя, откуда ты… это вообще-то секрет.

— Секрет? От жены главы внешней разведки? Кацу, ты недооцениваешь меня. Так что насчёт второго стола? Надумал взять себе красивую секретаршу?

— Да ты что! Шайя, откуда такие мысли? Я бы никогда…

— Ладно. Знаю, что никогда, но помни, я за тобой слежу! — и окончательно развеселившись, показала жест пристального слежения.

Шайя знала, что ремонт в кабинете Кацу происходит из-за неё. Рабочие ночью поставили стеклянную перегородку, разделяющую просторное помещение пополам, утром занесли большой стол, технику, мебель, а муж ещё не придумал, каким образом уговорить её переехать к нему.

Она никак не могла сообразить, какую для этого авантюру он провернёт, так как уже пару раз ранее довольно категорично ответила на его намёки по поводу переноса своего рабочего места поближе к нему.

Но всё это был элемент их игры: невозможно всё время решать важные вопросы, быть сосредоточенными и серьёзными.

Шайя с удовольствием сбрасывала напряжение в постели с мужем; выкладывалась, танцуя; получая душевное удовлетворение, возилась в новом саду; читала книги, но Кацу совершенно не умел расслабляться. Он просто откладывал свою работу и проверял работу помощников, а в постели… ну, признаться, это слишком своеобразный отдых, после которого тоже требовалось бы отдохнуть.

Вот она его и тормошила, придумывая ему абсолютно дурацкие маленькие хлопоты, которые они исполняли вместе, только бы он полностью выключался из рабочего процесса, выбрасывал все проблемы из головы и не тревожился о том, как в данный момент служащие справляются без него.

И, о чудо! Трудовая терапия действовала. Кацу стал легче общаться на разные темы с друзьями, чаще смеялся и вообще к нему потянулись люди.

— Милая, совсем забыл, сын капитана Мешена просил тебя навестить его.

— Что-нибудь случилось?

— Не думаю. Мальчик спрашивал разрешения занять в доме вторую комнату его другу, так как уже холодно ночевать в саду, и заодно поинтересовался, когда ты заедешь к алани в гости.

— Ясно. Не будем откладывать, а то меня пригласили на станцию Ореон. Там трибун Литон полностью завершил задуманную перестройку, и судя по видеоотчёту, получилось здорово.

— Я видел. Они там все помешались на разведении цветов. Не космическая станция, а дендрарий какой-то!

Шайя таинственно улыбнулась. Ну кто бы знал заранее, что оставленные ею цветы размножат, а потом и вовсе начнётся зелёный бум на растения с разных планет!

— Давай на выходных? — вернулась к теме поездки в заповедник Шайя. — Дядя договорился с соседями и начинает благоустраивать общую территорию в посёлке. По его замыслу у нас всех будет целая сеть водоёмов, островков и садовых экспозиций.

— А что дед?

— Твой дед брюзжит по поводу стоимости этого проекта.

— А отец?

— Отец уже внёс плату за нашу семью.

— Шайя, а мы не очень размахнулись? Я видел этот проект, и он впечатляет. Раньше никто не уделял столько внимания общей земле.

Она пожала плечами и задумчиво уставилась в окно. Усилился ветер и начался дождь. В такую погоду особенно приятно сидеть в доме.

— Я не привыкла к богатству, а тут появились деньги. У меня не поднимается рука тратить их на всякую ерунду. А что не ерунда, я иногда затрудняюсь ответить себе. Дом мы построили. Нам всем хорошо в нём, но это преходяще.

Шайя водила пальцем по стеклу, следуя за дождевыми капельками. Всё-таки хорошо, что хотя бы частично убрали на планете энергетические купола и можно насладиться всем разнообразием погоды.

