Система Альфонса в Мире Боевых Искусств 8

Глава 12 Удар в спину

— Настолько боишься меня, что не готов выйти на честный бой, Солнечный Бодхисаттва? — спросила Императрица Ледяного Сердца, не обращая внимания на формацию из трёх Королей, которые парили вокруг неё.

Солнечный Бодхисаттва взмахнул рукавом своей золотистой мантии, сбрасывая последние блестящие капельки, которые остались после того, как растаял лёд.

— Боюсь? Вовсе нет, Гуанлин. Мне ничего не стоит одолеть новоявленного Императора. Все предпринятые мною меры были для того, чтобы схватить тебя живой, — на его губах показалась властная усмешка. — В конце концов, ты помогла предателям человечества, а значит и сама предатель нашей расы, и только Стражи Человечества могут вынести тебе справедливый приговор.

— Стражи? — Нинь Гуанлин презрительно фыркнула: — Пытаешься их задобрить после того, как сам отказался отвечать на их призыв? Смешно.

— Моя душа каждый день скорбит о том, что я не смог помочь моим братьям в Битве пред Белыми Вратами, — с горечью в голосе сказал Солнечный Бодхисаттва. — Но ты права: я готов пойти на любые меры, чтобы поймать предателей, которые ударили в спину человеческую расу.

Солнечный Бодхисаттва махнул рукой, и золотистые нити, образующие вокруг Императрицы Ледяного Сердца правильный треугольник, звеньями которого выступали Короли, начали стремительно сжиматься.

— Я предпочёл бы отправить тебя на суд в целости и сохранности, однако я не смею требовать от Стражей Человечества сиюминутного решения, а держать взаперти Императора, пускай даже такого, как ты, довольно затруднительно. Благо, сердца Патриархов Тысячи Мечей изначально представляют собой атакующие артефакты, способные перерубить всё на свете — даже связь между Императором и его культивацией.

Ты станешь обыкновенным человеком, Гуанлин, и все усилия, которые ты прилагала сотни и тысячи лет, окажутся напрасны, — с триумфальным удовольствием заявил Солнечный Бодхисаттва.

Примерно на середине его речи Нинь Гуанлин перестала обращать на неё внимание и сосредоточилась на золотистых нитях. Она пыталась атаковать их ледяными ветрами и неистовыми снежными бурями, которые зарождались у неё на ладони, но все её усилия оказывались тщетны. Короли, в руках которых находились золотистые зёрнышки, оставались неподвижны.

И даже если бы у Нинь Гуанлин получилось одолеть наследие Вершины Тысячи Мечей, после этого ей пришлось бы сразиться против самого Солнечного Бодхисаттвы.

Положение казалось безвыходным, но именно поэтому многочисленные зрители были не в состоянии отвести глаз от всего происходящего. Когда ещё они смогут увидеть одного из сильнейших воинов в мире, могущественного Императора, в образе загнанного в угол зверя, который отчаянно пытается вырваться на волю?

Императрица Ледяного Сердца могла одолеть любого из них по мановению руки, но прямо сейчас её собственная жизнь висела на волоске, раскачиваясь над непроглядной бездной. И виной всему был Храм Тысячерукой Бодхисаттвы. Люди были уверены, что, когда известие о сегодняшних событиях распространится по всему региону, это окончательно закрепит за фракцией Солнечного Бодхисаттвы статус нового восточного гегемона.

Кто ещё мог позволить себе устроить прилюдную казнь настоящего Императора?

В ближайшую тысячу, а то и десять тысяч лет никто и не подумает о том, чтобы противиться Великому храму.

Именно в этом состоял план Солнечного Бодхисаттвы, который теперь с триумфальным удовольствием наблюдал за его исполнением и за безнадёжными попытками Императрицы Ледяного Сердца вырваться на волю.

Совсем скоро весь мир будет у него как на ладони, и тогда…

— Сами же говорили про удары в спину — а урок не усвоили.

Солнечный Бодхисаттвы и многочисленные зрители вздрогнули и посмотрели на молодого воина, который неожиданно появился за спиной Короля Забытой Бодхисаттвы, замахнулся саблей и перерубил ошарашенного старца на две половины.

Золотистый треугольник, который стремительно приближался к Императрицы Ледяного Сердца, тут же оказался разорван и погас.

— Предатель! — воскликнул Солнечный Бодхисаттва и вытянул руку. Сперва его сердце захватило смятение, но потом он увидел Сима, вспомнил, кто он был такой, и на смену ему пришёл восторг — восторг и бешеная жадность.

Это был он! Величайший предатель человеческой расы, который устроил Битву пред Белыми Вратами. Разве его не запечатали с драконами? Неважно. Если он его поймает, Стражи Человечества даруют ему неописуемую награду, возможно даже сделают его одним из них.

В глазах Солнечного Бодхисаттвы загорелся неистовый блеск, он протянул свою волю, чтобы схватить Сима, внутри него вспыхнуло огромное золотистое солнце… и вдруг стремительная лазурная вспышка разрубила его напополам.

— А?..

Солнечный Бодхисаттва повернулся, чтобы дать отпор своему новому противнику, но не успел этого сделать, как промелькнула ещё одна лазурная вспышка. Солнце внутри него затрепетало и развеялось, а затем могущественная сила, тоже Императорская по своей природе, но которой его собственная уступала в тысячи раз, как маленькая лужа уступает океану, грубо схватила его за волосы.

Даже воины не могли сразу осознать всё происходящее; зрители совершенно растерялись, а когда пришли в себя, им предстала невероятная картина: все три Короля Храма Тысячерукой Бодхисаттвы корчились на земле, в ногах черноволосого юноши, в то время как Солнечный Бодхисаттва превратился в отрубленную голову — ещё живую, но бледную, как сама смерть, — которую девушка в красной мантии бесцеремонно держала за волосы.

На платформе — и на площади — воцарилась мёртвая тишина.