— Я вот подумала: когда наша жизнь станет немного поспокойнее, то у нас появятся дети, вырастут, и захотят что-то своё. Наш дом вряд ли им будет нужен. Они захотят свить своё гнездо. Я это понимаю, и пусть так будет. Пусть строят своё, если есть силы, но строят здесь, в самом красивом месте. И мне хочется приложить руку к этой красоте. Пусть нас всех сегодняшних вспоминают потомки, гуляя по тому парку, что мы все вместе задумали и создадим для них.

Кацу обнял её. Он не любил, когда его любимая грустила.

— Но на выходные ты прячешься?

— Дядя простит мне эту слабость. Его соперничество с твоим дедом сводит меня с ума! Я ведь просила господина бывшего маршала не хвастать перед ним своими впечатлениями от сплава по воде. Неужели он не понимал, что дядя тут же захочет попробовать? Мне пришлось обзвонить все туристические организации, связанные с этим бизнесом, чтобы они нашли повод отказать ему!

— Шайя, вынужден тебя огорчить, но профессор Ниярди сам нашёл подходящую реку и составил себе маршрут. Они с дедом собрались вместе опробовать его.

— Что? Кацу? Почему ты это не остановил? Ну какие могут быть дети, когда у нас на руках два упёртых великовозрастных ребёнка!

— Не волнуйся, родная, я изучил этот маршрут и нанял людей максимально обезопасить его. А когда дед с профессором полетят туда, то организую команду спасателей.

Шайя раздосадовано качала головой. Под её присмотром оказались все мужчины Харадо, дядя и его воспитанник Нико, а ещё в доме частенько занимали гостевые комнаты сокурсники Кацу. Им не хватало рабочего времени обсудить все дела в кабинетах и по вечерам за ужином разгорались словесные баталии, закладывались основы новых проектов, рождались безумные идеи. И Шайя, наверное, всех разогнала бы, сказав, что жить в таком дурдоме невыносимо, если бы не тишина по утрам, не большой сад, где всегда можно было найти укромный уголок и не строгая дисциплина на работе, после которой душа просила встряски и обычных домашних хлопот.

Но на выходных они с Кацу на рассвете полетели в заповедник и намеревались пробыть там до обеда. Шайе хотелось навестить Илаю, Денэру, господина Сакра, Хо и других. Она переживала за всех алани.

Их жизнь изменилась, и вместе с уважением пришли заботы.

Дамир и Зарина взяли на себя многие организационные хлопоты, да и подопечные находились на самообеспечении, как в своё время Шайя. Но им всё же жилось легче, чем ей, так как компания подобралась разновозрастная и старшие брали на себя самое трудное.

Правительство тоже не оставило без надзора инопланетных учеников. Для маленьких ящеро-людей были вырыты и обустроены уютные подземные жилища с усиленным обогревом: малышня Драко любила тепло. Для других ребятишек поставили маленькие типовые домики возле озера.

Ну, а еду все добывали сами. Синтетическую всегда можно было получить на складе, а натуральную − только в лесу или обрабатывая бывший огород Шайи. По словам старейшины, такая школа жизни способствовала воспитанию рассудительности и живости ума.

Проезд на территорию заповедника всё так же был под охраной, но для алани, их родных и гостей ограничений не было. Приметный летомобиль Кацу пропустили без препон и мужчина опустил его на площадке возле старого склада.

— Я вроде бы не так уж выросла, но теперь мне всё кажется здесь таким маленьким! — поделилась своими впечатлениями Шайя.

— Идём? — протянул ей руку Кацу.

— Идём. Жаль, что склад закрыт. Я давно уже не видела Дамира.

— Он повёз семью на водопады и вернётся через несколько дней.

Кацу, как всегда, всё знал обо всех, и Шайе оставалось только вздыхать. Наверняка не ложился спать и перед поездкой отследил дела в заповеднике.

Держась за руки, они прогулочным шагом пошли по дорожке. Иногда до них доносился свист с разных сторон, что означало: их заметили, но не спешили знакомиться.

— Мальчишки, − с улыбкой пояснил Кацу Шайе. Он знал, что сейчас за ними наблюдают младшие, так как все старковцы в это время находятся возле горы и учатся у госпожи Илаи с господином Ешики общаться с животными. Это мужчину очень даже устраивало.

— Кацу, пришли!

С трепетом Шайя коснулась калитки и вошла внутрь. Сад, огород — ничего не изменилось. Как будто она только вышла и вернулась. Хотя увидеть Денэру хлопочущей во дворе у печи − это было внове. Женщина приветливо улыбнулась и поманила гостей в дом.

На кухне всем вместе сразу стало тесно, и Денэра, поставив на стол чугунок, удалилась.

— Здравствуйте, — поздоровалась с двумя мальчиками Шайя и Кацу. — Как вы тут? Помощь нужна?

— Светлого дня, — ответили ребята и активно замотали головой. — У нас всё хорошо. Нам помогают, если что-то ломается, но мы и сами уже разобрались.

Шайя вздохнула. Мальчишкам лет по десять, а они уже такие самостоятельные! Себя маленькую она считала не вправе сравнивать с ребятками. У неё был опыт и огромнейшее желание жить, вновь чувствовать себя активной, и её запала не терять больше ни минуты хватило не на один год, прежде чем она успокоилась, поняла, что никто не отнимет у неё второй шанс прожить жизнь. Так что мальчишкам хотелось помочь, а они, похоже, были недовольны, что их считают несамостоятельными.

— Господин Мешен? — обратилась она.

— Малик.

— Хорошо, Малик, ты хотел поговорить со мной?

— Да. Только давайте пройдём в комнату… — Малик почему-то вопросительно посмотрел на своего товарища, но тот мотнул головой, и маленький Мешен исправился: — …в сад.

Кацу внимательнее пригляделся ко второму мальчику.

— Какие у тебя способности? — выражение лица у мужчины сделалось хищным.

Малик остановился и подбежал к товарищу. Взявшись за руки, они угрюмо смотрели на Кацу. Покачав головой, Шайя потянула мужа во двор:

— Не дави. Придёт время − и ты узнаешь.

Она-то как раз догадалась, что скорее всего способности приятеля Малика как-то связаны с предвидением или чем-то ментальным, иначе бы он не отправил её в сад, где можно было бы не опасаться подслушивания любящего быть в курсе всех дел мужа. Да и Денэра явно опекает именно этого мальчика, а не Малика. Это уже Шайя определила на уровне чувств.

Она провела сына Мешена в тот уголок сада, который раньше любила занимать Денэра и остановилась. Ветви деревьев сплелись так тесно, что уже поздно проводить косметическую обрезку. Теперь требуется основательный подход, чтобы восстановить иллюзию беседки.

— Госпожа Шайя Хорадо, с вами хочет поговорить другая госпожа Шайя. Она называет вас Таисия.

— Что? Но как… ах, да… а как мы?

— Не волнуйтесь. Я думал, что буду передавать вам её слова, но ваша энергия очень приятна мне и, если мы возьмёмся за руки…

Шайя тут же обхватила ладошку мальчика. Его сила показалась ей немного взбудораженной, пугливой и податливой. Во всяком случае, Малик облегчённо вздохнул:

— Хорошо. Вы очень тёплая и приятно звучите.

Она поняла, что мальчик описал, как чувствует её энергетику. Шайя думала, что будет что-то вроде видения, но даже их совмещённой силы не хватило на это. Лишь немного дрогнул воздух, став менее прозрачным, но не более.

— Лучше закрыть глаза, — посоветовал мальчик.

— Таисия! — сразу же услышала она и невольно открыла глаза, отзываясь и ища ту, кого услышала. Рядом никого не было, а вот голос вновь прозвучал, только теперь стало понятно, что доносится он не совсем в реальности.

— Тая, спасибо, — прозвучал детский голос, но вроде бы как постарше, чем при их последней встречи в потустороннем мире.

— Я выполнила твоё пожелание? — заволновалась Шайя-Таисия.

— Да! Я хотела помочь нашему народу и знала, что ты сможешь это сделать при любом раскладе, но я даже не подозревала, как велика будет твоя роль для всей Алайи! Тая, я ни о чём не жалею, а ты?

— Нет, маленькая, я жила в полную силу, не теряя ни мгновения!

— Я знаю, я всё видела.

— Видела? Я думала, тебя увели на перерождение?

— Нет, мне запретили. Я обязана прожить данную мне жизнь прорицательницы и вскоре меня обменяют на пустую душу.

— Разве такое возможно? О, прости, конечно же… я могу помочь тебе? Давай я тебя найду, когда ты переместишься!

— Не найдёшь. Я не оправдала надежд, отступила, и теперь моё наказание − жизнь в худших условиях, чем у меня были.

— Но как же… солнышко, на тебя ещё тогда взвалили непосильную ношу…

— Не бойся за меня, я прожила все эти годы рядом с тобой, я теперь многое умею и знаю. Я справлюсь!

— И всё же, как мне тебе помочь? Где искать?

— Вселенная многомерна, и я могу очутиться, где угодно, даже в прошлом или будущем. Не бойся за меня! Я пришла попрощаться и сказать тебе, что всё у тебя будет хорошо. Не обещаю спокойствия, безопасности или вечного благополучия в твоей жизни, но ты сделала верный выбор во всём, и все препятствия для тебя и твоего мужа преодолимы.

— Спасибо, солнышко. Удачи тебе, — только и успела произнести Шайя, прежде чем странноватую тишину нарушил шелест садового ветра.

Она отпустила руку мальчика, а он с любопытством смотрел на неё.

— Малик, мне бы хотелось, чтобы всё, что ты услышал, осталось в тайне.

— На вас прослушка, — он ткнул пальцем на брошку.

— Гаджеты сбоят, когда происходит что-то… — Шайя повертела ладонью, — потустороннее. И меня слушает только мой муж, — наклонив голову, чтобы быть ближе к брошке, она произнесла: — Кацу, милый, я скоро, подожди ещё немного.

Они с мальчиком ещё немного поговорили о душе и прочем, прежде чем вышли на площадку, где была печь. Там стоял Кацу и рассматривал новую картину Денэры.

— Можно, я её возьму? — спросил он.

Женщина с улыбкой кивнула. Заглянувшая через плечо мужа Шайя сосредоточено смотрела на разноцветные завитки ниток и с неуверенностью спросила:

— Это мы и детишки?

Денэра вновь согласно кивнула.

— Двое? — уточнила она, и не дожидаясь ответа воскликнула: — А с Кацу что? У него что-то с головой!

Женщина хихикнула и показала на вытянувшего шею Малика, а потом будто бы посадила его на плечи.

— Так значит, у нас будет трое?! Ух! Справлюсь ли я?

Все активно закивали, а муж, как всегда, обнял, показывая, что она не одна и он всегда будет ей опорой.

После того, как поставила точку, захотелось добавить то, о чем сами герои не в курсе. После того, как утих скандальный интерес к семье Харадо, мама Кацу сгинула без следа. Женщину тайком искал её муж, просто чтобы убедиться, что она жива, но безуспешно. Сын же не простил её и ни разу не заговаривал о ней, навсегда вычеркнув её из своей жизни, так же как она его намного ранее. К сожалению или счастью, отношения с родственниками так и остались напряженными. Быть может потому, что ритм жизни у них был абсолютно разным.

Отец Кацу с интересом наблюдал за жизнью сына с невесткой и по-новому взглянул на свою жизнь, о многом сожалея. Но не все можно исправить, хотя, пока мы живы — не стоит зарекаться!

Вот теперь точно всё!

Конец